Слабое звено Академии Драконов

Глава 2

Утром меня разбудил мелодичный звук будильника, разнесшийся по всем комнатам общежития. И вовсе не драконы, которые вчера вечером летали мимо моих окон — да так близко, что от порывов поднятого их крыльями ветра иногда даже звенели стекла.

Возможно, я тут была ни при чем и красовались они перед своими однокурсницами, чье внимание пытались привлечь подобными виражами. Но на третьем или четвертом «показательном заходе» я накинула на окна дополнительные защитные заклинания, добавила заклинание темноты и решительно улеглась спать.

Вымоталась за этот день, и мне хотелось найти убежище в мире сновидений. Хотя я прекрасно понимала, что уже скоро настанет утро и отсиживаться в своей комнате у меня не получится, как и прятаться на этаже прислуги.

Такого в моем контракте по учебному обмену не было предусмотрено — мне предписывалось посещать все лекции, относящиеся к моему профилю: Боевая магия.

Наконец то самое утро наступило, и делать было нечего — пришлось вставать с кровати, затем снимать собственные заклинания.

Как только в комнате посветлело, я подошла к окну. Отдернула шторку и немного посмотрела на залитый солнцем огромный главный корпус Академии Скаймора — белый камень и мрамор, — расположенный неподалеку от края летающего острова.

Затем поглядела на роскошный сад — уверена, таким он стал исключительно стараниями садовников из людей, а заодно благодаря мягкому и теплому климату острова. По дорожкам сада в сторону главного корпуса уже шли студенты Скаймора, а в небе над ними резвились драконы.

Но солнечное утро и драконьи игры настроения мне нисколько не добавили. Вместо этого на ум пришла история о бесстрашной магиссе Равенне Моорс, случившаяся в незапамятные времена, когда у нас еще шла война с ТалМиреном.

Тогда Грань можно было пересечь во многих местах — вот драконы ее и пересекли. Люди проигрывали, враги были уже на подступах к нашей столице, и настало время героических поступков.

Равенна активировала сильнейшее заклинание, которое отправило к праотцам почти треть армии драконов. Правда, оставшиеся ее растерзали, но она унесла с собой в могилу многих, навсегда оставшись в памяти потомков.

В общем, в не самом оптимистичном настроении и с не самыми позитивными мыслями я стала натягивать синюю форму. Пятому курсу разрешалось ходить в собственной одежде, но таковой у меня не имелось, поэтому приходилось довольствоваться казенным — и на том спасибо!

Когда я зашнуровывала платье, в дверь постучали.

Это был «свой» стук — правильный, не драконий. Слишком уж вежливый и осторожный.

Но я все же накинула на себя дополнительное заклинание, после чего пошла открывать. Не ошиблась — в дверях стояли две мои вчерашние знакомые, молодые служанки Карин и Лиора.

Оказалось, они пришли пожелать мне хорошего дня, а заодно сказать, что если я передумаю идти в общую столовую, то всегда могу позавтракать на их этаже.

— Я все-таки рискну, — сказала им, а затем снова подумала о Равенне Моорс.

Пусть ее судьба была печальна, но в то же время почему-то мне близка.

— Кстати, — спросила я у них, потому что Карин уставилась на мой шнурок с пуговицей, висевшей у меня на шее, — может, вы знаете, что это такое?

Потому что в Аллирии никто и ничего не знал. Я много раз пыталась по этой пуговице отыскать след своих родителей, но все лишь пожимали плечами.

К тому же в последние годы я поняла, что это не просто безделушка: если добавить немного Воздушной магии, то узор на пуговице начинал меняться, и завитки складывались в незнакомые символы.

Поэтому я рискнула спросить у служанок в ТалМирене — подумала, что хуже уже не будет. Скорее всего, не будет вообще никак.

Девушки уставились на мою пуговицу, затем дружно покачали головами.

— В самом Скайморе, то есть в городе, — произнесла Карин, — есть хороший артефактор. Возможно, это как раз по его части. Он, кстати, знаменит на весь ТалМирен, но перебрался к нам из столицы. Говорит, что подальше от Пепельной Хвори.

После чего снова сделала знак, отгоняющий зло, добавив, что ее кузина работает у артефактора по дому, поэтому она и знает, что и как.

