Сквозное действие, или Как стать драматургом

Н и к о л а й М и х а й л о в и ч Ч м у т и н.

Л ю д м и л а — его дочь.

Л е о н и д — ее муж.

Н и н а И в а н о в н а В о р о н к о в а.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а П е с о ч и н с к а я.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а Б а р а б а н о в а.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

В комнате полумрак, только чудом проникший сквозь тяжелую штору солнечный лучик играет в подвесках бронзовой люстры. Картины в тяжелых рамах. Если бы не было несколько хитроумно запрятанных предметов современного быта: телевизионного экрана, впаянного в стену, проигрывателя, телефона, совершенно незаметных в антикварной меблировке, можно было бы предположить, что в этой квартире доживает свой век старый аристократ. Вполне могла открыться дверь, и вошел бы седой дряхлый слуга — например, тушить свечи. Два мрачно темнеющих бронзовых подсвечника стоят у стены. Но свечи в них не горят.

Входит Н и к о л а й М и х а й л о в и ч Ч м у т и н, высокий худой старик. Небрит. В носках. Рубашка выпущена наружу. Что-то странное с первого взгляда обнаруживается в нем. Похоже, он только что встал после дурного сна. Некоторое время старик стоит у двери с таким видом, будто впервые попал в эту комнату. Что-то бормочет, а что — не разобрать. Прошел по комнате, и стало ясно, что за день он сюда не раз заходил, но, как и сейчас, видимо, без всякой цели. Остановился. Прислушался. Подошел к окну и раскрыл штору. В комнату пробилось закатное солнце.

Ч м у т и н. Гуля-гуля-гуля… Гуля-гуля-гуля… Здравствуй, дурачок. А я тебя ждал. Где же тебя, басурман, носило? Поешь хлебушка… Не хочешь… Водички попей… Блюдце не разбей только, а то меня заругают. Не бойся… Третий день мы знакомы, а ты все меня боишься. Не трону я тебя. У меня ведь в Курске была голубятня. Построил таким же буркачам, как ты, над сараем пирамидку. Улица Максима Горького, дом семнадцать. Рядом церковь, напротив пожарной команды… Внизу река Тускарь течет… За ней поля без конца и края. Я во втором домоуправлении кровельщиком работал. Тоже вроде птицы, жизнь на крышах провел. Сверху мне все видно было. В каком доме свадьба, в каком похороны. Другие, которые на земле жили, успели добра накопить… И с моей специальностью можно было зарабатывать. Прибился к артели, поездки по деревням — вот тебе и круглая сумма. Некоторые ребята, что у меня выучились, до сих пор по России кружат. А я коммунальные дома латал, государственные. Они ведь второпях строились после войны… Для расселения народа. Кому-то надо было за этими инвалидами присматривать. Стали новые ставить, а их сносить… конечно, радуются люди, а мне жаль… Ты, значит, москвич, столичный житель, а я курянин. Летал бы, как другие птицы, в теплые края, обязательно познакомился бы с моими голубями. Попросил я соседа своего, Василия Ивановича, их подкармливать, так он месяц назад умер. Дочь его мне написала. Друг мой, электрик Василий Иванович, умер, а на целых три года моложе меня. Я думаю все, кто их там-то покормит… На церковный двор если догадаются полететь, там старушки богомольные…

Телефонный звонок. Поднимает трубку. Берет со стола лист бумаги и карандаш.

Пожалуйста, говорите… Людмилы нет еще. Подождите. Вы мне продиктуйте, что надо передать, — я для них записываю. (Пауза.) Помедленнее говорите. (Записывает.) Кто разговаривает со мной? Махлаков из управления. Товарищ Махлаков, проверьте: Люда, помоги, сделай четыре купейных до Симферополя. Правильно? Вешаю трубку. (Положил трубку и подошел к окну.) Народ из учреждения едет. А я с работы пешком. За день от земли отвыкнешь, ног под собой не чувствуешь. Я ведь не ходил по улицам, а бегал. Жена никак поспеть за мной не могла. Так за спиной сорок с лишним лет проходила… Потом умерла… Скоро второй год как я вдовец. И вот как я один остался, так совсем дурным сделался… Не ел почти ничего. Желания не было. Дочь потом привезла к себе, положила в больницу для нервных людей. Доктор сказал: вы человек здоровый, только надо хотеть жить. Сказать легко…

Телефонный звонок.

Ты, дружок, не улетай… Подожди.

Старик вновь берет со стола бумагу и карандаш. Поднимает трубку.

Пожалуйста, говорите. Да, это Николай Михайлович. Нет, Людмила еще не пришла. Утром? Ничего не говорила. (Пауза.) Кого приведете? Какие женщины? Почему нельзя по телефону? Так что ей передать? Какие женщины? Хорошо, вешаю трубку. (Записывает.) Леонид сообщил: придут женщины. (Вернулся к окну.) Улетел… надоело стариковскую галиматью слушать. (Подошел к старинным стенным часам.) У них половина третьего. Часы здесь тоже мебель. Сколько на моих? Восемнадцать тридцать две. (Прошел по комнате. Остановился.) Ну что, Василий Иванович, продолжим партию? Посмотрим, что ты надумал со вчерашнего вечера.

Выходит. Возвращается с доской, на которой расставлены шашки.

Как ты мне говорил, Василий Иванович? С кем сражаться будешь? С тобой, больше не с кем. Твой ход, сосед. (Делает ход. Переходит на другую сторону.) Та-ак. Подожди… Василий Иванович, дай-ка я свою дамочку отсюда уберу. Это у тебя их гарем, а у меня всего одна. Что ты на это скажешь? (Переходит на место отсутствующего Василия Ивановича.) А скажу я, Николай Михайлович, вот что… скажу я, кто черными играет, у того и мысли черные… вот что я скажу.

Входит Л ю д м и л а. Останавливается у двери. Отец, увлеченный игрой, ее не замечает.

Думай, Василий Иванович… думай. Твой ход. А я пока отдохну… Третий месяц живу барином. Муж Людмилы — специалист по старой мебели. Обстановка у них из красного дерева. Старинная работа, ручная… прежних мастеров. Одна кровать занимает половину комнаты. Зять говорил, Григорий Распутин на ней почивал. Хоть вдоль ложись, хоть поперек. Место есть, а детей нет. Чмутины на мне кончились. Долго думаешь, сосед, тебе ходить…

Заметил дочь. Молчание.

Л ю д м и л а. Опять мыл полы?

Ч м у т и н. Пыль подтер.

Л ю д м и л а. Ты выходил сегодня?

Ч м у т и н. В магазин спускался…

Поднимает доску и направляется к двери.

Л ю д м и л а (вслед). В холодильнике должна быть минеральная, принеси.

Старик выходит. Возвращается с бутылкой и стаканом. Людмила жадно пьет.

Налей еще. (Пьет.) Напротив школы ремонтируют дорогу. Жара, грохот, дышать нечем. Голова раскалывается. (Устало.) Кто звонил? Ты записал?

Ч м у т и н. Записал.

Берет со стола лист. Дочь ложится на софу.

Л ю д м и л а. Папа… я вчера накричала на тебя. Из-за этой вазы. Пойми, он над всем трясется, я сама боюсь до чего-нибудь дотронуться. Лучше бы ты разбил какое-нибудь блюдо на кухне…

Молчание.

Ладно, не обижайся…

Ч м у т и н (читает). В двадцать седьмом ЖЭКе для Леонида информация. Звонить или зайти завтра в десять. Твоя портниха перенесла примерку на среду.

Л ю д м и л а. Она не сообщила почему?

Ч м у т и н. Переверзев из Второго пищеторга достал Леониду места на Таганку. Это куда? В тюрьму?

Л ю д м и л а. В театр.

Ч м у т и н. Здесь телефон директора, не разобрал я, какой базы, тот все объяснит про эту Таганку. Мужчина спросил типографию. Гриша. (Замолчал.)

Л ю д м и л а. Какой Гриша?

Ч м у т и н. Гриша оставлен тебе в буфете…

Л ю д м и л а. Груши?

Ч м у т и н. Правильно… Опять мужчина спросил типографию. Родион передал. У тебя завтра возьмут интервью. Подготовь ответ от своего лица, директора спортивной школы на вопрос: кто из питомцев вышел в чемпионы-мастера и о ком можно писать. Махлаков из управления: Люда, помоги, сделай четыре купейных до Симферополя. Леонид сказал, что сюда придут женщины. (Пауза.) Какие женщины?

Молчание.

Л ю д м и л а. Все?

Ч м у т и н. Балерина какая-то, я не разобрал…

Л ю д м и л а. Ну, хорошо… ты покормишь меня? Какое сегодня меню?

Ч м у т и н. Холодный борщ.

Л ю д м и л а. Как мама делала? Умница… Папочка, давай помиримся.

Старик пошел к двери.

Принеси сюда, ладно? Мне надо позвонить. Дай телефон. Сил нет подняться.

Старик вернулся. Подал телефон.

Спасибо. Воду дали? (Пауза.) Горячую воду дали?

Ч м у т и н. Нет.

Л ю д м и л а. С ума сойти… третий день нет воды… Каждое лето нам устраивают эту пытку.

Старик хотел что-то сказать, но не решился. Выходит.

Ты хотел что-то сказать? (Пауза.) Папа!

Молчание.

(Набирает номер.) Алло… Ваня? Позови Леонида. (Пауза.) Это я… (Торопливо.) Нет, не предупреждала. Почему-почему! Не знаю… не успела… Что ты кричишь там? Прекрати! Прекрати, я сказала. (Положила трубку. Через некоторое время — звонок. Помедлив немного, сняла трубку.) Да, это Люся… Что? Не слышу ничего. Ну, хватит! Я и так вся вымотана. Только что вошла. Ты ему что-то сказал? Он говорит про какую-то балерину… Хорошо, дома все расскажешь. Приезжай быстрее. (Положила трубку.)

С т а р и к осторожно вносит наполненную тарелку.

Папа, сколько раз можно говорить — есть поднос.

Старик повернулся и так же медленно вышел.

Куда ты пошел! Поставь, раз уж принес.

Людмила поднялась, прошла по комнате. Без удовольствия посмотрела в громадное старинное зеркало. Села за стол. Ждет. Входит о т е ц. На этот раз с подносом, расставляет тарелки.

(Мягко.) Так ведь удобнее и быстрее. А где твоя тарелка?

Ч м у т и н. Я не хочу.

Людмила вышла, вернулась с наполненной тарелкой в руках.

Л ю д м и л а. Садись ешь… и положи сметаны побольше. Возьми ложку.

Ч м у т и н. Поем я… не беспокойся… Потом поем.

Л ю д м и л а. Зачем ты меня мучаешь? Опять ты в носках? Рубашка наружу… У тебя что, нет другой рубашки?

Ч м у т и н. Мне и в этой хорошо.

Л ю д м и л а. Леонид подарил тебе три прекрасные сорочки. Где они?

Ч м у т и н. С чужого плеча не ношу.

Л ю д м и л а. Что за глупости. Он не чужой…

Молчание.

Честное слово, ведешь себя хуже ребенка. Я сейчас подберу рубашку и галстук. Я не помню, туфли у тебя есть приличные?

Молчание.

Почему ты не бреешься? Ты что, бороду отращиваешь? Пойди и приведи себя в человеческий вид… К нам могут прийти гости.

Ч м у т и н. Хорошо, я посижу на кухне.

Л ю д м и л а. Что ты прячешься?

Ч м у т и н. Не знаю, о чем говорить с вашими гостями.

Л ю д м и л а. Не обязательно говорить. Можно послушать. Пойми, все думают, что я тебя прячу.

Ч м у т и н. Поеду-ка я в деревню.

Л ю д м и л а. В какую еще деревню?

Ч м у т и н. В Тонину.

Молчание.

Л ю д м и л а. Нет, папа, я тебя не отпущу… Ты будешь теперь жить в Москве. Это решено.

Ч м у т и н. Не надо мне было сюда приезжать. Вы молодые… Зачем вам старый человек в доме. Там я работу себе найду… кровельщик в деревне — все равно что печник. Скучно мне так без дела сидеть. (Пауза.) Не будешь больше?

Л ю д м и л а. Нет…

Старик собрал посуду и направился к двери.

Подожди… Папочка, давай спокойно обо всем поговорим.

Ч м у т и н (вернулся). Что разговаривать? Я уже туда настроился.

Л ю д м и л а. Ну почему ты не хочешь жить с нами? Тетя Тоня ведь старше тебя.

Молчание.

Я тебя понимаю… (Тяжело.) Сидишь целыми днями в пустой квартире… Что же делать — мы же работаем. (Пауза.) Что же делать?

Ч м у т и н. Тоня еще когда писала… крыша в двух местах прохудилась. Приеду — покрою наново. Все-таки хоть какое-то занятие будет.

Л ю д м и л а. Папа, пойми… я тебя забрала, потому что ты… за тобой надо смотреть. Ты плохо слышишь… Все время разговариваешь вслух. Тоня, наверное, сама чуть жива… не знаю, как вы там будете вдвоем…

Молчание.

Нет! И разговоров быть не может! Нет! Пока была жива мама, я за вас не волновалась.

Ч м у т и н. Ты всегда считала меня дурачком. Зачем ты внушила матери, что я испортил ей жизнь?

Л ю д м и л а. Что? Кто тебе это…

Ч м у т и н. Она сама мне… Все рассказала.

Молчание.

Л ю д м и л а. Что она тебе сказала?

Ч м у т и н. Позапрошлым летом ты путешествовала на юг. Заехала показать мужа. Мы неделю готовились, а вы ушли спать в гостиницу.

Л ю д м и л а. Мы не хотели стеснять вас.

