Шёпот вакуума

Глава 6

Честно говоря, мой план действительно сильно напоминал азартную игру, ставкой в которой стали наши жизни. Как только управляемый вычислителем корабль Илона Шпее ушел далеко вперед и в сторону, мы оказались без прикрытия его маскировочного поля. Если раньше сохранялась хоть какая-то надежда, пусть и иллюзорная, что наша попытка бегства из системы пока остается незамеченной, то теперь и «Тень», и «Бекас» наверняка были обнаружены. «Бекасу» для этого ничего делать не пришлось, а корабль корпорации «Кебрения» одновременно с началом разгона намеренно уменьшил плотность маскировочного поля.

Прогноз навигатора «Тени» оказался на удивление точным. Всплеск вторичного излучения, сопровождающий выход из гипера неизвестного корабля, сканеры зафиксировали через сорок четыре минуты после того, как наши корабли разделились. Аппаратура «Бекаса» врага бы не заметила, но вычислитель «Тени» немедленно отправил нам доклад об обнаружении противника.

- Идентификация пока невозможна, но это точно не корвет Метрополии, - прокомментировал поступившие данные один из офицеров корпорации «Кебрения». – Скорее, малый разведчик. Он даже меньше нашей «Тени».

- Зато по динамике этот корабль намного круче корвета, - прокомментировал Бронски быстрый набор скорости кораблем противника. – И он явно заинтересовался «Тенью» - идет на сближение.

- Не понимаю, на что он рассчитывает, - чуть изогнул бровь Илон. – По огневой мощи эта мелочь наверняка уступает нашему дальнему разведчику.

- Думаю, он просто собирается задержать ваш корабль и помешать ему уйти в гипер, - отвечаю Шпее-младшему, продолжая наблюдать за сближением зеленой и красной отметок на экране. – Скорее всего, это не единственный враг, явившийся за нами. Просто он самый быстрый. Остальные, видимо, еще не завершили разгон для прыжка к Шварону-А. Не сомневаюсь, что скоро у нас появятся ещё гости.

- Цель идентифицирована, - доложил навигатор «Тени». – Это… Да что за… Командир, такого корабля нет в сводном каталоге. Это что-то совершенно новое.

- Или, наоборот, старое, - негромко возразил Свен.

- Считаете, это корабль Изначальных? – развернулся к старшему технику Илон.

- Нет, конечно, иначе мы давно были бы мертвы. Но я не удивлюсь, если этот корабль находится в «Облаке желаний» уже очень давно, как и те боевые роботы, которые сначала атаковали наших копателей, а потом ударили и по «Бекасу». Они вылезли прямо из-под поверхности астероида, где, судя по всему, очень долго ждали своего часа. И дождались. Совершенно чужие машины. Никто из нас таких никогда не видел, ни своими глазами, ни в сети.

- Обнаружен новый противник! – прервал рассказ Свена Бронски.

На экране появилась ещё одна красная отметка, и, судя по точке выхода из гипера, прямо сейчас этот корабль тоже собирался сначала атаковать «Тень», и только потом заняться «Бекасом»

- Наш старый знакомый, - мрачно произнес майор Клюге.

- Чужой разведчик и корвет Метрополии действуют вместе, - задумчиво произнес Илон, и в его тоне мне послышалось удовлетворение, как будто он давно что-то предполагал, и только теперь получил подтверждение своей правоты.

- Командир, малый разведчик противника в зоне досягаемости плазменных пушек «Тени», - доложил навигатор Илона.

- Открыть огонь! – без колебаний приказал Шпее.

Бой в открытом космосе между двумя кораблями-разведчиками – это довольно экзотическое явление. В нормальной ситуации такого вообще происходить не должно, разве что при каких-то совсем уж невероятных обстоятельствах. Задача разведчика – добыть информацию о противнике, причем весьма желательно остаться при этом незамеченным, потому что сам факт твоего интереса к какому-то объекту – это тоже информация, которую врагу знать совсем не нужно. Ну а если кораблю-разведчику приходится стрелять – значит, его экипаж почти наверняка провалил задание.

Однако сейчас как раз имел место тот самый редкий случай, когда стрельба из пушек была более чем оправдана, потому что и «Тень», и её противник в этом бою выступали совсем не в роли разведчиков.

Орудия, способные стрелять снарядами, частично погруженными в гиперпространство, на малые корабли не ставят – не позволяют размеры и высокое энергопотребление этих артсистем. Поэтому оба корабля использовали только энергетическое оружие, из которого можно вести эффективный огонь лишь со сравнительно короткой дистанции. Пушки «Тени» посылали в противника сгустки стабилизированной плазмы, а вот чем отвечал чужой корабль, удалось понять не сразу.

- Импульсное лазерное излучение? – удивленно произнес Свен, глядя на экран, куда автоматически выводились отчеты вычислителя «Тени». – Серьезно?