Я спросила, как его зовут, — оказалось, Седрик Росс.

Тут девушки заинтересовались подаренными мне цветами, и артефактор вылетел у них из головы. А еще карточкой, лежавшей рядом с вазой. Той самой, в которой некий «А» в письменном виде называл меня самой красивой девушкой академии.

Карин и Лиора переглянулись, и на их лицах появилось сочувствующее выражение.

— Будь с ним поосторожнее, — печальным голосом произнесла Карин. — Он любит говорить сладкие вещи. Заманивает в свои сети, обещая много всего. А потом заявляет, что людские девушки годятся если только для любовных утех.

— Несколько из наших уже покинули академию, — подхватила Лиора. — Те, кто влюбились в него без памяти, а он позабавился с ними и забыл. Ему, конечно же, ничего за такое не было, а их попросили оставить Скаймор.

— Про кого вы это говорите? — склонила я голову.

Понимала, что речь шла о дарителе цветов, но мне захотелось услышать имя этого «героя» любовных сражений.

— Лорд Арвен Дарион, — произнесла Карин, после чего внезапно и мучительно покраснела, а затем развернулась и кинулась прочь из моей комнаты.

Хорошо хоть, на выход не нужен был слепок ауры, а то она бы, наверное, врезалась в дверь.

— Кажется, еще одна в него влюбилась! — пробормотала Лиора. — Надеюсь, что безответно и глупостей она не наделала, потому что мне не хотелось бы терять подругу.

— Вот, значит, как, — пробормотала я.

— Будь осторожнее, Джойлин! Думай головой и береги свое сердце, — напоследок пожелала мне Лиора, после чего отправилась успокаивать Карин.

Я же зашнуровала платье, привела в порядок волосы, сложила в казенную сумку канцелярию, подумав, что не помешает разжиться учебниками. Но сначала — завтрак.

Хотя я прекрасно понимала, что это будет еще то мероприятие.

И оно им стало, хотя сама дорога от общежития до главного корпуса, а потом вниз по лестнице в обеденный зал прошла без приключений — если только на меня пялились все кому не лень.

С другой стороны, если я здесь приживусь — читать: выживу в Академии Скаймора, — то, наверное, ко мне скоро привыкнут и перестанут показывать пальцем, как на… бородатую женщину в цирке.

Но пока что я чувствовала себя той самой бородатой женщиной, а еще немного Равенной Моорс, понявшей, что людские дела плохи и отечество требует от нее подвига.

Ну что же, для меня похожим подвигом стал поход в столовую.

Собравшись с духом, я толкнула створку резной двери и оказалась в просторном помещении, чьи стены слепили белизной, мраморные колонны уходили под потолок, а витражи заливали все пространство цветным светом.

Я даже подумала, что здесь можно проводить балы или принимать иностранные делегации, но вместо этого зал оказался заставлен длинными столами, а в конце него виднелось что-то похожее на стойку раздачи.

И, конечно же, все было в разы более впечатляющим, чем наша столовая в Академии Астейры.

Почувствовала я и запах — но пусть ароматы витали вполне аппетитные, я сомневалась, что в меня влезет хоть ложка того, чем здесь кормили. Поэтому к стойке раздачи не пошла — принялась оглядываться, пытаясь понять, где могу устроиться и дождаться начала занятий.

Заодно пусть ко мне привыкают — им со мной «жить» еще целый год.

Столы стояли рядами, но все сидели как Боги на душу положат. Я видела разноцветные мантии, еще там и сям попадались пятикурсники, одетые в обычное.

Кажется, чем старше курс, тем все более обособленными становились именно боевые четверки, но своей я еще пока не знала, а заявление Кирана Велгарда в голову решила не брать.

Высмотрев более-менее свободный стол, побрела в дальний угол обеденного зала.

Стоило ли говорить, что «бородатая женщина» в моем лице вызвала виток пересудов? На меня поворачивались, и я то и дело слышала в звучавших голосах произнесенное с высокомерным презрением слово «человечка».

Но до выбранного стола я так и не дошла, потому что со стороны старшекурсников, покинув свою четверку, в моем направлении двинулся светловолосый парень.

На миг я подумала, что он слишком красив, чтобы быть настоящим.

