Системный рыбак – 6

Глава 16

Плот появился в полуметре над водой и с тяжёлым всплеском шлёпнулся на поверхность, подняв веер брызг. В утреннем свете он выглядел даже солиднее, чем вчера. Брёвна понтонов блестели, настил манил ступить на него, а каркас второго яруса с натянутым тентом придавал конструкции вид настоящего судна. Моё детище покачивалось на волнах, готовое к путешествию.

Рид первым оценил обстановку и запрыгнул на борт одним текучим движением. Кот пробежался по палубе, обнюхал Алхимический Котёл в глиняном гнезде и взлетел по лестнице на верхний ярус, где немедленно улёгся в самом удобном месте в тени под тентом. От него пришло одобрение: годится, можно жить.

Дина рванула следом, и я едва успел её подхватить. Она оттолкнулась от берега задними лапами, бесполезно загребла воздух передними декоративными ручками и полетела мимо борта прямиком в воду.

— Эй-эй-эй!

Схватил её за панцирь в последний момент и втащил на палубу. Мелкая недовольно пискнула и принялась обнюхивать доски, а в моём сознании волной пришло возмущение: она почти допрыгнула, зачем вмешиваться?

— Почти не считается, — опустил её на настил. — Учись рассчитывать траекторию и силы.

В ответ пришёл образ огромного прыжка через всю реку, но я решил оставить без комментариев…

Шест привычно лёг в ладони, я упёрся в илистое дно и оттолкнулся. Судно медленно отошло от берега, течение подхватило его и потянуло на середину реки. Понтоны держали, настил не скрипел, конструкция шла ровно, без крена и рыскания.

Поднявшись на верхний ярус, я обернулся, чтобы в последний раз взглянуть на деревню. Она медленно уплывала назад вместе с крышами домов, дымом над кузницей и силуэтом моего ресторана. Где-то там Густо готовил завтрак для первых посетителей, а Альфред проверял счета в поместье. Жизнь последних недель превращалась в точку на горизонте.

Зато впереди водная гладь раздвигалась всё шире, и за поворотом начинались земли, о которых я знал только понаслышке: Дикие Земли, глубокие воды с добычей совсем другого калибра.

Ветер трепал волосы, солнце грело спину. Я расплылся в улыбке, которую даже не пытался сдержать. Передо мной лежали река, плот и целый мир.

Рид передал ментальным посланием образ: бесконечная водная гладь, уходящая за горизонт.

И я полностью разделял его безмолвный восторг.

Спустившись вниз, закрепил Тысячелетнюю Удочку в держателе на носу, достал из перстня медный колокольчик, прихваченный из кладовой, и привязал его к кончику удилища. После чего нацепил наживку и забросил.

Поплавок закачался на волнах, духовная нить натянулась, потянулись минуты ленивого ожидания.

Дзинь.

Колокольчик дёрнулся, я подсёк, и на палубу шлёпнулась серебристая рыбёшка размером с ладонь. Энергии в ней было с гулькин нос.

Дина появилась рядом раньше, чем добыча успела перестать трепыхаться. Челюсти щёлкнули, и рыба исчезла в розовой пасти.

— На здоровье.

В сознании пришло требовательное ожидание: ещё?

— Сейчас.

Следующие полчаса превратились в однообразный цикл: заброс, ожидание, звон колокольчика, подсечка, кормёжка. Мелочь клевала исправно, но толку от неё было немного. Мелкая рыбка для Дины была даже не закуска, а так, разминка для челюстей. Рид тем временем восседал наверху с видом аристократа, которому предложили питаться объедками, и принципиально смотрел мимо.

Ладно, ловля пока подождёт, до настоящих охотничьих угодий ещё плыть и плыть.

Я оставил удочку в держателе и полез в перстень отца, перебирая содержимое. Там лежали бухгалтерские записи Виктора, бочонок с остатками жидкой энергии, пустые склянки, техника Плети и свиток Игниса, перевязанный алой лентой.

