Слабое звено Академии Драконов

Глава 8

К декану нашу четверку стали вызывать — причем по одному — через два дня после завершения игры.

И это были целых два дня нашего триумфа.

Вокруг нас постоянно собирались слушатели; заваливали вопросами, требуя рассказывать все с самого начала — снова и снова, — как проходила игра.

Смаковали каждую деталь из тех, о которых мы говорили: и про записку в конверте, и про разгадывание ключей, и про то, как мы бились со всеми четверками подряд.

Разве что кроме Ардена Дариона.

Но те сражались с собственной тупостью и пали ее жертвой, проиграв той бой. То есть с не слишком гениальным поступком Тианы Лариссы, из-за которого она до сих пор пребывала в лазарете, доставленная туда с несколькими переломами.

Кости, благодаря повышенной драконьей регенерации и умелому врачеванию, должны были вот-вот срастись, а Арден на все вопросы с недовольной миной заявлял, что с Тианой ничего плохого не произошло и уже скоро она поправится.

Зато с рейтингом их четверки это плохое очень даже случилось, и ему уже ничем помочь было нельзя.

Ясное дело, после того как их команду сняли с игры, они не получили ни единого пункта за игру. Выигрыш забрали мы, тогда как второе место прочили команде Русаны.

Те прошли дальше всех в разгадывании загадок, потому что победили даже ту, что была возле бюста архимага. Добыли ключ, лежавший в черепе его статуи, но следующая загадка оказалась им не по зубам, и, послушные решению своего капитана, они отправились поджидать нашу четверку возле кабинета.

— Мы могли бы и победить, — пожимала плечами на все вопросы Русана, нисколько не смущенная тем, что они пытались отбить у нас приз. Ведь такое было в правилах игры. — Мне вот, допустим, до сих пор непонятно, как четверка Велгарда догадалась, что знамя в кабинете декана!

Это было непонятно никому, но парни держали лицо, отказавшись отвечать на этот вопрос, а со мной драконы почти не заговаривали.

Похоже, продолжали считать слабым звеном и человечкой, которой среди них не место, закрывая глаза на то, что я буквально вытянула за волосы Кирана и парней на первое место в рейтинге.

И еще на то, что если мы не оплошаем на последнем состязании, то именно нас будет ждать отбор на Турнир Десяти Островов в Академии Неринга.

— Интересно, кому дадут третье место — четверке Трудоса или Гардена? — вот о чем с удовольствием беседовали в столовой и на переменах.

И на занятиях тоже об этом говорили — причем все те два дня, пока еще не было оглашено окончательное решение устроителей игры.

Но перед этим нашу четверку вызвали к декану, как я и предполагала.

К разговору я подготовилась — на следующий день после завершения «Знамени дракона» отправилась в библиотеку, перед этим отвязавшись от Кирана.

Сказала ему, что почувствовала тоску по родине, и единственное, что помогает мне не думать об Аллирии, — это шоколадное печенье. И еще решать в библиотеке кубические уравнения.

— Мне обычно помогает пробежка и фехтование, — заявил тот. — Так что пойдем-ка лучше со мной на стадион.

Но на такое я не повелась, и Кирану пришлось оставить меня в библиотеке с кубическими уравнениями, а еще книгой о политическом строе ТалМирена.

А печенье он мне так и не принес. Сказал, что обойдусь — вернее, получу его только после того, как пробегу два круга по стадиону и повторю с ним все то, что у меня не получалось на уроке фехтования.

— Уморить ты меня хочешь, — констатировала я. — Так и знала: вы, драконы, ненавидите всех людей в целом, а меня — в частности.

На это Киран посмотрел совсем уж странным взглядом, после чего, ничего не ответив, ушел развлекаться на свой стадион.

Я же осталась в библиотеке и уже скоро узнала, что Совет Изначальных Родов существовал изначально, еще с момента становления в ТалМирене монархии и прихода к власти нынешней династии.

Которую он, по большому счету, туда и привел.

Совет пережил как все магические войны, так и великое воспарение островов вместе с появлением Грани, при этом давая советы монарху, а заодно обладая правом вето. То есть в любой момент мог отменить всякое решение короля.