Высокий, плечистый, с горделивой осанкой и драконьей уверенностью в каждом движении. Длинные белые волосы спадали на его плечи, а глаза были ярко-синими — такими, в которые многие, наверное, влюблялись с первого взгляда.

Одет он был в темно-зеленый камзол с золотой вышивкой, широкий кожаный пояс подчеркивал его идеальную фигуру.

Пятикурсник, промелькнуло в голове, раз уж не в форме академии.

Сначала я решила, что он отправился к выходу, успев позавтракать, затем — что заблудился, но когда поняла, что он идет по мою душу…

Это поняли и другие, и по обеденному залу прокатился осуждающий шепоток.

И, кажется, осуждали именно меня.

Подойдя, парень представился — сказал, что его зовут Арден Дарион, — а я, глядя на его безупречные черты лица, пожалела бедную Катрин. Подумала, что в такого можно не только влюбиться, но и окончательно и бесповоротно потерять голову.

Хорошо, что мне подобное не грозило!

Во-первых, мне нравилась моя голова на плечах, которой я умела пользоваться. Во-вторых, заклинание в подаренных цветах моментально убило бы любые романтические чувства, если такие могли возникнуть.

Так что они не возникли.

— Надеюсь, тебе понравился мой букет? — поинтересовался Арден, похоже, не подозревая, что я распознала его маленький секрет. — Белые лилии — символ чистоты и совершенства. Но должен признать: они все бледнеют рядом с твоей красотой.

На это я едва не закатила глаза. Ну надо же, насколько банально!

— Рада нашему знакомству, лорд Дарион, — сказала ему. — А теперь можно я просто позавтракаю в одиночестве?

На красивое лицо на секунду набежала тень.

— Значит, уже рассказали, — констатировал он. — Поделились слухами о том, что девушки вешаются мне на шею, а я этим якобы пользуюсь? Но это не так — я до сих пор жду свою единственную…

— И этой единственной всенепременно должна стать Джойлин Грей из Аллирии, — закончила я его мысль. — В общем, я только что у нее спросила… Джойлин отказалась, так что вам, лорд Дарион, стоит поискать другую. Но за цветы спасибо! Я рада, что смогла потренироваться перед началом учебного года в нейтрализации чар как минимум четвертого уровня. А теперь…

Хотела сказать, чтобы он оставил меня в покое, но тут перед нами вырос мрачный — даже очень — Киран Велгард.

Я собиралась было пошутить, что купание явно не пошло ему на пользу, но прикусила язык. Два недовольных дракона еще до завтрака — потому что Ардену тоже не пришлись по душе мои слова, — это было много даже для Джойлин Грей.

— Не вмешивайся, Дарион! Здесь тебе делать больше нечего, — резко бросил Киран. — Теперь она с нами.

Затем повернулся и посмотрел на меня с таким видом, словно у него разболелись все зубы одновременно.

— Идем, — сказал мне. — Это не твое место.

— А где же мое? — спросила я, не спеша сдвинуться с места, тогда как лорд Арден Дарион, кинув на меня сумрачный взгляд, отправился дальше. — Ну же, укажи мне на него, и ты увидишь, как горят драконы под ударами Всеочищающего Огня.

Киран неожиданно усмехнулся.

— А ты дерзкая, «Слабое Звено»! Пошли, познакомлю тебя с остальными из четверки. Близнецы хотят тебя увидеть, хотя смотреть тут не на что. Но, кажется, нам от тебя уже не избавиться.

— А ты, значит, пытался, — догадалась я.

Он не ответил, но по его лицу было видно: пытался, и еще как.

Немного подумав, я все же отправилась следом, подозревая, что по странному стечению обстоятельств и решению администрации академии я угодила в их четверку. Поэтому мне стоит принимать ситуацию такой, какая она есть.

Вот, Равенна Моорс тоже принимала, пока не сожгла треть армии драконов.

Вскоре мы подошли к дальнему столику в той стороне, где собирались преимущественно пятикурсники, и тотчас же из-за стола встали двое.

Близнецы хотят меня увидеть, вспомнила я слова Кирана, хотя парни не сказать что были похожи. Вернее, совсем не похожи, если не считать легкую россыпь веснушек на носах и упрямо поджатые губы.

