Точка Бифуркации XIII

Глава 8

— Держите левый фланг — сейчас полезут, — громко бросил Святогор, указывая пальцем в нужную сторону. Настежь открытые врата в крепость, слабо освещённые факелами, прямо намекали, что оттуда вот-вот выплывет новая волна противников.

— Принял, — коротко кивнул Аверин, чуть пригнувшись, и вместе со своим товарищем стремительно сдвинулся влево, обходя заваленные булыжником участки.

Порывы ледяного ветра гнали дым по полю, затуманивая обзор, но даже сквозь снежную взвесь бойцы различали, как из крепости, будто из растрескавшегося кокона, вырывались тени.

— Что-то как-то странно всё пошло… — крикнул Максим, щурясь сквозь вихри снега и указывая подбородком на ворота крепости. Его голос казался взволнованным и сбитым с толку. — Они, кажись, сбежать пытаются, а не по наши души.

Фигуры в монашеских плащах хаотично бежали прочь от каменных стен в явной панике. Они и не думали атаковать, словно спасаясь от чего-то. Казалось, монахи даже и не замечали горстку воинов, устроивших диверсию у главных ворот своей цитадели.

— Чёрт… а ведь и правда… — завис на мгновение Святогор, опустив клинок. Мужчина озадаченно наблюдал за странной картиной, испытывая по поводу происходящего смешанные чувства.

Выскакивая из ворот и с шумом спуская друг друга со стен, бойцы-монахи, одетые в традиционные тёмно-зелёные мантии с символами Святого ордена на груди, разбегались в разные стороны. Кто-то ронял оружие на землю, а кто-то хватал товарища за руку и тянул его в сторону ближайшего выхода. Казалось, их боевой дух окончательно пал, и всё чего хотели эти люди — только спастись любой ценой. Лишь страх, разрозненность и отчаяние. Будто муравьи из раздавленного муравейника.

— Отступаем. Пусть уходят, — скомандовал Святогор, подняв руку, и отдал приказ в эфир, слышимый всем членам его группы.

Волна облегчения прошлась по передовой. Люди опустили оружие, кто-то позволил себе коротко выдохнуть. Приказ был неожиданным, но правильным: сражаться с теми, кто больше не желал боя, и множить ненависть было совершенно незачем. Разрозненные монахи, выбрасывавшие оружие и неловко карабкавшиеся по рваной земле, сейчас были больше похожи на гражданских беженцев, чем на солдат.

Но передышка длилась недолго. Несмотря на то, что бойцы Черногвардейцева прекратили свою в текущих реалиях уже бессмысленную атаку, покинуть территорию крепости удалось далеко не всем отступающим. Вездесущие бесы, чёрные, как сама тьма, с артефактными клинками в когтистых руках, появлялись за спинами беглецов, буквально выныривая из воздуха.

— Жесть, конечно… — хрипло пробормотал Степан, прикусив губу и медленно опуская меч. Его глаза были прикованы к происходящему на поле перед цитаделью. — Было куда проще наблюдать за тем, как они беспомощно умирают, когда эти не товарищи приходили с боем под наши стены.

Беззвучные. Безжалостные. Люди не успевали даже закричать. Клинки входили в позвоночники, рассекали животы, разрывали шеи. Белоснежные сугробы темнели на глазах, окрашенные расползающимися пятнами, словно благодарно впитывали жертвенные подношения, одни за другими орошающие мёрзлую землю.

— Они бы то же самое с радостью и без всяких сожалений сделали с тёмными, — хмуро ответил Максим, стараясь смотреть вперёд, а не в лица умирающих. — Да и с нами тоже, за компанию.

Его голос был твёрдым, но в нём не чувствовалось одобрения. Парень не наслаждался происходящим — он лишь констатировал.

Внезапно воздух содрогнулся. Прозвучал глухой удар, переходящий в грохот — подчиняясь чудовищному давлению изнутри, ворота крепости вылетели наружу как две пробки из бутылки. Створки — тяжёлые, из толстого металла — отлетели как картон, скользнув по сугробам, взметнув снег и чёрную землю.

В чём был практический смысл такого действа — неясно, так как ввиду разбегающейся армии монахов, ворота и так были открыты, но всё же в итоге створки порознь беспомощно лежали за несколько десятков метров от стен.

Ещё через несколько секунд в проёме показалась фигура молодого мужчины в чёрном пальто. Тёмный князь неспешно шагал на выход, не забывая по пути подхватывать телекинезом разбегающихся монахов и, притягивая к себе, разрубать их на части.