— Выходит, власть во власти, — пробормотала я. — Надо же, как им только такое позволили!

Но ответов в книге не имелось, и особо больше ничего из нее узнать не удалось. Лишь имена тех самых Изначальных Родов.

Их было двенадцать, и одно оказалось мне хорошо знакомо — лорды Дарионы испокон веков входили в Совет.

— Наверное, это что-то да значит, — пробормотала я, закрывая книгу. — Только вот что?!

Прекрасно понимала, что Арден Дарион, нисколько не интересовавшийся своей пораненной невестой, ничего мне не скажет.

У Кирана спрашивать не хотелось — он снова привяжется, как самый злостный репейник, подозревая во всем угрожающую мне опасность, а я в последние дни даже получила некую свободу передвижения.

К тому же род Велгардов не относился к Изначальным. Хотя он был древним и славным, покрывшим себя воинской славой, совершив множество доблестных деяний и верой и правдой служивший королям ТалМирена.

Скорее всего, Киран ничего не знает, решила я.

Но должен был знать декан, вызова к которому я ждала и, наконец-таки, дождалась.

Перед этим мы решили, что не станем ничего скрывать — расскажем все, что произошло на игре от начала до конца. Потому что я была уверена: близнецы все равно не продержались бы и пяти минут на допросе и из-за своего простодушия выложили бы все как на духу.

Единственное, я попросила не говорить о том, что возилась с замком на комоде в том кабинете. Пусть лучше скажут, что они ничего не видели.

Но я понимала: декана таким не проймешь. И не ошиблась.

Ну что же, он предложил мне кофе — черный и без сахара, сказав, что ни молока, ни сладостей у себя не держит.

И я согласилась. Понимала, что наша беседа будет долгой и непростой.

Декан принес, вскипятив воду магией, и поставил чашку передо мной на маленький столик, потому что я с комфортом устроилась в одном из гостевых кресел и постаралась ни в коем случае не показывать, что волнуюсь.

Улыбнулась и поблагодарила очередного слегка обескураженного дракона (потому что Кейлор Вейр выглядел именно таким), не понимавшего, как он оказался на побегушках у человечки, если в ТалМирене все заведено как раз наоборот.

— Чудесный аромат, — сказала ему. Затем пригубила кофе. — Невероятно насыщенный вкус.

Декан кивнул, после чего с недовольным видом заявил, что у него имеется ко мне несколько вопросов, и покосился на свой комод, который я взломала два дня назад.

Надо сказать, к этому времени от разгрома в его кабинете остались лишь воспоминания — наши, самого декана и четверки Трудоса, потому что все вернулось к прежнему виду, и даже стекло в книжный шкаф успели вставить.

— Я слушаю вас, господин Вейр! — отозвалась я как можно безмятежнее, чем, кажется, в очередной раз поставила его в тупик.

Или же он считал, пригласив меня на «место преступления», что я начну чувствовать себя преступницей и тут же во всем сознаюсь?

Ничего подобного со мной сработать не могло.

— Поведайте мне, мисс Грей, каким образом вы обнаружили знамя, минуя три загадки? А заодно как вы открыли мой кабинет, — добавил он ледяным голосом. — Потому что ваш ключ из последнего задания так и лежит нетронутым.

Пожала плечами.

— С чего мне начать?

— Начинайте с чего хотите, — недовольно отозвался он, и я подумала, что довести декана, кажется, будет куда проще, чем нашего капитана.

— Как скажете, — улыбнулась ему. — Дело в том, что в самом начале игры вы дали нам четкую подсказку…

— Я?! — изумился он.

— Ну да, вы же сами сказали: «И пусть Драконьи Боги будут на нашей стороне». Вот я и обратилась к Богам.

— Повторите, мисс Грей, что именно вы сделали? — растерялся он.

— Обратилась к Богам, — терпеливо произнесла я. — Единственное, не к Драконьим, вы же меня понимаете! Они бы вряд ли мне ответили, а вот Людские в тот день были на моей стороне. Они привели меня к вашему кабинету и дали ясный знак.

— То есть вас привели к моему кабинету Боги? — переспросил декан.

