Учение о боговдохновенности. Мартин Лютер и его место в экуменической проблеме боговдохновенности - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Миикка Руоканен (3. Лютеровская концепция естественной и спасительной боговдохновенности) #4

3. Лютеровская концепция естественной и спасительной боговдохновенности

В произведениях Лютера богословское понятие «боговдохновенности» (и его вариации) встречаются 96 раз. Особенно часто оно встречается в двух первых лекциях, посвященных рассмотрению Псалмов (Dictata super Psalterium, 1513–1516, Operationes in Psalmos 1519–1521 — 12 раз) и в комментариях к Бытию (1535–1545 — 20 раз). Также Praelectiones in prophetas minores (1524–1526 — 6 раз) и в двух разделах лекций о пророке Исайи (1527–1530 — 7 раз). Данная концепция периодически появляется и в остальных произведениях.

Концепция боговдохновенности в произведениях Лютера зачастую связана с пророчеством, откровением и экстатическим состоянием. Пророчество и откровение рассматриваются им бесчисленное количество раз, экстатическое состояние — 37 раз. Само слово «экстаз» часто соотносится со словом «боговдохновенность». Главным образом это наблюдается в двух первых лекциях, посвященных Псалмам (12 раз) и в комментариях к книге Бытия (10 раз).

Статистический анализ того, насколько часто встречается концепция боговдохновенности у Лютера, показал, что он изначально был очень серьезно заинтересован данной темой. Терминология, связанная с ней, встречается во всех его произведениях. Особенно наглядно это продемонстрировано в его произведениях, лишенных полемики. Это указывает на тот факт, что его точка зрения в отношении боговдохновенности не является концепцией, которая обусловлена ситуацией и контекстом.

Настоящее исследование было впервые написано в хронологическом порядке при анализе развития Лютеровской мысли боговдохновенности в отношении общего курса его богословия. Однако оказалось, что в его рассуждениях нет особых изменений. Основные темы и структуры остались теми же от начала до конца. Именно поэтому — ради того, чтобы избежать повторения одних и тех же тем — следует рассмотреть результаты исследования напрямую в систематическим порядке, без каких-либо оценок источников или доскональных изучений развития его мысли.

Лютеровская концепция библейской боговдохновенности в основном основана на его более широком понимании боговдохновенности, то есть его понимании естественной и спасительной боговдохновенности в вопросах сотворения веры и любви.

3.1. Боговдохновенность в творении

Концепцию Лютера в отношении естественной боговдохновенности в творении можно найти в его рассмотрении Бытия 2:7:

…и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою.

В соответствии с учением Лютера, человеческая жизнь — это плод божественной благодатной боговдохновенности в творении. Божий Дух действует в творении; пневматология и богословие Лютера следуют рука об руку. Святая Троица присутствует в божественном opera ad extra в творении. Служение Святого Духа заключается в том, чтобы оживить то, что сотворил Всевышний:

И существует величайшее согласие церкви о высказанном здесь таинстве троицы. Отец через Сына, которого Моисеево слово называет, творит небо и землю из ничего. На них лежит Святой Дух, ведь как курица лежит на яйцах, чтобы высидеть птенцов, согревая яйца и словно одухотворяя теплом, так, говорит Писание, Святой Дух словно лежал на водах, чтобы те тела, которые надо было одухотворить и украсить, оживить; ведь дело Святого Духа оживлять.[40]

В процессе творения Господь наделил человека особыми качествами, которые отличают его от всех других существ. Творец установил между Собой и человеком «духовное единство» (spiraculum), через которое Он как spiritus creator наделяет человеческую душу силой и дарует ей такие благородные качества, что человека можно назвать imago Dei.

…Бог вдохнул в меня то, что дает жизнь, и то, что сохраняет жизнь человека, и жизнь есть там, где есть это дыхание; где нет дыхания, там и жизни нет, и дыхание есть признак жизни и находится в ноздрях, и нигде его нет, кроме как на лице.[41]

Лютер говорил о двух видах боговдохновенности в творении: inspiratio ab extra и inspiratio ab intra. В первом случае Бог творит нечто совершенно новое, то, что не существовало прежде. Во втором — Он наставляет и воодушевляет (вдохновляет) то, что уже сотворил прежде. В соответствии с учением Лютера, Бытие 2:7 можно рассматривать в рамках inspiratio ab intra.