- Более чем, коллега, - тоже слегка озадаченно кивнул лейтенант-техник из экипажа Илона. – Похоже, тем, кто вооружал этот корабль, всё-таки удалось создать работоспособные лазерные пушки, и стоит признать, у них неплохо получилось. По мощности они не так уж сильно уступают нашей плазме.

- А расхождение луча?

- Вот его их инженеры победить, похоже, не смогли. Поэтому дистанция эффективного огня у противника меньше, чем у «Тени». Зато увернуться от лазерного импульса сложнее. Наши сканеры работают с гиперполем, и это позволяет им видеть распространение лазерного луча, но летят пучки фотонов всё равно гораздо быстрее сгустков плазмы, так что уклониться от них получается далеко не всегда. Силовой щит «Тени» уже отразил три попадания. Ещё пара таких ударов, и импульсы придется принимать на броню, а она у дальнего разведчика совсем не как у линкора.

- Есть попадание! – с мрачным удовлетворением произнес навигатор, когда отметка чужого корабля коротко мигнула на экране.

Разведчик противника, активно маневрируя, продолжал сокращать дистанцию и в какой-то момент всё-таки не смог увернуться от очередного сгустка стабилизированной плазмы. Природа его энергетического щита оставалась неизвестной, но удар она, судя по всему, отразила не полностью.

- Ага, не понравилось ему наше угощение, - кивнул техник Илона, не отрываясь от анализа информации, передаваемой вычислителем корабля корпорации «Кебрения». – Похоже, задело двигатели. Не очень сильно, судя по всему, но динамика у него явно просела. И интенсивность огня тоже. Сейчас «Тень» его добьет!

- Не успеет, - возразил Бронски, совершенно не разделявший оптимизм, охвативший некоторых наших пассажиров. – Чужой разведчик сделал свое дело, задержав ваш корабль и позволив корвету сократить дистанцию. Еще секунд тридцать, и он откроет огонь.

На мой взгляд, наш навигатор вполне трезво оценивал ситуацию, и, похоже, Шпее-младший был с ним полностью согласен.

- Сколько «Тень» сможет продержаться? – спросил Илон, окинув взглядом своих офицеров.

- Сложно сказать, - ответил лейтенант-техник. – Многое зависит от случайных факторов. Калибр пушек у корвета небольшой, так что одно попадание щит и броня отразят точно. Второе, возможно, тоже, но корабль получит повреждения и дальше речь пойдет уже о считанных десятках секунд.

Я снова перевел взгляд на таймер, отсчитывающий время до прыжка. Выглядело всё не так уж плохо. Пока оба наших противника занимались преследованием «Тени», «Бекас» продолжал разгоняться, и теперь до ухода в гипер нам оставалось меньше пятнадцати минут.

- Должны успеть, - негромко произнес Свен, явно думавший о том же, о чем и я.

- Не факт, - напряженным голосом ответил навигатор «Тени». – Разведчик противника меняет курс! Теперь его цель – «Бекас».

- Логично действуют, - внешне невозмутимо ответил Илон Шпее. – «Тень» уже никуда не денется. Даже если бы прыжковый гипердвигатель был цел, под огнем корвета ей не набрать необходимую скорость. А у «Бекаса» есть шанс сбежать, и их разведчик пытается этому помешать.

- «Бекас» не в том состоянии, чтобы принимать бой, - в голосе Свена отчетливо прозвучали нотки страха. – Маневрировать мы не можем, да и бесполезно это – от лазерных импульсов даже ваша «Тень» с трудом уклонялась. А щит у нас еле дышит. В «Бекас» влепили два плазменных сгустка, и теперь накопитель плохо держит энергию. Ресурс силовой защиты не больше двадцати процентов от номинала, да и было-то его… У нас же, по сути, гражданское судно! Ни щит, ни вооружение не рассчитаны на сражения с боевыми кораблями. Разве что от всяких нищебродов, летающих на древних корытах, отмахиваться, не больше.

- Нам не оставили выбора, Свен, - я постарался ответить таким же спокойным голосом, каким только что говорил Шпее-младший. – Переведи управление плазменными пушками на мой терминал. Бронски, курс не менять. Любое маневрирование запрещаю. Продолжать разгон!

- Капитан Строгов, - Илон сделал пару шагов, оказавшись рядом с моим креслом. – Майор Клюге – опытный оператор боевых систем. Может быть, поручите управление огнем ему?

- Спасибо, господин Шпее, но я вынужден отказаться. Ваш человек не знает особенностей вооружения «Бекаса». Старые корабли – это всегда нестандарт. Лучше я сам.

Илон не стал настаивать и лишь молча кивнул, одновременно опустив забрало шлема боевого скафандра. Его примеру немедленно последовали и остальные наши пассажиры.