— Именно так все и было, — покивала я, а затем отпила еще глоток. — Но если вы не верите моим словам, господин Вейр, то на территории академии я видела часовню. Кажется, у вас имеется и свой священник. Давайте сходим к нему и спросим, могут ли Боги посылать своим детям знаки.

Декан закатил глаза, потому что ответ он знал. Прекрасно понимал, что ему морочат голову и правду я ему не скажу — буду держаться своей версии, что подсказку мне дали именно Боги, а любой священник это с радостью подтвердит.

— Допустим, мисс Грей!.. Но как вы открыли дверь? Неужели тоже с божьей помощью?

— Нет, на этот раз я обошлась собственными силами. Не стоит просить у Богов о слишком многом, когда можно справиться самой. Вот я и справилась. Защита у вас стояла простенькая — подозреваю, чтобы ее могли снять даже такие игроки, как Трудос или Гарнер. А замок без ключа я открыла шпилькой.

На лицо декана набежала тень.

— Вот этой, — добавила я, достав из волос выпрямленную шпильку. — О, у меня много скрытых талантов!

— Не сомневаюсь, — пробормотал он. — Но зачем вы взломали мой комод, мисс Грей? Допустим, я не буду спрашивать, как вы это сделали, хотя не отказался бы послушать. Только не говорите, что шпилькой!

— Нет, шпилька тут ни при чем. Но у каждой уважающей себя девушки должен быть свой ма-а-аленький секрет.

— Джойлин Грей, не морочьте мне голову, — не выдержав, произнес декан, — и сейчас же отвечайте на мои вопросы! Почему вы взломали мой комод?

— Искала знамя, — вздохнув, сказала я.

— Оно стояло как раз перед вами, — возразил он. — Посреди моего кабинета.

— Я подумала, что не может быть все настолько просто. Поэтому и решила... Посчитала, что оно должно быть где-то спрятано, и ваш замок-артефакт привлек мое внимание.

— И вы его вскрыли.

— Вскрыла, — призналась ему. — Но я не знала, господин Вейр, что это запрещено правилами игры. Думала, как раз наоборот…

Не договорила, сделала еще один глоток.

— И вы увидели то, что лежит внутри.

— Увидела.

— Ведь именно это вы и искали, мисс Грей? — вкрадчиво спросил декан.

Но если он считал, что меня можно подловить таким детским способом, то он ошибался.

— Я искала знамя, но вместо этого нашла свое досье. Кстати, господин декан, может, теперь вы мне объясните, какого демона здесь происходит?!

Он промолчал, а я достала свой последний козырь.

— Драконы в Скайморе меня почти не замечают: ни студенты, ни преподаватели. Не обращают на человечку внимания, но я отлично слышу все, о чем они шепчутся или говорят вслух…

— И о чем же они говорят?

— Например, о том, что Академия Скаймора год за годом, десятилетиями посылает на отбор свои четверки, которые проигрывают в первых же состязаниях. И пусть ваша академия считается очень даже неплохой, но с каждым таким проигрышем ее рейтинг падает.

На лицо Кейлора Вейра в очередной раз набежала тень, а я продолжала:

— Вам нужна пусть не победа на Турнире Десяти Островов, так хотя бы не позорный проигрыш в Неринге, и я могу это вам обеспечить. Мы попадем на отбор — если, конечно, драконы меня не прикончат, — а там я сделаю все, чтобы мы вышли в финал. Это принесет Академии Скаймора славу, новых студентов и, думаю, дополнительное финансирование.

Тут я взяла паузу, рассматривая задумчивое лицо декана. Понадеялась, что он вовсе не прикидывает способы, как меня прикончить за подобную дерзость, а затем закончила свою мысль:

— Либо я могу не сделать ничего. Но это уже будет зависеть от вас, господин Вейр! Вернее, от вашей честности.

И вот теперь пусть решает — либо он расскажет мне все как на духу, либо будет сидеть со своими драконами на своем острове. Потому что я все равно попаду в Неринг и узнаю то, что мне нужно, а потом не стану играть дальше.

Мне-то такое зачем? Я — человечка в Академии Драконов Скаймора, и мое место — сторона.

