Удержать Уинтер

8

УИНТЕР

Первые несколько недель работы были тяжёлыми. Я и не подозревала, что восьмичасовая работа на ногах может так изматывать. Кроме того, в «Милой пчёлке» всегда многолюдно, ведь мы находимся прямо на главной улице Уитфилда, и к нам приезжает немало туристов, которые любят останавливаться и делать покупки по пути вдоль побережья.

Из-за того, что я постоянно учусь, мне кажется, что мой мозг вот-вот взорвётся. Интересно, было ли в моей школьной жизни время, когда я настолько сильно переживала из-за чего-то, что запомнила бы это так же хорошо, как в первые несколько дней. Но я действительно хочу эту работу. И я быстро понимаю, что мне нравится Мэллори. Она прямолинейная, уверенная в себе и полна неиссякаемой энергии. Я понимаю, почему у неё хватило воли и решимости открыть собственный магазин в столь молодом возрасте. Я восхищаюсь её упорством.

Но работа в бутике одежды — это не только приветствие покупателей и развешивание вещей, которые они решили не покупать. Я никогда раньше не задумывалась обо всех тонкостях работы в магазине одежды. Это включает в себя размещение товаров на полках и управление запасами. Конечно, это и обслуживание клиентов, но также и управление кассой, оформление покупок, знание принципов работы техники, чтобы при необходимости вернуть товар.

К счастью, у меня, похоже, есть талант к работе с клиентами: я помогаю людям подобрать наряды, которые подходят их типажу. Что касается всего остального, то я могу быть благодарна только Мэллори за её терпение. Я и ещё одна девушка, которая работает неполный день после школы и по выходным, помогаем Мэллори. Вторую девушку зовут Ким, и я вижусь с ней только мельком, когда заканчиваю свою смену, а она начинает свою.

У меня удобный график: я работаю только в будние дни и могу проводить вечера и выходные с Гейбом. Помимо интеллектуальных задач и общения, самое приятное в моей работе, это то, что я могу пополнять наш банковский счёт. Когда я увидела свою первую зарплату и положила её на счёт, это было лучшее чувство.

Теперь я ещё больше уверена в том, что смогу купить себе машину. Ничего особенного, но что-то, на чём я смогу ездить в город. Гейб всегда воодушевлён, отвозя меня на работу каждое утро и забирая вечером, но мне приходится ждать около часа в конце каждого рабочего дня, а если бы у меня была своя машина, ему не пришлось бы беспокоиться о том, что я буду стоять и ждать его. Итак, сегодня после работы мы собираемся отправиться на стоянку подержанных автомобилей.

— Возьмёте чек или я положу его в пакет? — Я предлагаю его женщине, которая только что совершила покупку.

— В пакет. — Говорит она с улыбкой. — И спасибо за совет с платьем. Не могу дождаться, когда надену его с этим поясом!

— Все будут завидовать вам на вечеринке, — уверяю я её с улыбкой.

Забавно, но в этой новой жизни мне стало гораздо проще принимать людей такими, какие они есть. В прошлой жизни я, возможно, посмотрела бы на эту женщину средних лет и посмеялась бы над её восторгом по поводу покупки нового платья для вечеринки в честь рождения ребёнка у её дочери. Я бы и думать не стала о ком-то, у кого нет такого богатства и статуса, как у меня. Но её энтузиазм по поводу этого события так легко передался мне, и тот факт, что она рада, что у её дочери будет ребёнок.

Интересно, что бы подумала моя мама о том, что я забеременела в таком возрасте. Если бы они с моим отцом были живы, я уверена, что была бы с мужчиной, которого они считали бы подходящим для меня и нашей семьи. Я точно знаю, что мой отец был бы в ужасе от того, как сложилась моя жизнь. Но иногда мне нравится представлять, что мама была бы рада за меня. Она всегда была такой грустной и несчастной. Возможно, если бы у неё была возможность найти свой путь, как у меня, она бы не покончила с собой.