- Четыре минуты до огневого контакта, - доложил Бронски. – Капитан, сканеры и маскировочное поле корабля противника намного лучше наших, даже несмотря на полученные им повреждения. Сейчас мы его видим только потому, что нас снабжает данными вычислитель «Тени», но как только корвет её уничтожит…

- Знаю. Только не думаю, что исход этого боя решат сканеры и маскировка. Здесь будут важнее силовые щиты, броня и пушки.

- И всё перечисленное у нас в полной заднице, - вновь влез со своими упадническими настроениями Свен.

- Старший техник, заткнись и выполняй свою работу, - резко ответил я одной из любимых фраз капитана Попеску.

Как ни странно, это подействовало. Во всяком случае Свен уткнулся в экран своего терминала и его пальцы замелькали над виртуальной клавиатурой.

- Минута… - сосредоточенно произнес Бронски. – Капитан, ты когда-нибудь стрелял из настоящих плазменных пушек?

Дурацкий вопрос. Где бы я мог в этом попрактиковаться, если впервые покинул нашу станцию только на борту «Бекаса»? Не иначе, нервишки у Бронски тоже пошаливали.

- А то! – легко соврал я, не отрываясь от интерфейса системы управления огнем. – Вот помню зажали мой эсминец два крейсера Республики Фо…

- Десять секунд… - на этот раз на общем канале связи прозвучал голос Илона Шпее.

На самом деле, кое-какой опыт у меня имелся. Специфический, само собой. Я хоть и не увлекался играми с полным погружением, но зато не пренебрегал виртуальными тренажерами. Собственно, именно так я освоил специальность диггера, научившись управлять роем роботов-бурильщиков. После выпуска я планировал попытаться попасть в экипаж какого-нибудь вольного поисковика, поэтому изучить управление другими системами корабля мне тоже показалось не лишним. Учебная программа социальной школы особой напряженностью не отличалась, и времени на эти занятия у меня вполне хватало. Не буду скрывать, оружейные системы вызывали у меня большой интерес. Я, конечно, понимал, что к пушкам меня никто не допустит, но удержаться не мог и тратил на их освоение немало времени. Как оказалось, не зря. Тем более, что в виртуальной среде управляться с плазменными орудиями у меня получалось очень неплохо.

- Противник открыл огонь!

По корпусу «Бекаса» прошла едва ощутимая вибрация.

- Щит отразил два попадания, - доложил Свен, сумевший, похоже, более или менее взять себя в руки. – Ресурс восемнадцать процентов.

Пока чужой корабль-разведчик вел огонь с предельной дистанции, так что даже наша дохлая защита вполне справлялась, но расстояние быстро сокращалось, и я понимал, что если ничего не предпринимать, от нашего силового щита очень быстро ничего не останется.

- Почему не стреляете, капитан? – не выдержал Шпее-младший, когда в силовое поле бекаса ударили ещё два лазерных импульса.

- Рано, - коротко ответил я, едва сдержавшись, чтобы не послать высокопоставленного пассажира куда подальше.

Похоже, что-то в моем голосе достаточно убедительно сказало сыну главы корпорации «Кебрения», что в данный момент меня лучше не трогать. Во всяком случае, больше никаких вопросов от него не последовало.

Делиться своей идеей с экипажем мне было некогда. Мой замысел выглядел столь же простым, сколь и рискованным, но других выходов из сложившейся ситуации я не видел. Атаковавший нас корабль-разведчик имел перед «Бекасом» множество преимуществ, но полученное от «Тени» попадание сделало его слабее, и именно этой слабостью я собирался воспользоваться.

Противник не имел точных сведений о вооружении «Бекаса». С момента появления в системе «Шварона-А» мы ни разу не стреляли из плазменных пушек. Поэтому вычислитель, управлявший чужим кораблем, не мог предугадать, чем мы в состоянии ему ответить. Перед ним стояла понятная задача – помешать «Бекасу» набрать скорость, достаточную для ухода в гипер, а мы уже подошли очень близко к этому порогу. Поэтому, пока мы в него не стреляли, он продолжал набирать скорость, чтобы как можно быстрее сократить дистанцию и сделать огонь своих лазерных орудий более эффективным за счет уменьшения расхождения пучков фотонов.

Однако, чем выше скорость, тем сложнее маневрировать. Чем короче дистанция, тем меньше шансов уклониться от ответного огня. На этом и строился весь мой расчет. Из боя с кораблем Илона Шпее противник вышел с сильно пострадавшим силовым щитом и поврежденной двигательной установкой, а значит, увернуться ему будет ещё сложнее, особенно если заставить его набрать максимальную скорость. Поэтому я не хотел ему в этом мешать, хотя, честно говоря, с огромным трудом сдерживался, не позволяя себе отдать вычислителю «Бекаса» команду на открытие огня.

Корабль снова содрогнулся, на этот раз гораздо сильнее.

- Ресурс щита четыре процента! – в голосе Свена я снова услышал нотки паники.