Их тела срывались с земли, отчаянно извиваясь в попытках вырваться, но тщетно. Черногвардейцев методично перебил всех, до кого мог дотянуться своей силой — а дотягивался он почти до всех, кто попадался ему на глаза.

Останки людей падали за его спиной, как растерзанные знамёна, так и не успевшие взвиться.

По полю смерти разносились предсмертные крики. Гул невидимой магии. Скрежет стали. Тонкие звуки удавки, затянутой вокруг шеи целого ордена. И голос. Не произнесённый вслух, но отчётливо звучащий в каждом сознании: «Это конец».

— Господи… — выдохнул кто-то из бойцов Святогора, прикрывая лицо от снега и не в силах отвести глаз от происходящего.

— Это не бог, — нахмурившись, глухо бросил Святогор. — Это Тьма, пришедшая взять своё.

Внезапно остановившись недалеко от выломанного проёма, Алексей резко вскинул голову. Лёгкий поворот шеи — и вот уже его взгляд точно, почти инстинктивно, упирается в темнеющий за развалинами склон, где в боевой готовности и скрытом напряжении затаилась его команда. Мгновение — и фигура Черногвардейцева колыхнулась, а затем размазалась в воздухе чёрной полосой. Сгусток темноты рванул сквозь пространство и уже через секунду оказался в двух шагах от своих людей.

— Ну как вы тут? Справились? — прозвучал голос князя. Спокойный, уверенный, почти будничный, как если бы он вернулся не из центра бойни, а с короткой прогулки. Его взгляд медленно прошёлся по лицам бойцов.

Однако нарушать возникшую тишину никто не спешил. Слова друзей застыли на устах, а внимание переключилось на другой, куда более зловещий объект — тот, что, вопреки всем законам гравитации и морали, медленно вращался в воздухе рядом с Черногвардейцевым.

— Чё-о-о-рт… — протянул Степан, чуть подавшись назад. Его взгляд метался между Алексеем и его «спутником». — Ты его таки уничтожил…

— Да, Патриарха больше нет, — произнёс князь почти равнодушно, на мгновение обернувшись через плечо и мельком скользнув взором по левитирующей голове. — Одержимый демоном святоша пал.

— А сам демон? — уточнил Святогор, напрягшись не менее других.

— Демон тоже, — кивнул Алексей, по очереди окидывая взглядом глазеющих на него товарищей и подчинённых.

Пока остальные переваривали услышанное, в нескольких шагах от группы, в воздухе начала формироваться рамка портала. Снег закружился вихрем, очерчивая по спирали границы арки. Пространство дёрнулось, расползлось, и в проёме стало проступать ярко-голубое сияние.

— Тебе теперь не нужен ёж, для того чтобы открывать порталы? — поджав губы, произнёс Святогор, наблюдая очевидное.

— Есть определённые нюансы. Но да, могу, — кивнул Черногвардейцев и следом, указав открытой ладонью на портал, добавил: — Проходим, господа.

Пауза. Свет из портала мягко мерцал, подсвечивая лица бойцов. Снег, смешанный с копотью, долетающей с территории горящей крепости, поблёскивал в воздухе, создавая почти мистическую атмосферу.

— Эм… А ты не хочешь её спрятать? — кивком указав на продолжающую медленно вращаться голову Патриарха, нарушил молчание Максим. — Незачем этим девчонок пугать.

— Ты прав. Не стоит, — спокойно согласился Алексей, обернувшись через плечо и оглядев свой боевой «трофей», и следом возвращая взгляд на Аверина, добавил: — Впрочем, можешь не переживать — я с вами не иду. Мне во дворец нужно.

На этих словах все присутствующие молча переглянулись. Начальник охраны если и ощутил какое-то недовольство, то виду не подал — мужчина лишь медленно перевёл взгляд на пылающее небо за крепостными стенами… А вот друзья Черногвардейцева всё же поморщились. Впрочем, отчего-то тоже на этот раз решили сдержаться.

— Ну как скажешь, — тихо бросил Максим. — Когда тебя ждать?

— Пока точно не отвечу. Если что — передам сообщение через бесов, — кивнул князь, бегло оглядев товарищей.

— Принято, — отозвался Максим и, на миг задумавшись, бросив взгляд на лицо друга, добавил: — Тебе бы это… умыться.

Алексей опустил взгляд на свои руки. Тёмная ткань пальто скрывала всякие следы минувшего боя, а вот руки и наверняка лицо были покрыты засохшей кровью.

— И правда, — усмехнулся он краем губ и чуть приподнял подбородок.

Прощание было немногословным. Один за другим бойцы вошли в портал. Лишь на секунду, перед тем как шагнуть в сияющую арку, Степан обернулся и задержал взгляд на друге, будто пытаясь что-то сказать без слов. Алексей кивнул ему, почти незаметно, и тот, выдавив улыбку, скрылся в аномалии.