Прижав ладонь к животу, я мысленно заверяю свою малышку, что ей никогда не придётся беспокоиться о таких вещах, пока я рядом. Моя мать была больна, и её жизнь только усугубляла её страдания. Но я не хочу идти по её стопам. Несмотря на все трудности и лишения, я благодарна за то, что встретила Гейба и узнала, что такое любовь и преданность, которые он мне подарил. Мой отец никогда не был таким. Ни с кем из членов моей семьи.

— Уинтер, ты поможешь мне промаркировать эту новую партию товара сегодня, прежде чем уйдёшь? — Зовёт Мэллори из подсобки.

— Без проблем, — говорю я, направляясь в направлении её голоса.

Сидя среди груды свежих товаров, разбросанных по полу в задней комнате, Мэллори выглядит такой же хаотичной и бессистемной, как и всегда. Я не понимаю, как она может быть такой неорганизованной и в то же время быть на высоте положения.

— Эта стопка продаётся за 29,99 доллара. Вон те стоят 34,99 доллара. А эта стопка, я думаю, должна стоить 60 долларов, — говорит она, неопределённо махая в разные стороны.

Я пытаюсь скрыть улыбку, когда беру коробку с английскими булавками и ценниками и сажусь на пол рядом с первой стопкой, на которую она указала.

— Не забудь прикрепить к каждому товару ярлык нужного размера. — Говорит она, напоминая мне об этом каждый раз, когда мы маркируем новые товары.

Я киваю и приступаю к работе. Есть что-то терапевтическое в том, чтобы работать с тканью каждого предмета одежды, методично нанизывая бирки бутика на нитку, прежде чем привязать её к английской булавке и прикрепить к этикетке на одежде. Всё это так по-человечески и интересно. Мне приходится разрывать каждый пакет, в котором был доставлен предмет одежды, прежде чем прикрепить этикетку и повесить его на одну из множества вешалок, ожидающих в глубине магазина. Затем вещь отправляется на вешалку, чтобы Мэллори могла выбрать, где она будет висеть в магазине.

— Ты видела новую блузку, которая только что пришла? — Спрашивает Мэллори, демонстрируя рубашку в цветочек, пока мы работаем.

— Мне нравятся эти цвета, — говорю я, любуясь рубашкой издалека. Раньше я бы точно купила её, не раздумывая. Даже сейчас я бы с удовольствием её надела, но у меня нет сильного желания тратить на неё деньги. Мне кажется, что есть вещи поважнее.

Пока мы работаем, мы с Мэллори постоянно болтаем, обсуждая всё: от забавных и интересных клиентов, которые приходили к нам, до мест, куда бы мы отправились, если бы могли поехать куда угодно, и того, что мы хотели бы увидеть. Когда мы подходим к концу стопки этикеток, раздаётся звук колокольчика.

— Я встречу, — говорю я, вставая. Направляясь к выходу, я смотрю, кто вошёл, и говорю: — Добро пожаловать в «Милую пчёлку». Дайте мне знать, если у вас возникнут вопросы о чём-либо… Гейб, привет. — Я улыбаюсь, когда мой взгляд падает на высокую фигуру Габриэля в дверном проёме.

— Эй, ты уже готова?

— Уже пять? — Недоумеваю я.

Гейб поднимает бровь.

— Сейчас пять пятнадцать.

— О боже! Я и не думала, что уже так поздно. Должно быть, я потеряла счёт времени. — Заглянув под прилавок, я ищу в шкафчике свою сумочку.

— Хорошо проводишь время? — Спрашивает меня Гейб с улыбкой.

Я хихикаю.

— Видимо, да. — Заглянув в подсобку, я сообщаю Мэллори, что за мной приехал Гейб.

— Удачной покупки! — Кричит она, когда я машу ей рукой и направляюсь к двери.