Ч м у т и н. Что же, у нас не нашлось бы места для дочери? Мы пригласили соседей. Люди пришли на тебя посмотреть. Василий Иванович принес баян…

Л ю д м и л а. Я хотела встретиться с подругами…

Ч м у т и н. Люди сидели… потом ушли…

Молчание.

Л ю д м и л а. Ну-ну… Я слушаю.

Ч м у т и н. Утром ты повезла мать по магазинам. Накупила тряпья. Вспомни, что ты ей говорила тогда? Жалела…

Молчание.

Долго она не ложилась вечером. На обновы эти смотрела. Над каждой тряпкой плакала… Душу вы ей смутили перед самой смертью.

Л ю д м и л а. Папа, давай не будем. Мать проходила всю жизнь в одном платье. Если бы я не купила костюм, ее не в чем было бы положить в гроб.

Звонок у входной двери. Людмила вышла. Входит Л е о н и д. Немолодой, щеголеватый человек.

Л е о н и д. Воду дали?

Л ю д м и л а (входит). Нет.

Л е о н и д (Чмутину). Добрый вечер.

Старик молча собрал посуду и вышел.

Л ю д м и л а. Ты голодный?

Л е о н и д. Спасибо, я пообедал… Так! Ну, что у нас нового?

Л ю д м и л а. Он хочет уехать к тете Тоне в деревню.

Л е о н и д. Да? А ты что?

Л ю д м и л а. Ну, подумай, куда он поедет? Тоня сама еле ходит. (Пауза.) Он мне отец все-таки…

Л е о н и д. Я понимаю, что тебе его жалко… я понимаю!

Л ю д м и л а. Да, жалко… Ты бы отправил свою мать в таком состоянии?

Л е о н и д. В каком состоянии? Ты тоже преувеличиваешь… Он передвигается без посторонней помощи. Здоровый человек…

Л ю д м и л а. Я тебя просила не издеваться над ним.

Л е о н и д. С порога начинаются обвинения. Дай хоть отдышаться. Мы с ним вторую неделю не разговариваем. Я его не трогаю.

Л ю д м и л а. А почему вы не разговариваете?

Л е о н и д. Все темы исчерпаны. Как починить кран на кухне, мы выяснили.

Л ю д м и л а. Когда мы приехали к нам в Курск, ты был вежлив, предупредителен. Может, ты думал, что у него есть деньги?

Л е о н и д. Оказывается, я хотел ограбить своего тестя?

Л ю д м и л а. Тихо! Ты можешь не орать!

Подошла к двери, выглянула в коридор.

Видишь, он вспомнил, что мы остановились в гостинице, а не у них.

Л е о н и д. В какой гостинице? О чем ты?

Л ю д м и л а. Ладно…

Л е о н и д. В общем, слушай! Я сегодня объездил пол-Москвы! Поднял на ноги всю свою клиентуру. На меня смотрели как на идиота. Все привыкли, что я занимаюсь старой мебелью, а не старушками.

Л ю д м и л а. Никто тебя не заставлял! Это твоя идея.

Л е о н и д. Интересно, для кого я это делаю?

Молчание.

Л ю д м и л а. Ну и что ты нашел?

Молчание.

Л е о н и д. Если тебе это не очень нужно… стоит ли городить огород?

Л ю д м и л а. Я уже не знаю, что нужно! Не знаю…

Л е о н и д. Успокойся…

Л ю д м и л а. Ты не хочешь меня понять!

Л е о н и д. Я все понимаю. Ты можешь меня выслушать?

Молчание.

Л ю д м и л а. Господи, господи… (Тяжело.) Ну, что? Что ты улыбаешься?

Л е о н и д. Я кое-что нашел. Старушки, правда, не фонтан. Я искал в основном одиноких, с площадью. Если бы он был членом-корреспондентом, я бы поехал по другим адресам. В общем… увидишь сама. Сегодня придут три барышни.

Л ю д м и л а. Сколько?

Л е о н и д (достал записную книжку). В девятнадцать часов Роза Александровна. В прошлом балерина. Она хочет интеллигентного человека. Я ей сказал на всякий случай, что Николай Михайлович художник… Занимался изделиями на металле. Она была в восторге. Роза Александровна с легким сдвигом в сторону. (Улыбнулся.) Посмотришь, как она одевается.

Л ю д м и л а. Я не понимаю… Ты что, шутишь?

Л е о н и д. Ну какая нормальная женщина за него пойдет? Ничего. Он будет толковать про свое, она про свое. На восемь назначено Нине Ивановне… Она работала в психиатрической лечебнице.

Л ю д м и л а. Он не сумасшедший!

Входит Ч м у т и н с подносом.

Что такое, папа?

Ч м у т и н. Ему поесть.

Л е о н и д. Спасибо, Николай Михайлович, я сыт.

Старик вышел. Молчание.

Л ю д м и л а. Ты, конечно, всем рассказал, что у нас за жених.

Л е о н и д. Да, я повесил объявление: «Одинокий сумасшедший ищет спутницу жизни». Не волнуйся, я давал вам прекрасные характеристики. Дочь в прошлом велосипедистка. Тонкая женщина…

Л ю д м и л а. Двадцать лет назад я была такой.

Л е о н и д. Я говорил о твоем уме.

Л ю д м и л а. На самом деле я дура!

Л е о н и д. Мы сегодня опять не в форме? Да?

Л ю д м и л а. Да…

Молчание.

За что он меня ненавидит?

Л е о н и д. За то, что ты живешь со мной.

Л ю д м и л а. При чем здесь ты?

Молчание.

Как мать могла жить с ним? Он занимался своими голубями. Она ходила по двору зачуханная. Этот двор мне снится до сих пор… Я не знала, как вырваться оттуда… И вот опять…

Молчание.

Л е о н и д. Все наладится. Он будет жить с нами рядом. Ты будешь его навещать…

Л ю д м и л а. Как я устала, если б ты знал…

Л е о н и д. За три месяца? Я каждый день общаюсь с такими, как он. Все похожи друг на друга… Боятся умереть, проклинают родственников. Попадаются такие персонажи… Жуть… думаешь, в пятьдесят надо отчаливать. С другой стороны, прожить такой исторический отрезок, видеть столько ужасов и остаться при полном уме?

Л ю д м и л а. Ну и что эта Нина Ивановна?

Л е о н и д. Ей все равно, интеллигент или хозяйственный. Лишь бы был хороший человек. Кстати, чтобы ты знала на будущее, мужья встречаются двух видов: интеллигентный и хозяйственный. Я думал, к какому отнести Николая Михайловича. По умственным и имущественным данным он скорее интеллигент.

Л ю д м и л а. Он не нищий. Деньги мы ему будем давать.

Л е о н и д. Будем. Конечно, будем… Женщины понимают, что за ними стою я.

Л ю д м и л а. Ты хозяйственный?

Л е о н и д (усмехнулся). Я интеллигент с хозяйственной жилкой. (Пауза.) Третья соперница — Диана Владимировна. Работает ночным вахтером. У этой тоже ничего нет, кроме воспоминаний.

Л ю д м и л а. Когда она придет?

Л е о н и д. В двадцать один ноль-ноль. Ровно по часу на каждую претендентку. Как это будет выглядеть? За десять минут до конца сеанса я возьму невесту под руку: «Уже поздно, могу вас подвезти». Отвожу ее и встречаю следующую.

Л ю д м и л а. Ты что?

Л е о н и д. Спокойно! Все должно быть решено сегодня… иначе завтра ты придешь с работы, а он будет где-нибудь между Тулой и Орлом. Пойми, он уже в таком возрасте, когда нам надо принимать за него решения. Самое интересное, как отнесется к браку наш Ромео?

Л ю д м и л а. Нет, не надо… это ерунда… все.

Л е о н и д. Что мы теряем? Надо же что-то делать! Не волнуйся. Все, что потребуется, я скажу сам.

Л ю д м и л а. Хорошо. А если он не захочет? Да другого и быть не может.

Л е о н и д. Я прошу, давай попробуем. Не выйдет — что-нибудь придумаем! Расписывают их без испытательного срока… Мало ли что может случиться с такими молодоженами. Зови отца.

Молчание.

Времени у нас не осталось. Роза Александровна уже в пути.

Л ю д м и л а. Поговори с ним ты, без меня.

Л е о н и д. Ну, отнесись к этому с юмором!

Л ю д м и л а. Как ему об этом сказать? Он подумает, мы хотим от него избавиться.

Л е о н и д. Ты же хочешь, чтобы он был рядом! Жил, наконец, по-человечески, в столице. Не мешай мне — все, что от тебя требуется. Позови его.

Людмила медленно пошла к двери.

Подожди? Принеси какого-нибудь вина, сядем за стол.

Л ю д м и л а. Этих женщин… Надо угощать?

Л е о н и д. Одна из них станет твоей мачехой.

Л ю д м и л а. Кошмар.

Л е о н и д. Поставь что-нибудь дефицитное, чтобы остальным не было обидно. Свадьба, ничего не поделаешь, придется потратиться.

Л ю д м и л а. Какая свадьба?

Л е о н и д. Роза Александровна мечтает снять зал в «Национале». Пригласить труппу Большого театра.

Людмила вернулась. Села в кресло и заплакала.

Послушай. Ты совсем перестала понимать юмор?

Л ю д м и л а. Подожди. Сейчас я его позову.

Л е о н и д. Что ты плачешь?

Л ю д м и л а. Просто так… дай платок.

Леонид подал платок.

Разговаривай с ним по-человечески.

Л е о н и д. Я знаю, как с ним говорить. Зови-зови!

Людмила вышла. Леонид достал бумаги, очки. Входит с т а р и к. Останавливается у двери.

Ч м у т и н. Людмила сказала… вы хотели со мной посоветоваться. Я слушаю…

Л е о н и д. Николай Михайлович, почему мы с вами не можем подружиться? Допустим, я далек от совершенства. У вас есть свои привычки — у меня свои. Люда сказала, что вы собираетесь уезжать. Почему? Не понимаю. Вспомните, из-за чего мы поссорились в последний раз. Вы решили взять на себя уборку квартиры. Спасибо вам за это — Людмила, действительно, устает, попросили вас быть поосторожнее с мебелью. Сказал, не надо здесь ничего протирать — я всегда это делаю сам. Вас это оскорбило. Вы перестали сюда заходить — сидите на кухне, как Золушка. Эти кресла и стул — все, что осталось от моего детства. Это память о моем отце. Они мне дороги. Все остальное я приобрел с огромным трудом. Для вас это кусок дерева, а для меня детали эпохи… Я мог бы рассказать вам целую повесть об этой несчастной вазе. Все! Давайте о ней забудем. Я повторяю: это мое увлечение. Имею я право на такую слабость? (Пауза.) Может быть, действительно, нам с вами противопоказано жить вместе? Допустим. Есть выход и из этой ситуации. Давайте подумаем о Людмиле. Поверьте, она страдает больше, чем мы. Она стала нервной, вспыльчивой. Вы уедете в деревню, а с каким настроением здесь останется она? Будет думать, как вы и что вы? Ведь все это уже было. Когда умерла Надежда Васильевна, я первый сказал: хватит мучиться — привози отца сюда…

Молчание. Леонид снял очки, спрятал бумаги.

Ч м у т и н. Какой вам нужен совет?

Л е о н и д (улыбнулся). Речь шла о семейном совете. А где Людмила?

Молчание.

Николай Михайлович, вы ведь хорошо выглядите. Вам и шестидесяти не дашь.

Ч м у т и н. Мне семьдесят два года.

Входит Л ю д м и л а. На подносе коньяк и закуска.

Л е о н и д. На вид вам сорок, сорок пять. Не больше. Люся, папа выглядит твоим старшим братом.

Л ю д м и л а. Спасибо!

Ч м у т и н. Говорите, что вам от меня нужно.

Л е о н и д. Я говорю, вы отлично сохранились. В глубинке люди гораздо крепче, чем в центре. Свежий воздух, грубая пища… Давайте сядем за стол по-семейному.

Л ю д м и л а. Садись, папа.

Л е о н и д. Возьмите рюмочку…

Ч м у т и н (садится). Каждый день здесь праздник.

Л е о н и д. Ну почему у вас такой мрачный вид, Николай Михайлович? Мой директор старше вас, высох до кости — натуральный антиквариат. Представьте себе, недавно женился. Она на сорок лет его моложе… Вот это мужчина! Я на вашем месте не хоронил бы себя. Правильно я говорю, Люда?

Молчание.

Николай Михайлович, приезжаю сегодня к одной старушке оценивать мебель. Она мне говорит: помогите. Она пенсионерка. Ей тоже нужен пенсионер. (Пауза.) Вы пойдите в парк культуры и отдыха. Там целые коммуны. Они ходят, прицеливаются друг к другу. Можно будет духовно общаться. Рядом человек вашего поколения. Зовут ее Роза Александровна. В прошлом балерина. Подарки поклонников. Раньше ведь приходили к женщине не с бутылкой вермута, как сейчас. Ей приносили колечко с камешком. Или вот еще одна знакомая — Нина Ивановна. У нее брат в деревне. Свежие продукты. Она в прошлом медицинская сестра. Если надо сделать укол, не придется ждать в очереди. В вашем возрасте главное — здоровье. Вы знаете… мне пришла в голову мысль… Люся, как ты на это смотришь?

Л ю д м и л а. Что?

Л е о н и д. Я говорю… мысль мне пришла…

Л ю д м и л а. Папа, я работаю, Леонид работает… Ты целыми днями один. За тобой надо кому-то ухаживать. Ты стал заговариваться. Совсем не спишь. Думаешь, мне легко на это смотреть?

