В самое сердце

Глава 11

У Настены едва не подкосили ноги, от такой неожиданности. Какой-то незнакомый парень не просто стоял рядом, еще и руку закинул ей на плечо.

— Э, ребят, мы не знакомимся, — вмешалась Юлька. Настя же прибывала в некотором оцепенении. Секунд через десять, правда, пришла в себя и наконец, скинула культяпку наглого парня.

— С такими-то глазами грех не знакомиться, — почти прошептал незнакомец в ухо Настене. Она резко сделала шаг назад. Стало почему-то страшно. Еще и человек этот смотрел до ужаса хищным взглядом.

— Простите, — пролепетала кое-как Настя, сглатывая тяжелый ком. — Мне домой пора. Юлька, пошли! — требовательно заявила. Не хотелось оставлять Комарову одну. Мало ли дураков, как отбиваться от них в одиночку. К счастью, подруга тоже поднялась, схватила куртку и, судя по глазам, готова была двигать на всех порах в сторону выхода. Да только ухажёр не был готов отпускать.

— Меня Вадим зовут, а это, — махнул он головой, и в ту же секунду рядом со столиком нарисовалось еще одно тело, с туннелями в ушках и рыжей шевелюрой. — Это Михаил. Мы присядем? — не спросил, а сообщил о своем решении.

— Нет, мы уходим, — категорично заявила Комарова. Но кто бы ее слушал. Девушке даже выйти не дали. Загородили проход из-за стола.

— Не могу отпустить такую красивую. — Обратился Вадим к Насте. Ноги сами сделали шаг назад.

— У нас парни есть, так что… — попыталась выкрутиться Юлька. А Настена вообще не понимала, что происходит. Никогда в жизни к ней вот так не подкатывали: нагло и беспринципно. С одной стороны, приятно осознавать, что ты красивая и нравишься противоположному полу. Однако лучше бы сидеть в своем скромном панцире, зато в безопасности. Весь этот образ предназначался только для одного человека, но его здесь нет.

— Да, все тут с парнями. — Заржал тот, который Михаил.

— Малышка, ну что ты такая холодная со мной, — Вадим наступил в сторону Настены, а она будто вытянулась по струнке смирно. Паника вдруг охватила разум. Полезли плохие мысли, вспомнились страшные фильмы и передачи, где вот такие походы в клуб заканчивались изнасилованиями и похищениями.

— Они просто отошли, — продолжала Юлька. — Я сейчас позвоню им. Ребят, давайте, идите уже. Ищите себе свободных.

— Ну звони, — усмехнулся Михаил.

— Детка, ты такая сексуальная. Пойдем, потанцуем, расслабимся? Разве мы здесь не за этим?

Настя опустила голову, сжимая края дурацкого короткого платья. Слезы подступили к глазам, потому что показалось — все. Обреченность. Не отстанут от них. Зачем она вообще пошла в этот клуб, зачем вырядилась так. Кто виноват? Да ни один парень не посмотрел бы на нее, будь на ней повседневная одежда. Но нет же, захотелось вызов бросить, доказать что-то. Правда, кому и что доказала в итоге, неясно.

Тяжелый вздох.

Сдаваться раньше времени нельзя, шепнули зачатки разума. Настена сглотнула, подняла голову и решила, будет биться, кусаться, если придется. Но просто так в руки этому человеку не дастся.

И в этот момент, будто сам Всевышний услышал ее волю. Потому что чья-то мужская горячая ладонь легла на талью, притягивая к себе. Послышался судорожный вздох, от которого по коже у Насти побежали мурашки. Знакомый аромат парфюма. Можно было и не поворачиваться. Ответ лежал на поверхности. И от этого сердце пропустило удар, сильный, волнующий, безумный, и в какой-то степени дышать стало легче.

— Что у тебя с телефоном? — Прошептал знакомый голос.

— Прости, Ярик, — кое-как выдавила из себя Настена. Страх все еще держал, но уже не так сильно. — Видимо что-то со звуком.