Какое-то время декан рассматривал меня очень даже пристально, словно размышлял, уж не морочу ли я ему в очередной раз голову. Или в принципе размышлял о природе бытия и за что Боги наслали ему подобное наказание в лице Джойлин Грей, спокойно попивающей кофе в его кабинете.

— Что вы хотите от меня узнать, мисс Грей? Какая честность вам нужна? — произнес он, и тут же получил от меня ответ.

— Вы, несомненно, ознакомились с моим досье, господин Вейр.

— Ознакомился, — согласился он. — Скажу сразу: ваши успехи на академической ниве впечатляют.

— Спасибо, я старалась, — отозвалась я. — Но мне интересно, что означают те две приписки от руки в конце моего досье. И еще — чья именно рука их сделала.

Декан вновь склонил голову, принявшись меня рассматривать, и я не собиралась ему в этом мешать.

— Я этого не знаю, — наконец признался он.

— Скучно, — отозвалась я, поставив чашку на блюдце. — В смысле, скучно пить кофе без шоколадного печенья, господин Вейр! Поэтому, если вам больше нечего мне сказать, то я, пожалуй, пойду. И пусть Боги будут на стороне вашей академии, потому что в Неринг я не поеду и участвовать в отборе на Турнир Десяти Островов не стану. Такого пункта нет в моем договоре — в нем только учеба в Скайморе.

На его скулах заходили желваки, но это было только начало. Я не собиралась его жалеть.

— Интересно, кого вы пошлете вместо четверки Велгарда? Вернее, тройки, потому что на меня можете больше не рассчитывать. Ардена Дариона и его невесту, у которой весь ум ушел в ее накрашенные ресницы? Или Трудоса, кто раскрывает порталы прямиком то в стены, то в пруд? Про четверку Гарнера я и не говорю и про Русану тоже. Думаю, вы прекрасно понимаете, что в отборе ее команда участие принять не сможет.

Он понимал. Уже знал, что одна из девушек в положении, так что рассчитывать на девичью четверку нет смысла.

— Джойлин Грей! — недовольным голосом выпалил декан, когда я стала подниматься с кресла, прикидывая, как мне попасть в Неринг, если я сказала, что не поеду.

И покидать его кресло я тотчас передумала.

— Слушаю вас, господин декан!

— Я не знаю, чья рука сделала первую приписку, и понятия не имею, что это за проверка на совместимость, — произнес он.

— Все еще очень скучно без печенья, — пожала я плечами.

— Зато вторая надпись была сделана главой Совета Изначальных Родов — лордом Эриком Малкольмом. Надеюсь, такое вас хотя бы немного развеселит?

Это было уже интереснее, — так ему и сказала.

— И что означает эта надпись?

— То, что мне не стоит вмешиваться в дела, происходящие на моем факультете, если они касаются вас, мисс Грей! В том смысле — закрыть глаза, если вы станете объектом чьего-либо увлечения и ответите на него взаимностью.

— Ах вот как! — отозвалась я. — А чьего именно увлечения, вы случайно не в курсе?

Этого декан не знал, зато у него на уме было кое-что еще.

— Мой друг — он не так давно получил пост декана в Академии Боремицы, и мы с ним обсуждали похожее. К ним тоже перевели человечку, мисс Грей! Причем в середине прошлого учебного года.

— Надо же, я-то думала, что я тут одна такая. И откуда была та девушка?

Уж точно не из Академии Астейры, промелькнуло в голове. О таком бы я знала.

— Не подскажу точно. Я не силен в географии и академиях Аллирии, но…

Наконец совместными усилиями мы выяснили, что девушка была не из столицы, а из Академии Раста — крупного портового города на юге королевства. У нее тоже имелись отличные оценки по всем предметам, великолепный магический потенциал, но какой именно, наш декан не спросил.

И самое главное, в ее досье были сделаны похожие отметки и стояла печать Совета Изначальных Родов.

— Что стало с той девушкой? — мой голос все же дрогнул, и мне это не понравилось.

— Не знаю, — отозвался он. — И нет, мисс Грей, не стоит говорить, что вам снова стало скучно! — (На это я усмехнулась). — Думаю, я смогу разузнать о ее судьбе в ближайшие несколько дней. Надеюсь, я достаточно вас развлек?