Л е о н и д. Николай Михайлович — здоровый мужик. Вполне может работать — сторожить что-нибудь. Не говоря о семейной жизни…

Л ю д м и л а. Прекрати…

Л е о н и д. Серьезно. Давайте мы вас женим.

Молчание.

Хотите, я сегодня приведу невесту. Не одну, а несколько — на выбор.

Молчание.

Л ю д м и л а. Папа! (Пауза.) Ответь же что-нибудь.

Ч м у т и н. Я хочу тишины. Дайте мне спокойно дожить.

Л е о н и д (весело). Мы же предлагаем вам женщину, а не патефон. Надо будет, она помолчит. Надо — скажет что-нибудь. Будете доживать в Москве.

Ч м у т и н. Отправьте меня в деревню.

Л е о н и д (Людмиле). Теперь его заклинит на сельском хозяйстве. (Чмутину.) Знаете что? Я сегодня пригласил… своих старых подруг. Посмотрите сначала — может, какая и приглянется, а потом поговорим.

Ч м у т и н. Что вы от меня хотите?

Звонок у входной двери.

Л е о н и д. Вот и Роза Александровна. Не выдержала — пришла на пятнадцать минут раньше.

Л ю д м и л а. Он так и не побрился!

Ч м у т и н. Что вы надумали?

Л е о н и д. Ничего страшного. Просто посидите с нами. Людмила, иди открывай!

Людмила вышла.

Николай Михайлович, Москва центр культурной жизни…

Ч м у т и н. Кто это пришел?

Л е о н и д. Спокойно-спокойно. Что вы так разволновались? Это женщина. Она не кусается. Я не знал вашего вкуса. Мы начнем с балерины.

Входят Л ю д м и л а и Н и н а И в а н о в н а, крупная, просто одетая женщина с продуктовой сумкой.

Что такое?

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а. Здравствуйте.

Л е о н и д. Здравствуйте. (Пауза.) Нина Ивановна, мы договорились на восемь часов.

Молчание.

Л ю д м и л а. Проходите, пожалуйста.

Н и н а И в а н о в н а (проходит). Я шла от дома пешком. Думала, уже восемь.

Молчание.

Л ю д м и л а. Это мой муж…

Н и н а И в а н о в н а. Мы знакомы с Леонидом Ивановичем.

Л ю д м и л а. Я дочь… вот мой отец…

Н и н а И в а н о в н а. Очень приятно… Ничего, что я не сняла туфли? У вас такая роскошная квартира.

Л ю д м и л а. Ничего.

Н и н а И в а н о в н а. Очень приятно…

Молчание.

Л ю д м и л а. Что ты сидишь, папа? Познакомься…

Ч м у т и н. Зачем?

Л ю д м и л а. Просто так… познакомься.

Н и н а И в а н о в н а. Нина Ивановна.

Молчание.

Л е о н и д. Очень приятно… Дорогая моя, вы поторопились.

Н и н а И в а н о в н а. Я не вовремя? Вы ужинали…

Л е о н и д. Да, немножко ужинали…

Л ю д м и л а. Мы очень рады. Проходите. Садитесь с нами.

Н и н а И в а н о в н а. Спасибо. Леонид Иванович, я именно так и представляла вашу жену. Сразу видно, женщина ничем не болеет.

Л е о н и д. Так… Люся, что же мы стоим? Николай Михайлович, Нина Ивановна пришла… так сказать… к вам.

Л ю д м и л а. Вы извините, папа не успел переодеться.

Л е о н и д. Ничего-ничего, Нина Ивановна — свой человек. Людочка, я должен помочь тебе на кухне. Мы вас на минуту покинем.

Л ю д м и л а. Папа, надеюсь, Нине Ивановне не будет с тобой скучно!

Леонид под руку выводит жену. Старики сидят в напряженном молчании.

Н и н а И в а н о в н а. Если вам надо одеться, вы идите. Я одна посижу.

Ч м у т и н. Я одет.

Н и н а И в а н о в н а. Правильно. Вы у себя дома.

Молчание.

Жарко на улице. Днем было жарко, и сейчас тоже. В такую погоду я стараюсь не выходить из дому.

Молчание.

У вас, кажется, кроме дочери, детей нет?

Ч м у т и н. Нет.

Н и н а И в а н о в н а. У меня из родственников только брат. Сколько вам лет?

Ч м у т и н. Семьдесят два.

Н и н а И в а н о в н а. Мне шестьдесят семь. В такую погоду… к вечеру… так устаешь… что сон не идет.

Молчание.

А вы как спите?

Ч м у т и н. Плохо.

Н и н а И в а н о в н а. Надо спать. Ночью организм отдыхает.

Ч м у т и н. А он у меня не устает.

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а. В следующий раз вы ко мне зайдете.

Ч м у т и н. А зачем мне к вам заходить?

Н и н а И в а н о в н а. Я ведь сразу не могу решить, подходите вы мне или нет.

Ч м у т и н. Не подхожу. Нечего и решать.

Подошел к окну, потянулся, достал с подоконника блюдце.

Воды налить надо… птица прилетает.

Н и н а И в а н о в н а. Какая птица?

Ч м у т и н. Голубь.

Молчание.

До свидания.

Н и н а И в а н о в н а (растерянно). До свидания.

Входят Л ю д м и л а и Л е о н и д.

Л е о н и д. Так! Николай Михайлович, вы поступаете в распоряжение Людмилы. Нина Ивановна, позвольте отобрать у вас собеседника на несколько минут.

Н и н а И в а н о в н а. Пожалуйста.

Л ю д м и л а. Папа, пойдем.

Ч м у т и н. Куда?

Л е о н и д. Николай Михайлович, идите-идите. Вам надо переодеться… Побриться… ради такого случая.

Н и н а И в а н о в н а. Не стоит беспокоиться. Мне уже пора.

Л е о н и д. Нина Ивановна, что такое? Я только на минутку спущусь вниз — забыл закрыть машину. Николай Михайлович, там, в спальне я приготовил костюм и туфли. У вас какой размер обуви?

Звонок у входной двери.

Так! (Пауза.) Как интересно складывается! Люда, кто это может быть?

Л ю д м и л а. Ты откроешь? Я не знаю, кто там…

Л е о н и д. Я тоже не знаю.

Н и н а И в а н о в н а. У вас должны быть гости?

Л е о н и д. Нет, нет… кроме вас, мы никого не ждали.

Л ю д м и л а. Открыть?

Л е о н и д. Люся! Как же ты забыла — к тебе собиралась прийти Роза Александровна!

Л ю д м и л а. Забыла…

Л е о н и д. Николай Михайлович, не стойте! Идите!

Ч м у т и н. Никуда я не пойду!

Л е о н и д. Наденьте костюм — видите, сколько гостей!

Звонок повторяется.

Нина Ивановна, Роза — старая подруга нашего дома… Меня нянчила с пеленок…

Н и н а И в а н о в н а. У меня к вам вопрос. Наедине.

Л е о н и д. Людмила…

Л ю д м и л а. Пойдем, папа!

Ч м у т и н. Дай мне денег на билет. Я поеду в деревню!

Л ю д м и л а. Ты всех задерживаешь!

Ч м у т и н. Куда ты спрятала чемодан?

Л е о н и д. Дорогой тесть…

Ч м у т и н (дочери). Я просил, чтобы он со мной не разговаривал! А то я отвечу! Пусть из меня клоуна не делает!

Л ю д м и л а. Какого клоуна? Пойдешь ты или нет?

Чмутин выходит. Людмила за ним.

Н и н а И в а н о в н а. У него тяжелый характер.

Л е о н и д. Да нет… просто любит пошуметь. Шестьдесят лет — здоров как бык. В ванне стоят гири… бросает, как мячики. (Быстро.) Какой вопрос?

Н и н а И в а н о в н а. Он знает, зачем я пришла?

Л е о н и д. Конечно. Он в здравом уме и памяти. А что такое?

Н и н а И в а н о в н а. Мне показалось… Я ему не понравилась.

Л е о н и д. А по-моему, наоборот. Поверьте, я его лучше знаю. Вы сначала приглядитесь друг к другу.

Н и н а И в а н о в н а. Да, мы торопиться не будем.

Звонок у входной двери.

Л е о н и д. Медлить тоже не следует.

Н и н а И в а н о в н а. Хорошо. Встречайте гостей.

Л е о н и д. У нас не дом, а проходной двор. Еще кто-нибудь может прийти.

Н и н а И в а н о в н а. Мне остаться?

Л е о н и д. Конечно. Привыкайте к нашей семье.

Н и н а И в а н о в н а. Мне кажется, я уже привыкла.

Л е о н и д. Вот и хорошо.

Выходит. Нина Ивановна с удовольствием рассматривает комнату. Видно, что в таких домах ей приходилось бывать не часто. Прячет свою старенькую сумку под стол. Достает зеркальце, но, услышав шаги в коридоре, быстро прячет его. Входят Л е о н и д и Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Прямая, тонкая старушка в замысловато закрученной шляпке. На ней белое платье послевоенной моды, на плечах кружевная накидка, в руках ридикюль и китайский зонтик.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы не сказали, как я выгляжу.

Л е о н и д. Как всегда, изумительно.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ну! Где же мой старичок!

Л е о н и д. Роза Александровна, разрешите вам представить нашу… близкую… Нину Ивановну.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы собрали всех родственников, чтоб на меня посмотреть? (Нине Ивановне.) Очень рада. Надеюсь, мы с вами подружимся.

Н и н а И в а н о в н а. Я тоже надеюсь.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Можно, я вас поцелую?

Н и н а И в а н о в н а. Очень приятно.

Целуются.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Леонид, простите, я запамятовала ваше отчество…

Л е о н и д. Роза Александровна, вы же всегда звали меня по имени.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Не может быть, мужчин я величаю по имени-отчеству.

Л е о н и д. А меня можно просто по имени…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Не рано ли? Дайте мне взглянуть сначала на вашего отца. Или он тесть? Я все перепутала. Поверите, до сих пор не могу прийти в себя.

Л е о н и д. Это ваше дежурное состояние.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Интриган! (Нине Ивановне.) Представляете! Приехал сегодня этот молодой человек, налетел как вихрь, все за меня решил…

Л е о н и д. Не надо, дорогая. Не выдавайте наших семейных тайн. Нина Ивановна обо мне бог весть что подумает.

Н и н а И в а н о в н а. Плохого не подумаю.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ах, какое зеркало!

Подошла к зеркалу. Молчание.

Л е о н и д (тихо). Она немного со смуром. Близка к вашему профилю.

Н и н а И в а н о в н а. Приятная женщина.

Л е о н и д. Изумительная.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я привыкла к большим зеркалам. У меня когда-то было свое, от пола до потолка. Мне подарил его Виталий Давыдович Шамардин. Вы, конечно, слыхали о нем?

Л е о н и д. Ну еще бы! Нина Ивановна тоже слышала. Правда?

Н и н а И в а н о в н а. Очень может быть.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Это был крупнейший инженер, строитель мостов. Таких мужчин сейчас нет. Голова вот такая — чемодан мозгов. Рост два с половиной метра, в машине он сгибался пополам. Сколько премий и наград получал… Какой это был благородный человек…

Н и н а И в а н о в н а. Я помню, у нас лечился один инженер, но он строил электростанции.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Это совсем другой инженер. Он, напротив, был небольшого роста. Звали его Александр Петрович Стеблов.

Н и н а И в а н о в н а. Я уже не помню, как его звали. Помню, что инженер.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Сашенька Стеблов… Стебелек, как его звали близкие друзья. Боже мой, какие стихи он мне писал, какие письма… Он хотел назвать плотину моим именем. Плотина «Роза»! (Пауза.) Вот уже много лет прошло, как он умер. (Леониду.) А где же хозяйка этого милого дома?

Л е о н и д. Моя жена приводит в порядок квартиру.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. У вас так чисто. Неужели она сама все убирает? Я за всю жизнь ни разу не взяла веник в руки. Дома меня невозможно застать: я бываю на всех премьерах… Боже мой! Какое прелестное бюро! Здесь ваша жена хранит любовные письма?

Л е о н и д (подошел к бюро). Любовные письма в нем когда-то хранила княгиня Барятинская. Моя жена здесь держит свои спортивные трофеи…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы не писали ей ни одного пылкого письма?

Л е о н и д. А она бы мне не ответила.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Женщине необходимо получать письма. А какая мука ждать его… читать по ночам, везде носить с собой. Нет. В наше время мужчины писали.

Л е о н и д. Телефонная связь была в зачаточном состоянии, сейчас любят по проводам.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Разве сейчас любят? Смотришь по телевизору или на сцене. Приходишь в ужас! С женщиной говорят, как с кавалеристом. Разве раньше можно было назвать женщину «членом коллектива»? Вчера смотрела пьесу. Какая-то птицеферма… Стоит на трибуне работница и говорит: «Члены нашего женского коллектива». Ей почему-то аплодируют… Если уж коллектив чисто женский, я бы сказала: «наши амазонки».

Л е о н и д. Чудесно. «Наши амазонки заготовили в текущем квартале два миллиона яиц».

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Сколько прекрасных слов! Ненаглядная, несравненная… незабываемая…

Н и н а И в а н о в н а. Еще можно сказать — голубушка.

Л е о н и д. Голубушки, я вижу, Николай Михайлович задерживается. Не выпить ли нам?

Н и н а И в а н о в н а. Что вы, Леонид Иванович! Я совсем не пью.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А я бы выпила чего-нибудь.

Л е о н и д. Коньяк?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А шампанского у вас нет?

Л е о н и д. Все есть. Немного погодя Людмила займется сервировкой. Я вам налью капельку.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Только пригубить.

Леонид наливает.