— Какие-то проблемы, ребят? — ледяным тоном произнес Ветров. Уверенности в нем было хоть отбавляй. Казалось, что парни играют в «гляделки», а в их глазах полыхают молнии.

— Привет, народ, — послышался еще одни знакомый голос. Тема подошел, уселся рядом с Юлькой, а потом и вовсе приобнял. Комарова не стала сопротивляться, чуть придвинулась и даже больше — чмокнула Иванова в щечку.

— Понятно, пошли, Мих, — выдохнул в итоге Вадим. Еще раз скользнул по Насте, а затем развернулся и направился прочь.

Состояние было крайне тяжелым, если не отвратительным. Тело немного трясло, и Настена бы упала на пол, если бы Ярослав не держал ее так жестко, и в то же время так нежно.

— Сядем? — шепнул он на ушко. Кожу от его дыхания, словно обожгло. Водички бы, да по холодней.

— Сядем, — кивнула Настя.

Уселись напротив Юльки с Темой. Оба напряжены, и оба почему-то отвернулись друг от друга. Настена просто стеснялась, а почему Ветров смотрел в другое направление, ответа не было.

Иванов первый заговорил, начал какой-то анекдот рассказывать, потом вообще опомнился, что не представился. Комарова рядом с ним прямо-таки расцвела. Улыбалась, глазками хлопала. Явно уже и забыла про своего ненаглядного, ради которого и устроила весь этот спектакль.

Композиции в зале сменялись, а потом неожиданно заиграла песня со словами. Хит далекого двух тысячи десятого. Ремикс, но очень даже танцевальный.

— Насть! — воскликнула Юлька. — Ты же фанатела от этой песни, — кивнула она головой, явно на что-то намекая. Они сидели уже минут пять за столом, однако атмосфера до сих пор оставляла желать лучшего.

— Что? — одними губами спросила Настена, не особо понимая, о чем речь. Нет, этот трек она слышала, да только не был он любимым.

— Говорю, ты же любишь эту песню! — продолжала Комарова, стреляя глазками. — Хотела же под нее потанцевать. Такой шанс! — на последнем слове Юлька сделала особый акцент.

— Танцевать? — все еще не понимала Настя.

— Да, — сквозь зубы прошипела Комарова, явно раздражаясь.

— А! — Настена сидела у самого выхода, уж как-то так получилось, что Ярик сел первым. Поэтому сейчас она могла просто встать и идти на танцпол. Правда, было не особо ясно, зачем Юлька хочет ее спровадить. — Точно, я же хотела под нее потанцевать.

— Идешь?

— Иду, да. Одна? — то ли спросила, то утвердительно произнесла Настя.

— А мы посмотрим.

Делать было нечего. И план подруги, казался, странным. Однако если Ярослав здесь, значит Юлькины махинации работают. И уж сидя за столом, вряд ли Настена сможет показать ему себя во всей красе. А ведь она и танцевать умела. Не зря же ходила на индивидуальные занятия по пластике два года назад.

Сцена от их стола находилась недалеко, и вообще людей там пока было мало: человек пять. Да и композиция не походила на обычные дрыгания телом. Скорее для чего-то плавного и манящего.

Настя старалась идти уверенно, с идеальной осанкой. Платье иногда поднималось, но ничего, решила она про себя. Освещения почти нет, если чуть приоткроются бедра, нестрашно. Хотя лучше все же следить за этим.

В центре Настена остановилась. В голове она как-то иначе себе представляла этот момент. Но в реальности, начать двигаться было сложно. Вроде и никто не смотрит, а вроде это не то же самое, как, скажем, стоять перед зеркалом в пустом зале. Тем более если знаешь, что за соседним столиком сидит парень твоей мечты.

К счастью, рядом танцевала худенькая брюнетка. Она заприметила скованность Насти, и почему-то решила подойти.

— Отдайся музыке, красотка, — улыбнулась незнакомка, проводя рукой от плеча, вниз до кончиков пальцев. Она качала головой в такт, и двигала плавно бедрами.

