В 45 я влюбилась опять (СИ)

Глава 19

Я пью чай молча.

Надо было свет оставить, а то будто устроила тут романтическую атмосферу. Но я не специально. Просто захотелось тишины.

Я и так сегодня перестаралась. Сначала этот поцелуй, потом просьба побыть “мужем”, потом…

Но если муж такой — это сказка, конечно. С таким не надо впрягаться и тянуть все на себе. С таким только рядом и то, скорее всего, все самое сложное сделает сам.

В ресторане и момента не было, чтобы он молчал, а мне надо было придумывать ответ.

Иван тоже смотрит на меня.

Тоже думает о чем-то.

Может, хочет сказать, что мне пора уже съезжать, а неудобно. Я и сама понимаю, пустили же на пару дней, а я уже задержалась на неделю.

Недорогой гостиницы на первое время хватит и надо начинать убирать в квартире. Шок и гнев прошли. Пора принимать эту ситуацию.

— Иван Андреевич…

— Мы на ты перешли… — поправляет меня и мягко улыбается.

— Да…. Иван… По правде, мне привычней Иван Андреевич. Просто это сохраняет какую-то дистанцию.

— Какую?

— В смысле?

— Ну, ты говоришь какую-то дистанцию, я и спрашиваю какую?

— Дистанцию между родителем и учителем?

— Сейчас, за этим столом, ты же не учительница Виолетты.

Ну нет.

— Нет, но я ей все равно остаюсь.

— Вот, когда о школе будем говорить или меня снова вызовешь, тогда можно — Иван Андреевич, — чуть наклоняет голову и смотрит поверх ободка кружки мне в глаза.

Не как папа Виолетты смотрит. Другой какой-то взгляд. Как кот довольный. И я усмехаюсь в ответ. Ладно, убедил.

— Дурак твой муж, Маш.

— Почему?

— Мальчишек таких бросил. Жену красавицу.

Вух. Надеюсь, что в полумраке не видно, как у меня вспыхивают щеки.

— Им же не хватает дисциплины, не хватает силы воли, примера, к чему стремиться.

— Знаешь, лучше никакой, чем такой. Манипуляции эти его постоянные чувством вины, надоело так… Да и он особо не умеет ничего сам делать руками. Спортом не занимается. Я вижу других мужчин, по школе много, в принципе. Но они участвуют как-то в жизни детей, ходят на собрания, а он лишь одно знает ты учитель, ты и учить должна.

— Я тоже не хожу на собрания.

— Я понимаю, что там для вас много скучного и “ненужного”, но школа — это определенная система и хочешь — не хочешь, но ей надо подчиняться.

— Не спорю, но у меня всегда собрания выпадают на смены.

— Допустим, у тебя да. У него — нет. Это просто была не его обязанность.

Афина обходит стол и запрыгивает Ивану на колени. Он кладет руку ей на голову и начинает поглаживать, от чего та выгибается вся и довольно, я бы даже сказала, с каким-то превосходством, смотрит на меня.

Будь она человеком, подумала бы, что ревнует.

И я за ней, как та кошка, тяну плечами. Мне бы кто размял. Спать уже надо, а то…

— Завтра же точно кто-то к нам придет. Надо детей подготовить. Аааа… Иван, а если они спросят у детей про наши отношения?

— Утром разберемся. А подруги твои, Маш, просто так поддержали, что мы муж и жена, — берет эти слова характерным жестом в кавычки, — или это ты им наговорила?

— Нет, — машу головой, — это они сами, честное слово. Просто решили подыграть. Типа свидетели.

— Ясно.

Коротко и смотрит.

Черт. А если не поверил? Решит еще, что я там сплетничала с ними.

— Мы вас… то есть тебя вообще не обсуждали.

Теперь еще и прищуривается.

И снова неловко под этим взглядом становится.

— Честно.

Чуть приоткрывает губы и в глаза смотрит, как будто ждет чего-то.

— Хорошо, чуть-чуть совсем.

И улыбается. Искренне.

Он так редко это делает, что можно такие моменты собирать и коллекционировать. Ему идет. И суровым быть идет, когда надо, и добрым.

— Маш, а может, прогуляемся?