Что вы! Это слишком много! Вы хотите меня споить. Боже мой, как давно я не пила…

Л е о н и д (выпил). Смелее, Роза Александровна.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я потеряю контроль над собой. (Выпила.) Огонь, просто огонь…

Л е о н и д. Закусите.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Благодарю… Все вокруг поплыло. Что вы со мной сделали? А ваш тесть не пьет? Все художники — пьяницы. У меня был друг, Яков Пархоменко. Примитивист. Боже мой, сколько он выпил за свою короткую жизнь шампанского. А в каком направлении творит ваш тесть?

Л е о н и д. Мой тесть нашел себя в технической эстетике. Изделия из металла.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Век! Сейчас все техническое. Вместо Парнаса — комбинат. Вместо Пегаса — трактор. Можно мне пересесть в то глубокое кресло?

Л е о н и д (пододвинул кресло). Это кресло знаменитого полковника Клюка фон Клюгенау. В октябре тысяча восемьсот тридцать четвертого года с отрядом всего в три с половиной тысячи человек он прошел с боями от Термиз-хан-Шуры до аварской столицы Хунзаку. Наголову разбил племя Шамиля и назначил аварским правителем Аслан-хана Казикумухского. (Пауза.) Обивка с тех пор не менялась.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Леонид Иванович, почему вы работаете мебельным инспектором? У вас такая светлая голова. (Пауза.) Я все время хотела задать вам этот вопрос. Вы, кажется, историк?

Л е о н и д. Да, историк.

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я вас не огорчила?

Л е о н и д. А почему я должен был огорчиться? Мебель тоже своего рода история… В этой науке все уже сказано… добавить что-то новое, как говорится, не всякому дано…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Извините…

Л е о н и д. Вам удобно?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Да… Благодарю. Господи, как здесь хорошо. Я как будто попала в свое прошлое. (Нине Ивановне.) Правда?

Молчание.

Как вас зовут, дорогая?

Н и н а И в а н о в н а. Нина Ивановна.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Нина… красивое имя. Вы не курите?

Н и н а И в а н о в н а. Нет. А вы неужели курите?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Сорок лет дымлю. Я и в гроб лягу с папиросой. (Закуривает.)

Н и н а И в а н о в н а. Зачем же вы себя губите… отравляете организм?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я бросила в пятьдесят восьмом году. Продержалась неделю.

Н и н а И в а н о в н а. Женщине не идет курение.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Настоящей женщине все к лицу. Все мои подруги курят. Элеонора Нарвицкая, замечательная пианистка, начала курить на войне. Она аккомпанировала песне «Давай закурим». Певица давала ей папиросу… она закуривала… Бойцы очень смеялись. Мы были с ней в одной бригаде… Я танцевала, пела, читала стихи…

Молчание.

Л е о н и д. Роза Александровна, кажется, загрустила.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Память… Ничего не могу поделать. О ком ни заговорю, тот или умер, или умирает… Я боюсь звонить друзьям. Может быть, поэтому и мне перестали звонить. Думают — умерла. А я жива… странно, не правда ли?

Молчание.

Сколько людей я знала… каких людей! Куда все ушло?

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а. Если следить за организмом, можно долго прожить.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А вы, милочка, из какой области?

Н и н а И в а н о в н а. Москвичка.

Л е о н и д. Нина Ивановна — специалист по психологии мозга.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы не знали Куваева?

Леонид подошел к, двери. Прислушался.

Л е о н и д. Знали — знали…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Боже мой, какой был психиатр! Он мог загипнотизировать сто человек сразу. Могучий! Похож на Люцифера. Ходил по сцене в длинном фраке и держал бороду в кулаке. А какой был пронзительный взгляд. Я пришла на сеанс и заснула первой. Потом мы познакомились. У нас были гастроли в Тбилиси. Господи, какое чудесное время. Грузины… красное вино. Я помню… ночь. Звезды до самого утра не исчезали с неба… Было солнце и звезды… Какой-то старик пел песни… Ассистентка Куваева Сонечка играла на аккордеоне… Танго. Он меня пригласил. Усталый после сеанса… тихий, большой ребенок… Что же он мне тогда говорил? (Пауза.) Ах, мы танцевали танго… южное танго. В этом было что-то ресторанное, а до этого я говорила о балете… Но он мило меня успокоил. Танго, сказал он, танец воспоминаний. Светлая грусть прожитых дней. (Напевает.) Он был прав… Когда я слышу мелодию танго, я закрываю глаза и вспоминаю.

Л е о н и д. Вы элегия, а не женщина.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (закрыв глаза и напевая). А вы видите что-нибудь?

В дверях появился с т а р и к. Рядом Л ю д м и л а. Заметив Розу Александровну, Чмутин не решается идти дальше.

Л ю д м и л а (тихо). Папа, успокойся…

Ч м у т и н (тихо). Давай чемодан…

Л е о н и д (громко). Проходите, Николай Михайлович.

Старик быстро скрывается. Людмила остается.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (открывая глаза). Где он?

Л ю д м и л а (расстроена). Леонид, можно тебя?

Л е о н и д. Роза Александровна, стоило вам подумать о моей жене, и она появилась.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я обладаю магнетизмом.

Л е о н и д. Познакомьтесь…

Л ю д м и л а. Людмила.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Детка, можно я вас поцелую?

Л ю д м и л а. Можно… Пожалуйста.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (целует). Какая здоровая щечка! Какие волосы. Просто кустодиевская ню.

Л ю д м и л а. Извините, я занимаюсь по хозяйству. (Леониду.) Можно тебя на минутку?

Л е о н и д. Люда, мы заждались Николая Михайловича. Он, что, не хочет наводить марафет? Папа у нас большой оригинал. Ходит по-русски, в носках, с бородой. Лев Николаевич Толстой. (Жене.) Пусть так выходит.

Л ю д м и л а. Ты мне нужен.

Л е о н и д. Что случилось?

Ничего не ответив, Людмила выходит.

Видите, Роза Александровна, какие теперь жены. Без мужа, как без рук. Я на секунду удаляюсь. Не скучайте.

Н и н а И в а н о в н а. Я хочу успеть в магазин до закрытия. По вечерам я покупаю творог. Может, мне зайти в другой раз?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я вас не отпущу. Идите, Леонид Иванович. Я хочу посекретничать с вашей родственницей.

Л е о н и д. Нина Ивановна… вы понимаете. Сейчас я включу стереофонию. Мы с Люсей увлекаемся современной вкусовой музыкой. Можно потрястись — ликвидировать избыток углеводов. (Выбирает пластинку.) Вы, конечно, привыкли к классическому наследию прошлого. (Включает проигрыватель.) Шаляпин. Арии из опер.

Выходит. Звучит голос великого певца.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Как вам эта история с аэропланом? Я третий день дрожу от возмущения.

Н и н а И в а н о в н а (улыбается). Вы артистка?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. В прошлом. Все в прошлом. В молодости была красивая. Когда шла по улицам, офицеры выстраивались коридором и кричали: «Дорогу красоте». Где вы практикуете?

Н и н а И в а н о в н а. Я медицинская сестра. Работала в доме скорби. (Пауза.) Я тоже могу вспомнить. Но лучше забывать… на душе становится очень тяжело.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Несколько лет назад я завела собачку. Соседи написали письмо управдому. Я боялась, что они ее убьют, и отдала. Представляю, как они возмутятся, когда я заведу мужа. Скажите, он не слишком дряхл?

Н и н а И в а н о в н а. Кто?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Этот Николай Михайлович. Сколько ему лет?

Молчание.

Леонид сказал, он поднимает гири по утрам.

Н и н а И в а н о в н а. Мне он сказал то же самое.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Значит, это правда?

Н и н а И в а н о в н а. Вы родственница или знакомая? Я не поняла.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Меня хотят сосватать с Николаем Михайловичем. Что вы мне посоветуете?

Молчание.

Раньше мне бы это и в голову не пришло. У меня умерла сестра, и я осталась совсем одна. Она заснула и не проснулась… Мне не на что было похоронить ее. Я продала кресла и так познакомилась с Леонидом. Теперь… тоже… боюсь умереть во сне. Каждая ночь для меня пытка. А если рядом живой человек, все-таки не так страшно.

Молчание.

Что же он так долго не выходит? (Засмеялась.) Может быть, они его там гримируют под молодого человека?

Входит Л е о н и д. Явно чем-то озабочен.

Л е о н и д. До чего раскрепостились жены! Я должен знать, что у нее лежит на кухне. Вы здесь не скучали?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ваша родственница — очень интересный собеседник. Когда вы, наконец, покажете мне жениха? Я вся заинтригована!

Н и н а И в а н о в н а. Извините, я не родственница.

Л е о н и д. Нина Ивановна, мы же договорились…

Звонок у входной двери. Молчание.

Кажется, кто-то пришел.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Да, я слышала звонок.

Входит Л ю д м и л а.

Л ю д м и л а. Это к нам.

Л е о н и д. Спокойно. Ничего страшного. Люда, вспомни, бабушка перед смертью просила не забывать ее подругу. Ты помнишь тетю Диану? Я ее сегодня пригласил.

Л ю д м и л а (зло). А она меня помнит?

Л е о н и д. Конечно, забыла. Вы не виделись сорок два года.

Л ю д м и л а. Сорок два мне будет в октябре.

Л е о н и д. Ты предлагаешь оставить тетю Диану на лестнице?

Л ю д м и л а. Это твоя бабушка просила…

Л е о н и д. Я имел в виду… наша…

Звонок повторяется.

Не волнуйся, все будет хорошо.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Где же ваш отец, детка?

Л ю д м и л а. Здесь… он дома.

Л е о н и д. Людочка, иди поторопи его.

Людмила вышла.

Пардон… я опять удаляюсь. Сегодня будет вечер встречи ветеранов. Мы замечательно проведем время. (Выходит.)

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Объясните мне, кто должен прийти. Я ничего не поняла.

Н и н а И в а н о в н а. Вы меня, пожалуйста, не спрашивайте. Я сама здесь в первый раз.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Первый?!

Н и н а И в а н о в н а. Представьте себе!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я удивлена…

Входят Л е о н и д и Д и а н а В л а д и м и р о в н а, опрятная, крошечная старушка.

Л е о н и д. Позвольте представить вам Нину Ивановну…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Диану Владимировну…

Л е о н и д. Вот именно…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Барабанова.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Песочинская.

Молчание.

Л е о н и д. Нина Ивановна Воронкова. Прошу вас, проходите.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Вы сегодня так торопились, что я не успела сказать: вечер у меня не весь свободный, поэтому я пришла пораньше. Я не знала, что у вас будут гости. (Протягивает завернутую в бумагу книгу.) Это вам.

Л е о н и д. Диана Владимировна, стоило ли тратить деньги? (Развернул.) Сборник монгольских загадок. Вы меня растрогали. Садитесь.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Леонид Иванович, я хочу вас спросить…

Л е о н и д. Не надо…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я хотела бы понять…

Л е о н и д. Вы уже выпили… немного захмелели, лучше я вас спрошу. Вот вы упомянули о магнетизме. Я знал одного рентгенолога, который притягивал металлические предметы. Утром жена помогала ему встать с постели… сетка была металлическая. Правда, это происходило с ним после сильного алкогольного возбуждения…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я тоже когда-то знала пьяницу-рентгенолога. У него дома жила обезьяна по имени Сатана. Она умела стирать.

Л е о н и д. Что вы говорите! Заботилась о хозяине?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Да, он ее споил. Усаживал животное за стол, наливал в рюмку и пил с ним. Прошло время, и обезьянка сама без его помощи стала находить спиртное. Хозяин приходил, а она уже не держалась на ногах… Ее пробовали лечить — не помогло.

Л е о н и д. Бедняжка.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Где же мой жених?

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а. Скромнее себя ведите, пожалуйста…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы мне это?

Н и н а И в а н о в н а. Вам.

Л е о н и д. Нина Ивановна, вспомните клятву Гиппократа.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вас пригласили на меня посмотреть. Смотрите, только не делайте мне замечаний.

Н и н а И в а н о в н а. Я не на вас пришла посмотреть.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ради бога… Леонид Иванович, объясните, кто эта женщина?

Н и н а И в а н о в н а. Пришла посидеть и все.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я ведь не возражаю — сидите.

Н и н а И в а н о в н а. А вы не можете возражать. (Диане Владимировне.) Вы тоже пришли свататься?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я? Я не понимаю… Леонид Иванович, что происходит?

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а. Что же это получается? Сначала одна пришла, потом другая.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Простите… меня пригласили.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Меня тоже пригласили!

Н и н а И в а н о в н а. А я, значит, пришла без приглашения?

Л е о н и д (мягко). Дорогие мои, во-первых, успокойтесь… Вы все получили приглашение… Каждая из вас в равной степени может рассчитывать… честное слово, я не хотел вас собирать вместе.

Молчание. Входит Л ю д м и л а. Оглянулась на дверь.

Л ю д м и л а. Входи, папа.

Вошел Ч м у т и н. Старушки демонстративно не смотрят в его сторону. Старик небрит, в носках.

Л е о н и д (тихо). Туфли можно было…

Л ю д м и л а. Ничего… пусть ходит в носках.

Л е о н и д. Ну вот, наконец, я могу представить вам моего тестя. Николай Михайлович, познакомьтесь, пожалуйста. Ветеран сцены Роза Александровна Песочинская.

Ч м у т и н. Здравствуйте.

Молчание.

Л е о н и д. Диана Владимировна. (Пауза.) С Ниной Ивановной вы уже познакомились.

Молчание. Леонид смотрит на притихших старушек. Выключает проигрыватель.

Ну что, Людмила, будем пить чай?

Л ю д м и л а. Будем… Папа, достань, пожалуйста, чашки.

