Согласие под прицелом

Глава 13. Без пути назад

Марко

Когда Лия выбежала, я остался стоять как идиот. Мир вокруг как будто исчез, и я остался один на один с тем, что только что случилось. Мы слились в поцелуе — страстном, безумном, и от этого у меня всё внутри оборвалось. Она была мне нужна. Я знал это ещё до того, как она меня поцеловала, но теперь это стало чётким, как удар по голове. Я был чертовски одержим ею. И поцелуй показал, что она не так уж и равнодушна ко мне. Это меня подстегнуло, дало уверенности.

Я не собирался больше тормозить. Всё, что я считал важным, — это она. И я не буду сидеть сложа руки. Я прямо сейчас был готов поставить на всё, чтобы вернуть её.

Я схватил телефон и набрал номер Лукас.

— Лукас, слушай сюда, — сказал я резко, без приветствий. — Закрывай два зала на церемонию. Прямо сейчас. Ты, Сэм и Виктор — возьмите всё под контроль. Чтоб никто не вышел!

Он не сразу ответил. Я слышал, как он перебирает мысли, пытаясь понять, что происходит.

— Подожди, что ты... как ты вообще...? — его голос был полон недоумения. — Ты что, с ума сошел? Это свадьба, Марко!

Я сжал зубы, чувствуя, как нервно пальцы сжимаются на телефоне.

— Я сказал — закрывай всё. Я не жду, Лукас. Всё или ничего. Это моя свадьба, и я буду делать всё по-своему.

Лукас всё ещё не мог поверить, но я чувствовал, что он понял: я настроен решительно.

— Ты точно уверен? — он снова спросил, и я мог услышать в его голосе осторожность, но я был слишком решителен.

— Да. Закрывай. Не спрашивай почему, просто делай, как я сказал, — голос стал твёрдым, как камень. — И никаких компромиссов. Понял?

Секундное молчание. Я видел, как этот разговор будет резать его по всем швам, но выбора у него не было. Он знал, с кем имеет дело.

— Понял, — ответил он, и я услышал, как он сдался.

Через час я шагнул в зал, где уже собрались гости, и вся эта атмосфера, как будто уже что-то должно было случиться, только подогревала мою решимость. Остановился у микрофона, и, даже не давая никому прийти в себя, заявил:

— Свадьбы не будет.

Тишина. Молчание. Все замерли, как будто я взорвал что-то. Моника, мать Карины, не смогла сдержать своего гнева. Она встала, глаза её горели от ярости, губы сжались, как если бы она могла разорвать меня на части.

— ЧТО ЗНАЧИТ "НЕ БУДЕТ"? — она вскинулась с места, её голос звенел от ярости. — ТЫ СЕБЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, СКОЛЬКО МЫ ВСЁ ЭТО ГОТОВИЛИ?! СКОЛЬКО ЛЮДЕЙ?! ТЫ ОБЕЩАЛ! КАРИНА ГОТОВИЛАСЬ! МЫ ВСЕ!

Её лицо было багровым, глаза метали молнии, как будто сейчас кинется на меня.

Я молчал. Смотрел прямо, вгрызаясь взглядом в точку над её головой. Пока не заговорил Андреа.

— Марко, — его голос был тихий, но твёрдый. — Ты же понимаешь, что ты сейчас делаешь? Ты рушишь всё. Ради чего? Это наш союз. Наше будущее.

— Я знаю, что делаю, — бросил я. — Я спасаю себя от жизни в клетке.

Я чувствовал взгляды. Жгучие. Но один был особенным. Я нашёл его.

Мама сидела в начале зала. Спокойная. Вся такая сдержанная, как всегда. Но когда я встретился с ней взглядом — она молчала. Только еле заметно кивнула. В её глазах было… одобрение.

И чертовски тихое понимание.

А потом я увидел её.

Лия.

Она сидела рядом с отцом. Между ним и каким-то х*ром, которого я впервые видел в жизни. Я уже на автомате запоминал, как он выглядит. Его волосы. Его тупую ухмылку. Его руку, лежащую слишком близко к её локтю. Если бы не вся эта сцена — я бы уже подошёл и вышиб ему зубы.

Но я смотрел только на неё. На её лицо.

Шок.

Она даже не пыталась скрыть эмоции. Наши глаза встретились, и, как ни странно, мне стало… легче. Она смотрела на меня, как будто не верила. Как будто ждала, что я сейчас всё перечеркну.

И я перечеркнул. Всё. Но только не её.

Я сделал шаг вперёд, встал прямо перед всеми. И, глядя прямо в её глаза, громко и отчётливо сказал:

— Я женюсь. Но не на Карине. Я женюсь на Лии. На старшей дочери.

Зал будто выдохнул. Кто-то ахнул. Кто-то начал вставать. Моника закричала что-то нечленораздельное, Андреа выругался, но я больше ни на кого не смотрел.

Только на Лию.

И мне было абсолютно пох*й, что сейчас будет дальше.

Только я встретился взглядом с Лией — только в её глазах появилась искра… как всё разнесла к чертям Карина.

— ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ?! — раздался истеричный крик сзади.

Я обернулся — и, чёрт возьми.

Карина.

В свадебном платье. Белом, сверкающем, с фатой и лицом, искажённым яростью. Она выглядела как невеста… с адскими замашками.

