Я верю в нашу общую звезду,
Хотя давно за нею не следим мы:
Наш поезд с рельс сходил на всем ходу —
Мы все же оставались невредимы.
Бил самосвал машину нашу в лоб,
Но знали мы, что ищем и обрящем, —
И мы ни разу не сходили в гроб,
Где нет надежды всем в него сходящим.
Катастрофы, паденья, — но между —
Мы взлетали туда, где тепло…
Просто ты не теряла надежду,
Мне же — с верою очень везло.
Да и теперь, когда вдвоем летим,
Пускай на ненадежных самолетах, —
Нам гасят свет и создают интим,
Нам и мотор поет на низких нотах.
Бывали «ТУ» и «ИЛы», «ЯКи», «АН»…
Я верил, что в Париже, Барнауле
Мы сядем, — если ж рухнем в океан,
Двоих не съесть и голубой акуле!
Все мы смертны — и люди смеются:
Не дождутся и нас города!
Я же знал: все кругом разобьются,
Мы ж с тобой — ни за что никогда.
Мне кажется такое по плечу —
Что смертным не под силу столько прыти! —
Что налету тебя я подхвачу,
И вместе мы спланируем в Таити.
И если заболеет кто из нас
Какой-нибудь болезнею смертельной,
Она уйдет, — хоть искрами из глаз,
Хоть стонами и рвотою похмельной.
Пусть в районе Мэзона-Лаффита
Упадет злополучный «Скайлаб»
И судьба всех обманет — финита, —
Нас она обмануть не смогла б!