Честно говоря, я и сам уже находился на грани, но понимание, что скорее всего, у нас будет только один выстрел, помогало мне не сорваться и не начать стрелять преждевременно. А вот Илон Шпее продолжал молчать, не пытаясь вмешаться в мои действия. Видимо, он понял, чего я добиваюсь и внутренне согласился с моим планом.

«Бекас» встряхнуло так, что наших пассажиров сбило с ног. Боевые скафандры уберегли их от ранений, но на пол они посыпались, как кегли.

- Щит пробит! Множественные повреждения во внешних отсеках!

- Залп! – я резко выдохнул, отдавая приказ вычислителю одновременно голосом и командой с капитанского терминала.

Два сгустка стабилизированной плазмы устремились навстречу чужому кораблю. Он дернулся на курсе, пытаясь уйти в сторону, но набранная скорость, короткая дистанция и поврежденная двигательная установка не позволили ему совершить эффективный маневр уклонения.

- Попадание! – выкрикнул Бронски и тут же закашлялся. Несколько инъекций регенератора помогли ему частично восстановиться, однако последствия полученных травм ещё сказывались.

- Противник не уничтожен, - раздался на общем канале голос майора Клюге. – Он продолжает сближение!

Я и сам уже видел, что чужой корабль выдержал удар. Пушки «Бекаса» не отличались ни высокой мощностью, ни качеством стабилизации плазмы. К тому же противник получил только одно попадание. От второго сгустка он успел увернуться. Однако наш удачный выстрел не прошел для врага бесследно, и с каждой секундой это становилось всё очевиднее.

- Противник теряет скорость, – доложил отошедший от приступа кашля Бронски. – Похоже, его внутрисистемный движок получил серьезные повреждения и плохо держит режим полупогружения в гипер. И он больше не стреляет!

Да, чужой корабль действительно прекратил огонь. Время перезарядки его лазерных пушек давно прошло, но «Бекас» больше не содрогался от попаданий. Тем не менее противник продолжал сближаться с нами, пытаясь заставить нас совершить хоть какой-то маневр, хотя бы для избежания столкновения. Плохая попытка. На экране моего терминала два желтых столбика индикаторов, отражавших заряд накопителей плазменных пушек, наконец доросли до верха и загорелись ярким зеленым светом. Залп!

Через пару секунд красная отметка приближающегося к нам чужого корабля ярко вспыхнула и рассеялась быстро бледнеющим облаком.

- Цель уничтожена, - прозвучал на общем канале бесстрастный голос вычислителя, и почти синхронно с гибелью чужого корабля-разведчика с экрана исчезла ещё одна отметка. Дальний разведчик «Тень» до конца выполнил свою функцию и взорвался, получив прямое попадание снаряда, выпущенного бывшим корветом Метрополии, теперь выполнявшим непонятно чьи приказы.

- Минута до ухода в гипер, - сосредоточенно доложил Свен. Полученные «Бекасом» повреждения не затронули двигатели, но силовой щит и генераторы маскировочного поля мы теперь сможем восстановить только в станционном доке.

Разобравшись с кораблем корпорации «Кебрения», корвет противника начал маневр разворота, пытаясь выйти на наш вектор разгона, однако помешать нам он со всей очевидностью уже не успевал.

- Тридцать секунд… Двадцать… Десять…

Впереди по нашему курсу космос содрогнулся, и в яркой вспышке вторичного излучения в обычное пространство из гипера вывалилось нечто явно превосходящее размерами не только корвет, но и фрегат. Судя по интенсивности искажений гиперполя, переход этот корабль совершил далеко не в оптимальном режиме, явно пытаясь добраться до конечной точки как можно быстрее.

- Эсминец! Принадлежность не определена, идентификация не проходит, - скороговоркой выдал информацию Бронски. – Противник открыл огонь!

Эсминец – это очень серьезно. Помимо пушек, причем гораздо более злых, чем у корвета, у него имелись на вооружении ещё и торпеды, однако вся эта огневая мощь сейчас пропадала зря. Несмотря на все предпринятые усилия, враг опоздал. До ухода в гипер нам оставались считанные секунды, а подлетное время снарядов, выпущенных почти с предельной дистанции, было заметно больше. Сейчас за нас играла физика нашего мира. При неоптимальном прыжке весьма ощутимо возрастают случайные отклонения координат точки выхода из гипера, и эсминец довольно сильно промахнулся, оказавшись довольно далеко от нас. «Бекасу» хватило бы даже одного попадания, чтобы превратиться в облако раскаленных обломков. Однако выпущенные в нас снаряды не преодолели и половины пути до цели, когда цифры таймера, стремительно мелькавшие в углу экрана, замерли, обратившись в нули.

- Прыжок!

Мир привычно померк и возродился снова. «Бекас» покинул столь негостеприимную систему Шварона-А, чтобы мгновенно покрыть больше половины расстояния до границы «Облака желаний». Мы вышли из гипера в пустом межзвездном пространстве, и я очень надеялся, что если нас здесь и найдут, то не сразу. Во всяком случае, успеть разогнаться для ухода в новый прыжок у нас шанс был, и шанс хороший.