— Ты... женишься на Лии?! — закричала она и буквально влетела в центр зала, волосы развеваются, губы дрожат. — На этой сучке?! Моей сестре?! Ты с ума сошёл, Марко?!

— Карина, — начал отец, но она подняла руку, словно собиралась ударить кого-то прямо сейчас.

— ЗАТКНИСЬ, ПАПА! Ты знал?! Все знали?!

Я сжал кулаки.

— Заговоришь ней — при мне — так, ещё раз, и я забуду, что мы когда-то были даже знакомы.

— Ах, ты ещё её защищаешь?! — Карина перешла грань, её голос дрожал от бешенства. — Ты, значит, трахался с ней за моей спиной?!

Лия дёрнулась, глаза расширились, но я шагнул вперёд.

— Осторожнее, Карина. Я сдерживаюсь из последних сил.

Она металась глазами между мной, Лией и Моникой, которая уже поднималась с места с перекошенным лицом.

— Мама, скажи хоть ты что-нибудь! Скажи ему, мама! Он разрушает мне жизнь! — Карина почти захныкала, но в глазах был чистый яд.

— Он не разрушает тебе жизнь, Карина, — раздался наконец голос Моники, ядовитый и колючий. — Он делает нас посмешищем. Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Всё, всё коту под хвост из-за какой-то…

— Ещё одно слово, Моника— прорычал я, обращаясь к ней на «ты» впервые в жизни.

Я снова шагнул вперёд — ближе к центру зала, к алтарю, к Лие. Сердце колотилось как бешеное, но голос мой был спокоен. Опасно спокоен.

— Ах да... чуть не забыл.

Я повернулся к собравшимся.

— Все входы и выходы уже закрыты. — сказал я, глядя прямо в глаза Андреа. Лукас, Виктор и Сэм по моей команде перекрыли все. И никто, слышите меня? НИ-КТО не выйдет отсюда, пока Лия не согласится выйти за меня замуж.

Раздался гул голосов, кто-то вскочил, зашептал. Паника начинала нарастать.

Андреа вскочил с места.

— Ты спятил?! — рявкнул он.

— Это моя свадьба, бл*ть! — взревел я. — Или вы все забыли, КТО я, и ЧТО я могу?!

Карина попятилась, впервые испугавшись. Моника схватилась за жемчуг на шее, будто он мог её спасти.

Я снова повернулся к Лие. Она не двигалась. Только смотрела на меня. Шок. Боль. Возмущение. И… капля чего-то другого. Того самого, что было между нами.

— Я не дам тебе уйти, Лия. — тихо, но с ледяной уверенностью. — Семь лет я искал тебя. С ума сходил. Потерял всё. И если ты думаешь, что я отпущу тебя снова…

— Ты… — её голос дрогнул, но не ослаб. Она шагнула вперёд, прямо в линию огня. — Ты совсем спятил, Марко. Окончательно.

Слова будто щёлкнули где-то в груди, но я не пошевелился. Только смотрел. Только дышал.

Потому что я знал, что она сейчас скажет. Знал, но всё равно надеялся, как последний идиот, что нет.

— Я не выйду за тебя замуж.

Каждое слово — гвоздь в гроб моей надежды.

Но я стоял. Молча.

А она продолжала, будто вбивая их глубже.

— У меня есть жизнь. В Лондоне.

Лондон.

— Там мое ателье. Мои друзья. Клиенты. Моя чёртова реальность.

Она сделала шаг назад, словно ставила между нами стену.

— Я строила это всё годами. Каждой каплей крови. Своими руками. Пока ты... — её голос сжал мою глотку, — пока ты, мать твою, где-то искал фантом.

Фантом?

Нет.

Это она была моей реальностью.

Остальное — пыль.

Я сжал челюсть. В груди всё клокотало. В голове — гул.

Я чувствовал, как мир дрожит под ногами, как будто всё сейчас треснет пополам — только потому, что она не рядом.

Она сделала шаг назад, словно ставила между нами стену.

— Ты… ты вообще кто? Ты что, в мафии, Марко? — в её голосе впервые мелькнул страх. Настоящий.

Я посмотрел прямо в её глаза. Спокойно. Твёрдо.

— Я не в мафии.

Пауза. Она замерла. Надеялась на опровержение. На шутку.

— Я и есть мафия и я тебе говорю, — выдохнул я сквозь стиснутые зубы, — что ты единственное, что я когда-либо хотел. Единственное, за что я готов воевать. Грязно, жестоко, как угодно. Я потерял всё, Лия. Чёртово всё. Но теперь у меня есть шанс. На тебя. И если ради этого мне придётся быть безумцем — я им буду. С радостью.

Она молчала. Не отводила глаз. Дышала тяжело. Слишком тяжело. И я закончил, глядя прямо в её душу:

— Ты говоришь, что у тебя там жизнь. А у меня она — здесь. Только с тобой.

🔥Если вам понравилась глава — поставьте лайк и добавьте книгу в библиотеку. Это помогает книге расти, а мне — писать с ещё большим вдохновением.

И, конечно, буду рада вашим комментариям. Мне правда интересно, как вы воспринимаете героев и что чувствуете вместе с ними. ❤️