Я его развернул: «Концентрация», базовая алхимическая техника наполнения продуктов духовной энергией.

Система тут же отреагировала:

Обнаружена техника. Желаете оцифровать?

Но зная техники Игниса, решил сначала хорошенько его изучить. Первые строки показались понятными: принцип направления потока энергии в структуру ингредиента, связывание молекул с духовными частицами… А потом пошли термины, от которых у меня зарябило в глазах. «Трансцендентная матрица резонанса», «семь слоёв эфирного уплотнения», «принцип обратного сжатия по методу Верховного Архонта Хрю».

Какого, простите, Хрю?

Пролистал дальше и обнаружил, что абстракции громоздились на абстракциях, отсылки вели к каким-то базовым трактатам, которых у меня не было, и каждый следующий абзац требовал теоретической подготовки, которой я не обладал. Игнис, конечно, мастер, но давать новичку свиток с отсылками к «элементарным основам», не убедившись, что эти основы мне известны…

Ладно, потом разберусь, когда будет время, найду нужные трактаты, и голова освободится от выживания в Диких Землях.

Свёрнул свиток и убрал обратно, но тут моя рука сама наткнулась на следующий свиток, тёмно-серый, без украшений.

Техника создания чёрных хлыстов.

Именно ей Виктор опутал меня во время поединка. Призрачные серые щупальца из рукоятей кинжалов, сковывающие движения и высасывающие силы. Неприятная штука.

Система молчала, а значит, оцифровке эта техника не подлежала. Слишком чуждая моему пути?

Я развернул свиток и присвистнул.

Техника была рассчитана на практиков второй ступени — формирование хлыста требовало духовного основания, которого у меня не было и в помине. Вот только Виктор находился на уровне Закалки Тела, даже ниже меня нынешнего, и всё равно как-то умудрился её использовать.

Хотя… Виктор когда-то был высокоранговым практиком, пока Главная ветвь не выжгла ему каналы. Остаточная память тела? Или медальон секты компенсировал недостаток его силы?

Я перечитал описание формирования плетей. Практик создаёт из своей духовной энергии уплотнённую структуру, придаёт ей форму хлыста, напитывает волей и направляет на цель. Принцип простой, а вот исполнение требует контроля и духовного резерва.

Контроль у меня есть, потому что девяносто девять звёзд таланта дают почти стопроцентную эффективность любой техники. А резерв… раз уж Виктор со своими выжженными каналами смог, то и я подавно с этим справлюсь.

Прикрыл глаза и сосредоточился.

Духовная Нить послушно выскользнула из ладони, тонкая, как паутинка. Свиток описывал создание хлыста из чистой духовной энергии, эфемерного и нестабильного. А что если использовать вместо этого мою нить?

Я потянул энергию из резерва, направляя её в нить, и та начала утолщаться, уплотняться, вытягиваться. Принципы из свитка накладывались на интуитивное понимание собственного дара, и руки двигались сами, будто я делал это тысячу раз.

Странное ощущение, словно вспоминаешь забытый навык, а не учишь новый.

Нить извивалась в воздухе, повинуясь воле, и через несколько секунд из ладони свисал полноценный хлыст длиной метра в три. Вот только не чёрный, как в технике секты, а молочно-белый, и кончик его подрагивал, готовый к действию.

В голове мигнуло системное уведомление:

Обнаружена техника: «Духовный Хлыст».

Окно повисело секунду и исчезло, так и не записавшись в слот навыков. Техника была моей собственной, созданной на основе чужого свитка, переработанной под уникальный талант, — и Система её видела, но классифицировать не могла.

Двинул запястьем, и белая нить со свистом рассекла воздух. Потом ещё раз, и ещё. Кончик слушался пальцев как продолжение руки, менял направление подчиняясь мысли, удлинялся и укорачивался в зависимости от количества влитой энергии.

Вот она сила высокого таланта и правильное использование Духовной Нити, родственной хлысту по природе. Я не выучил чужой навык, а просто нашёл для собственного дара новую форму. Убрал свиток обратно в перстень.