Один — светловолосый, короткостриженый, с насмешкой в серых глазах, другой — чуть темнее, растрепаннее и мрачнее. Он тотчас же уставился на меня оценивающим взглядом карих глаз, но по лицу было видно: оценки он мне выставил самые низкие, после чего стал прикидывать, что за напасть постигла их четверку в моем лице.

Киран нехотя представил братьев.

Светловолосого звали Лайон, шатена — Райден. Оба — молодые лорды Кернисы. Кто из них старше, кто младше — меня в известность не поставили. Вместо этого они молча посмотрели на то, как я заняла место за их столом, после чего темноволосый из братьев произнес:

— Если что, мы были одной из сильнейших боевых четверок Академии Скаймора. У нас имелся реальный шанс побороться за место в Турнире Десяти Островов. Но после того, как Юстас умер этим летом…

— Что с ним случилось? — негромко спросила я, не ожидая, что мне ответят.

Но, к удивлению, это произошло.

— Пепельная Хворь, — тусклым голосом отозвался Киран. — То, что случается с драконами, но не случается с людьми.

— И ты винишь в этом меня? — удивилась я. Затем уточнила: — В том, что на место вашего друга поставили человечку?

— Тебя я не виню. Просто Боги нанесли нам два сильнейших удара подряд. Сначала Они забрали Юстаса, который был всем как брат, а вместо него дали… — Киран оборвал себя на полуслове.

— Меня, — подсказала ему.

За столом повисло тяжелое, почти осязаемое молчание, полное недоверия и высокомерного драконьего презрения.

Тут один из близнецов — Лайон — все же поднялся с места и через пару минут поставил передо мной тарелку с манной кашей, присыпанной ягодами. Ложку тоже принес, а заодно стакан с кофе.

Но я, поблагодарив за заботу, покачала головой, сказав, что у меня нет аппетита.

— Ешь! — бросил Киран. — Ты слишком дохлая, а мы все-таки будем участвовать в отборе. С тобой или без тебя.

— Похоже, что теперь с ней, — отозвался Райден.

— Теперь с ней, — согласился Киран. Посмотрел на меня: — С твоей стороны будет большим для всех одолжением, если ты хотя бы не умрешь в процессе. Поэтому ешь!

— Ты не вправе мне указывать, что делать, — возразила я, отодвигая от себя тарелку.

— Я — твой капитан, и ты будешь делать то, что я скажу! — возвестил он.

После чего вскинулся и навис надо мной, и в его лице проступило что-то хищное, драконье. Но я спокойно выдержала его взгляд.

После трущоб Серого Квартала, в которых я росла, разъяренный моим непослушанием дракон мог показаться милейшим созданием.

— Не боишься? — наконец спросил он.

— Вот еще! — отозвалась я. — Ничего не боюсь.

Но за ложку все-таки взялась.

Во-первых, подобные стычки всегда вызывали у меня аппетит. Как и мысль о том, что в боевую четверку меня все же взяли и парни смирились с постигшей их участью.

Вот, даже заботятся обо мне как могут — со сжатыми до судорог зубами.

А дальше дело за мной: постараться доказать им, что я — никакое не слабое звено.

— Очень даже зря, — неожиданно произнес Киран. — Тебе стоит бояться, человечка! Иначе за твою жизнь в Скайморе никто не даст и ломаного дукара.

— И вот еще, что от тебя нужно было Дариону? — добавил через несколько секунд Киран, потому что на предыдущее его заявление я не отреагировала.

Слишком долго никто не давал за мою жизнь и ломаного аллирийского гроша, когда я пыталась выжить в Сером Квартале.

— Арден Дарион — лидер второй четверки, — пояснил мне Лайон. — Они наступают нам на пятки и дышат в затылок, хотя считают, что они сильнее нас.

— Наверное, хотел выпытать у нее наши тайны, — мрачным голосом произнес Райден.

— А ваша тайна в том, что вы — высокомерные снобы? — вежливо поинтересовалась я.

Неожиданно поймала себя на мысли, что мне нравится немного их подначивать.

Но куда больше мне нравилось злить нашего капитана. В такие моменты его глаза становились темно-синими, словно грозовое море, а наружу из него лезла драконья сущность.