- Бронски, расчет прыжка за пределы зоны аномалий, - отдал я приказ, буквально всем телом ощущая, как расслабляются скованные напряжением мышцы и успокаивается тяжело стучащая в висках кровь. – Приступить к разгону. И Свен, отправь уже ремдронов заделывать дыры в обшивке! Почему я должен тебе об этом напоминать?

- А ты неплох, капитан Строгов, - прозвучал в наушниках моего шлема задумчивый голос Илона Шпее. Судя по мигающему индикатору в углу экрана, он использовал приватный канал. – Если выберемся, у меня будет к тебе серьезный разговор.

Ждать моего ответа Шпее не стал, просто прервав связь. Видимо, решил, что я и сам всё пойму. Собственно, я и понял, но вряд ли именно так, как он рассчитывал. Илону я не верил от слова совсем. Будни социальной школы очень жестко учат не питать лишних иллюзий, и в данном случае этот опыт подсказывал мне, что расслабляться рано – мои проблемы только начинаются.

***

Разогнаться для ухода в следующий прыжок мы успели, хоть нехорошие предчувствия и сверлили мой мозг все три с лишним часа, пока «Бекас» с огромным трудом набирал необходимую скорость. Правда, нервничать мне было особо некогда, у меня нашлось очень важное и совершенно неотложное дело, так что почти всё время разгона я потратил, работая за своим терминалом.

Илону Шпее и его людям я сказал, что вместе со своим техником занимаюсь устранением полученных повреждений и заново настраиваю наше сильно изношенное, а теперь ещё и изрядно побитое оборудование. Свен и на самом деле был занят управлением ремонтными роботами, а вот я в основном работал с центральным вычислителем, пытаясь найти тот вредоносный код, который, судя по всему, внедрили в его память во время ремонта перед нашим рейдом.

Я был полностью согласен с Бронски в его предположении, что где-то на борту «Бекаса» спрятан гипермаяк, передававший данные о наших координатах на корабль корпорации. Других способов не терять нас после гиперпереходов просто не существовало. Однако вряд ли маяк работал автономно. Наверняка он получал данные от вычислителя, и за это должна была отвечать некая троянская программа, причем написанная очень неплохим специалистом.

Обойти основную систему безопасности и заставить вычислитель перестать подчиняться капитану троянец, судя по всему, не мог – безусловные директивы, они на то и безусловные, что отменить их невозможно. А вот воровать информацию, поступающую со сканеров и многочисленных датчиков, и сливать её в память маяка у него однозначно получалось. Как и периодически подключаться к энергосистеме корабля для отправки по гиперсвязи коротких информационных пакетов.

Найти эту шпионскую программу и нейтрализовать гипермаяк было жизненно необходимо. Пока это устройство функционировало, у наших пассажиров фактически имелась альтернативная система гиперсвязи. Я почти не сомневался, что пока мы не покинем зону аномалий, Шпее не рискнет её задействовать, но как только мы окажемся за пределами «Облака желаний», он немедленно отправит сигнал в надежде, что его примет один из кораблей корпорации «Кебрения» или что его ретранслирует адресату кто-то из вольных поисковиков за щедрое вознаграждение.

Несмотря на то, что я подключил к поиску все доступные ресурсы вычислителя, этот процесс занял довольно много времени. Искусственный интеллект всё ещё люто тупил, поэтому его помощь оказалась весьма условной, а снимать с него ограничения, находясь в зоне аномалий, представлялось мне слишком рискованным решением. Тем не менее общими усилиями с задачей мы справились.

Гадский троянец весьма успешно прикидывался одной из программ мониторинга состояния исполнительных механизмов. Вернее, был в неё внедрен и, наряду с её обычными функциями, выполнял задачи в интересах своих хозяев. На самом деле, очень удобно. Запросы от такой программы к множеству различных устройств, включая сканеры, двигатели и энергетическую установку, не выглядели чем-то необычным, тем более что никаких сколько-нибудь важных команд она им отдавать не пыталась. А периодический расход энергии на не вполне понятные нужды было достаточно легко списать на включение различного оборудования в режиме планового самотестирования. Красивое решение, я даже невольно испытал уважение к неизвестному хакеру, придумавшему и достаточно изящно реализовавшему эту схему.

Однако теперь, после внесения в исходный код троянской программы некоторых изменений, она сменила хозяина и перешла на службу к настоящему капитану «Бекаса». Ну, не совсем, конечно, настоящему, а временному, но это уже несущественные детали.

***

- Командир, вы уже решили, как поступите, когда мы выйдем из прыжка за пределами зоны аномалий? – обратился к Илону майор Клюге по закрытому каналу связи. Боевые скафандры позволяли им общаться свободно, не опасаясь, что их разговор услышит кто-то посторонний.