Дина заметила мелькающий кончик плети раньше, чем я успел его развеять, и в голове вспыхнул её охотничий азарт. Розовое тело напряглось для прыжка.

— Хочешь поиграть?

В ответ пришёл однозначный образ: да, немедленно, вот эту белую игрушку, дай!

Я усмехнулся и уплотнил энергию на кончике кнута, формируя что-то вроде бантика из переплетённых нитей. Махнул рукой, и бантик заскользил по палубе.

Дина прыгнула и промахнулась. Бантик ушёл вправо, лапы клацнули по пустому месту, и она покатилась кубарем, возмущённо пища. В сознании пришло недоумение: как это вообще возможно, она же прыгнула точно!

— Учись предугадывать.

Бантик метнулся влево, и Дина рванула следом. Её челюсти щёлкнули в сантиметре от цели, но я уже дёрнул кнут вверх, и приманка взлетела над палубой. Дина подпрыгнула на задних лапах, размахивая бесполезными передними ручками, и чуть не свалилась за борт.

Рид наблюдал с верхнего яруса с подчёркнутым безразличием в его послании сквозило презрение к детским забавам: он, взрослый боевой кот, выше подобной ерунды.

Я крутанул белую плеть, и бантик пролетел мимо его носа. Ухо кота непроизвольно дёрнулось.

Бантик мелькнул снова, ближе, и хвосты напряглись.

На третий раз Рид не выдержал. Стокилограммовая туша взвилась в воздухе, лапа ударила по бантику, но я уже отдёрнул кнут, и кот врезался прямо в Дину, которая атаковала с другой стороны.

Оба покатились по настилу клубком из лап, хвостов и панциря, а потом розовая тушка чихнула.

— Твою ж…

Рухнул на настил за секунду до того, как розовая сфера просвистела прямо над головой. Столб воды взметнулся за бортом, обдав судно брызгами, и когда я поднял голову, Рид и Дина сидели рядышком с одинаково невинными мордами.

От обоих в голову пришло искреннее непонимание: а что такого?

— Играем осторожнее, — я поднялся и отряхнул рубаху. — Или вообще не играем.

Кнут рассеялся в воздухе, и она проводила исчезающие нити тоскливым взглядом. Кот демонстративно принялся вылизывать лапу: типо он не играл, а просто проверял траекторию.

Ага, конечно.

День катился к закату, и река несла нас мимо пологих холмов, поросших лесом, мимо песчаных отмелей и скалистых утёсов. Деревня давно скрылась за поворотом, а берега становились всё более дикими и менее обжитыми.

Я достал припасы из перстня и разложил ужин на настиле: вяленое мясо для Рида, ещё одна порция для Дины, немного крупы и специй для себя. Алхимический Котёл пригодился для разогрева, и скоро по палубе повеял аромат горячей каши с мясной подливой.

Рид и Дина ели рядом, бок о бок, и кот больше не огрызался на розовое недоразумение. После совместной игры что-то между ними сдвинулось, потому что Рид передавал через связь что-то вроде покровительственного снисхождения: ладно, мелкая, ты не совсем безнадёжна. А розовая тушка излучала тёплую привязанность к мохнатому, который делится едой и не пытается её съесть.

Усмехнулся, глядя на них. Ну у нас и семейка.

Солнце село за холмы, и на небе проступили звёзды. Забрался на верхний ярус и растянулся на подстилке, закинув руки за голову. Рид улёгся слева, Дина справа, и её тёплый панцирь прижался к моему боку.

Шум воды убаюкивал, плот покачивался на волнах, и звёзды медленно плыли над головой, складываясь в незнакомые созвездия. Где-то там, за Вечным Океаном, на Святых Землях сидела Главная ветвь клана Винтерскай. Люди, укравшие мой талант из колыбели и вышвырнувшие семью на край мира. Рано или поздно они узнают, что родословная огня снова горит, и тогда за нами придут.