Но при этом я понимала, что Киран Велгард не причинит мне вреда. Наоборот, будет меня защищать и оберегать, потому что они хотят победить в состязаниях, и, похоже, если до некоего Турнира Десяти Островов доживет весь состав, то это пойдет им только в плюс.

То есть в этом плане я очень даже неплохо устроилась. Зря я сгоряча решила, что мне не повезло, — как раз наоборот, потому что я оказалась под защитой Кирана и близнецов.

И чувствовала себя именно так — под защитой и неплохо устроившись, — когда, доев кашу и допив кофе, я отправилась вместе со своей четверкой на занятие по истории. Но перед этим Лайон отнес мою посуду к стойке, на что все окружающие посмотрели на него с изумлением в глазах.

Заодно они глазели и на меня, окруженную тремя здоровенными драконами. На это Киран и близнецы отвечали всем мрачными взглядами, а еще они открывали передо мной двери.

Наверное, считали, что если меня этими дверьми пришибет и я не переживу первый учебный день, то их четверка в очередной раз понесет безвременную утрату.

— Так что было нужно Дариону? — негромко повторил свой вопрос капитан, когда близнецы немного отвлеклись.

Мы шли по просторным коридорам главного корпуса, и я радовалась тому, что мне даже не нужно искать нужный кабинет. Тут мимо нас проследовала девица с… внушительными достоинствами, которые были подчеркнуты довольно откровенным нарядом, и братья немного выпали из реальности.

— Это наше с лордом Дарионом личное дело, — сказала я Кирану. — Но ты не беспокойся, страшную тайну вашей четверки — о том, что вы высокомерные снобы, — я унесу с собой в могилу.

— Похоже, я сам тебя в ней закопаю! — рявкнул Киран.

Братья повернулись и пожали плечами. Словно то, что капитан на мне сорвался, было само собой разумеющимся.

— Вчера вечером Арден Дарион принес мне зачарованные цветы, — немного подумав, призналась я. — А потом подошел в столовой и спросил, насколько сильно мне понравился его подарок.

Как же приятно наблюдать за сменой выражения лица капитана!

— А ты случайно не врешь, слабое звено?

— Нет, я не вру, высокомерный дракон! — сообщила ему в ответ. — Что же касается лорда Дариона, то я сказала, что была в полном восторге от такого подарка. Нечасто удается повторить нейтрализацию чар четвертой степени еще до начала учебного года. Ведь обычно летом я занимаюсь совсем другим.

— Чем именно? — тотчас поинтересовался капитан.

— Ничем, — пожала плечами. — Моя жизнь тебя не касается, Киран Велгард! Как твоя — меня.

Он склонил голову.

— Согласен, не касается. Значит, зачарованный букет. Зачем?

— Не знаю. Спроси у Дариона.

— Спрошу, — согласился он. — А теперь скажи мне, что именно ты сделала…

— С цветами Дариона?

— Нет, с моим порталом.

Пожала плечами.

— То, что обычно делаю с порталами высокомерных драконов, когда они не прикрывают свой уход из стана врага.

На лице капитана заиграли желваки.

— А можно без колкостей? Просто ответь на мой вопрос.

— Можно ответить и без колкостей, — согласилась я. — Но сперва тебе придется это заслужить. Для начала перестань называть меня «человечкой» и «слабым звеном».

— Это еще почему?

— Потому что «человечка» для жителей Аллирии звучит унизительно. Что касается «слабого звена», это ты оставил портальное заклинание как на ладони, не позаботившись о своей защите. И все, что мне оставалось сделать, — это...

— Ты ничего не могла сделать, — возразил мне Киран. — Потому что это как минимум шестая, а то и седьмая степень, поддающаяся только тем, кто изучает Высшую Магию. Причем драконью, не людскую, которая намного слабее нашей. Только не говори мне…

— Хорошо, не буду.

И замолчала.

— То есть не скажешь? — через какое-то время поинтересовался он.

Мы как раз дошли до дверей аудитории, где стали появляться и остальные наши однокурсники. Смотрели на меня недоуменно, а затем принялись кидать на Кирана сочувствующие взгляды.

Жалели и его, и его четверку.

