Стану твоей проблемой

Глава 19 Марат

Дача деда в нескольких десятках километров от МКАД. В закрытом поселке на берегу небольшой речушки. О нем почти никто не знает. Раньше ударникам труда выдавали небольшие клочки земли в качестве поощрения. Когда я был маленьким, часто приезжал к деду летом. А потом, когда его не стало, дачу забросили за ненадобностью. Отец много раз хотел продать за бесценок, но я не позволил. Мне очень дорого это место. На уровне инстинктов. Моё личное место силы.

Плаваю в своих мыслях и не сразу замечаю, что машина теряет мощность. Захлебывается и резко глохнет посреди трассы.

Да твою ж мать!

Внутри все сжимается от злости. Сворачиваю к обочине и едва успеваю съехать с дороги, как машина полностью останавливается. Двигатель молчит, как покойник. Не подает никаких признаков жизни.

Делать нечего, выхожу морозный капкан. Воздух режет лицо, забирается под пальто.

Чёрт возьми, как же холодно.

— Сука, Горелый, твоя тачка меня окончательно добивает, — раздраженно бормочу себе под нос.

Поднимаю капот и с умным видом смотрю на двигатель. Что хочу там увидеть не понятно. Все бесполезно. Я нихрена не понимаю. Может датчик какой отказал на таком морозе.

Дарья выходит из машины. Ветер безжалостно бьет и по ней, она судорожно кутается в шубку, а в глазах застывает вопрос.

— Что ты там пытаешься увидеть?

— Хрен его знает, — выдыхаю я и с силой захлопываю капот. — Колымага допотопная!

Даша хмыкает и зябко трет руки. Пальцы дрожат. Ее холод сковывает быстрее, чем меня. Почему-то это злит ещё больше.

— Может, вызовем кого-нибудь? — жалобно просит она.

Достаю телефон и звоню Горелому.

— Случилось чего? — вкрадчиво интересуется он.

— «Ласточка» твоя ехать отказывается, — зло пинаю по колесу эту груду металлолома.

— Так бензин кончился, наверное, — угорает Леха. — Там датчик сломан.

— А сказать об этом не надо было? — рычу на него.

— Забыл, бывает, — виновато отзывается он. — Да ладно тебе. Вызови эвакуатор и все. Делов-то.

— Да уж как-нибудь разберусь!

Сбрасываю звонок и набираю спецслужбу. Благо номер легкий и помню на память. А то пришлось бы нам тут куковать. Набираю. Трубку берут почти сразу, но радовать меня не собираются. Авария на съезде с МКАД все встало наглухо. Ни один эвакуатор не доедет. Да и вообще всем звонить бесполезно.

Сбрасываю звонок. Отлично. Влипли. Мороз, чужая тачка, и никаких шансов выбраться в ближайшие часы. И, как назло, ни одной машины.

— Ну?? — Дарья с надеждой смотрит на меня и дует на озябшие руки.

— Эвакуатор приедет часа через три не раньше. Так что остается только ждать.

Возвращаемся в машину. Там немного теплее, но не настолько, чтобы согреться. Отправляю сообщение Игнату с координатами и просьбой забрать меня, как можно быстрее.

Проходит полчаса. Температура падает стремительно. Дарья дрожит, прячет руки в рукава. Я замечаю ее взгляд в зеркало. Упрямая, но видно, что ей плохо.

— Так не пойдет. Ещё пару часов — и мы тут замерзнем, — говорю я и смотрю на телефон, который садится очень быстро в таком холоде.

— И что делать?

— Надо найти какое-то укрытие, — раскладываю вещи по карманам. — Я пойду, а ты оставайся в машине.

— Нет уж. Я не хочу сидеть тут одна, — Даша мгновенно оживает. В ее глазах отчетливо читается страх

Смотрит прямо на меня, и я понимаю — спорить бесполезно. Ладно. Пойдем вместе. Закуриваю сигарету, и мы начинаем двигаться вдоль дороги до первого съезда на грунтовку. Скользко. Даша цепляется за мое плечо. Ее ботинки на каблуках совсем не для этой погоды. Да и мои, если честно, тоже. Губы её синеют. Надо бы поторопиться.

— Отличная идея, правда? — саркастично хмыкаю я.

— Ты же сам п-предложил.

Эта девчонка не сдается. Хорошо. Ещё немного, и мы видим старый деревянный домик. Явно давно заброшенный. Доски скрипят на ветру. Окна заколочены. Место выглядит жутковато, но хотя бы ветер больше не будет бить в лицо.

— Вот тебе и VIP-отель, — расплываюсь в язвительной усмешке и отдираю трухлявые доски от двери.

Вхожу сам и помогаю войти своей спутнице. Внутри не теплее, но хотя бы стены защищают. В доме скудная обстановка. Стол, стулья. Небольшой диван, урытый пленкой. Стаскиваю ее и откидываю в сторону. Нахожу пыльный плед, но другого выбора нет. Бросаю Дарье.

— Держи, а то замерзнешь.

Она кутается в него, кивает. Глаза всё ещё настороженные, но благодарные. Опускается на диван, он скрипит под ней. Сажусь рядом.