Л е о н и д. Не надо, я подам. Николай Михайлович, а вы садитесь, на главное место…

Старик садится. Леонид достает чашки, тягостное молчание.

Люся, что мы предложим выпить нашим дорогим гостям?

Л ю д м и л а. Я не знаю, что они пьют.

Л е о н и д. Роза Александровна попросила шампанского. (Пауза.) Давай, дорогая, открывай свой погребок.

Людмила достала шампанское.

Нина Ивановна, а вам что прикажете?

Н и н а И в а н о в н а. Мне не надо ничего.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я, пожалуй, тоже откажусь. На работу еще идти…

Молчание.

Л е о н и д. Садись, Люсенька… Ну, что же вы притихли, голубушки?

Л ю д м и л а (Диане Владимировне). Вы еще работаете?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Да. А что вас так удивило?

Л ю д м и л а. Сколько же вам лет?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Странный вопрос…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я еще гимназию захватила. (Пауза.) Да, я работаю… ночным вахтером. У меня есть внуки, а раз есть внуки, нужны деньги.

Л ю д м и л а. А родителей у них нет?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Мой сын не умеет зарабатывать деньги. Я воспитала честного человека.

Л е о н и д. Вам нужен близкий человек — он поможет. Вы заслужили право на личное счастье.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я хочу заслужить хоть бы одну слезинку на своей могиле. Недавно провожали одну нашу сотрудницу — почти никто не плакал.

Л е о н и д. Сотруднице, пожалуй, было уже все равно.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. У человека ведь живое сердце, а не капроновое!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А вот у меня детей нет.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Мне жаль вас. Человек должен о ком-то заботиться…

Л е о н и д. Золотые слова, Диана Владимировна. Правда, Нина Ивановна?

Н и н а И в а н о в н а. Я об этом не думаю больше!

Л е о н и д. Золотые слова. По капельке шампанского вам и Розе. Нина Ивановна, вам буквально на донышке.

Н и н а И в а н о в н а. Зачем? Вы им подносите.

Молчание.

Л ю д м и л а. Тебе тоже достаточно.

Л е о н и д. Успокойся, дорогая… Чем ты недовольна?

Л ю д м и л а. А тебе весело? Ну, спасибо…

Л е о н и д. Выпей и успокойся.

Л ю д м и л а. Отойди от меня.

Молчание.

Л е о н и д. Николай Михайлович, что происходит с вашей дочерью?

Л ю д м и л а. Не трогай его!

Л е о н и д. Людмила Николаевна, мы сидим с культурными людьми. Почему никто не пьет?

Л ю д м и л а. Берите закуску… не стесняйтесь. (Смотрит на отца.) Папа, тебе положить чего-нибудь?

Молчание. Старик неподвижен. Время от времени на него посматривают сидящие за столом.

Л е о н и д. Николай Михайлович, ухаживайте за дамами. Скажите нам что-нибудь.

Молчание.

Л ю д м и л а. Скажи, папа… а то еще подумают, что ты немой.

Ч м у т и н. Обо мне бог позаботился. Рассудка лишил…

Л ю д м и л а. Что?

Молчание.

Л е о н и д. Николай Михайлович, мы несколько не поняли…

Ч м у т и н. Вы говорили, что я сумасшедший. Так, наверно, и есть. Видения у меня уже начались… Мебель у вас дворцовая… У них мебель… такая… кажется, что она не моя дочь, а царская… к ней сюда на поклон ходят… просят. Хотят детей спортсменами сделать. Потом приходят сюда… гости… А мне в голову лезет и лезет… Я жизнь вспоминаю… и понять ничего не могу… Что же теперь с ней сталось? Мне, простому человеку, что делать? Может, я чего-нибудь не вижу… конечно, столько лет просидел на крыше… а когда спустился, время прошло… все кругом изменилось. Так я залезу опять туда и буду сидеть! Поднимется кровля, и я на ней полечу! Вот так уж чудится! Полечу!.. Куда глаза глядят… Полечу-полечу…

Л ю д м и л а. Папа…

Ч м у т и н. Не хочу я видеть… я не хочу… Не надо мне. Зачем вам, гражданки милые, ненормальный старик? Откуда они вас выписали… Не знаю… Кто вы такие, не ведаю…

Л ю д м и л а. Папа, замолчи!

Молчание.

Ч м у т и н. Да что я буду молчать? Как же мне молчать! Пока живет человек, он говорить должен… Он там молчать будет! Вот… Гражданки… Нет… Гражданки… У меня такое… Здесь…

Л е о н и д (тихо). Налей воды…

Л ю д м и л а. Папа, ну что с тобой? Выпей воды!

Ч м у т и н. Такое! Я знаю, почему ты меня дураком считаешь! Залез на крышу пятьдесят лет назад, залез… с птицами разговаривал, а мог большим человеком стать… У тебя, дочка, жизнь легкой не была. Ты педали крутила… Сама зарабатывала… Ты сама до всего дошла… А мать внука так и не дождалась!

Л ю д м и л а. Замолчи, я тебя прошу!

Ч м у т и н. Ведь ты же высохла… Мать наша когда с животом ходила — обещала парня! Парень… Будет только парень… Недаром ей так казалось! И ей жалко было про тебя вспоминать, доченька… несчастная она, — говорит…

Молчание.

Л ю д м и л а (тихо). Развози их…

Л е о н и д. Людмила, что с тобой? По-моему, Николай Михайлович очень интересно говорил…

Л ю д м и л а. Развози их!

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Знаете… Мне пора.

Л е о н и д. Диана Владимировна, я прошу — останьтесь.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Нет, мне надо уходить.

Л е о н и д. Вам не придется больше работать. Я буду помогать вашим внукам.

Нина Ивановна вышла из-за стола.

Нина Ивановна!

Н и н а И в а н о в н а. Если вам сиделка нужна, пусть она нанимается! У нее доброе сердце.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Меня вы только не трогайте!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Нина Ивановна, вы — женщина из очереди.

Н и н а И в а н о в н а. Амазонка!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Кто-нибудь защитит меня от этой особы?

Н и н а И в а н о в н а. Магазин! Мне надо в магазин!

Л е о н и д. Какой магазин?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы — знаете кто, Николай Михайлович?

Л е о н и д. Роза!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы Парис!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я тороплюсь… Людмила Николаевна, так, кажется, вас зовут… проводите меня.

Л е о н и д. Людмила, сядь!

Л ю д м и л а (отцу). Ты высказался, наконец. Теперь тебе меня жалко? А когда мне не в чем было выйти зимой на улицу, тебе не было жалко? Когда мать ходила по соседям за керосином? Мыла полы за гроши? Я у тебя ничего не просила.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Извините…

Л е о н и д. Диана Владимировна, у меня внизу машина… Я вас доставлю на моем автомобиле! Нина Ивановна, вернитесь на место. Я вам говорю — на место!

Н и н а И в а н о в н а. Магазин…

Л е о н и д. Какой магазин? Я спрашиваю, какой магазин?

Н и н а И в а н о в н а. Молокосоюз.

Л е о н и д. Номер магазина?

Н и н а И в а н о в н а. Он в моем доме.

Л е о н и д. Адрес вашего дома?

Н и н а И в а н о в н а. Адрес? Сейчас… Дом… номер… Сейчас…

Л е о н и д. Все ясно! (Снял трубку.) Алло! Центромолокосоюз? Отметьте у себя где-нибудь: Нина Ивановна Воронкова. (Закрыл ладонью трубку.) Что вам?

Н и н а И в а н о в н а. Творог!

Л е о н и д. Сколько?

Н и н а И в а н о в н а. Двести грамм. Одной мне больше…

Л е о н и д (в трубку). Записали? Будете лично выдавать ей четыреста грамм творога. Она жена моего тестя. (Положил трубку.)

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Проводите меня, пожалуйста.

Ч м у т и н. Гражданки!

Л е о н и д. Подождите, Николай Михайлович!

Ч м у т и н. Гражданки, кто из вас одолжит мне денег на билет?!

Л е о н и д. Я вам одолжу!

Ч м у т и н. Помогите мне уехать. А то я пешком уйду.

Л е о н и д (жене). Ну, уведи же его!

Л ю д м и л а. Попробуй уведи! Пожалуйста…

Л е о н и д. Николай Михайлович, я вас прошу…

Ч м у т и н. Я верну с пенсии… пришлю до копеечки… Вы должны понять старого человека…

Л ю д м и л а. Замолчи! Замолчи ты, наконец!

Быстро выходит из комнаты. Молчание.

Л е о н и д. Николай Михайлович, пожалуйста, пойдемте к вашей дочери. (Пауза.) Я чувствую, женщины начинают вас бояться.

Молчание. Чмутин тяжело поднялся и вышел.

Вы все торопитесь. Поэтому я буду краток. Людей, которые мне помогли, я не забываю. Роза Александровна…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Что? Что вам угодно?

Л е о н и д. Вы хотели шампанского. Пейте… Новосветское, из специальных кладовых.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Спасибо… не буду.

Л е о н и д. Тогда вспомните, сколько вы получили за кресло. Вы плакали, вам было трудно… Кто достал для вашей сестры место на кладбище?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я вам благодарна…

Л е о н и д. Это ваше частное дело… Благодарны вы или нет. Меня давно научили, что благодарность — понятие сугубо материальное. Я тоже склонял голову и говорил «спасибо»… До тех пор, пока не заметил, что меня жестоко обманули в детстве… Высокие слова… душевное волнение… словом, я давно не верю. Да, Роза Александровна, из меня мог бы выйти ученый. Я был, как говорится, из первых учеников. На последнем курсе написал работу, читал ее профессору, как Пушкин Державину. Старик разволновался, поцеловал меня в лоб.

Молчание.

Диплом исторического факультета я подарил маме и изучаю историю в каптерке своего магазина… Каких только историй я не услышал… кого только не спасал… накидывал трешку. Увы… мои дорогие… к сожалению… к великому моему сожалению, слова — это колебание воздуха. (Пауза.) Простите за это маленькое биографическое отступление, вернемся к нашему делу. Диана Владимировна, вы интеллигентная женщина… Я видел, сколько у вас дома книг… Вы продали семейную реликвию — стол вашего отца, профессора права… Кстати, знайте, кто сидит теперь за этим столом! Товарищ Переверзев — Второй пищеторг! Рыжая щетина… Золотой перстень врос в мясо… Игра судьбы — именно я обставил ему домашний кабинет. Но, Диана Владимировна, и ваш отец, профессор права, не предполагал такой метаморфозы? Вы хотите, чтобы ваш сын поехал на эти деньги в Коктебель. При чем здесь я? Почему я должен звонить в Союз кинематографистов? Я, рядовой зритель…

Молчание.

Итак, вы меня используете. А разве на мне написано, что я должен кому-то прислуживать? (Пауза.) Вы знаете, что я всем накидываю как могу… Товарищ Переверзев покроет расходы, не в этом дело… Я привык к вашим слезам и проклятиям. Я ко всему привык… Только одного не выношу — когда меня считают лакеем…

Молчание.

Если кому-нибудь пришелся по сердцу мой тесть… милости прошу… Если нет — забудьте, кто я и как меня зовут. (Пауза.) Я пойду… к Николаю Михайловичу… вы успокойтесь… подумайте… договоритесь, кто из вас его осчастливит. Может быть, я жесток, но ничего не поделаешь… Я никого не заставляю.

Выходит. Старушки сидят, не шелохнувшись.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Он хотел жениться сразу на трех? Сатир!

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Вы много раз были замужем?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ни одного раза.

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Хотите — оставайтесь… Я ухожу. Немедленно ухожу отсюда!

Входит Л ю д м и л а.

Л ю д м и л а (тихо). Муж никуда не поедет.

Н и н а И в а н о в н а. Доберемся без его помощи.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Приятно было познакомиться.

Л ю д м и л а. Спасибо.

Н и н а И в а н о в н а (Розе Александровне). А вы что, остаетесь?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (вышла из-за стола). Детка, я вас поцелую на прощание. (Целует.)

Старушки проходят мимо. Людмила садится. Через некоторое время в комнату вошел Л е о н и д. Молчание.

Л ю д м и л а (тяжело). Поедем на вокзал. (Пауза.) Заодно сделаешь купе до Симферополя.

Л е о н и д. Кому?

Л ю д м и л а. Меня просили.

Молчание.

Одевайся. (Пауза.) Давай ключи — я поведу машину.

Л е о н и д. Куда ты так торопишься?

Л ю д м и л а. Утром он будет в Курске и через три часа в деревне.

Леонид бросил ей ключи. Людмила вышла. Подождав немного, покидает комнату и Леонид. Едва слышно захлопнулась дверь и в глубине квартиры. Тишина.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Та же комната. Тишина. Звонит телефон. Входит Ч м у т и н. Одет. Обут. Видно, что собрался в дорогу.

Ч м у т и н (в трубку). Слушаю… Нет его. (Положил трубку.) Никого нет. (Подошел к окну.) А ты здесь… Вот видишь, дружок, надо умирать, а я все живу. Не хочет бог меня к себе забирать. Ты у него за отца считаешься — попросил бы за меня. Сколько я домов покрыл — не сосчитать, а он кровельщиков уважать должен. Наша работа для людей не очень заметна. Они голову редко от земли подымают, а ему сверху видно… хорошо. Вон в Москве крыш сколько. У каждой свой чин есть. Зеленая — генерал. Сапоги под мрамор. А там я над всеми крышами командиром буду. Первым делом я бы проверил рядовых. Их по России видимо — невидимо. Кому желоба заменить, кому конька приладить. Лестницу в руки, гвоздь в зубы — и наверх. Прихвачу Василия Ивановича, он электрик — развесит везде фонари. Здесь-то круглые сутки день, а по окраинам — темная ночь. На всю Тонину деревню горят две лампочки и все…

Звонок у входной двери.