— Здесь не хватает только лопат, священнослужителя для отпеваний и могильного камня, — пробормотала я. — Кажется, и вашу четверку, и ваше место в турнире все уже похоронили.

— Если что, это и твоя четверка! — процедил Киран. — И твое место в турнире. Не забывай об этом, человечка!

На это я хотела сказать, что он сам выбрал путь колкостей, но тут дверь в аудиторию распахнулась, и нас всех позвали внутрь.

Заодно я отвлеклась от спора с капитаном и принялась рассматривать своих однокурсников.

Получалось, их было двадцать три — то есть если со мной, то вместе нас оказалось двадцать четыре. А сосчитать вышло довольно просто: все держались четверками, и их было ровно шесть.

Рядом с Арденом Дарионом, который не спускал с меня глаз, стояли еще двое парней и одна манерная золотоволосая девица в синем платье, то и дело глядевшая на капитана, а затем — с недоумением — на меня.

Наверное, увидела, как он подходил ко мне в столовой, а теперь рассматривал у входа в аудиторию, и не могла понять причины его интереса.

Вот и я тоже не понимала.

Конечно, парни в Астейре обращали на меня внимание. Называли красивой и поражались необычному цвету моих глаз. Но не до такой же степени, чтобы драконий лорд дарил мне зачарованные букеты!

Возможно, Арден Дарион и в самом деле считал меня слабым звеном, нейтрализовав которое его четверка получит преимущество над Кираном и близнецами.

Ну или надеялся выпытать у меня их самый страшный секрет.

От этой мысли я усмехнулась, а затем спокойно посмотрела в глаза Ардену, на что девица нахмурилась, вздернула точеный носик и собственнически подхватила того за локоть.

— А вот, собственно говоря, и весь расклад, — пробормотала я, вспомнив, что у Ардена Дариона имелась невеста.

Какая именно по счету — не суть важно, потому что делиться та с кем-либо своим драконом не собиралась.

Поэтому я отвернулась и немного посмотрела на мрачную Адору, одетую в яркие шелка, которая о чем-то шепталась со своими подругами.

Кажется, у них была девичья четверка.

Так и есть, а командовала ей высокая, с горделивой осанкой и приятным лицом темноволосая драконица. Она окинула меня внимательным взглядом, затем повернулась к Адоре и сказала той что-то явно успокаивающее.

Подозреваю, ошибочно-успокаивающее. Я бы на ее месте — а ведь она капитан! — не делала столь поспешных выводов.

На остальные четверки я тоже посмотрела.

Мысленно пожала плечами: драконы как драконы, устроили давку в дверях, причем нарочно. Наверное, хотели меня затереть, но Киран встал на мою защиту, сказав остальным что-то неласковое. Кажется, если кто-то меня тронет, то будет иметь дело лично с ним, и он никого не пощадит.

Затем близнецы сделали для меня «арку», оттеснив однокурсников, давая мне возможность спокойно попасть в аудиторию.

— Проходи, слабое звено! — буркнул мне на ухо капитан. — Затем иди в третий ряд к окну. Будешь сидеть со мной, иначе до завтра ты не доживешь.

На это я улыбнулась, потому что лицо у него было такое… Словно он познал все грани страдания и унижения, стоя в дверях и охраняя человечку, чтобы ту не затоптали драконы.

На миг мне стало его жаль, но длилось это лишь считанные доли секунды.

— Спасибо тебе, о мой защитник! — заявила я во всеуслышание.

Да, пусть все услышат, мне не жаль. Зато как же приятно было наблюдать, что у Кирана Велгарда случился очередной приступ то ли зубной боли, то ли зубного скрежета.

— Шевели ногами! — бросил он, и я все-таки исполнила приказание своего капитана.

Принялась шевелить ногами и уже скоро заняла место за партой, на которую он указал.

Осмотрелась.

Аудитория во многом была похожа на наши в Астейре: выстроенная полукругом, с тремя ярусами, на которых стояли парты. За ними сидели по двое, а боевые четверки традиционно держались вместе.

Наши места оказались в верхнем правом углу, тогда как Арден Дарион и его команда заняли верхний левый. Девичья четверка уселась в среднем ряду на первых партах. Затем они дружно открыли тетради и достали учебники, которые, конечно же, я не успела получить.