Произнеся это, он уставился на меня все тем же обескураженным взглядом, словно не мог поверить в происходящее в своем кабинете.

— Это было хорошее развлечение, господин Вейр, — похвалила его, — а ваш кофе просто великолепен! Я буду рада, если вы расспросите обо всем у вашего друга, а заодно расскажете мне больше о лорде Малкольме.

О нем декан ничего сказать не мог, но я не особо расстроилась. Становилось уже теплее — у меня появилось первое имя. Может, мне удастся прояснить и второе?

— Лорд Арден Дарион, — произнесла я. — Какое отношение он может иметь ко всей этой истории?

Наш декан тоже ничего не смог сказать, поэтому я допила кофе, поблагодарила его за разговор, на что Кейлор Вейр пожелал мне всяческих и разных свершений в Неринге.

Желательно великих.

Правда, оставалась еще завтрашняя игра на пустынном острове Гедеон.

— Конечно, ваша четверка может в ней не участвовать, — произнес он. — В рейтинге вас уже никто не обойдет, так что это чистая формальность.

— Но мы будем, — отозвалась я. — Парни серьезно настроены повеселиться, да и нам не помешает получше сработаться перед отбором в Неринге. Останется только понять, как мне попасть на этот остров.

Оказалось, декан уже все продумал — он протянул мне расписание скоростных лифтов и схему того, как именно мне добраться до Гедеона.

Раз уж у меня не имелось драконьих крыльев, а идею путешествовать в когтях или на чьем-либо загривке я отвергла как неприемлемую.

До этого я уже передвигалась на паре скоростных лифтов, когда проделала путь от таможенного пункта Грани до Скаймора.

Именно такие соединяли крупнейшие летающие острова ТалМирена с теми несколькими, что все еще плавали в Великом океане, а заодно служили перевалочным пунктом для людей без крыльев и для перевозки грузов.

Потому что не все, что доставлялось на летающие острова, могли перевезти на своем горбу или в когтях гордые и высокомерные обладатели второй ипостаси.

В Аллирии для этих целей пользовались дорогами — у нас, кстати, отличные дороги! — а крупнейшие города были соединены стационарными телепортами.

Но еще перед отправлением в ТалМирен я выяснила, что такие в Драконьем королевстве не работают. После катастрофы и воспарения островов магические поля между ними все еще оставались настолько нестабильными, что и речи о стационарных порталах идти не могло.

Поэтому здесь повсюду были установлены многочисленные лифты на магнитной и магической тяге (о таких я тоже читала, но ничего подобного в Аллирии, конечно, не было).

И именно в один из них — железную коробку с поручнями по стенам и множеством оконец — я вошла этим утром вместе с мрачным Кираном Велгардом, а еще с доброй дюжиной рабочих, отправлявшихся из Скаймора вниз, на остров Берген, где, судя по одежде, они трудились в шахтах.

Также были несколько матрон с детьми и многочисленной поклажей, а еще пара коммивояжеров с небольшими саквояжами в руках.

Лицо одного из них, стоявшего как раз рядом с нами, было красным, покрытым потом, а заодно он постоянно чихал, жалуясь на аллергию.

— Проклятая пыль, — бормотал он, вытирая платком то нос, то пот со лба. — Вот на Велидаре и в Даринге куда приятнее климат, да и клиенты там более сговорчивые. Вся поездка впустую!

После чего принялся коситься на нас с Кираном. Вернее, на капитана, стоявшего посреди переполненного лифта с каменным лицом.

Киран стоически вызвался сопровождать меня на Гедеон, сказав, что он озабочен моей безопасностью.

Уже в половине седьмого утра мы с ним были на пересадочной станции Скаймора, после чего зашли со всеми в кабинку, в которую набилось больше двух десятков человек и еще один дракон.

Затем дверь за нами закрылась, на нее навесили цепь, а нам приказали держаться за поручни, после чего зычно крикнули:

— А-а-атбываем!

Киран вцепился одной рукой в поручень, а второй прижал меня к себе, и лицо у него стало довольно напряженным.