Но это будет потом. А сейчас река, звёзды и два тёплых тела рядом. Рид, словно почувствовав мою усталость, поднял голову и взял на себя первую вахту, внимательно вглядываясь в речной сумрак.

Глаза закрылись сами собой.

Вопль Рида ударил в уши раньше, чем я успел очнуться.

Тело среагировало на чистом инстинкте, и я вскочил, схватившись за борт. Дина испуганно пискнула, вжавшись в настил. Плот двигался слишком быстро.

Грохот воды нарастал впереди, и в лунном свете я увидел белую полосу пены, за которой не было ничего, кроме тьмы и рёва.

Нет!

Река обрывалась водопадом.

Это я понял за секунду до того, как мозг успел сформулировать мысль. Белая полоса пены поперёк воды, за ней гул, нарастающий в грудной клетке, и больше ничего. Нас несло как соломинку.

Два вздоха. Максимум.

— Дина, в слот!

Розовое тело растворилось у меня на руках, и ёмкость тут же отозвалась болезненным сжатием: потеря энергии, медленная, но ощутимая.

Рид уже трансформировался. Он взлетел с палубы одним движением, задние лапы оттолкнулись от борта, плот мотнуло в сторону, и стокилограммовая туша ушла по длинной дуге к берегу. Через ментальную связь мелькнул образ: камни, твёрдая земля, прыжок. Связь оборвалась, далеко или помехи от водяного грохота, не разобрал.

Плот, его же нужно убрать.

Убрал его в слот.

В глазах потемнело. Оцифровка плота, Дина в пространстве, рывок прыжка, каждая операция сокращала резерв, и руки уже мелко тряслись.

Я был в воде и течение тащило к обрыву.

Вот тут мозг наконец нашёл слова, и они звучали примерно так: ну и ну.

Рука сама вырвалась вверх.

Духовная Нить вырвалась из ладони белым росчерком и ударила в каменный выступ у самого края водопада, на три метра выше меня. Обвила его. Я упёрся ногами в скользкий базальт и повис над пропастью, и грохот воды внизу слился в один удар по ушам.

Нить заскользила…

Влил в неё энергию, и та уплотнилась, расцепилась на сотни тончайших отростков, вгрызшихся в зазоры между камнями, прямо как осьминог цепляется за скалу.

Нить впилась намертво.

Начал спускаться наращивая длину хлыста.

Вода била по лицу и по спине, сбивала дыхание, а грохот заглушал все мысли. Каждый метр я заново вгрызался нитью в следующую точку, потому что оставить хлыст за один захват на всю высоту водопада значило высосать запас за считанные секунды. Дозировал. Три метра, отпустить, новый захват, ещё три метра.

Девятый уровень держал нагрузку, но запас энергии стремительно уменьшался, и это меня не радовало.

Где-то на середине спуска я понял, что водопад высотой метров тридцать. Хорошая новость заключалась в том, что внизу были камни и вода, а не камни без воды.

Последний захват рассыпался, и я упал в бурлящий поток. Холод ударил со всех сторон одновременно.

Активировал «Глубоководного Ныряльщика». Тело ответило мгновенно, и я выгреб из водоворота с запасом, который удивил даже меня. Вынырнул, набрал воздух и поплыл к берегу, держась за поверхностью.

Камни встретили меня через минуту.

Выполз на них и лёг на спину, глядя в небо. Дышал.

Ведёрко в интерфейсе опустело почти до дна, где-то в этой пустоте тихо ныло присутствие Дины, поглощающей последние крохи прямо сейчас.

Немедленно её призвал!

Дина появилась на камнях рядом, встряхнулась, моргнула и с разбегу боднула меня мордой в плечо. В голове вспыхнула обида: её куда-то засунули, она ничего не поняла, а ещё очень голодна, и это явно чья-то вина.

— Знаю, — я потрепал питомицу по панцирю. — Сейчас.

Встал и огляделся.

