Глава первая. ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ


Марти, еще раз выглянув в окно, дрожащей рукой откинула со вспотевшего лба прядь выбившихся волос. Почему она так дрожит? Может, дело в том, что она много часов подряд просидела в повозке, которая как будто совершенно не двигалась? Илиме она разволновалась из-за того, что вскоре вновь окажется дома? Марти с трудом расслабила руки и уняла душевное беспокойство.

Кларк, наверное, заметил, что она тихонько ерзает на месте. Он увлеченно разговаривал с другим пассажиром о том, как сильно они нуждаются в дожде, но взял Марти за руку, и она, ощутив силу его пальцев, поняла невысказанные слова, убеждавшие ее в том, что он понимает, как она устала как ей не терпится очутиться дома. Марти в ответ пожала его руку, чтобы убедить мужа: она прекрасно себя чувствует, несмотря на всепоглощающее желание закончить путешествие. Кларк спокойно улыбнулся ей и опять повернулся к соседу. Марти в сотый раз нагнулась к крошечному окошку дилижанса, чтобы лучше видеть то, что за ним открывалось.

Она узнавала окрестности, видела межи, но это зрелище лишь расстраивало ее, потому что они двигались очень медленно. Ах, как она мечтала быстрее оказаться дома и посмотреть на любимых детей, которых не видела долгие месяцы!

Она сильно устала, но от жгучего нетерпения сидела на самом краешке скамьи, и каждый ее нерв и мускул вибрировал от концентрированной энергии. Домой! Я хочу приехать домой! Она цеплялась за ручку кресла, когда кучер направлял повозку по ухабистой дороге.

Кларк оторвался от разговора с джентльменом в черном костюме и еще раз понимающе ей улыбнулся.

– Уже недолго осталось, – ободрил он, выглядывая в окно через ее плечо, – участок Андерсона прямо перед нами.

Марти знала, что он прав. И все-таки, сказала она себе,пройдет еще целая вечность, прежде чем дилижанс остановится. Сумеет ли она держать себя в руках последние бесконечные мили? Силясь справиться с волнением, она постаралась сосредоточиться на том, что ждало ее впереди. Кто будет их встречать? Может, первенец Клэр поведет за собой семью? А Кейт придет? Или их поджидает Арни? А Люк, младший сын, на месте?

Марти задумалась о доме. Наверное, он покажется ей незнакомым, когда она войдет в дверь. Возможно, у нее возникнет чувство, будто она вторглась в чужое пристанище,и все-таки она будет сознавать, что является здесь полноправной хозяйкой. Элли, скорее всего, приготовила ужин и, беспокоясь о том, что еда слишком долго простоит на большой удобной плите, у задней стенки которой выстроились тарелки, нетерпеливо ждет дилижанс. Они опаздывают уже на целый час.

Марти вспоминала о ферме, саде, цыплятах, жмущихся к наседке, роднике, лесе. Ей хотелось снова их увидеть: «Ну вот, я, взрослая женщина, а веду себя, как малыш Люки,ожидавший, когда из яйца вылупится птенец».

Она вытянула ноги, надеясь прогнать усталость от долгой поездки. Взглянув на ногу Кларка в ботинке, которая твердо упиралась в пол, Марти подумала, что его длинную конечность стиснуло еще больше, чем ее коротенькие ножки. Она не хотела смотреть на другой бок, где находилась пустая штанина, прикрепленная булавкой: «Во всяком случае, этой богемного места не нужно...» Кларк пытался показать ей, что настоит горевать о его увечье. «Но, наверное, после того, как она долгое время была обездвижена, ее тоже саднит», –рассудила Марти и задумалась о том, страдает ли Кларк отболи в отрезанной конечности.

Видимо, Кларк заметил ее взгляд и прочитал немой вопрос.

Он поменял позу и заговорил с ней.

– Она довольно хорошо переносит ухабы, – сказал он,похлопывая себя по ляжке. – Хотя ей так же, как всему телу,было бы приятнее, если бы они быстрее закончились. Кажется, мы просидели здесь целую вечность.