Даже не знала, что уже можно.

Заодно я украдкой вздохнула — ни у кого из нашей четверки не имелось не только учебника, но еще и тетради. Затем достала из казенной сумки казенную канцелярию и приготовилась слушать, прикидывая, насколько много нового узнаю на уроке истории в ТалМирене — того, чему нас не учили в Аллирии.

Посмотрела на преподавателя.

Это был седой дракон с всклокоченной прической и в черной мантии — даже немного забавный, если вообще можно такое сказать о драконах.

Как только раздался мелодичный перезвон, означавший начало занятия, он подскочил из-за преподавательского стола и принялся расхаживать взад-вперед по аудитории.

— У меня будет для вас важное объявление, курс! — возвестил он.

— Мы внимательно вас слушаем, магистр Рамзи, — раздался чей-то ленивый голос, и еще несколько однокурсников усмехнулись.

Преподаватель кивнул, затем протянул к классу длань.

— О да, наконец-то вы будете меня слушать! — заявил всем с ехидцей. — Это лето я провел в спорах с деканом, пока тот не принял решение в пользу моего предмета. Поэтому все оценки, полученные на Истории в этом году, пойдут в зачет боевых четверок и отразятся на вашем результате, с которым вы подойдете к отбору на турнир. Да-да, — произнес он, не скрывая торжества в голосе, — у вас есть отличная возможность наконец-таки узнать, о чем идет речь на моем предмете!

Это вызвало волну страдальческих вздохов среди моих однокурсников, и обо мне на время забыли.

Зато преподаватель не собирался.

— Оказывается, у нас появилась новая студентка, — произнес он, повернувшись ко мне.

— Встань, человечка! — быстро произнес Киран. — У нас так принято.

У нас тоже было так принято, просто я замешкалась, все еще не в состоянии поверить в свалившееся на меня «счастье».

Кажется, мне предстояло держать ответ на первом же уроке, в первые же минуты нового учебного года. Причем на истории ТалМирена, о которой в Аллирии имели только отдаленное представление!

Да еще и…

— Значит, Джойлин Грей, — произнес магистр Рамзи, когда я поднялась. — Из Академии Астейры.

— Так и есть, магистр Рамзи! — отозвалась я.

— Ну что же, посмотрим, чему вы научились в своей академии, мисс Грей! Кстати, вы сейчас в четверке…

— Кирана Велгарда, — ответила ему, поймав на себе мрачный взгляд капитана.

Кажется, он уже собирался присоединиться к группе с лопатами у могильного камня. Начал хоронить результаты своей четверки, так и не дав мне ни малейшего шанса доказать, что никакое я не слабое звено.

— Расскажите мне, что вам известно о Войне Десяти Островов, мисс Грей! — вот что он у меня спросил.

Но я знала, что это был вопрос с подвохом. И дело вовсе не в том, что почти два тысячелетия назад — тогда, когда суша в ТалМирене еще плавала в море, а не парила над ним, — поцапались обитатели десяти островных королевств и развязали междоусобную войну.

Она оказалась столь кровопролитной, а магия в те времена была настолько мощной, что мир застыл на грани уничтожения.

Но Боги вмешались: в своей ярости они с такой силой ударили кулаком по морю, что десять островов взмыли в небо, а за ними — еще сотни других, более мелких… А там, где Они провели рукой, возникла магическая Грань, которая с каждым столетием становилась все более подверженной аномалиям и непроходимой.

Она отделила Людские королевства — а с Аллирией у ТалМирена была самая протяженная граница — от драконов.

— Именно так гласит легенда. Но у нас имеются достоверные свидетельства того, что эта война действительно имела место, а конец ей положил магический катаклизм невероятной силы, последствия которого невозможно ликвидировать, — добавила я. — Этому есть подтверждения в работах историков и мыслителей той эпохи.

Затем перечислила нескольких, вспомнив названия их трудов. После чего замолчала, удивившись тому, что в аудитории повисла тишина.

Все смотрели на меня широко раскрытыми глазами.

— Я что-то сказала не так? — спросила у растерянного преподавателя.

Тот очнулся, смешно дернул головой с растрепанными волосами, после чего сказал, что это был превосходный и полностью исчерпывающий ответ.