Еще перед отправлением нас предупредили, что любая магия во время спуска или подъема на лифтах запрещена — она могла сбить магнитные поля, управлявшие кабинкой.

— Я-то думала, что мы поднимаемся и опускаемся на тросе, — пробормотала я.

На это услышала, что если господа маги решат посреди дороги воспользоваться своим даром, то все пассажиры окажутся вместо острова Берген в водах Великого океана и отправятся прямиком к Богам.

Так что пришлось снять даже привычные защитные заклинания — хотя я уже делала это, когда путешествовала на Скаймор, — прислониться к Кирану и закрыть глаза. Так мне было куда спокойнее, а еще, стоило почувствовать его руку на талии, почему-то безопаснее.

Единственное, что меня порядком тревожило, — это постоянно чихающий и сморкающийся коммивояжер, утверждавший, что проклятая аллергия его окончательно доконала.

— Не могли бы вы… чихать в другую сторону? — не выдержав, рассердилась я. — Ну право, это уже переходит всякие границы!

На это он как ни в чем не бывало предложил осмотреть привезенные им образцы колючей проволоки, которой можно огородить свой Край.

Ведь господа маги, несомненно, обзаведутся домом или даже усадьбой на одном из островов.

— Господину дракону и его возлюбленной может пригодиться… уютное гнездышко, которое вы можете свить, — залебезил он. — Я понимаю, что господин дракон не женится на человечке, даже если она магисса, но разве это может помешать вашему счастью, которое можно огородить отличной проволокой компании «Брауни и сыновья»?

На это Киран посоветовал тому заткнуться, иначе он заткнет его сам. Или, еще лучше, по дороге выкинет в Великий океан.

А потом лифт стал набирать скорость, пока не достиг состояния свободного падения.

Женщины принялись рыдать и причитать, дети заплакали, мужчины попытались перекричать потоки воздуха, врывавшиеся через щели и маленькие оконца. Пытались всех успокоить, а Киран прижал меня к себе еще сильнее.

Затем все внезапно закончилось.

Мы затормозили так резко, что некоторые повалились друг на дружку и еще на пол, а мой желудок решил сделать кульбит, и я порадовалась, что не успела позавтракать.

Но Киран об этом вспомнил, и, когда мы вышли из лифта — я на негнущихся ногах — и оказались на залитой солнцем станции Бергена, он повел меня в кафетерий, настояв, чтобы я плотно поела.

Иначе дальше мы никуда не отправимся.

— Вообще-то, это твоя четверка, и ты не можешь прогулять последнее состязание из-за того, что я откажусь завтракать, — возразила ему, глядя на его довольное лицо и ярко-синие глаза.

Мимо проходили две девицы, загляделись на Кирана, а потом кинули на меня завистливый взгляд.

— Мы и так уже победили и поедем на отбор в Неринг, — безмятежно отозвался он. — Так что можем сбежать. Например, к океану. Давай проведем этот день в Бергене?

— Ну, знаешь, что я тебе скажу! — возмутилась я.

Хотя, признаться, это звучало довольно заманчиво: провести весь день с Кираном и не думать о том, что я — слабое звено в Академии Скаймора, а еще о двух странных отметках в моем досье.

— Что, Джойлин? — отозвался он.

— Близнецы нас потеряют, вот что. И вообще, если мы не явимся на Гедеон, это будет какой-то позор.

Киран усмехнулся, после чего заявил, что все знают: лифты в ТалМирене ходят с перебоями, так что могла случиться и поломка. Но я решительно вошла в кафетерий и съела почти все, что он мне купил.

Затем было получасовое ожидание следующего лифта — уже на остров Дарген.

Мы сидели на лавочке возле городского пруда — я скармливала голубям и воробьям булку, которую так и не смогла доесть, а Киран признался, что никогда до этого не путешествовал на лифтах.

Драконы в ТалМирене такого не делают.

— Даже когда ты был маленьким и еще не обзавелся крыльями?

— У нас дом в столице и имение на острове неподалеку. Но тогда меня носила мама. А потом, когда я стал больше, но еще не обратился, — отец, — пожал он плечами. — Хотя передвигаться на лифтах оказалось довольно забавно.