- Не торопите события, майор, - чуть помолчав, ответил Шпее-младший. – Мы еще не завершили разгон, а обстановка в этих местах имеет дурную привычку внезапно меняться самым непредсказуемым образом.

- И тем не менее, - не стал отступать Клюге. – Заглянуть немного вперед будет совершенно не лишним. Нам ведь совсем не нужно, чтобы это корыто вернулось на станцию приписки. Там местная полиция начнет расследование, выпотрошит всю информацию из корабельного вычислителя, будет допрашивать выживших членов экипажа «Бекаса», и вряд ли они станут что-то скрывать. Как вы собираетесь поступить со Строговым и его людьми?

- Так же, как собирался и раньше. Они тихо и бесследно исчезнут вместе со своим кораблем. В этом плане ничего не изменилось.

- Если не считать того обстоятельства, что капитан Строгов и его экипаж вытащили нас из очень неприятной истории. Можно даже сказать, спасли жизни нам с вами и всей команде «Тени».

- Без нас они и сами бы не выбрались из системы Шварона-А, - равнодушно ответил Илон. – «Тень» сыграла в нашем общем успехе ключевую роль, оттянув на себя корабли противника и повредив один из них. Так что это ещё не известно, кто кого спас. Не узнаю вас, майор, вы становитесь сентиментальным. Неужели возраст всё же начинает сказываться на вашей деловой хватке?

- Возраст тут ни при чем, - невозмутимо возразил Клюге. – Просто в смертях этих людей больше нет необходимости. Скажу больше, они могут быть нам полезны. Как минимум, Строгов. Но и остальным можно найти применение.

- Вы это серьезно, майор? – в голосе младшего сына главы корпорации «Кебрения» прозвучало искреннее удивление. – Хотите предложить им работать на нас?

- Почему нет? Они неплохо показали себя в опасном деле. К тому же, заключив с ними контракты, мы обеспечим их лояльность и молчание обо всём, что они успели увидеть и понять в «Облаке желаний». А «Бекас» можно просто уничтожить и сообщить на станцию, что он потерпел аварию, и наш корабль снял с него выживших буквально за несколько минут до взрыва энергетической установки. Мало ли что на этой давно списанной развалине могло случиться. Никто не станет сомневаться в нашей версии.

- Я в любом случае не смогу доверять этим людям, - возразил Илон. – Они ненадежны. Майор, не мне вам объяснять, что такое окраинные пустотные станции, обслуживающие вольных поисковиков и выкупающие у них добычу. Это клоака, в которой почти бесконтрольно барахтаются отбросы общества. Мы понятия не имеем, какие скелеты имеются в шкафах у этой троицы. И выяснить что-либо об их прошлом будет крайне проблематично, если вообще возможно. Зато в любой момент может появиться некто, способный припомнить им какие-нибудь старые делишки и шантажом вытащить из них всю нужную ему информацию. Или вы хотите приставить к каждому из них круглосуточную охрану?

- Нет, конечно, но…

- Никаких «но» быть не может, майор. Я бы ещё понял, если бы они были уникальными специалистами, но вы посмотрите на них. Техник мало того, что психически неустойчив, так ещё и разбирается исключительно во всяком старье, которое можно только на помойке найти. В этом он, возможно, даже неплох, но нам-то такие его умения для чего? Навигатор вообще посредственный. У нас бы такой просто по конкурсу не прошел. Как пилот он тоже вряд ли что-то собой представляет, хоть и выполняет эту функцию по совместительству. На чем он летал? Только на древних развалинах вроде «Бекаса». Мы его что, переучивать будем? Опять же, зачем?

- Ну, допустим, - неохотно согласился Клюге. – А Строгов?

- А что Строгов? Нормально себя проявил в экстремальной ситуации? Не буду спорить, но это и всё. Он выпускник окраинной социальной школы. Понимаете, что это значит? Это волчонок, отрицающий любые авторитеты. Внешне он может этого не проявлять, поскольку не дурак, но внутренне он всех вокруг считает врагами, и нас с вами, майор – в первую очередь. Плюс к тому, всё, что он более или менее знает и умеет – это результат практически бесконтрольного самообучения, а вы ведь не хуже меня знаете, что такое отсутствие системных знаний. Да и никакого опыта у него нет, одни виртуальные тренажеры, которые не могут полностью заменить реальную практику.

- Он показал себя хорошим счетчиком.

- Повторяю ещё раз. Зачем?! – Илон явно начинал терять терпение. – На кой хрен нам счетчик? В пустой породе ковыряться? Корпорация «Кебрения» не пользуется услугами клоунов и медиумов. У нас нет таких штатных единиц, потому что нам не интересны участки, непригодные для разработки в промышленных масштабах. Пусть в них вольные поисковики копаются. Вот им счетчики требуются, но не нам!

- Понял, командир, - без всякого энтузиазма кивнул майор. – Как именно вы хотите всё обставить?