По словам Лютера, прежде боговдохновенности через spiritus creator человек был подобен мертвецу. После того как Дух Божий коснулся души Адама, последний приобрел «духовное единение» с Творцом. Благодаря этой боговдохновенности, человеческая душа Адама, которая уже была сотворена вместе с телом, ожила и стала живой реальностью. Таким образом — делает заключение Лютер — он стал образом Бога:

Одухотворение двояко: одно идет извне, а другое изнутри, как говорят церковные писатели. Об одухотворении извне говорится тогда, когда Бог создает нечто новое и помещает внутрь или сообщает новое природе, уже сотворенной прежде… Об одухотворении изнутри говорится тогда, когда Бог лелеет, оживляет и поддерживает уже сотворенную природу…

«И вдунул» и т. д. — здесь он не говорит об одухотворении извне, то есть, что после создания тела Бог сотворил душу и погрузил ее в тело, но что душу, созданную заодно с телом, он взлелеял и оживил своим Святым Духом.[42]

Лютер придерживался древней католической теории антропологической трихотомии: человеческая душа подобна машине, которая приводится в движение духом.

Иногда наша душа называется духом, ведь как ветер, так и душа никогда не покоится, никогда не бывает неподвижна, всегда куда-то несется, всегда или ненавидит, или любит. Далее, то, чем душа приводится в движение, также называется духом. Он иногда хороший, иногда плохой или нечистый. Любым из них душа как приводится в движение, так и сильно стремится.[43]

Благодаря боговдохновенности Божьего Духа, которую пережила душа, человек стал живым творением, обладающим такими удивительными качествами, как чувствительность, любовь, воля, интеллект, мудрость, творчество, сила духа, знание моральных ценностей. Естественная боговдохновенность в процессе творения происходит последовательно, по цепочке: так же как Дух Божий оживляет человеческую душу, последняя, в свою очередь, дает жизнь телу и плоти.

Лютер признавал, что естественная боговдохновенность может быть негативно искажена и действовать против позитивной боговдохновенности Творца. Первородный грех — это зло, содеянное сатаной для искажения и изменения всего доброго, что было сотворено Всевышним. В соответствии с теорией Лютера, Бог является добрым инспиратором (вдохновителем) всего творения, Он тот, кто творит динамическое движение в человеческой душе. Сатана же является злым инспиратором (вдохновителем) «мира сего», разрушителем доброго творения. В результате сатанинского воздействия человеческой душой могут овладевать гнев, похоть, страх, безумие, богохульство и мысли о смерти. Лютер также не забывал и о человеческой негативной самоинспирации, которая противостоит действию Бога в человеке.

Адам был образом и подобием Бога не только потому, что он стал живой душою. Изначальная боговдохновенность человека в процессе творения — это нечто большее; в результате ее действия Адам обладал «двойной жизнью» — земной и бессмертной:

Но то, что добавляется, что человек так был заключен в животную жизнь, что был, однако, создан по образу и подобию Бога, это — обозначение другой, лучшей жизни, чем животной. Следовательно, у Адама была двойная жизнь: животная и бессмертная, еще не открытая ясно, но в надежде.[44]

3.2. Боговдохновенность в спасении

В своих комментариях к книге Бытия Лютер описывает, как Адам после грехопадения утратил свое бессмертие и общение с Триединым Богом. Потомки Адама более не обладали боговдохновенностью Духа:

В этих условиях не повторяет Сеф подобия Божия, которое Адам имел, и, однако, потерял, но подобие своего отца Адама. Однако это не подобие и образ, созданные Богом, но рожденные от Адама.[45]

Прямое «воздушное пространство» между Божьим Духом и человеком было утрачено. Внутренне человек стал подобен «пустому пространству», в котором обитает тьма. Эта пустота в некоторых случаях может быть заполнена злыми духами:

Ведь природа, покинутая Святым духом, приводится в движение тем же самым злым духом, которым был приведен в движение нечестивый Каин.[46]

После грехопадения нарушенные взаимоотношения между Богом и человеком могут в некоторой степени быть восстановлены (reparantur) при помощи нового обретения веры, на которое также вдохновляют Святой Дух, Дух Божий, Дух Христа. Также и в спасительной боговдохновенности (инспирации) действует Святая Троица:

Но через грех как подобие, так и образ были потеряны. Однако они восстанавливаются некоторым образом с помощью веры, как говорит Павел. Ведь мы начинаем узнавать Бога, и помогает нам дух Христов, чтобы мы желали повиноваться наставлениям Бога.[47]

В Лютеровском богословии концепция боговдохновенности основана на описании божественной творческой активности в человеческом мире. Боговдохновенность также тесно связана с описанием деяний Бога в области искупления грехов человечества. В обоих случаях боговдохновенность представляется благодатным действием Триединого Бога, которое совершается ради человека, поскольку Творец заботится о Своем добром творении и является Спасителем падшего мира. Между божественной боговдохновенностью в творении и спасительным деянием Бога не нарушена связь.