— Часто ты в-влипаешь в истории? — интересуется Даша.

— Бывало по молодости, — улыбаюсь ей, вспоминая свои прошлые приключения. — Обычно я лучше готовился. Сегодня расслабился, вот и расплата.

Она смеется. Звук теплый, обволакивающий. Как давно я не слышал такого искреннего смеха?

— Тебя жизнь часто проверяет на прочность? — вкрадчиво спрашивает Дарья и робко облизывает губы.

— Постоянно.

Молчу. Ее тепло, ее голос начинают проникать глубже, чем хотелось бы. Она перестает дрожать, щеки розовеют, а в глазах появляется мягкость. Смотрю на нее и понимаю — этот день ещё не закончил свои сюрпризы. И, кажется, самый главный сюрприз сидит прямо рядом со мной.

Сидим рядом. Тишина затягивает, но не давит. Я чувствую, как Даша постепенно расслабляется, но дрожь всё ещё не отпускает ее. Да и меня самого холод пронизывает до костей. Мороз словно пробирается под кожу, режет каждую мысль. Но даже сквозь этот лед я начинаю ощущать что-то иное — ее присутствие, которое греет.

— Замерзла?

— Оч-чень, — признается Даша.

Простое слово, но в нем столько усталости. Я притягиваю ее ближе, чувствуя, как ее плечо касается моего. Стягиваю ботинки с ее ног. Пальцы касаются ступней — ледяные, как мрамор. Чёрт. Тревога в груди нарастает.

— Давай сюда, — тяну ступни на себя.

— Что? — Дарья округляет глаза.

— Ступни. Засунь мне под рубашку, — открываю горячую кожу на животе, покрытую крупными мурашками. — Иначе к утру ты их не почувствуешь.

Она смотрит на меня, будто пытается понять, серьёзен ли я. Несколько мгновений молчания. Но потом решается. Ее ступни осторожно касаются моего живота, и я вздрагиваю. Ледяное прикосновение проходит сквозь меня, но вместе с ним расползается странное, неведомое тепло. Оно пугает больше, чем холод.

— Вот это да, — выдыхаю я. — Холоднее льда.

Даша тихо смеется. Ее смех звучит живо и тепло, как редкий свет в этой снежной пустоте.

— Прости, я не специально.

— Да уж, вижу, — закатываю глаза. — В таких ботинках в поход не ходят.

Дарья снова смеется, но на этот раз мягче, искреннее. Я чувствую, как она начинает согреваться. Ее дыхание становится ровнее. Она больше не дрожит так сильно, но я всё ещё ощущаю ледяные следы на своей коже. И ещё что-то — неуловимое, но настойчивое. Ее присутствие начинает занимать все больше пространства внутри меня.

— Помню, как мы с сестрой однажды заблудились в лесу. Мы тогда на даче были. Родители решили устроить пикник, а мы пошли гулять и потеряли дорогу. Я тогда думала, что больше никогда не выберемся.

Я слушаю ее голос, ловлю каждое слово. Она говорит спокойно, но в этом спокойствии прячется детский страх, воспоминание о растерянности.

— И что было дальше?

— Мы прятались за деревьями, как будто от кого-то убегали. Потом сестра сказала, что слышит голос отца. Я сначала не поверила, но она уговорила меня пойти на звук. Оказалось, что нас искали всей семьей. После этого случая я долго боялась даже за порог выйти. Но сестра всегда знала, как меня успокоить. Она говорила, что вместе мы всегда найдем дорогу.

Её история ложится на меня теплом. В этом моменте что-то щелкает внутри. Мне хочется сказать что-то свое, словно мы обменялись паролями доверия.

— У нас тоже были свои приключения. Мой отец, несмотря на все деньги, не любил, когда мы расслаблялись. Он считал, что я должен научиться выживать в любых условиях. Однажды он отправил меня в поход с его знакомым инструктором. Думал, что я сдамся на второй день.

— И как ты справился?

— Как видишь, жив. Хотя тогда думал, что замерзну к чёртям собачьим. Две ночи в палатке, промокшие ботинки и никакой связи. Но это многому научило. Например, что всегда стоит проверять оборудование перед тем, как куда-то отправляться.

Ее взгляд меняется. Улыбка становится теплее, глаза светлеют. Этот простой момент почему-то становится для меня важнее, чем все те испытания, что были раньше. Простое человеческое тепло. Оно медленно, но уверенно пробивает лед, который я выстроил вокруг себя.

— Знаешь, иногда кажется, что такие испытания нужны. Они помогают понять, кто ты на самом деле, — говорит Даша, глядя мне в глаза.

Я молча киваю. Она права. Такие моменты сближают. Незаметно, но прочно. И опасно.

— А что будет, если нас не найдут? — тихий шепот расползается по комнате.

— Найдут, — уверенно отвечаю я. — Игнат сделает все возможное и невозможное. Данные я ему отправил.

Правда телефон садится. Но об этом решаю умолчать, чтобы не пугать её ещё больше. Даша кивает. Я крепче обнимаю ее. Холод не отступает, но что-то другое теперь согревает меня изнутри. Это ощущение не стирается. Близость этой девушки становится слишком важной. И слишком рискованной.