Когда портал закрылся, а его свет растворился в воздухе, Черногвардейцев остался в одиночестве. Всё вокруг стихло. Пепел медленно кружился в воздухе. Ветер из разрушенной крепости нес с собой шорох обломков и завывания поднимающейся метели.

Князь стоял, глядя в пустоту, и спустя пару мгновений просто растворился в воздухе, не оставив после себя ни звука, ни следа.

— А где Лёша? — в один голос выдали Алиса с Викторией, едва мужчины вошли в помещение. Их взволнованные голоса нарушили тишину, которая на несколько секунд воцарилась в гостиной.

Лица у всех новоприбывших были серьёзными и задумчивыми. Не проронив ни слова, они прошагали по деревянному полу в сторону камина, где располагались диван и несколько кресел. Следом парни, как по команде, синхронно опустились на мягкий диван, будто только сейчас позволив себе расслабиться после долгого напряжения.

Святогор, который шёл следом, остановился у кресла и, вздохнув, опустился в него. Его взгляд был направлен в пол, и он явно обдумывал, как начать разговор.

— Алексей жив, здоров и даже стал сильнее, — наконец заговорил начальник безопасности рода, отвечая на заданный вопрос. — Отправив нас назад в эту усадьбу, сам он, по его словам, направился в императорский дворец.

Девушки, вставшие полукольцом напротив мужчин, безмолвно переглянулись. Смущало всё: от сказанного Святогором, до его тона и общего настроения прибывших парней.

— Что-то не так? — наконец нарушила тишину Виктория, делая шаг вперёд и занимая место напротив друзей. Тревожный тон княжны выдавал нахлынувшее на неё беспокойство.

— Всё не так, Вика. Он странный… — хмуро заключил Степан, уставившись в одну точку перед собой.

— Странный? — переспросила Алиса, подходя ближе. К ней присоединились Алина и Маша. Княжна Белорецкая стояла чуть поодаль, её глаза были полны ожидания.

— Ещё какой… — хмыкнул Максим, откинувшись на спинку дивана и закинув одну руку за голову.

— Кто-то может нормально всё объяснить, или нам всё с вас вытягивать? — вмешалась в разговор Мария, стоявшая до этого молча.

Девушка не меньше чем все остальные присутствующие переживала за судьбу молодого князя и страдала от царившей неизвестности.

— Судя по вашему виду, вы после боя, — подкрепила слова подруги графиня Белорецкая.

Степан с Максимом почти одновременно переглянулись, на что один немым жестом предложил второму ответить девушкам на вопросы.

— Да, — вздохнув, начал Астапов. — После того как этот странный обряд… или не знаю как правильно назвать произошедшее, закончился, Алексей сообщил, что мы направляемся к Патриарху.

— Что⁈ — одновременно воскликнули Алиса с Викторией.

Сила и возможности, которые показал Светлицкий в недавнем бою, и то, что он сделал с ребятами фактически в одиночку, оставляли много пространства для фантазий и переживаний. Поэтому реакция девушек не была удивительной.

— То… — лениво, но беззлобно передразнил их Степан. — Других мнений он с сегодняшнего дня не слушает. Нам оставалось только согласиться помочь или… или не знаю.

— И что, вы действительно направились в тыл врага?

— Я бы даже сказал, в самое сердце их территорий, — хмыкнул Максим, но тут же умолк, предлагая другу продолжить.

— Да, — кивнул Астапов. — Вот, только оттуда вернулись. Из живых там теперь больше никого не осталось.

— Это как? — часто моргая, произнесла Виктория, следом сглотнув.

— В прямом смысле. Крепость Светлицких горит. Все монахи вырезаны. Патриарх убит, — неспешно перечислял Степан, наблюдая как лицо княжны невольно бледнеет. — Демон, владевший телом Светлицкого, со слов Алексея, тоже уничтожен.

— О-го… — протянула Мария.

— Это получается всё?.. Конец восстанию? — выразила общую мысль Алина.

— Вероятно, что да, — кивнул Максим, и после его слов повисла молчаливая пауза.

— А где все, кстати? — резко сменил тему Степан, озираясь по сторонам. Только теперь он заметил, что гостиную больше не заполняют лица бывших пленников.

— А Лёша… не сказал вам? — произнесла побледневшая Виктория и тут же осеклась, уже понимая ответ на свой вопрос.

— Нет, — ни капли не удивляясь услышанному, качнул головой Максим, буравя взглядом потолок. — Он нам ничего не сказал.