В сотериологии Лютера Святой Дух является «инспиратором», «импульсатором» и «инициатором» как веры, так и любви. Он тот, кто начинает и исполняет все спасительные действия в человеческой жизни. Идея того, что человек вдохновляется по благодати Божьей, особенно часто встречается в его работе Dictata super Psalterium:

Поэтому же Евангелие устное и письменное — это невозможный закон, если Бог не научит самому Евангелию изнутри. Однако Дух — это Тот, Кто оживляет и укрепляет. Когда Бог непосредственно вдохновляет и учит человека, то одновременно дает благодать и огонь.[48]

Восприятие божественной благодати инспирируется Духом Божьим мгновенно, достигая самых дальних глубин человеческого естества. Без действия Духа как устная, так и письменная форма Евангелия — мертвы. Они требуют только лишь исполнения закона. Воплощение спасения является плодом действия Духа Святого; Он делает так, что благодать Божья становится реальной и насущной для человека. Следовательно, можно рассматривать благодать, будь она устной или духовной, в области пневматологии, а не только лишь слова.

Лютер полагал, что вера является «светом Божьего лика, который становится богодухновенным озарением нашего сознания»:

Превосходно, однако, вера называется светом лика Божия, потому что она есть боговдохновенное просвещение нашей души и некий луч божественности, погруженный в сердце верующего…[49]

В результате внутреннего озарения, совершаемого Божьим Духом, человек получает «дар Духа Святого» (donum spiritus sancti). «Пустое пространство» заново наполняется Божьим Духом. Этот дар выражается в определенности веры. Сам Бог наставлял человека, Он укреплял человеческое сердце Своим Духом:

Ведь великое дело — устоять в той борьбе, которую разум и плоть не могут выдержать, но которая есть дар Святого Духа, который укрепляет наши сердца и побуждает своим вдохновением, чтобы мы не сговаривались с Сатаной или с совестью. Поэтому, когда мы искушаемы по поводу учения, Дух укрепляет нас, чтобы мы полагали, что наше учение истинно…[50]

Не только вера, но и любовь является плодом богодухновенного действия Святого Духа в человеке. Выступая против Экка, который говорил, что для спасения не обязательно действие божественной инспирации, и считал, что оно может происходить благодаря человеческой любви к Богу (сотериологическая точка зрения via moderna), Лютер утверждал, что:

Во-первых, он говорит, что не было необходимости добавлять, что начало нашего спасения происходит от вдохновляющего Бога… Отвечаю. Все это совершенно ошибочно, в соответствии с высказыванием Павла, который говорит, что невозможно, чтобы закон был исполнен, более того, чтобы грехи не увеличивались, если Святой Дух не посеет любовь в наших сердцах.[51]

Только благодаря инспирации Святого Духа верующий может полюбить Бога и своего ближнего. Лютер противостоял идее о том, что человек обладает волей избирать добрые деяния любви. Напротив, только лишь благодаря спасительной инспирации Божьего Духа человек достигает любви. Без этого человеческая душа не была бы способна переживать любовь. Более того, верующий, в котором Дух Божий сотворил веру, очищается и обретает способность любить вследствие двух факторов — божественной инспирации в творении и спасении:

И нет здесь никакого места свободной воле, когда Святой Дух вдохновляет душу. Так вдохновляет, что воспламеняет человеческую душу любовью и увлекает к благу, чтобы она могла любовью охватить закон.

Сперва же в нас с помощью Святого Духа загорается любовь к Богу и поэтому первым нас любит Бог.[52]

Ведь Бог, когда учит Сам по Себе, не говорит буквы и слоги, но вдохновляет саму любовь.[53]

В богословии Лютера способность верующего любить основана на том, что он обладает не только благодатью, но Господь также наделяет его непреходящим donum Святого Духа, то есть Дух Божий обитает в человеке, созидая определенность веры и действие любви. Именно этот обитающий в человеке Дух и является источником всего доброго; Он укрепляет позитивные устремления в человеческой душе, которые были даны человеку уже в процессе творения, но претерпели искажение под действием первородного греха. Это четко выражено в комментариях Лютера к книге Бытия:

…не только обозначает благосклонность или благодать, но также дар Святого Духа, ведь одна благодать не чувствуется, но надо, чтобы присутствовал дар. Христос дал ему Святой Дух в тюрьме, дух истины, который поддерживал его в смерти, позоре и смущении, и внушил ему такую мысль: «Не бойся, пусть укрепится твое сердце, сохрани Господа». Полное и величайшее утешение — это то, что Бог присматривает и склоняет на него свой дар, то есть вдыхает дух храбрости, благоразумия…[54]

Таким образом, в действии спасения Бог утверждает и развивает те качества человеческой души, которые были изначально даны Им человеку при творении. Благодать не отвергает природы, но совершенствует ее. Верующий живет в реальности двойной инспирации: он вдохновляем в творении и в искуплении. И тот и другой вид инспирации направлен на то, чтобы вернуть человека к его изначальной жизненной цели: быть образом и подобием Бога.