Марти кивнула и попыталась улыбнуться, несмотря на то что в дилижансе было жарко и пыльно и она мечтала вдохнуть свежий чистый воздух. Она бы предпочла проехать последние несколько миль в старой фермерской повозке.

Она опять наклонилась, чтобы взглянуть в окно, и увидела, что они проделали большой путь. Прямо перед ними лежал последний поворот дороги перед въездом в местечко,которое они называли наш городок. Ее пронизала дрожь волнения – о, она опять дома! Во время долгого путешествия в поезде и в дилижансе она поняла, как сильно скучала по дому и по своим домашним!

Марти вновь задумалась о Мисси и Вилли, Натане и Джосайе. Как здорово они проводили время вместе! Она узнала и полюбила Запад благодаря ранчо Вилли и людям, которые там работали.

Интересно, как поживает Куки? Придерживается ли он новоприобретенной веры? Она вспоминала Вана и испеченный им пирог – он подарил его в последнюю минуту, когда они собирались в путь. А еще Скотти, добрый, терпеливый человек, который нуждался в том, чтобы принять в свою жизнь Бога. Она думала о ершистом Смите и надеялась, что ее уверенность в том, что он немного смягчился, вовсе не пустые мечты. Возможно, в один прекрасный день он решится прийти на службу в новой церкви.

Эти мысли вызвали множество воспоминаний о людях, с которыми она молилась и которых полюбила как своих соседей и друзей. Удается ли Генри вести за собой паству, изучая с прихожанами Библию? По-прежнему ли приезжают в церковь Крофты? Сумели ли они примириться с потерей,чего отчаянно желала миссис Крофт? А Хуан и Мария?

Вдруг кучер прикрикнул на лошадей, и карета, подняв облачко пыли, мягко остановилась. От радостного ожидания у нее все внутри перевернулось. Голова закружилась.

Кларк поддержал ее, когда она поднималась на ноги. «Кто из домашних на месте? Сколько времени пройдет, прежде чем мы увидим всех остальных? А что если они не получили известия о приезде и никто не придет нас встречать?

Как я выдержу еще несколько часов, прежде чем мы найдем способ добраться домой?» – ей не терпелось найти ответы на свои вопросы. Осмелится ли она выглянуть за дверь кареты?

Марти на секунду закрыла глаза и подкрепила себя короткой молитвой. Нежное прикосновение Кларка успокаивало ее. Она глубоко вдохнула и подождала, пока муж спустится вниз, чтобы помочь ей выбраться из кареты, которая наконец-то остановилась. Ей казалось: она все еще движется и тихонько покачивается в такт колесам. Марти оперлась на протянутую руку Кларка и спустилась вниз, стараясь двигаться изящно и спокойно.

И тут же воздух вокруг нее наполнился криками. Суетливые и радостные домашние их окружили. Марти, плача и смеясь, обнимала то одного, то другого. Пришли все: Клэр с Кейт,Арни, Элли и Люк, Джош и Нандри с детьми. Только Джо и Клэ не было – они по-прежнему жили на Востоке, так же как маленькая Эстер Сью. Джо заканчивал учебу в тамошней семинарии.

Марти стала обнимать родных и повернулась, чтобы проделать это еще раз. Утирая слезы радости, она отступила назад, поражаясь тому, как выросли внуки, какой хорошенькойи взрослой выглядит Элли. Люк больше не похож на мальчика, а старшие сыновья кажутся такими высокими и мужественными! Они изменились, ее дети. Прошел всего один год –правда, такой длинный! – а они так сильно изменились. Джошпожимал руку Кларку и говорил о том, как его не хватало.

Марти видела, как дети беспокойно взглядывают на пустую штанину Кларка, и понимала, что это сложный, драматичный момент для ее семьи. Кларк успокоил всех, когда, уверенно маневрируя костылем, поднял чемодан:

– Помните, как мы отсюда уезжали? Вещей была такая огромная куча, что я сомневался, смогут ли бедные лошадкивсе дотащить. Что ж, мы привезли обратно намного меньше,чем увозили.