— Попробую, — ответила Настена одними губами. Закрыла глаза, как учила наставница. Музыку нужно уметь слышать, в ней нужно растворяться.

Вот она — личная сцена. Никого нет рядом, никто не смотрит. Есть только двое — Настя и голос певца, от которого мороз проходит по коже. Это будет всего лишь легкая импровизация. Все получится. Нужно верить в себя, и перестать стесняться собственного тела.

Настя взмахнула рукой, и слегка коснулась ей макушки головы, проводя пальчиками вдоль волос. Легкие наклоны, изгибы корпусом, неспешные плавные движения. Такие же легкие, как и мотив музыки.

И только когда в воздухе вспыхнули слова припева, Настена запрокинула голову к потолку, расправив кисти в стороны. Мелодия напоминала лето, яркое пушистое поле, и разноцветных бабочек. С каждым словом, звуки становились более ритмичными, и движения Насти шаг за шагом, жест за жестом, принимали кокетливые игры. Она и не поняла, как оказалась одна в самом центре, как вокруг нее появились новые люди. Просто хотелось раствориться в музыке.

Настена улыбалась. Впервые она позволила себе подобную открытость.

Когда Ярослав с Темой вошли в «Апгрейд», всплыла первая осознанная мысль — а где искать Настю. Мало того, что темно, так еще и люди кругом. Куда смотреть, в чью сторону включать радары. Благо Иванов оказался глазастым. Сразу заприметил столик, рядом с которым стояла Калашникова.

Правда, наличие парня там совсем не понравилось Ярику. Какого черта, она смотрит на него, какого он смотрит на нее. Нет, не смотрит, пожирает глазами. Мысленно, наверное, этот чувак уже ее трахнул. И почему, в конце концов, Настя не уходит.

В какой-то момент Ветров так разозлился на скромную отличницу, что готов был уйти. Зачем вообще притащился сюда через весь город. У нее вон все прекрасно. И платье короткое, и волосы распущенные, и сапоги — образ для клуба крайне удачный. Уже и на крючок подхватила готовую рыбу. Видимо Тема был прав.

И Ярик бы ушел, да только вдруг Калашникова голову опустила, сжала тонкими пальчиками края ткани. Сразу стало понятно — нервничает. Не уходит, не потому что не хочет, а потому не может. А он, Ярослав, дурак подумал о ней всякие гадости.

В итоге сорвался с места, а когда оказался рядом, рука сама неосознанно скользнула на талию девчонки. Прижал к себе, и был готов, кажется, все простить. Лишь бы прямо сейчас они ушли из этого гадюшника.

Но уходить не спешили. А тут еще и подруга Насти про песню заговорила. В зале две калеки танцуют, остальные тупо вливают в себя пойло и трахаются в туалетных комнатах. Однако Калашникову это не остановило. Она встала и направилась к танцполу.

Смотреть ей в след, пожалуй, было еще хуже, чем ехать сюда. Там хотя бы он просто волновался, догадки строил. Сейчас же чувство безысходности накрыло. Опять та самая проклятая «глупость» начала проедать нервные клетки. Шептала, идти за ней. Показать всем и девчонке, в том числе, что есть он и смотреть надо только на него. Откуда, правда, это бралось, неясно.

Настя сначала просто стояла, а потом начала медленно двигаться. Движения ее из неуверенных и робких, превращались в плавные, манящие и дико сексуальные. Каждый жест, каждый наклон так и кричал — вот она я, смотри на меня. И Ярик смотрел. Глаз оторвать не мог.

Еще пару часов назад он настойчиво пытался перестать думать о Калашниковой, а сейчас сил не было. Как не думать, если нутро изнывает от желания подойти ближе.

Когда басы стали громче, а ритм музыкальной композиции ускорился, вокруг Насти начал собираться народ. И какой-то парень просто нагло привстал за девушкой, стараясь подстроиться под ее движения. ПОшло, дерзко.