Следующий лифт оказался небольшим, рассчитанным всего на полдюжины человек, и трясло его так безбожно, что я даже мысленно обратилась к Богам, а Киран прижимал меня к себе все сильнее и сильнее.

По лицу его было видно: ему больше нисколько не забавно. Мне казалось, что он готов в любую секунду обратиться в дракона и попытаться спасти меня в своих когтях.

Но трос или же магнитная тяга выдержали, и наш лифт не упал.

Затем мы стояли на Краю маленького острова, соединенного с Гедеоном — еще более маленьким — канатной дорогой, через которую была налажена переправа на ручной тяге, а вовсе не на магнитных лифтах.

Паромщик заявил, что сейчас у него перекур (хотя это и вредно для здоровья) и он доставит нас туда минут через пятнадцать.

— Знаешь что, — заявил Киран, — повеселились и хватит! Дальше уже на крыльях.

На это я посмотрела вниз с Края и отпрянула, а затем уставилась на зелень Гедеона. Остров был довольно близко, и я старательно прикидывала…

— Дотуда я доберусь сама, — кивнув на остров, сказала я Кирану. — Думаю, добью порталом, поэтому…

— Но это опасно, Джойлин! Ты же сама слышала, что магические поля между островами нестабильны, — попытался возразить он, но я уже распахнула пространственный переход и очутилась на другой стороне.

Закрыла его за собой в ту же самую секунду, потому что Киран прав: это было слишком опасно, и я собиралась рисковать своей жизнью, но ни в коем случае не его.

Киран прилетел за мной следом.

Черный дракон опустился рядом — даже в крылатом обличии я чувствовала, что он порядком разозлен. Перекинулся и уставился на меня недовольным взглядом — привычный раздраженный моим поведением капитан четверки Киран Велгард.

Хотя обнимающий меня и заботливый мне понравился куда больше.

Пусть он ничего мне не сказал, но по его виду стало ясно: мы поговорим обо всем позже, когда игра закончится. Потому что ссориться со мной или приказывать мне прилюдно себе дороже, это Киран Велгард уже успел уяснить.

Но стоит нам остаться наедине, как он попытается запретить мне ходить между островами, пробивая нестабильные порталы через нестабильные магические поля. Или пользоваться железными коробками, которые лишь по ошибке называются лифтами.

Потому что в них набивалось людей словно сельди в бочку, а потом нас либо немилосердно трясло и болтало, обдувая гуляющими между островами ветрами… Либо роняло с такой высоты, что все внутренности скручивались в тугой узел, а потом, стоило очутиться на земле, сразу же хотелось бежать в часовню и благодарить Богов за то, что на этот раз все выжили.

Но пока что мы отправились к остальным из Академии Скаймора, расположившимся на залитой солнцем полянке неподалеку.

К игре под названием «Последний выживший» допустили те же пять четверок, которые участвовали и в «Знамени Дракона». Все уже успели собраться и дожидались только нас с Кираном.

Декан тоже был на острове, а с ним прилетело еще около дюжины преподавателей. Стояли, одетые во все черное, похожие на сборище недовольных воронов.

Но слово взял именно Кейлор Вейр.

Сообщил нам, что Гедеон — это небольшой летающий остров, чью каменистую поверхность покрывает густая растительность. Зато в центре находится высокое плато, на котором когда-то в древности был выстроен каменный форт.

На данный момент от него остались лишь руины.

Это место когда-то служило опорным пунктом в войне.

— Что это была за война, сейчас уже неважно, — добавил декан.

Оказалось, когда Гедеон все еще был частью суши, здесь шли ожесточенные магические сражения. И чем дальше продвигаешься вглубь острова, тем сильнее это ощущается: магическое поле здесь искажено настолько, что даже простейшими заклинаниями стоит пользоваться с умом и крайне осторожно, потому что из-за образовавшейся аномалии невозможно предсказать, во что они выльются.

— Все, что выше Первого уровня, здесь практически невозможно активировать. А выше Третьего — опасно для жизни, — предупредил нас Кейлор Вейр.

После этого посмотрел на меня, словно хотел убедиться, что я вняла его словам, а затем уже обвел взглядом и остальных.