— В Уитфилде есть только одна площадка для продажи подержанных автомобилей, и я думаю, что на сегодня это всё. Но если мы ничего там не найдём, ничего страшного. Мы можем заглянуть на другие стоянки в Бостоне, если ничего не найдём здесь. Как тебе?

— Звучит неплохо, — говорит Гейб, пока мы идём к его мотоциклу. — Меня устраивает.

По дороге к месту продажи подержанных автомобилей я думаю о том, как мне удалось потерять счёт времени. У меня никогда раньше не было работы, но я всегда слышала, что это хороший знак, когда ты не смотришь на часы в ожидании конца рабочего дня. В бутике Мэллори я определённо чувствую себя именно так. Она постоянно загружает меня работой, так что день пролетает незаметно. Честно говоря, я не знаю, как она справлялась со всем этим до меня. Не то чтобы я была исключительным помощником, но я стараюсь делать как можно больше, чтобы разгрузить её. И каждое задание, которое мне поручают, я нахожу интересным. С другой стороны, я всегда любила моду, так что меня это не слишком удивляет.

Когда мы подъезжаем к небольшой площадке для продажи подержанных автомобилей, я уже не особо надеюсь найти машину. Я рада, что Габриэль сейчас со мной, потому что он знает, на что обращать внимание. Я всегда водила только те машины, которые только что выехали из автосалона. И если бы у моей машины возникли проблемы, я бы просто отогнала её на техобслуживание. Но Гейб умеет и диагностировать, и чинить машины. К счастью для меня. Он даже помог Старле запустить её машину, когда она только купила маленький синий драндулет.

— Добро пожаловать, — говорит продавец автомобилей с маслянистой улыбкой, когда мы подъезжаем и я слезаю с мотоцикла. Он терпеливо ждёт, пока мы снимем шлемы и уберём их, а затем протягивает руку для рукопожатия. — Чем я могу вам помочь сегодня?

— Мы ищем надёжную машину для моей невесты, — говорит Габриэль, кладя руки мне на плечи, чтобы показать, что я и есть невеста.

— Замечательно. — Продавец сияет и радостно потирает руки. — У нас большой выбор надёжных машин. Например, эта красавица. — Он хлопает по капоту белой машины, припаркованной прямо перед нами.

Ярко-розовая краска на лобовом стекле красноречиво говорит о том, что цена составляет 8000 долларов.

— О, выглядит неплохо, — говорю я. Кажется, машина в довольно приличном состоянии, без вмятин и царапин, как я и ожидала.

Гейб смотрит на неё с подозрением.

— Ниссан Верса? — Скептически спрашивает он.

Я открываю водительскую дверь, чтобы заглянуть внутрь, а Габриэль тем временем идёт открывать капот. Ему не требуется больше двух минут, чтобы захлопнуть его с громким стуком, и по его лицу я вижу, что он не в восторге.

— Нет, думаю, здесь всё ясно. Я сказал «надёжную», — подчёркивает он ледяным тоном.

Продавец заметно сглатывает.

— Хорошо, я знаю, что вам подойдёт. — Он подводит нас к зелёному «Мицубиси Мираж» и указывает на него. — Он у нас всего неделю, но уже вызвал большой интерес. Пробег небольшой. Был только один предыдущий владелец.

Габриэль снова открывает капот. На этот раз я наблюдаю за ним с восхищением, мне любопытно, что же он там видит. Но что бы это ни было, он не тратит время на то, чтобы показать мне. Вместо этого он захлопывает капот и осматривает стоянку.

— Не хотите прокатиться на этой машине? — Спрашивает продавец, приглаживая волосы, словно для того, чтобы убедиться, что всё по-прежнему уложено на месте.

— Поскольку вы, похоже, не можете понять простую концепцию надёжности, мы больше не нуждаемся в ваших услугах. Если менеджер захочет подойти к нам, я буду рад поговорить с ним о покупке автомобиля, — говорит Габриэль, продолжая осматривать парковку и не глядя в сторону продавца.