— Яр, — подал голос Тема. — Это же и твоя любимая песня.

— Да? А что тогда сидишь? — усмехнулась Юля.

Ветров сам не понял, но его будто током ударило. Моментально вскочил и едва не побежал в центр зала. Злость откуда-то взялась. Какого черта Калашникова делает. Какого привлекает всех этих придурков. Мало ей одного что ли было. Еще решила собрать общественность.

Накрутил себя знатно. Думал, подойдет к ней, схватит за руку и силой утащит из клуба. А еще оденет поверх этого супер открытого платья свою толстовку. Хватит всем вокруг демонстрировать фигуру.

Однако в реальности получилось иначе.

Когда Ветров оказался напротив Насти, она открыла глаза. Улыбнулась ему и мир сменил ориентиры. Он и забыл, что сзади какой-то урод в танце демонстрирует откровенно пошлые намеки. Просто смотрел на девушку, которая еще вчера ходила с бубоном на голове. И, положа руку на сердце, выглядела она тогда ничуть не хуже, чем сейчас. А то и лучше. Да, платье, макияж и волосы создавали вокруг нее энергетику сексуальности. Но Ярику по душе была ближе все же робкая и скромная Настя.

Ветров подошел, посмотрел в ее, карамельного отлива, глаза. Они так и манили. Руки сами потянулись на талию к девчонке. Да только не успел он коснуться, как незнакомец сзади оттолкнул Калашникову и с размаху врезал Ярославу. Удар пришелся по губе. Сбил с толку. Вернул в реальность.

— Ярик! — закричала Калашникова.

— Эй, красавица, — обратился боец к Насте. Схватил резко ее за руку, но тут и Ветров оправился. Подлетел, как безумный вихрь. Чудом Калашникова успела вырваться и сделать шаг назад.

Ярослав с ноги врезал в живот парню. Кто-то из его друзей, тут же подбежал. Пытались схватить, успокоить. Но в этом уже не было особого смысла. Потому что адреналин, приправленный яростью, всегда брал вверх над Яриком. В этом случае у него просто сносило крышу. Заглушало боль, ломало напрочь барьеры и сопротивления.

Урод, который ударил первым, поднялся на ноги и кинулся в бой. Замахнулся, но снова мимо. Ярослав был шустрей, да и за спиной ни одна драка во дворах, за школой. Такие простые движения он мог вполне предсказать.

— Я тебя сейчас, — вопил не своим голосом горячо обиженный.

— Ну давай, иди сюда, танцор-диско, — отвечал с усмешкой Ветров.

Парень опять взвел руку в воздух, но не успел даже нанести удар. Потому что получил под дых, и моментально согнулся по полам.

Какой-то его друг подбежал, пытался ухватиться за толстовку Ярослава, но тоже получил по морде. А затем это буйство закончили охранники. Появились с дубинками, скрутили всех буянивших ребят и выволокли на улицу.

— Яр! — закричал Иванов, когда все уже стояли под открытым ноябрьским небом. Останавливаться Ветров не планировал. Один против трех, фигня какая. Не первый раз.

— Ярик! — а вот голос Насти заставил все же остановиться. Она стояла в этом своем откровенным платье, хотя на улице такой ветер. И красивые глаза ее, больше не переливались, магией свободны. Сейчас в них не было ничего, кроме страха.

— Я такси вызываю, — сообщила Юля.

— Куртку надень, — сухо отозвался Ярослав, переводя взгляд с невинного ангела, на урода, который посмел ее коснуться. Парень поднялся, но больше не петушился. Молча отряхнулся. К нему выскочила какая-то баба, начала орать трехэтажным матом. Хотелось заткнуть уши, а лучше поскорей свалить из этого гадюшника.

Такси подъехало минуты через две. Пока ждали, Ветров старался не смотреть на Настю. Злился то ли на себя, то ли на нее. И успокоиться никак не мог. Хотя вон уже и пар, можно сказать, выпустил. Но почему-то до сих пор внутри все кипело.