— Где?

— По улице.

— Сейчас?

— А что? Хорошая погода. Спать будем лучше.

Вроде ничего такого не сказал. И скорее всего и не имел ничего такого в виду, но моя взбудораженная за вечер психика выдает странное.

Я хочу. Прогуляться.

Я так давно не гуляла по ночному городу. Не просто бежала запыхавшись с работы или из магазина, а просто никуда не торопясь не гуляла по улице.

Да и одной страшно. Но с Иваном точно нет.

Я переодеваюсь потеплее, когда выхожу из дома, Иван чистит дорожку от снега.

— Давай я помогу?

Осматриваюсь в поиске еще одной лопаты.

— А пацаны твои, что тогда делать завтра будут? — убирает лопату, ставя ее в сугроб возле тропинки, и подставляет мне руку опереться.

— Ну что, идем?

За воротами сворачиваем на главную дорогу. Так спокойно. Хорошо. Перед Новым годом все украшено. Поселок как сказочный.

Как будто все проблемы на этот период заморожены.

— Иван, а почему вы дом внутри не украшаете? Только снаружи?

— Снаружи тоже не украшаю. Однажды сделал, оно и висит круглый год, а в доме… я не люблю Новый год. Дети, ну они… в общем, я тяну всегда с этим, уже на день рождения Виолетты достаю елку им. Полина обычно за этим следит и украшает все.

Он замолкает и куда-то в свои мысли проваливается.

Что-то произошло на Новый год. И это что-то не очень приятное.

Но если не хочет сам рассказывать, то мне тоже неудобно спрашивать.

— Я тоже заметила, что украшать и делать все красивым — это ее.

Иван молчит.

— Она меня вчера красила и я тебе скажу, как женщина, что у нее очень хорошо получается для самоучки.

— Я это увлечение не поддерживаю.

— Я уже поняла, но может наоборот, надо поддержать?

— Нет.

Причем это не просто ”нет”. Это категоричное “нет".

— Ребенок должен заниматься тем, что ему нравится, он должен развивать свои таланты. А то потом вот вырастают и ищут свое предназначение, ходя к разным мошенникам. А его не надо искать. Оно вот… на поверхности все.

— Нет. Пусть вышивает крестиком или книги читает, если ей не хватает дополнительных занятий.

Мои слова как в бетонную стену сейчас.

— Надо заниматься тем, что доставляет радость, делает счастливым. Кто-то любит читать, кто-то вышивать, кто-то… химические опыты ставить. И я понимаю, это его будущее. Костя точно свою жизнь с химией свяжет, может, даже совершит какие-то открытия. Вот мне после этого пожара что, не пускать его больше на уроки химии?

— Хорошо, — Иван останавливается, отпускает мою руку и разворачивается ко мне, — какая у Поли потребность?

Выдыхает, пуская в морозный воздух клубы пара от горячего дыхания.

— Потребность самовыражаться, себя найти. Она не делает ничего плохого. У нее есть увлечение, в котором она может преуспеть.

— Разрисовывать чьи-то лица?

— Визажист, гример — это популярные сейчас профессии.

— Другую сторону этого не видите?

— Иван Андреич, я не спорить с тобой хочу, а понять тебя и разобраться. Полине это надо в первую очередь. Она и тебя расстраивать не хочет, но и отказываться от любимого занятия тоже не хочет.

— Сегодня у них любимое одно, завтра перегорит.

— Вот пусть завтра и перегорит, а сегодня она себя раскроет и весь свой потенциал. Иван, — хмурится и не идет на контакт, — Вань, — достаю из кармана ладонь и кладу ему на щеку. Он замерзшая глыба. — Извини, отдергиваю тут же руку и прячу назад.

Что-то вышло из-под контроля.

Я так с детьми обычно. Своеобразный жест, чтобы успокоить и объяснить что-то. Но тут-то не ребенок.

— Может, объяснишь, я лучше тебя пойму? И ее.

*****

От автора:

На дне рожденье Ирины, было три подруги. Про Машу мы читаем сейчас, а про третью, Люду, приглашаю вас почитать в новинке «Развод в 44. Вот и сказке конец...»