— Это идеальное место, чтобы проверить не столько силу вашего магического дара, сколько умение выживать в сложных условиях, действовать сообща и одной командой, — добавил декан.

— Идеальное место, чтобы показать человечке, кто она такая на самом деле, — пропела сладким голоском выписанная вчера вечером из лазарета «ушибленная» Тиана. — И что она ничего из себя не представляет без своей магии!

На это я криво улыбнулась.

Тиана была права: в ТалМирене, без магии, против крылатых, огнедышащих и когтистых монстров я и правда была совершенно беззащитна.

Заодно я подумала, что зря Киран не упомянул такую «мелочь», как невозможность пользоваться во время игры заклинаниями, когда на днях заявил, что это будет всего лишь очередное командное испытание.

— Я не знал, — негромко отозвался он, словно уловил то, о чем я думала. — Игра впервые пройдет на Гедеоне. До этого ее всегда устраивали в Скайморе.

— Что-то похожее есть и на Турнире Десяти Островов, — добавил Лайан. — Наверное, поэтому декан расстарался, — и посмотрел на меня, округлив глаза. — Думаю, они нас готовят.

После чего переглянулся с братом с таким видом, словно мы не только вышли победителями с Гедеона, но заодно уже выиграли отбор в Неринге и вот-вот отправимся покорять большой столичный турнир.

Зря не согласилась на предложение Кирана, промелькнуло у меня в голове. Мы могли бы остаться на Бергене и отправиться к океану, который я никогда не видела.

С другой стороны, это был бы какой-то позор — взять и не явиться на игру.

— Все четверки стартуют с разных мест, но на равномерном удалении от финиша, — тем временем продолжал декан. — По пути вам нужно будет отыскать три артефакта Силы и удержать их до конца испытания.

Затем добавил, что если кто-то из четверки не сможет продолжать игру, то вся команда выбывает из состязания.

— Артефакты спрятаны по всему острову, места их нахождения отмечены на ваших картах. Всего артефактов пятнадцать, по три на команду, но принести к финишу больше, чем три, не возбраняется. Так что… Да прибудут с вами Драконьи Боги! — произнес декан и снова посмотрел на меня: уж не дал ли он мне ненароком подсказку.

Я в ответ криво усмехнулась и принялась слушать об условиях победы.

На все про все нам отводилось четыре часа — более чем достаточно, чтобы добраться до форта на плато, собрав по пути артефакты.

Финиш — на самой высокой башне развалин.

Кто явится первым, тот чемпион. Но если ни одна из четверок этого не сделает по истечении отведенного на игру времени, то будут подсчитывать количество собранных артефактов и расстояние до плато с развалинами, после чего по результатам присуждать победу.

Если кто-то решит выбыть из игры, то следует отправить в небо алый светлячок (заклинание Первой ступени), и следящие за состязанием магистры постараются как можно скорее прийти на помощь.

— Вы должны помнить, что эта местность полна оставшихся после войны ловушек, — добавил декан.

— Для тех, у кого есть крылья, ловушки на земле нестрашны, — высокомерно заявила Тиана, но тут…

— Но и это еще не все. Внутри игрового периметра из-за действия нестабильного магического поля, а также из-за изменений в составе почвы самого острова — одни лишь Боги ведают, какие заклинания здесь были активированы! — объединение со второй ипостасью невозможно, — произнес Кейлор Вейр. — Хотя уже скоро вы убедитесь в этом сами.

Со всех сторон тотчас же принялись раздаваться недовольные, неверящие голоса.

— То есть мы играем без магии и без крыльев, — усмехнулась я, глядя на растерянное, даже обескураженное лицо Тианы, а еще на то, как вытянулись лица девушек из команды Русаны.

Тут леди Адора Эрвальд раздосадованным голосом заявила, что зря, наверное, она надела свой лучший дорожный костюм из лагорской шерсти. Кто же знал, что на него нельзя будет поставить защитное заклинание!

— Лучше бы на себя поставила заклинание, идиотка! — заявил ей Трудос.

Они тут же принялись ссориться, а я подумала: может, не так все со мной и плохо, и у нашей команды вовсе не отрицательные шансы на победу из-за того, что я — слабое звено среди драконов.

Как раз наоборот.