Переглянувшись с подругами, ситуацию объяснить решила графиня Белорецкая:

— Час назад здесь появился Аластор, — начала Алина, переходя ближе к свободному креслу. — Он сообщил, что было решено переместить всех бывших заложников во дворец. Нах-Нах открыл в подвале портал, и мы их проводили. Остались только мы… — она пожала плечами, стараясь говорить спокойно, но в голосе ощущалось сдерживаемое девушкой напряжение.

Повисла очередная неприятная тягучая пауза. Атмосфера в помещении становилась всё более тревожной, каждый из присутствовавших утопал в своих мыслях и переживаниях. В то, что Алексей не справился с кольцом, не то что верить, это даже не хотелось произносить вслух.

— А вы что молчите, Святогор? — с трудом сдерживая эмоции, произнесла княжна Белорецкая. Её голос дрогнул, но не сломался. — Вы же должны всё понимать, вы же его знаете…

Начальник охраны медленно поднял на неё глаза, оторвавшись от рассматривания пламени в камине.

— Скажите, Алиса Евгеньевна, а вы могли бы позвонить отцу и уточнить, как там во дворце наши бывшие гости? — наконец нарушил своё задумчивое молчание Святогор. — Насколько я помню, Евгений Константинович направлялся к Романовым этим утром.

Алиса чуть удивлённо вскинула брови, уже раскрывая рот для ответа:

— Да, но зач… — княжна тут же осеклась, заметив, как Святогор едва заметно приложил палец к губам. Его взгляд говорил больше, чем слова. Девушка нахмурилась, но продолжать свой вопрос не стала.

— Переживаю, Ваша Светлость, — негромко пояснил он, сохраняя сосредоточенное выражение лица. — Алексей Михайлович недавно одного из них в угол ставил. Как бы ни задумал обиду этот Дробышевский.

— Ну-у… могу, конечно, — всё ещё с лёгким сомнением в голосе отозвалась Алиса. Она машинально поправила выбившуюся прядь волос за ухо и направилась в сторону кухонного стола, где, очевидно, лежал её телефон, однако внезапно остановилась и тут же развернулась на месте. — Только есть одна проблема: здесь никакая связь не работает.

Слова княжны повисли на мгновение в воздухе, и в помещении отчётливо послышался треск догорающих поленьев в камине. Святогор вздохнул, потёр переносицу, а затем с готовностью произнёс:

— Пять сотен метров от дома — и всё нормально. Мы с ребятами вас сопроводим.

Когда через пятнадцать минут группа выбравшихся из особняка наружу людей вернулась внутрь, ничего особенного или удивительного ожидающим их друзьям они рассказать не смогли. Спасённые аристократы действительно находились во дворце, и все подозрения начальника охраны оказались несбывшимися.

— Ну что? — первым нарушил тишину Степан, привстав с подлокотника кресла.

— Всё в порядке, — ответила Алиса. — Все они сейчас отдыхают во дворце. Их разместили в восточном крыле, охрана есть, всё под контролем.

— Одной проблемой меньше, — констатировал Степан, качнув головой. Он потянулся, зевнул и провёл рукой по лицу. — Не знаю как вы, но я, раз Лёха дал нам такую возможность, пошёл спать.

— Я тоже, — кивнул Максим, поднимаясь с места. Он окинул взглядом окружающих, бегло переглянувшись с подругами, и неспешно направился к лестнице.

Постепенно почти все присутствующие разошлись — кто по гостевым комнатам, кто на второй этаж. Гостиную наполнил лёгкий шелест шагов, тихий скрип ступеней и другие звуки успокаивающегося дома. Свет от настенных бра стал мягче, будто отражая спад напряжения.

Оставшись в тишине, Святогор медленно перевёл взгляд на Викторию, которая стояла у окна с невероятно потерянным видом и что-то невнятное малевала пальцем по стеклу.

— Виктория Михайловна, не подскажете, сколько демонов осталось в доме? — произнёс он негромко, но так, что в комнате сразу стало чуть тише.

Девушка обернулась, чуть приподняв брови от неожиданного вопроса. Черногвардейцева задумалась буквально на пару секунд и огляделась по сторонам:

— Около трёх десятков. Но конкретно в этой комнате — только двое. Ещё трое, если не ошибаюсь — в подвале. Остальные дежурят вокруг особняка.

— Надо бы нам с вами потренироваться, Ваша Светлость, — уставившись внимательным, оценивающим взглядом на девушку, промолвил Святогор и откинулся на спинку кресла, сомкнув руки на груди.

— Потренироваться?.. — опешила княжна. Она резко повернулась и, часто захлопав ресницами, с удивлением оглядела начальника охраны. — А зачем?