Водопад гремел у меня за спиной, вода пенилась у основания скального уступа, а впереди открывалась незнакомая река в незнакомых берегах. Лес оказался совершенно другим: темнее, гуще, с деревьями, которых я раньше не видел. Даже воздух был влажнее и тяжелее, с привкусом чего-то минерального, почти металлического.

Я достал из системного слота Тысячелетнюю Удочку, нацепил наживку и закинул прямо с речных камней ниже водопада.

Первая рыба взяла через сорок секунд. Здешняя мелочь размером с ладонь, но когда я активировал «Духовного Кулинара», чтобы оценить содержимое, в ней оказалось духовной энергии больше, чем в средней рыбине из деревенской протоки. Вот это мелочь!

Развёл костёр между двумя плоскими камнями, ободрал рыбу, пустил в дело соль из перстня. Никаких кастрюль или котла не использовал, только огонь и навык «Духовного Кулинара». Откусил первый кусочек и запас энергии начал медленно подниматься.

Половину рыбы отдал Дине. Она припала к земле, зафиксировав кусок взглядом, как хищник фиксирует добычу, а потом проглотила за один щелчок зубов и тут же уставилась на огонь с требовательным ожиданием: и что, всё? Вторую половину полностью доел сам, обжигаясь и торопясь, потому что тело требовало топлива так же настойчиво, как и внутренний резерв.

Следующую рыбину Дина даже не стала ждать, перехватила прямо с крючка, когда я вытащил её из воды, и челюсти клацнули в сантиметре от моих пальцев. Третью порцию розовая подруга жевала уже медленнее, урча утробным звуком и наконец сытая и довольная улеглась у костра, но её золотистые глаза продолжали отслеживать каждое движение поплавка на воде.

Я снова закинул удочку и активировал «Локатор».

И едва не выронил удилище.

Сигнатур в воде было столько, что картина в голове напоминала рождественскую гирлянду, брошенную в воду. Десятки живых точек в реке передо мной, и каждый светился мощнее, чем самая сильная рыба, которую я когда-либо ловил в деревне. И что за монстры плавают там в глубине?

Надо будет проверить.

Рид пока не появлялся. Я позвал его, но в ответ ничего не пришло. Последний образ перед обрывом связи был твёрдая земля и довольство. Думаю жив, приземлился нормально, а дым от костра и запах рыбы приведут его сюда лучше любого маяка и тем более крика.

Подбросил ветку в огонь. Дина задремала, и в моё сознание потекло тёплое, сытое блаженство, хотя даже во сне её ноздри подрагивали, реагируя на каждый всплеск в реке.

Прошло не меньше часа. Солнце сместилось, тени удлинились, а Рид так и не появился.

Но тут замолчал лес.

Не постепенно, как бывает к ночи, а разом, как будто кто-то щёлкнул выключателем. Дина перестала дремать, её ноздри дрогнули, и в голове пришёл образ сосредоточенного охотника: она что-то учуяла.

Я не стал призывать из слота острогу, только переложил удилище поудобнее, чтобы правая рука была свободна.

Шорох в кустах справа.

Потом тишина.

Вдруг из зарослей вышла девушка и навела на меня лук.

Она была примерно моего возраста, смуглая, в кожаном жилете с узорами, тёмное перо в косе. Лук держала так, что стало сразу понятно, что для неё он продолжение руки. Судя по всему, она практик уровня закалки, если оценивать то, как легко она удерживала натяжение тетивы одной рукой. Одиночка, но не беглянка: одежда чистая, ухоженная, а значит, где-то рядом есть люди.

Интересно только, какого она уровня: четвёртого, седьмого?

— Ты кто такой. — Тетива натянулась ещё сильнее. — Как попал сюда⁈

Я поднял обе ладони, пустые и безоружные, если не считать удочки.

Девчонка нисколько меня не пугала, я понимал, что в любой момент смогу дать ей жесткий отпор. Куда занятнее был совершенно другой вопрос:

А это что ещё за Покахонтас?