— Но у меня будет еще один вопрос, на этот раз совсем простой. Скажите, мисс Грей, какое событие приурочено к моменту воспарения островов и в последние полсотни лет, по решению короля Эрика Мудрого, проводится ежегодно? Во избежание повторения той самой кровопролитной войны и ради примирения жителей островов, давно уже вошедших в королевство ТалМирен.

На это я серьезно задумалась, хотя вопрос, по мнению преподавателя, был простой.

Если честно, то понятия не имела!

Мы подробно изучали древние легенды, я часами возилась в архивах и хранилищах, но о жизни драконов знала мало — они всегда держались обособленно.

Неожиданно Киран вскинул руку.

— О, какая неожиданность, лорд Велгард! — обрадовался преподаватель. — Я впервые вижу вашу поднятую руку за четыре года, что вы посещаете — пусть и с переменным успехом — мои лекции. Не стану мешать столь редкой инициативе. Слушаю вас!

Киран поднялся со своего места, и я вновь подумала: какой же он здоровенный дракон…

— Турнир Десяти Островов, — произнес капитан. — Об этом знают все в ТалМирене, но могут не знать в Аллирии. Сильнейшие академии королевства выставляют по одной боевой четверке с каждого из островов. Король Эрик рассудил, что лучше уж пусть маги дерутся на турнире, чем в реальной войне, ведь врагов у ТалМирена хватает.

И я задумалась… Интересно, какие у них могут быть враги? Уж точно не Аллирия — у нас своих проблем выше крыши, тут не до войны с драконами!

Затем решила, что уже можно садиться, раз мы с Кираном дали исчерпывающие ответы, но не тут-то было.

— Мисс Грей, у меня будет к вам последний вопрос. Не на оценку, мне просто любопытно, — произнес преподаватель. — Последние полсотни лет наши маги усердно изучают Магическую Грань. Как в Аллирии отнеслись бы к тому, если бы аномалия исчезла и наши королевства смогли жить как прежде, бок о бок?

Он склонил голову, явно ожидая от меня восторженного заверения, что да, это было бы великолепно, и мы в Аллирии только и мечтаем о возвращении высокомерных драконов с их правилами.

— Негативно, — сказала ему. — Жители Аллирии восприняли бы это крайне отрицательно. Наоборот, мы рады, что магическая Грань с каждым годом становится все менее проходимой и осталось всего два прохода… Ну, кроме тех, которыми пользуются контрабандисты. Но я надеюсь, что Грань продержится еще год и не закроется окончательно, потому что… Мне все же хочется вернуться домой.

— Но почему? — искренне удивился преподаватель. — Почему у вас такое отношение к жителям ТалМирена?

— Потому что Равенна Моорс, — ответила я.

Он побледнел, зато остальные в классе, кажется, не поняли, о чем шла речь.

Вернее, вовсе не поняли, и потому я пояснила.

— После образования Магической Грани ТалМирен несколько раз пытался захватить Аллирию и соседние людские королевства, смехотворно утверждая, будто это когда-то были ваши территории. Но Боги, похоже, рассудили иначе: отгородили нас магической стеной и дали людям возможность жить спокойно, вдали от драконов. Но спасибо вам за вопрос, магистр Рамзи! Надеюсь, и на него я тоже дала исчерпывающий ответ.

Интересно, промелькнуло у меня в голове, сейчас он меня испепелит, выгонит из класса или отнимет у четверки все их баллы вместе с надеждой попасть на Турнир Десяти Островов?

Вместо этого преподаватель неожиданно объявил, что мы получаем плюс десять баллов — наивысшую оценку, — после чего мы перешли к разбору битвы при Карадаге.

Так как ни у кого из пяти четверок не оказалось не только учебников, но и даже тетрадей, то магистр Рамзи мстительно снял у всех по пять баллов — ну, кроме девичьей четверки.

Но так как я знала о битве при Карадаге довольно много, то заработала нам эти пять баллов обратно.

А Киран, кажется, впервые посмотрел на меня не как на слабое звено, доставшееся его четверке как проклятие самой последней, наивысшей ступени, а как на ту, кто может принести баллы, пусть хотя бы на истории.