Он усмехнулся и похлопал по ампутированной ноге:

– Даже я стал немного легче, собираясь в обратный путь, –пошутил он.

Родные немного посмеялись, и напряжение спало. Мужчины стали перетаскивать вещи, и вскоре все они оказались в повозке.

Марти опять повернулась к девочкам:

– Ох, как хорошо быть дома! Мы так долго путешествовали, и мне так много нужно вам рассказать. Я просто лопаюсь от нетерпения! – Она обратилась к Элли: – Я думала, ты дома и беспокоишься о том, что дилижанс опаздывает. Ведь ужин будет испорчен.

– Мы собрались вместе и решили, что сегодня особенный день, – с улыбкой сказала Элли (Марти глядела на милое личико дочери, и ее сердце переполнялось радостью). – Мы знали, что вы устанете после долгой дороги, и подумали, чтовам не помешает небольшой перерыв, прежде чем опять залезть в повозку и отправиться домой. Кроме того, нам ужасно хочется вас послушать, и потому мы решили, что встретим вас в городе и поужинаем в гостинице.

Марти удивилась, но, по здравому размышлению, одобрила их идею. Будет здорово вытянуть ноги и насладиться ужином в семейном кругу! Это лишь ненадолго отсрочит встречу с домом и знакомой обстановкой.

Марти повернулась, чтобы поговорить с Нандри, но молодая женщина стояла, словно громом пораженная, и глядела нато, как мужчины подходят к повозке. Взрослые сыновья соревновались в том, чтобы занять место поближе к отцу; все говорили и смеялись одновременно. Было ясно, что они радуются его возвращению. Муж Нандри, Джош, шел рядом сними и нес на руках младшую дочь Джейн. Эндрю болтал вместе с другими мужчинами, высоко поднимая в воздух дорогую сердцу Марти шляпную коробку. Но Нандри смотрела только на Кларка, и Марти видела на ее лице глубокую боль. Она хотела убедить Нандри, что все в порядке, что культя больше не вызывает у Кларка никакого неудобства, что он по-прежнему делает все то, что делал раньше... ну, почти все.

Он легко приноровился и даже возблагодарил Бога за перемену в их жизни, ведь благодаря трагедии произошло многохорошего. Но не успела Марти подойти к старшей дочери,которую любила, словно родную, как Нандри отошла в сторону с выражением глубокой печали на обеспокоенном лице.

«Это шок, – подумала Марти, – страшный шок. Ей нужно время, чтобы привыкнуть и приспособиться к перемене.

Мне самой сначала было тяжело».

– Мам, а как па себя чувствует? – раздался голосок Элли. – Я понимаю, он кажется... ну, таким же, как раньше.

Но так ли это на самом деле? Не... не беспокоит ли его нога?

– Твой папа чувствует себя прекрасно... просто прекрасно. – Марти надеялась, что Нандри, которая стояла молча,повернувшись к ним спиной, слышит ее. – Всем было сложно. И тебе тоже... Я знаю. Особенно сначала. Но твой отец редко сокрушается о том, что недостижимо. Он здоровый мужчина. Он не станет расстраиваться из-за такого пустяка,как отрезанная нога. Вот увидишь...

И вдруг Элли заплакала. Хрупкая фигурка сотрясалась от тихих всхлипываний, а большие слезы без остановки текли по ее лицу.

Марти быстро подошла к ней и прижала к себе, поглаживая по спине и тихонько покачиваясь, пока Элли не успокоилась.

– Все хорошо, – шептала Марти. – Я сама много плакала. А теперь все в порядке.

Элли вытерла глаза носовым платком:

– Ох, мама, – извиняющимся тоном произнесла она, –я думала, с этим покончено. Я пообещала себе... но когда яего увидела... когда поняла, что это правда, я...

Марти притянула ее к себе:

– Все хорошо, – снова успокоила она. – Хотя мне сложно подсчитать, сколько раз мы с Мисси рыдали вместе.