Не дадут нам с тобой помечтать… Уезжаю я, дружок, вот так…

Выходит. Через некоторое время входит Р о з а А л е к с а н д р о в н а, останавливается у двери.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я пришла одна…

Входит с т а р и к.

Вы что, меня не узнали?

Ч м у т и н. Узнал.

Проходит в глубину комнаты.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Предложите же мне войти!

Ч м у т и н. Вы вошли уже…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Предложите мне сесть.

Ч м у т и н. Хозяев нет дома…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я пришла к вам.

Ч м у т и н (взволнован). Зачем ко мне входить? Не такой я человек…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Подождите, включите, пожалуйста, электричество. Я не люблю темноты.

Старик включает свет. Роза Александровна садится.

Я сидела во дворе на скамейке, обдумывала, что здесь произошло… Ваши дети прошли мимо… Мне захотелось вернуться. (Пауза.) Скажите, почему они вас решили женить?

Ч м у т и н. Не знаю…

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы мне напоминаете султана из романа Марчмонта «Западня любви»… Помните? Или вы таких легкомысленных книг не читали?

Молчание.

Меня смутило ваше выступление за столом… Вы просили денег… У меня их нет.

Ч м у т и н. Не надо мне ничего.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Честное слово, я бы вам одолжила… недавно потратилась, а пенсия только через две недели…

Ч м у т и н. У меня своя пенсия есть…

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Леонид говорил, что вы художник.

Ч м у т и н. Я в домоуправлении трудился.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А где можно посмотреть ваши работы?

Ч м у т и н. В Курске… На крышу придется залезать.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Мне приходилось бывать на крышах. МПВО. Местная противовоздушная оборона. Я гасила зажигалки так ловко — никто не верил, что я балерина. (Пауза.) Что вы на меня так посмотрели? Николай Густавович Легат видел во мне вторую Карсавину! Ничего не поделаешь. Не каждый выходит в знаменитости.

Молчание.

Меня давно никто не приглашал в гости. Готовить я не умею, да и не люблю… Питаюсь напротив дома в молочном буфете. Там пекут чудесные булочки. Одно только неудобно — приходится есть стоя. Я так соскучилась по простым домашним обедам. Я скоро уйду — не буду вам мешать…

Ч м у т и н. А чем вы мне мешаете? Пожалуйста, сидите… Вы, может быть, есть хотите?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Хочу…

Ч м у т и н. Так пойдемте за стол… Пожалуйста, угощайтесь.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Благодарю вас. (Садится за стол.)

Ч м у т и н. Я, извините, даже не знаю вашего имени-отчества.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Роза Александровна…

Ч м у т и н. Спасибо… Угощайтесь.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Налейте мне, пожалуйста, шампанского. Это напиток моей молодости…

Старик наливает ей шампанского.

А себе? Давайте с вами выпьем. У вас выразительные руки… сразу выдают творческую натуру! Не-ет, вы не простой человек! Это я сразу поняла! (Поднимает бокал.) Рада была познакомиться…

Ч м у т и н (смущен). Я тоже… обоюдно…

Выпили. Роза Александровна смеется.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Мы с вами опьянеем и наделаем глупостей. (Пауза.) Скажите что-нибудь.

Ч м у т и н. Что сказать? Я человек простой… Вы ешьте, ешьте. Берите… не стесняйтесь.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я обязательно попробую все, что здесь поставлено. Королевский стол. Мы в этой декорации похожи на древнюю аристократическую пару. Мне так и хочется назвать вас графом. Господи, какой я вздор мелю… Как сразу стало тепло… (Пауза.) Выпьем еще по рюмочке и пойдем требовать карету. (Засмеялась.) Нам подадут карету скорой помощи. Вы курите?

Ч м у т и н. Курил когда-то…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Закурите. Вот вам спички… Дайте мне огня. (Неожиданно тихо запела.) «Давай закурим, товарищ, по одной, давай закурим, товарищ мой…»

Старик прикурил сам, потом протянул зажженную спичку.

Сначала надо предложить даме… Вы, оказывается, босяк…

Ч м у т и н. Извините…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (прикурила). Вы мне поначалу представлялись таким гордым… Есть мужчины… они доводят женщину до изнеможения своей неприступностью… Потом, когда вы, наконец, вышли, я испугалась… Вы показались мне… больным.

Ч м у т и н. Правильно.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Что у вас? Сердце?

Ч м у т и н. Сердце — хорошее…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А у меня плохое… Я взбалмошная, капризная. Дома за меня все делала сестра. (Пауза.) Я вам совсем не понравилась?

Ч м у т и н. Я таких женщин не видел никогда. Жена была такая же труженица, как я…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ну что вы! Вот если бы вы меня встретили лет пятьдесят назад. Ах, как я быстро прожила жизнь. Как незаметно растаяло время. Иду по улице… Те же дома… Они меня помнят. Мне кажется, я на другой планете, я не могу понять, какие люди сейчас ходят по тротуарам… Скажите мне, Николай Михайлович?

Ч м у т и н. Я здесь из дому почти не выходил. Не знаю…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я всегда боялась темноты, грозы… холодной воды, но людей я никогда не боялась… Боже мой, что происходит в нашем дворе? Женщины пьют прямо из бутылок наравне с мужчинами… Юноши так сквернословят. Просто диву даешься, куда смотрит народное образование… Вы меня не слушаете?

Ч м у т и н. Голова закружилась, отвык от дыма.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Оказывается, я еще могу кружить головы мужчинам! А почему не горят свечи?

Ч м у т и н. У них это для украшения…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Жаль…

Ч м у т и н. Давайте спички…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А можно мне самой зажечь?

Ч м у т и н. Зажигайте!

Роза Александровна подходит к подсвечникам, зажигает свечи. Потом выключает свет и садится к столу. Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Как хорошо… В детстве мы с сестрой любили сидеть при свечах…

Молчание.

У меня комнатка в конце длинного коридора. Окно упирается в стену, а там сплошные кирпичи. Но на кухне мой стол стоит у окна. Я люблю сидеть там и смотреть, как в соседних домах живут люди. Правда, соседи не терпят, когда я слишком долго нахожусь на кухне. У нас живет пьяный водопроводчик. Он специально изготовил ключ и меня запирает. Один раз заставил мою дверь шкафом. Но самое страшное — одиночество. И от него схожу с ума. Перебираю старые альбомы, играю на гитаре. Я в молодости очень хорошо пела и сама себе аккомпанировала. Как только начинаю петь, водопроводчик стучит в таз. Я ему однажды сказала: «Глушитель!» Вы не могли бы пойти и поговорить с ним? Его надо напугать…

Молчание.

Леонид обещал… что вы с ним справитесь…

Ч м у т и н. Сейчас они мне билет принесут…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Какой билет?

Ч м у т и н. На поезд.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы уезжаете?

Ч м у т и н. Уезжаю… в деревню…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Надолго?

Ч м у т и н. Надолго…

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Мужчины всегда куда-то уезжают, но в большинстве случаев они возвращаются.

Ч м у т и н. А куда вернуться? Сюда? Нет…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Возвращайтесь ко мне. У меня в комнате можно найти место для второго человека.

Ч м у т и н. Спасибо, конечно… Там у меня дом… сестрин.

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Николай Михайлович, возьмите меня с собой в деревню. Я буду помогать вашей сестре. Я умею… вышивать. Могу организовать в сельском клубе хореографическую студию.

Ч м у т и н. А кто танцевать будет? Там живут одни старики.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я говорю глупости, не обращайте внимания.

Молчание.

Ч м у т и н. Зачем же вы плачете?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Пожалуйста, не надо на меня смотреть.

Молчание.

Ч м у т и н. Ладно… если время до поезда будет, заедем к вашему водопроводчику.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Николай Михайлович… а вы… Я вам совсем не подхожу?

Ч м у т и н. Да разве можно такой женщине в деревне жить? Вы такая… не знаю даже, как сказать, вы и супруга себе ищите такого…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Какого? Мне сейчас уже все равно. (Пауза.) Господи, что я говорю…

Тягостное молчание.

Ч м у т и н (растерян). Я, конечно, понимаю… живете одна… С мужем, конечно, другое дело… Водопроводчик по тазу стучать будет, а муж — по его голове.

Молчание.

Вы только не плачьте… Хотите… просто… приезжайте ко мне — места хватит. Ну какой из меня жених? Мне уже на кладбище пора…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я все поняла.

Ч м у т и н. Да нет… Поймите правильно. Мне же не жалко… Одному-то мне… тоже не сладко будет… Я-то вам к чему?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы мне симпатичны…

Звонок, у входной двери.

Ваши дети вернулись?

Ч м у т и н. Ну и что? Чего вы испугались? Не бойтесь!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я лучше пойду…

Ч м у т и н. Куда?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Не говорите им ничего! Они меня сейчас опять прогонят!

Ч м у т и н. Как это прогонят? Вы поедете со мной в деревню… нам от них ничего не надо!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (торопливо). Я попробую научиться готовить. Вы мне скажете, какие блюда вам больше нравятся. У сестры была книга о вкусной и здоровой пище.

Ч м у т и н. Пенсия моя в вашем распоряжении. А больше ничего нет… Предупреждаю.

Звонок повторяется.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Идите открывайте! Господи, как я волнуюсь. Подождите! (Подходит к зеркалу, достает пудреницу.) Николай Михайлович, сейчас… только одну минутку.

Ч м у т и н. Ничего, подождут…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Все! Идите! Я вся дрожу… А вы не волнуетесь? Вдруг они будут против?

Старик последних слов не услышал. Через некоторое время он возвращается вместе с Дианой Владимировной.

Ч м у т и н. Заходите, заходите…

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Что же вы остановились? Мы рады гостям!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Николай Михайлович… Ваших родственников нет дома?

Ч м у т и н. Нет… То есть.

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Роза Александровна, я вас от души поздравляю. Николай Михайлович, у вас будет прелестная спутница жизни.

Ч м у т и н (весело). А сама вы, значит, расхотели?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я уступаю… Могу только поздравить.

Ч м у т и н. Жаль!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я вижу, вы входите во вкус?

Ч м у т и н (весело). Тихо! Когда я разговариваю, мне нельзя мешать. Я забываю мысль!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Не смейте повышать на меня голос!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Роза Александровна, он же шутит. Я за вас счастлива. Дайте я вас поцелую, дорогая.

Старушки целуются.

Ч м у т и н. Тогда уж и меня поцелуйте.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. А вас нет. Жена будет ревновать.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Почему это я буду ревновать? Я в себе вполне уверена. Целуйте, если это ему так необходимо… Пожалуйста, я могу не смотреть!

Отвернулась. Старик и Диана Владимировна стоят в нерешительности.

Все?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я с удовольствием пожму руку Николаю Михайловичу.

Роза Александровна повернулась.

Роза Александровна, я позвонила моей сменщице, попросила подежурить лишний час… Съездила домой… Николай Михайлович просил денег на билет.

Достает деньги. Молчание.

Ч м у т и н. Да что, у меня пенсии нет? Голубушка вы моя… Зачем же вы волновались? Я сказал так… чтобы они почувствовали… Они! Дурак старый!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Почему вы так расстроились? Люди должны помогать друг другу.

Ч м у т и н. Да, понимаете, в голову тогда ударило… сдержать не мог.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Возьмите…

Ч м у т и н. Не возьму! Чем отплатить вам?.. чем отплатить? Скажите?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Ну, успокойтесь, пожалуйста… Ну сядьте… сюда, успокойтесь… Роза Александровна, что же вы стоите… дайте воды.

Диана Владимировна усадила старика. Роза Александровна неподвижна.

Вам плохо, Николай Михайлович?

Ч м у т и н (быстро). Все-все-все… (Передохнул.) Зачем же вы беспокоились?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (отчетливо). Николай Михайлович, вы должны жениться на этой женщине! Молчите, Диана Владимировна.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Ну, зачем вы это говорите?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы до сих пор работаете! У вас столько забот… Мне ничего не нужно… Только… иногда… приглашайте меня в гости… Николай Михайлович, дорогой, я вас прошу! Женитесь на ней! Она больше, чем я, это заслужила!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Роза Александровна, если вы будете продолжать, я сейчас же поднимусь и уйду.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Нет! Ухожу — я! Где моя шляпа? (Ищет шляпу. Находит. Подходит к зеркалу.) У меня тоже есть сердце.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Я вам не позволю уйти!

Старушки одновременно пошли к двери.

Ч м у т и н. Не уходите!

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Кому вы это говорите?

Ч м у т и н. Обе не уходите!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Прощайте-прощайте! Я вообще ничего не знала о замужестве. (Чмутину.) Ваш зять пригласил меня посидеть за чашкой чая. Больше он мне ничего не сказал. Я совсем не имела вас в виду.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Диана Владимировна, подождите! Иначе я буду думать, что вы откупаетесь от старика, чтобы не портить отношения с его зятем!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (поражена). Что вы сказали?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я требую, чтобы вы с Николаем Михайловичем соединились.