Продавец заметно бледнеет и начинает потеть.

— Э-э-э, э-э-э... — заикается он, поправляя воротник рубашки.

— Позови мне менеджера, — более властным тоном приказывает Габриэль.

Продавец чуть ли не подпрыгнул от неожиданности и, не сказав ни слова, поспешил прочь. Словно не замечая реакции на свой тон, Габриэль берет меня за руку и улыбается. Затем он ведёт меня дальше в глубь, продолжая переводить взгляд с одной машины на другую, изучая их.

— Ты чуть не заставил его намочить штаны, — усмехаюсь я, следуя за ним.

Габриэль мрачно усмехается.

— Хорошо. Он пытался впарить нам херню. Наверное, думает, что раз мы выглядим молодо, то купимся на всё, что он скажет.

Он подмигивает мне, и моё сердце нервно трепещет. Как он может быть таким невероятно красивым? И я не знаю почему, но то, как он справляется с этим мерзким продавцом машин, меня заводит.

Наконец мы останавливаемся перед симпатичной тёмно-красной «Тойотой Короллой». Это одна из самых старых моделей на рынке, и я бы точно не выбрала её из всего ассортимента. Но я доверяю Гейбу: он знает, как выглядит хорошая машина. Он достаточно времени провёл в мастерской «Сынов дьявола». Как и в предыдущие два раза, вместо того чтобы начать с салона, Габриэль сразу же подходит к капоту. Я снова следую за ним, готовая хотя бы попытаться увидеть то, что видит он.

Но на этот раз Габриэль не просто молча осматривает машину, а начинает указывать мне на детали. Начиная с двигателя, он объясняет, что машина выглядит довольно хорошо.

— Вокруг двигателя нет никаких трещин или протечек. Все шланги в хорошем состоянии. — Говорит он, указывая на каждую деталь. — Рама выглядит прочной и прямой, так что я бы сказал, что эта машина не попадала в серьёзные аварии. Вот охлаждающая жидкость и главный тормозной цилиндр, они выглядят хорошо, заправлены, с них ничего не капает. Насосы гидроусилителя рулевого управления выглядят хорошо и чисто.

Отвинчивая крышку двигателя, Габриэль объясняет:

— Видишь, какая красивая и чистая нижняя сторона у этой крышки маслозаливной горловины?

Я киваю.

— Это очень хорошо. Значит не пробита прокладка головки блока цилиндров.

Я почти уверена, что он только что сказал что-то на иностранном языке. Шаг за шагом Габриэль рассказывает мне о каждой детали, которую он хочет проверить, и даже указывает на каталитический нейтрализатор, когда мы вместе с ним заглядываем под машину, чтобы увидеть то, что видит он.

Мне нравится, что он пытается объяснить мне всё это. Я уверена, что не запомню всё, но, думаю, будет полезно знать, если я собираюсь купить подержанную машину. Это может избавить меня от неприятностей, если моя машина выйдет из строя где-нибудь в пути.

К тому времени, как Габриэль снова закрывает капот, к нему подходит высокий стройный мужчина с аккуратной стрижкой и дружелюбным выражением лица.

— Хотите прокатиться на ней? — Спрашивает он, протягивая ключи от машины. Затем он протягивает руку, чтобы пожать сначала руку Гейбу, а затем и мою, как только подходит ближе. — Генри. Я владелец стоянки.

— Да, мы прокатимся на ней, — говорит Гейб, не тратя время на любезности.

По лицу владельца видно, что он ожидал большего признания за то, что почтил нас своим присутствием. Взяв ключи из рук Генри, Габриэль протягивает их мне.

— Почему бы тебе не завести её? — Предлагает он.

Я неуверенно улыбаюсь, не совсем понимая, на что мне следует обратить внимание. Но Габриэль стоит у машины и просит меня несколько раз нажать на педаль газа, прежде чем он сядет на пассажирское сиденье. Генри забирается на заднее сиденье, прежде чем я выезжаю с парковки.