- Очень просто. После выхода из прыжка предложу Строгову поговорить наедине. Скажу, что высоко оценил его квалификацию и личные качества и хочу предложить ему и его людям ответственную и высокооплачиваемую работу в корпорации. Но чтобы это стало реальностью, ему следует сделать так, чтобы я как можно быстрее попал на борт одного из кораблей «Кебрении». Это значит, что сначала мы должны известить моего отца о нашем местонахождении и дождаться прибытия корабля за экипажем «Тени», а уже потом они отправятся на свою станцию, как того требует Свод законов о гражданском космофлоте. Оттуда их и заберет наш представитель, как только они уладят все формальности, связанные с гибелью Попеску и членов его экипажа.

- Считаете, он на это купится?

- Думаю, да. Я постараюсь быть убедительным. Например, в начале разговора сброшу ему на коммуникатор вирт-карту на предъявителя с полной суммой, которая была обещана экипажу «Бекаса» за наше спасение. Пусть видит, что мы умеем держать слово.

- Даже не знаю, - с сомнением качнул головой майор. – Командир, этот Строгов хоть и пацан ещё совсем, но не идиот. Он вполне в состоянии сообразить, что наобещать вы ему можете всё что угодно, но как только экипаж «Тени» перейдет на борт корабля «Кебрении», никто не помешает вам вместо выполнения обещаний просто отдать приказ открыть огонь по «Бекасу».

- Вот и посмотрим, насколько он сообразителен. Не думаю, что этот парень сможет устоять перед соблазном сделать огромный скачок вверх по социальной лестнице. Он молод и неопытен. Наверняка считает, что я ему буду вечно благодарен за спасение наших жизней. Вот пусть пока так и думает, нам это только на пользу.

- А нужен ли вообще этот разговор? – вновь усомнился Клюге. – У нас ведь есть гипермаяк, так что сигнал мы можем отправить и сами, без участия Строгова.

- Можем, - согласился Илон. – И обязательно отправим, если договориться не получится. Но тогда при встрече с кораблем корпорации у нас могут возникнуть определенные сложности, ведь для Строгова и его людей его появление станет полной неожиданностью. В такой ситуации они могут начать делать всякие глупости, а нарваться на проблемы, только что чудом вырвавшись из аномальной зоны, мне совсем не хочется.

***

Гиперпереход прошел без проблем. Никто из хозяев «Облака желаний» так и не явился, чтобы помешать нам уйти в гипер. Судя по всему, просто не успели, а может, ближе к окраинам аномальной зоны уменьшались и возможности её обитателей. Как бы то ни было, сейчас у нас должны были начаться проблемы совсем другого характера, и когда Шпее-младший напомнил мне о своем желании поговорить один на один, я понял, что их время пришло.

Начал Илон с того, что отправил на мой коммуникатор вирт-карту с суммой, в два раза превышавшей стоимость стабилизированного ливермория, добытого нами в системе Шварона-А, и только потом перешел к деловой беседе. Предложение, изложенное сыном главы корпорации «Кебрения», сюрпризом для меня не стало. Чего-то подобного я и ожидал. Правда, нечто неожиданное для себя я всё же услышал. Сложно точно определить, что именно сподвигло Илона Шпее на некоторую откровенность. Возможно, он просто уже не воспринимал меня, как человека, способного в будущем кому-то рассказать о его планах, ввиду того, что такое будущее для меня просто не наступит.

- Видите ли, капитан, - неторопливо произнес Илон, как бы раздумывая, стоит ли делиться со мной столь важной информацией, - дело в том, что корпорация «Кебрения» давно присматривается к аномальным зонам. Собственно, наша с вами встреча и стала результатом такого интереса. Правда, в этот раз мы несколько переоценили свои силы, за что и поплатились потерей дорогостоящего корабля и чуть сами не сгинули в «Облаке желаний». Тем не менее информация, которую нам удалось собрать, только подтвердила, что заниматься аномальными зонами необходимо, причем именно сейчас, пока нас не опередили конкуренты. Собственно, для этого мне и нужны вы и ваши люди. «Кебрения» - одна из крупнейших корпораций СКВВ, но даже у нас очень мало сотрудников, когда-либо имевших дело с областями аномалий. А у вас есть уникальный опыт, и теперь вы знаете об этих местах не понаслышке, причем не только знаете, но и продемонстрировали свою способность успешно решать сложные задачи в угрожающих жизни обстоятельствах.

- Спасибо за высокую оценку наших действий, господин Шпее, - я сдержанно кивнул, ожидая продолжения.

- Это вполне адекватная оценка, капитан, - с легкой улыбкой возразил Илон. – Поверьте мне, я видел, как самые разные люди ведут себя в экстремальных ситуациях, и лишь единицы из них способны справиться с теми проблемами, которые свалились на нас в системе Шварона-А.