Ч м у т и н. Если б я знал, что все так обернется, я бы костюм надел — не такой уж я голодранец. Вы меня извините за грубую встречу. Когда до меня дошло, зачем он вас собрал, то так обидно стало. На старости лет, думаю, Николай Михайлович, делают из тебя насмешку. У меня сейчас душа к другому тянется, а они мне жизнь устраивают. Честное слово, голова помутилась — решил, что вы с ним сговорились! А вы тут ни при чем. Женщины, дорогие, хотите поехать со мной в деревню? Дом Тонин небольшой, но места всем хватит. Я его подремонтирую. Окна на реку… В лесу ягоды, грибы… кругом никого, вокруг тишина. Посадим картошку. (Загорелся.) А что? А-а? Действительно! Приедем три классных специалиста! Одна в клуб, другая в школу. Обо мне и речи нет! Как в сельсовете трудовую увидят — все! Конец! Где они теперь — кровельщики? Честное слово, мы в деревне будем как три богатыря!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. О чем вы говорите? Разве я могу оставить своих? Нет… Нет! Я должна работать здесь, Николай Михайлович, ваш зять обещал мне помочь… иначе я бы никогда не пришла сюда. Я не предполагала, что придется за это… выходить замуж. Я вас оставлю, Роза Александровна. Спасибо вам, дорогая. Мы будем дружить с вами. А сейчас мне пора уходить. Сменщице нужно домой, отдыхать.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. На вашей вахте есть телефон?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Не надо… У меня еще осталось немного времени. Дайте мне слово, что вы не будете отказываться от Николая Михайловича.

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Он от меня сам отказался.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Разве можно от вас отказаться? Верно, Николай Михайлович?

Ч м у т и н (растерян). Совершенно верно.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы напрасно меня успокаиваете. Я поняла в очередной раз… что такое мужчины… (Отошла. Села в кресло.)

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (Чмутину). Ну идите же к ней…

Ч м у т и н (подошел). Я ж вас раньше звал… в деревню.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы как попугай, честное слово! Вывести вас на улицу — вы всем будете это предлагать.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Не сердитесь. Давайте вернемся за стол. Теперь я обязательно выпью. Выпью за ваше счастье. Садитесь рядом.

Усаживает их за стол.

Вот так. А я присяду напротив. Налейте мне вина, Николай Михайлович. Налейте-налейте… Я приду на вахту и сразу улягусь спать. (Встает. Поднимает бокал.) Мои дорогие молодожены. (Пауза.) Я, старая идеалистка, до сих пор верю в чудеса. Когда я была юной, а это, по секрету вам скажу, было очень давно… я представляла свое будущее. Оно казалось необыкновенным. Я верила в царство справедливости. Я верила, что простые, ничтожные потребности в пище и одежде… будут удовлетворены и люди еще на моем веку задумаются о своем высшем предназначении…

Молчание.

Не буду рассказывать историю своей жизни… У всех нас одна история. Мы много пережили… потеряли… близких нам людей, были и счастливы, и несчастливы… страдали, может быть, немножко больше, чем этого заслуживали… До войны я потеряла отца, война унесла… любимого моего мужа. (Пауза.) Мне было очень тяжело одной… Но не это причиняло мне главную боль. Я понимала, что мои идеалистические грезы о будущем в отпущенную мне жизнь не сбудутся. (Пауза.) Но у меня был сын. Когда я носила его, я ходила на выставки, концерты симфонической музыки… Я готовила его к той возвышенной жизни, о которой мечтала сама. Он окончил университет… Филолог… и жена у него филологиня. Милая, спокойная… Счастлив ли мой сын? Он устал… он очень постарел. (Пауза.) Но у меня есть внуки… Мальчику скоро двадцать, а девочке всего четырнадцать, поэтому я живу и верю.

Молчание.

Мой сын последние годы что-то коллекционирует… Новое его увлечение — путеводители… Может быть, он мало путешествовал? Все-таки двое детей… И вот я решила… мне захотелось, чтоб он поехал на море… Мне ужасно… жалко его. (Заплакала.) Я сегодня купила ему путеводитель, но подарю его вам. Я прошу вас, я вас… очень прошу, путешествуйте вдвоем. Читайте друг другу вслух. Не покидайте близких людей. У каждого человека должны быть близкие люди… Это я плачу от радости… Простите меня, возьмите…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Спасибо вам, дорогая моя… (Раскрывает путеводитель.) Ах, это Мураново… Я была там. В каком же году? (Читает.) «Золотое кольцо России, Мураново. Музей-усадьба Мураново, связанная с именами выдающихся поэтов девятнадцатого века Баратынского и Тютчева. В музее хранятся личные вещи поэта, книги, рукописи, фотографии, произведения живописи. Интересна коллекция фарфора и бытовых вещей».

Ч м у т и н. Что же мы так и не выпили? (Поднял бокал.) Давайте за вас. Если бы был помоложе, честное слово, женился бы на двух. Я сижу с вами и чувствую: близкие люди. У нас дом был… от домоуправления… для дворников, сантехников, слесарей… Народ был разный, и запойные, и какие угодно. И жили-то как! Колонка от дома с полкилометра… дрова, сараи… Анна Ивановна, покойная, болела. Сережка однорукий, почтальон, десять лет за ней ходил. Чужой вроде человек. К чему я это говорю? (Пауза.) Что-то я сказать хотел! Вокруг меня женщины были без образования. Поэтому я, может быть, коряво говорю. Но думаю, что все люди скроены одинаково. Душа точно такая же — одна на всех. Душа — она как медведь. Уж если заснет, то надолго, но уж если проснется, тогда человека так запросто не остановишь! Его тогда, как медведя, обложить придется. И невесть когда косолапая-то наша душа поднимется. Иной раз в ребенке она начинает работать. А бывает, что и всю жизнь проспит. Не разбудят — и проспит. А последнее время у меня что-то со дна поднимается… дурит-дурит, крутит и такие дали открывает… Легко становится на сердце. Начинаешь думать: отчего все несчастья? А кажется, вот еще один миг — и ответишь? Может, это все обман нервов и усталого рассудка… Не знаю… На деле я ведь даже со своей дочерью не могу разобраться… Когда я присмотрелся, как они тут живут, я ее спросил: «Хорошо тебе с ним?» — «Хорошо», — отвечает. А я не пойму, что же у них хорошего? Она в одном углу, он в другом. Богатство в доме есть, а любви нет… детей нет. Внуков мы так и не дождались. Стал я им про это говорить — такое началось.

Звонок у входной двери. Старушки вздрогнули. Чмутин его не услышал. Поставил бокал, потому что рука сильно затряслась.

И тогда я решил — все. Я жить здесь не могу? Поеду к старикам на хутора. Есть такие хутора… Молодежь поразъехалась, живут каких-нибудь три-четыре старика — в земле копошатся. Вот такая она… Тонина деревня. Не знает моя дочь, что Тоня умерла… Схоронил я ее… Да и что ей об этом писать? Если она своего родного отца стыдилась, что говорить о его родне. Дом Тоня на меня записала потому, что у нее, кроме меня, никого больше не осталось. Светлая ей память… А теперь Роза Александровна ко мне туда приедет, да она там ансамбль песни и пляски организует? Так что вы не плачьте? Мы еще поживем на этом свете! Ноги наши ходят, глаза смотрят? Сердце, как в песне поется, стучит и стучит? Был бы здесь сейчас Василий Иванович? Он бы баян принес…

Звонок у входной двери.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. По-моему, кто-то пришел. Вы слышали звонок?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Это они?

Ч м у т и н. Они? Так! (Вышел из-за стола.) Свадьбу хотели — будет им свадьба! Тут у них музыка! Включаем ее!

Ставит пластинку, включает проигрыватель.

А вы, дорогие гостьи… вставайте и начинайте танцевать.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я не понимаю…

Ч м у т и н (кричит в коридор). Своими ключами не открываете! Привыкли, что тут швейцар есть… Пожалуйста, танцуйте!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Успокойтесь, Николай Михайлович!

Ч м у т и н. Какой может быть покой! Они надо мной тут судилище устроили! Должен я им сказать все или нет? (Направляется к двери.)

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Николай Михайлович, подождите… успокойтесь.

Ч м у т и н. Не могу! Они меня до края довели!

Вышел.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (поднялась из-за стола). Что сейчас будет?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Держитесь, дорогая. Что бы ни было. Мы не должны перед ними унижаться!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я еле стою на ногах!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (поддерживая ее). Держаться, дружок, держаться! Чудесный вечер… свечи горят… мы танцуем.

В дверях появляется Н и н а И в а н о в н а. Рядом старик.

Ч м у т и н. Тут… еще одна невеста…

Н и н а И в а н о в н а (изумленно). Что это у вас здесь?

Ч м у т и н. Свадьба.

Н и н а И в а н о в н а. Чья?

Ч м у т и н. Моя! Присоединяйтесь. Только… я не султан… и больше жениться не могу…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (воинственно). А Нине Ивановне я вас бы и не отдала!

Н и н а И в а н о в н а. А я не за этим вернулась.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. А зачем, позвольте узнать?

Н и н а И в а н о в н а. Сумку забыла с ключами.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Ха-ха! Так мы и поверили.

Н и н а И в а н о в н а. Сейчас найду ее и покажу.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Покажите-покажите…

Н и н а И в а н о в н а (ищет сумку. Находит). Вот она! Пожалуйста, смотрите.

Ч м у т и н. Вы можете остаться и провести с нами вечер.

Н и н а И в а н о в н а. А хозяева где?

Ч м у т и н (наполняет бокал, предназначенный Нине Ивановне). Мы здесь хозяева!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Николай Михайлович, я за вас волнуюсь.

Ч м у т и н (ликует). Целых три! Рассказывать буду — не поверят!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Садитесь, дорогая Нина Ивановна. В нашем доме всегда рады гостям.

Н и н а И в а н о в н а. Вам тут и без меня весело.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Николай Михайлович, налейте моей сопернице!

Ч м у т и н. Всем налил, и ей тоже. (Берет Нину Ивановну под руку). Дайте-ка сюда сумочку… Пойдемте.

Н и н а И в а н о в н а. Не приглашайте… не надо.

Ч м у т и н. Раз народ просит, надо идти навстречу.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Нина Ивановна, вы должны дойти до нашего состояния.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Выпейте, выпейте… сегодня у нас праздник…

Н и н а И в а н о в н а. Зачем же я себе вредить буду?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (поет). «Смерть не страшна. С ней не раз мы встречались в бою. Вот и теперь надо мною она кружится…» Нет, теперь я не боюсь умереть… Ах, Элеонора, как хорошо было бы пригласить тебя в гости…

Ч м у т и н. Приглашайте. Зовите всех. Вина хватит. (Нине Ивановне.) Может быть, вы хоть поедите? Они такие благовоспитанные. Ничего не едят. Вы закусывать будете или нет? Когда женщина ест, у меня на душе спокойно. Бывало, получишь зарплату, купишь чего-нибудь такого. Жена с дочкой едят, а я смотрю… говорю, уже пробовал. (Накладывает всем закуску.) Чтобы все было съедено. Я сам есть буду! Чтой-то на меня аппетит навалился! Давно такого не было! И давайте, наконец, выпьем. Выпьем за вас, милые подруги!

Все выпили, кроме Нины Ивановны.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Нина Ивановна, выпейте и давайте с вами дружить!

Н и н а И в а н о в н а. Мы не ссорились…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (Нине Ивановне). Говорите… Говорите, не надо молчать.

Н и н а И в а н о в н а (тускло). Что сказать? Совет да любовь.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Она огорчена. Я разбила ее счастье.

Н и н а И в а н о в н а. Да будет вам. Разбила… Если б я захотела. (Выпила.) Разбила… У меня, может быть, четыре мужа было!

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Зачем же вам пятый понадобился?

Н и н а И в а н о в н а. У артисток легкая жизнь, Роза Александровна. А вы бы поработали на моем месте. С больными-то не то что со здоровыми. Ты им и сестра и мать. Они ждали, когда моя смена будет… потому что я с ними только лаской… скольким за свою жизнь глаза закрыла… скольким грехи отпустила… скольких на ноги поставила! Я работу свою любила. За это меня ценили. Когда выходила на пенсию, скульптор мою голову из снега вылепил. Больные всем отделением ходили заливать. Всю зиму голова простояла. Я приходила смотреть. Нет-нет, а кто-нибудь выйдет с ведром и подморозит. Главный, когда меня провожал на пенсию, сказал: «Все, что надо будет, просите!» (Улыбнулась.) А что я у него попрошу!

Ч м у т и н. Вот он, значит, откуда мне вас выписал…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (устало). О чем вы, Николай Михайлович?

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Что вы загрустили, старичок?

Ч м у т и н (тихо). Все, что было, не вернешь, а что будет, неизвестно. Все на свете разрушается… Я думаю, пройдет время, крыши мои сгниют — и что же останется? Сына не было… И дочери, выходит, нет… Как же ей втолковать? Как? (Пауза.) Пока человек молодой, думает, жизнь впереди — сахар, конфета, а не жизнь… Снял обертку — и она твоя. Разворачивает, а под ней другая. Эту бумажку разворачивает, а там третья. Снимает ее — там следующая. И так до старости… ищет и ищет… Человек до сладкого падок. А когда, наконец, последнюю бумажку сомнет — там оказывается не сахар, а комочек земли. Вот и ложись, мученик, — сладкая отрава тебя обманула… А смерть будет горькая…

Молчание.

Сил было много… Что мне говорили, то делал. Как учили — жил… По оргнабору махнул на стройки пятилеток. Сказали: иди в кровельщики — будем строить новые дома. Строил… А они меня дураком считают.

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Диана Владимировна, кажется, заснула.

Все посмотрели на Диану Владимировну. Старушка действительно спит.

Н и н а И в а н о в н а. Разбудите, а то она еще упадет со стула.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Не надо… Может быть, ей снится что-нибудь хорошее.

Молчание.

Смотрите, она улыбается… Я бы тоже поспала немножко. Все кружится… Можно? Пять минут, не больше. Помогите мне дойти до кресла.

Ч м у т и н. Обопритесь на меня…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Простите. Последнее время я почти не спала. (Устраивается в кресле.) Только обязательно разбудите. Не забудьте… Прошу вас, не забудьте… (Засыпает.)