Я давно не водила машину, и мне приятно снова оказаться за рулём, хотя, честно говоря, это немного непривычно. Мне нравится, как машина управляется. И звук у неё приятный и тихий. Насколько я могу судить, для меня она будет достаточно хороша. В ней нет всех этих наворотов, как в моём BMW, но это нормально. Мне не нужна аудиосистема с Bluetooth для десятиминутной поездки на работу и обратно каждый день.

Когда мы возвращаемся на стоянку подержанных автомобилей, Генри велит мне припарковаться возле офиса, и мы все выходим из машины.

— Ну, что думаешь? — Спрашивает он. Пока мы ездили по округе, он почти ничего не говорил — мудрое решение, на мой взгляд.

Габриэль смотрит на меня.

— Нравится? — Спрашивает он, пристально вглядываясь в меня.

— Да, — отвечаю я, удивляясь, что он вообще спрашивает. Я представляла, как он просто выбирает машину, которая, как мы уверены, будет нормально работать. Мне даже в голову не приходило, нравится мне машина или нет.

— Мы возьмём её за три с половиной тысячи, — прямо говорит он Генри.

Я украдкой бросаю взгляд на лобовое стекло, чтобы убедиться, что, как я понимаю, цена продажи составляла пять тысяч долларов. По общему признанию, это были бы все деньги на нашем счету после того дохода, который мы получили за последние несколько недель. Тем не менее, я не понимала, что переговоры были частью всего этого.

Генри серьёзно смотрит на Габриэля.

— Указанная цена, это то, что мы готовы принять. Пять тысяч или ничего.

— Это 2007 год с пробегом 150 тысяч миль, и в ближайшие несколько лет нужно будет заменить каталитический нейтрализатор. Никто в здравом уме не заплатит пять тысяч за эту старую развалюху. — Габриэль тычет большим пальцем в мою красную машину, и я чувствую, как во мне просыпается желание защититься от его оскорбления. Мне нравится эта машина.

Генри фыркает, упирая кулаки в бока, и оценивающе смотрит на машину.

— И сколько она уже стоит у тебя на стоянке? Три, четыре года? Чем дольше она стоит, тем меньше кто-либо захочет за неё заплатить.

— Это грабёж на большой дороге, — рычит Генри. — Хорошо. Тридцать пять сотен. — Он протягивает руку, и Габриэль пожимает её. — Пойдём внутрь. Там оформим документы.

Двадцать минут спустя я уже сижу за рулём своей новой машины. Я следую за Габриэлем до дома, и когда мы сворачиваем на подъездную дорожку, он открывает гараж, чтобы я могла загнать туда свою красненькую машинку. Она едва помещается в крошечном гараже на одну машину, но мне там будет достаточно места.

— Не могу поверить, что ты оскорбил Руби. Она не развалюха. — Говорю я, встречаясь с Габриэлем у двери.

Он смеётся.

— Руби?

— Да, Руби, я решила назвать её так.

— Мне нравится, — говорит он, подмигивая. — Очень подходящее имя. И я рад, что ты считаешь её не развалюхой. — Он целует меня в губы. — Не волнуйся. Это единственный раз, когда я оскорбил Руби. На самом деле она очень хорошая машина. Вероятно, она стоит больше пяти тысяч долларов, которые они изначально просили. Но эти идиоты заслуживают того, чтобы потерять пару тысяч на машине. Они пытались продать нам хлам, потому что думали, что мы не знаем, что к чему. Держу пари, это их мотив. Вероятно, у них много отчаявшихся клиентов, которым нужно что-то более доступное, но они не знают, что именно они ищут.

Обвивая руками шею Габриэля, я притягиваю его к себе.

— Спасибо, что возишься со мной.

Сильные руки Габриэля обхватывают меня за талию, и он крепко целует меня.