Элли высморкалась, Кейт последовала ее примеру. Марти и не заметила, что молодая жена Клэра тоже плакала. Она подошла к невестке и обняла ее. Кейт прижалась к ней, несомненно ощущая любовь и силу, которой стремилась поделиться с ней свекровь.

Затем Марти повернулась к Нандри. Обнимая молодую женщину, она почувствовала, что та напряглась всем телом.

Она не плакала. Нандри обняла ее в ответ, но Марти показалось, что внутренне она отстранилась от нее. Ей хотелось сказать: «Ну же, поплачь! Так будет легче, и никто тебя за этоне осудит». Но Нандри высвободилась из объятий. Ее глаза были сухими. Она молчала.

Вернулись мужчины. Элли и Кейт еще раз вытерли глазаи повернулись к ним.

По пути в обеденный зал гостиницы они весело болтали.

Марти вспоминала то далекое утро, когда они собрались вместе, чтобы попрощаться. Тогда тоже было шумно. Более того,чтобы приструнить родных, Кларку пришлось попросить их замолчать. Стоило Марти подумать об этом, как Кларк повернулся к оживленной толпе и поднял руку.

– Постойте! – громко сказал он. – По-моему, пора навести порядок.

Тина, которая, казалось, за время их отсутствия выросла на несколько дюймов, ответила так же, как и год назад:

– Ох, дедушка...

Кларк закончил за нее:

– Я знаю... знаю. Как можно навести порядок в этой неразберихе?

Он дернул ее за тонкий хвостик, и они оба рассмеялись.

Тина потянулась к нему, чтобы ее заключили в объятия, которые, как она знала, не заставят себя ждать. Марти тожерассмеялась; этот короткий сдавленный смешок выражал и боль, и радость. «Вот видите, – безмолвно обращалась онак родным, – ничего не изменилось, ну, почти ничего, во всяком случае, из того, что по настоящему важно». Но, наверное, они все без слов поняли, что она хочет сказать,поскольку Марти заметила, как изменились выражения ихлиц – горе, затем смирение и наконец облегчение.

Отец такой же, как раньше. Большой мужчина, которого они знали и любили, был все тем же. Несчастный случай не изменил его характера. Он по-прежнему хозяин в доме. Возможно, он не в состоянии предугадать несчастный случай, ноон умеет держать себя в руках. Он не позволит, чтобы ампутированная нога изменила его личность, изменила человека,которым он стал. К счастью, он по-прежнему управляет своей жизнью. Впрочем, это неверно. Кларк никогда не утверждал этого. Это его секрет.

Человек, который стоял перед ними, человек, которого они имели счастье называть отцом, любили, уважали и которому еще в детстве научились повиноваться, всегда говорил, что главный секрет и истинный смысл жизни состоит в том, чтобы не стараться управлять ею. Обрести покой можно только в том случае, если вручить себя в руки всемогущего Отца.

И никто из членов маленького кружка не сомневался в том,что Он по-прежнему полновластно и мудро правит миром.

Только Нандри, которая стояла чуть поодаль, отводя взгляд от пустой штанины, казалось, не имела вовсе никаких сомнений. Марти видела выражение ее лица и понимала, что Нандри не в состоянии примириться с ситуацией.

Она мысленно помолилась о дочери, которая всегда была замкнутой и склонной к одиночеству. Нандри привыкнет кновому положению вещей, но, наверное, она не может сделать это прямо сейчас.

Когда они подошли к гостинице, Мартии Кларка со всех сторон окружили внуки –они хотели сидеть к ним как можно ближе.

Только Джейн, которой было всего несколько месяцев, когда Марти и Кларк уезжали на Запад, не помнила их и жалась к отцу,внимательно наблюдая большими голубыми глазами за двумя незнакомцами. Марти очень хотелось прижать ее к себе, но она сдерживалась, чтобы у малышки было время освоиться. Впереди много дней, в которые она будет обнимать и ласкать ее.

Загрузка...