Шпее сделал небольшую паузу, с интересом изучая мою реакцию и, видимо, сделав для себя какие-то выводы, продолжил:

- Кстати, хочу сразу предупредить, если вы примете мое предложение, вам придется пройти дополнительное обучение и стажировку. Корпоративные стандарты «Кебрении» весьма высоки, и все наши сотрудники должны им соответствовать. Надеюсь, вы это понимаете?

- Несомненно, господин Шпее.

- Так я могу считать, что мы договорились?

- Почти, - я изобразил на лице напряженную внутреннюю борьбу. – За одним исключением. Я не готов пойти на прямое нарушение закона. Как временный капитан, вступивший в должность в связи с насильственной смертью владельца корабля и части команды, я обязан немедленно и без всяких задержек привести «Бекас» на ближайшую станцию или на станцию приписки. В нашем случае это одно и то же. Как только мы окажемся в зоне действия ближайшего ретранслятора, я могу отправить сообщение по гиперсвязи любому указанному вами адресату, но корабль, который прибудет за экипажем «Тени», должен забрать вас не с борта «Бекаса», а со станции «Маунт-16». Таковы правила, и если я их нарушу, этот факт обязательно будет использован против меня. А у нас и без этого не самые простые обстоятельства. Капитан Попеску задолжал крупную сумму не последним людям на нашей станции. Его кредиторы наверняка используют все возможные рычаги, чтобы вернуть свои деньги, а заодно и отжать у нас всё, что мы заработали в этом рейде. И если я дам им хоть малейшую зацепку, они легко это сделают с помощью купленных ими сотрудников местной полиции. Поймите меня правильно, господин Шпее, оказаться за решеткой я не хочу. У нас на станции и так жизнь не сахар, а уж переезжать в местную тюрьму я бы точно никому не советовал.

- Юристы корпорации решат все ваши проблемы, - пренебрежительно поморщился Шпее-младший. – Не такое уж это серьезное нарушение. К тому же «Кебрения» никогда не бросает своих людей в сложной ситуации.

- Простите, господин Шпее, но мы пока ещё не ваши люди, и даже если мы согласимся на ваше предложение, формально наши контракты будут заключены не так уж скоро. К тому же на нашей станции нет представительства «Кебрении», а когда ваши юристы прибудут, чтобы нам помочь, может оказаться уже поздно. Окраинные станции – это государства в государстве. Там свои законы и порядки. В прямой конфликт с крупной корпорацией или с властями СКВВ администрация «Маунта-16» вступать, конечно, не станет, но этого и не потребуется. Местные чиновники просто разведут руками и скажут, что интересующие вас люди были застрелены полицией при попытке к бегству, хотя полицейские выкрикнули десяток предупреждений и тридцать восемь раз выстрелили в воздух, прежде чем открыть огонь на поражение.

- Хорошо, я напишу официальные письма главе администрации и начальнику полиции вашей станции, - возразил Шпее-младший, которого явно начала раздражать моя упертость. – Они будут загружены в память вашего коммуникатора и корабельного вычислителя. Как только вы их предъявите, отношение к вам и вашим людям сразу изменится.

- Ещё раз прошу меня извинить, господин Шпее, но нет, - я упорно продолжал разыгрывать упрямого подростка. - Вы плохо себе представляете реалии, в которых живут такие, как мы. Ваши письма, скорее всего просто не доберутся до адресатов, а само их наличие может сделать ситуацию даже хуже, чем если бы их не было.

Конечно, я очень сильно сгущал краски, а местами нес откровенный бред, но мне требовался формальный повод, чтобы отказать Илону Шпее, не вступая с ним в открытый конфликт. Вернее, конфликт-то всё равно будет – таким людям не принято отказывать, но я надеялся, что его удастся хотя бы слегка смягчить и спустить на тормозах.

- Это ваше последнее слово, капитан? – Илон нехорошо прищурился, сверля меня взглядом.

- Да, господин Шпее. Наш корабль отправится на станцию «Маунт-16» кратчайшим маршрутом и без каких-либо задержек в пути. Экипаж «Бекаса» неукоснительно выполнит все требования Свода законов о гражданском космофлоте. Все, до последней буквы.

- Хорошо, капитан, - неожиданно спокойным голосом ответил Шпее-младший. – Мне не нравится ваше решение, но я готов отнестись к нему с пониманием. Что ж, пусть будет станция. В конце концов, мне действительно любопытно взглянуть своими глазами, как живут вольные поисковики и те, кто строит свой бизнес на их обслуживании.

Возможно, кого-то другого внезапная покладистость Илона ввела бы в заблуждение, но только не выпускника социальной школы, выросшего на нижних ярусах станции «Маунт-16». Мой собеседник сдал назад лишь с одной целью – усыпить мою бдительность. Во время разговора мы оба ни на секунду не забывали о спрятанном на «Бекасе» гипермаяке. Разница заключалась лишь в том, что Илон считал его своим козырем, а я – своим.