Молчание.

Ч м у т и н (тихо). Хорошие женщины.

Н и н а И в а н о в н а. А я, значит, плохая?

Ч м у т и н. И вы хорошая…

Н и н а И в а н о в н а. Чего ж вы ее выбрали, а не меня?

Молчание.

Я вам себя не навязываю, не думайте. Просто если по справедливости… то я первая пришла.

Молчание.

Когда работала — себя не замечала. А как вышла на пенсию, так скучно стало… То всем была нужна, а то вдруг никому…

Ч м у т и н. У вас же мужья были…

Н и н а И в а н о в н а. Это больше ко мне сватались. Я соглашалась. (Улыбнулась.) Зайду к своему мужу в палату… он улыбается. Первый тихий такой был… Помогал… лекарства разнести. Последний все бумажки нарезал: зарплату мне отдавал… точно два раза в месяц… и тринадцатую…

Молчание.

Если у вас пенсия хорошая… буду на рынке продукты покупать. У вас аппетит хороший? Я вам себя не навязываю, не подумайте…

Ч м у т и н. В деревню я бы всех трех мог забрать. Работали бы на чистом воздухе — прожили бы до ста лет.

Н и н а И в а н о в н а. У меня места много… Если надо будет — пропишу у себя. Первая помру — за вами комната останется.

Ч м у т и н. Нет, тут народ должен жить молодой. Я, дорогая моя, работать привык. Не могу без молотка и гвоздя! Тоска по высоте! А кровельщиком меня здесь не возьмут. Дома слишком высокие. Человеку без труда нельзя. Он от безделья с ума сходит. Если голова ничем не занята, она начнет крутиться вхолостую. Одно и то же. Одно и то же… Я, чтобы себя из рук не выпустить, здесь готовил, стирал… Ни минуты чтобы покоя…

Н и н а И в а н о в н а. Как же они от такого отказываются?

Ч м у т и н. А я к другой жизни привык. На крыше сидишь — внизу дворы. Везде люди… А здесь столько миллионов народа, а я вроде как совсем один… Шторы у них целые дни закрыты, чтобы солнце мебель не портило… и я как в темноте…

В комнату осторожно заглянул Л е о н и д. Потом уступил место Л ю д м и л е. Немного погодя они неслышно вошли.

Л е о н и д. Мы вам не помешали?

Л ю д м и л а (подходит к спящим старушкам). Что это?

Л е о н и д. Спящие красавицы… Приговорили бутылочку шампанского. (Пауза.) Потрясающе…

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а. Я сумку забыла и вернулась.

Ч м у т и н. Вы моих гостей не трогайте. Пусть они спят.

Молчание.

Л ю д м и л а (тихо). Папа, тебе пора собираться. Мы взяли билет.

Молчание.

Л е о н и д. Подожди, Николай Михайлович, может, вы решили остаться? (Пауза.) Нина Ивановна, о чем вы здесь договорились?

Нина Ивановна пожала плечами.

Л ю д м и л а. Что тут было?

Л е о н и д. По-моему, они уже сыграли свадьбу.

Молчание.

Л ю д м и л а (отцу). Ты что, решил… жениться?

Л е о н и д. Я был уверен, что этим кончится.

Л ю д м и л а. На ком? (Пауза.) Что ты улыбаешься?

Молчание.

Л е о н и д. Николай Михайлович!

Л ю д м и л а (тихо). Ты пьяный, папа?

Молчание.

Нина Ивановна, вы идите домой. Извините, у нас еще много дел.

Ч м у т и н (грозно). Никуда она не пойдет.

Л ю д м и л а (мягко). Папа, пойдем собирать чемодан.

Л е о н и д. Николай Михайлович, кто же все-таки ваша…

Ч м у т и н. Все…

Л ю д м и л а. Нина Ивановна… Я вас прошу… вы видите…

Ч м у т и н. Я нормальный человек! Запомни это! Я нормальный человек!

Л е о н и д. Николай Михайлович, мы ведь не возражаем. На трех, так на трех… Завтра поедете в загс. А сегодня Нине Ивановне пора. Время позднее, ей далеко добираться… Правда, Нина Ивановна?

Старушка молчит.

Отпустите ее с миром…

Людмила тушит свечи.

Л ю д м и л а (мужу). Разбуди их.

Ч м у т и н. Попробуй только подойди!

Л е о н и д. Я стою на месте… Смотрите, никуда не иду.

Л ю д м и л а (отцу). Папа, пора собирать вещи.

Молчание.

Ч м у т и н. Не волнуйся, дочка… Соберусь… Не волнуйся…

Л ю д м и л а. Я не волнуюсь… Тебя никто не гонит. Оставайся, я тебя прошу, оставайся!

Молчание.

Л е о н и д. Николай Михайлович, что вы за речи такие произносите? Что нам, лишнюю тарелку жаль поставить… Живите вы, ради бога!

Ч м у т и н. Будет кому ваше добро сторожить?

Л е о н и д. Что же теперь делать? Вынести все на лестницу?

Молчание.

Л ю д м и л а. Папа… Я тебя не выгоняю… ты слышишь!

Ч м у т и н. За тяжелую жизнь — прости… на чужой беде не наживался. Мне умирать легко будет… так что ты живи спокойно. Живи… Ты мать пожалела, а она перед смертью мне сказала… друг мой, товарищ, не мучайся. Я своей жизнью осталась довольна. Ты меня любил, и я тебе отвечала… Попросила прощения, что оставляет здесь одного… не торопись ко мне, говорит, не торопись. Я потерплю без тебя. Я, говорит, терпеливица. (Пауза.) И умерла тихо, как жила (просветленно). Но она меня одного не оставила. Во сне она меня сейчас стала навещать. Я сижу на крыше и вижу, как она идет… издалека… из-за края земли… по полю… по лопухам, по нашей Стрелецкой слободе… по мосточку деревянному переходит Тускарь… поднимается на улицу Максима Горького. Легкие у нее шаги, как будто не в гору идет, а под гору… И такая она вся легкая, что чудно становится, как это ее ветер не сдувает…

Молчание.

Л е о н и д (негромко). Диана Владимировна проснулась.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (поднялась со стула). Это вы?

Молчание.

Николай Михайлович, я спала? (Испуганно.) Сколько сейчас времени? (Увидев стенные часы.) Половина третьего? Моя сменщица ждет… Почему вы меня не разбудили? Такси! Помогите найти такси… Умоляю, помогите мне!

Ч м у т и н. Часы стоят, стоят… они…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Правда? Который же сейчас час?

Л е о н и д (взглянул на ручные часы). Московское время двадцать два часа.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Слава богу…

Молчание.

Л ю д м и л а. Такси можно взять внизу. Рядом с домом стоянка.

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Спасибо…

Молчание.

Ч м у т и н. Женщины, проводите меня на вокзал.

Л ю д м и л а. Мы тебя проводим, папа…

Ч м у т и н. Сделайте одолжение, проводите вы… Вещи у меня уже сложены. (Выходит.)

Молчание. Постояв немного, Людмила медленно пошла за ним.

Л е о н и д (вслед ей). Не трогай его. (Пауза.) Идите по домам… девушки. Мы его отвезем на вокзал, посадим… Все будет хорошо.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Можно, я позвоню по телефону?

Л е о н и д. Можно…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (в трубку). Тамара Борисовна? Это я. Вы меня ругаете? Ради бога, простите… я нахалка… мне необходимо еще задержаться… В следующий раз я отдежурю за вас всю смену. Бесконечно вам благодарна. (Пауза.) Нина Ивановна, а вы пойдете?

Нина Ивановна молчит.

Л е о н и д. Зачем?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Ваш отец… я хотела сказать — Николай Михайлович, очень хороший человек… Я вернулась, чтобы сказать вам… Я отказываюсь от вашей помощи… Не все еще можно оценить в вашей лавке. Мы вас не обманывали в детстве… За свое достоинство надо бороться… вы слишком охотно с ним расстались. Нина Ивановна, так вы пойдете или нет?

Н и н а И в а н о в н а (в нерешительности). Мест в машине на всех не хватит…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Мы поедем на трамвае и подождем на перроне…

Молчание.

Как хотите. (Подходит к Розе Александровне.) Роза Александровна. Вставайте, дорогая. Нам пора… (Пауза.) Как она крепко спит. Боже мой, какое спокойное, красивое лицо. Будить не хочется. (Пауза.) Роза Александровна!

Молчание.

Надо подниматься… Роза Александровна!

Молчание.

Н и н а И в а н о в н а (подошла). Леонид Иванович, подойдите сюда.

Л е о н и д (подошел). Что?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а (громко). Роза Александровна!

Молчание.

Л е о н и д. Дайте ей понюхать что-нибудь.

Н и н а И в а н о в н а. Не надо… она не проснется.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Нина Ивановна, что вы такое говорите? Надо ее разбудить… давайте разбудим… Вставайте, Роза Александровна! Вставайте!

Л е о н и д. Что за шутки. Нина Ивановна!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Боже мой, что с ней?

Л е о н и д. Что за идиотские шутки. Она же дышит!

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Разбудите ее! Разбудите!

Л е о н и д. Что вам померещилось, Нина Ивановна?

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Открыла глаза. (Пауза.) Это я — Диана Владимировна.

Н и н а И в а н о в н а. Нашатыря дайте.

Л е о н и д. Это вам нашатырь нужен. Медики. Живого от мертвого отличить не могут. Она просто перепила…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Вам плохо? Что вы молчите, дорогая моя?

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Зачем вы меня разбудили?

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Николай Михайлович уезжает. Я хочу его проводить.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Я тоже хочу…

Л е о н и д. Роза Александровна, вы устали… Я отвезу вас домой.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Нет, я пойду с вами… Не оставляйте меня…

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Конечно, мы пойдем с вами вдвоем. Потом можно зайти ко мне на вахту. Я приготовлю крепкого чаю…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. У меня дома есть пачка земляничного печенья…

Входит Л ю д м и л а. Плачет.

Л е о н и д. Ну, что там?

Л ю д м и л а. Он не хочет брать денег… Женщины, скажите хоть вы, пусть он возьмет.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. У меня есть пятнадцать рублей. Я дам ему на дорогу… Не волнуйтесь.

Л ю д м и л а. Передайте ему, пожалуйста… Здесь пятьсот рублей. Возьмите.

Диана Владимировна неподвижна. Людмила отошла, села, потом поднялась.

(Мужу.) Я поеду на вокзал…

Л е о н и д. Ладно, пусть они его проводят.

Молчание. Людмила опять подошла к Диане Владимировне, протянула сверток.

Л ю д м и л а. Это еда… передайте в поезде. Не говорите, что от меня.

Диана Владимировна взяла сверток.

Сейчас, я еще хочу передать… сейчас. (Открыла шкаф.)

Входит Ч м у т и н. В руках чемодан.

Ч м у т и н. Я готов.

Молчание.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Вы все-таки решили сегодня ехать?

Ч м у т и н. Чем раньше, тем лучше. И вы ко мне быстрее приезжайте. Я комнату вам приготовлю, буду ожидать…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Правда?

Ч м у т и н. Пожалуйста, приезжайте…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Не хочется вас отпускать.

Молчание.

Присядем на дорожку.

Молча садятся.

Р о з а А л е к с а н д р о в н а. Как грустно…

Молчание. Старик встал, подошел к окну, взял со стола кусочек хлеба, раскрошил на ладони и рассыпал по подоконнику. Вернулся, поднял чемодан. Молчание.

Л е о н и д (тихо). Николай Михайлович, билет-то возьмите на всякий случай. (Пауза.) Диана Владимировна, не забудьте: Курский вокзал. (Вырвал из блокнота лист и что-то записал.) Вот номер поезда и вагона… До свидания, тесть…

Молчание.

Л ю д м и л а (подойдя к Диане Владимировне). Папа, это тете Тоне на платье… передай ей привет… скажи…

Старик выходит. Старушки пошли к двери.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Мне вас в конечном итоге жалко…

Л е о н и д. Нина Ивановна, вы забыли сумку.

Нина Ивановна вернулась, взяла сумку.

Что, вы говорили, вам нужно?! Творог?

Н и н а И в а н о в н а. Ничего мне не нужно…

Р о з а А л е к с а н д р о в н а (Леониду). Леонид Иванович, я вам благодарна за то, что вы меня пригласили. (Людмиле.) Не плачьте, милочка, вы еще молодая. Вам нельзя плакать.

Л ю д м и л а. Вы к нему поедете?

Молчание.

Д и а н а В л а д и м и р о в н а. Пойдемте, Роза Александровна.

Л е о н и д. Женщины… У вас есть мой телефон.

Старушки выходят. Леонид вслед за ними. Людмила осталась одна. Прошло немного времени. Л е о н и д вернулся. Посмотрел на жену, но ничего не сказал. Взял со стола забытый путеводитель, полистал… Подошел к окну. Зазвонил телефон. Людмила сняла трубку.

Л ю д м и л а. Сергей Васильевич?.. Добрый вечер. Да… это Чмутина… Да-да, он мне передал. Завтра можете забрать четыре билета в восьмой кассе… на вашу фамилию. Пожалуйста. Ничего… У меня все в порядке… спасибо… все хорошо. До свидания. (Положила трубку.)

Л е о н и д. Вот они идут вчетвером. Он под руку с Розой Александровной… Рядом Диана…

Людмила стоит у телефона. Леонид стоит у окна. В Москве в самом разгаре вечер. Дрожат огни в миллионах окон. Есть народ на тротуарах, но его меньше, чем в домах. Старик и три сопровождающие его старушки идут по широкой прямой улице под мерцающими ночными фонарями.