Венни. В клетке со Зверем

Глава 23 Кристина

Папа…

— Где он?

— В центральной больнице. Врачи борются за…

Бросаю трубку, бегу к шкафу, вываливаю вещи. Сердце стучит, пульс зашкаливает. Папа…

Боже мой!

Натягиваю джинсы, просторную майку, собираю волосы в конский хвост. Быстро крашусь. Всё-таки привычка — вторая натура. Выйти из дома растрепанной даже по такому случаю не могу себе позволить.

Впрыгиваю в кеды.

Вызываю такси и через полчаса уже бегу по больничному коридору. Папа!

Сбиваю пару медсестер, слепо извиняюсь, несусь дальше. Мы же только друг друга понимать начали!

Но в палату меня не пускают. Медсестра сурово преграждает путь. Невозмутимая тетка не слушает никакие аргументы. Для нее что Венина, что Пупкина, все родственники пациентов.

В итоге опустошенно опускаюсь на стул рядом с папиной палатой. Дрожу, пытаясь успокоиться. Я беременна, нельзя об этом забывать. Достаю мобильный, набираю Марка. Потом сбрасываю.

Нет смысла сейчас его беспокоить. Он вернется, тогда и поговорим.

— Кристина Андреевна? — передо мной вырастает высоченный мужик средних лет.

С легкой сединой, в круглых очках. Этакий Гарри Поттер в возрасте. Издаю нервный смешок. Видимо, моя психика включила защитные механизмы, чтобы окончательно не сломаться.

— Что с моим отцом?! — сразу набрасываюсь, пытаясь за злостью скрыть отчаяние, — почему меня не пускают?!

— Инфаркт, — коротко говорит врач, — ваш отец пока в коме. Посещения запретил лично я.

— С какого хрена, позвольте спросить?!

Его пышные брови взлетают вверх.

— С такого, что ему нужен покой. Мы обеспечили Андрею Васильевичу максимальный комфорт и спокойствие.

— Что случилось? Почему вдруг инфаркт? Папа регулярно проверял здоровье! — засыпаю его вопросами.

— Что-то потрясло его. Так сильно, что сердце не выдержало. Что именно — я не знаю. Его привезли в очень плохом состоянии.

— Папа…

И тут меня осеняет.

— А кто его привез?

— Как кто? Жена.

— Жанна?

— Да.

Тут меня осеняет.

— Это она… она довела его! — восклицаю.

— Я бы не стал…

— ТОЧНО ОНА!

Все быстро встаёт на свои места. Мне нужно поговорить с отцом! Что она ему сказала?

— Кристина Андреевна, — мужчина с тревогой глядит на меня, — успокойтесь, пожалуйста.

— А где она сейчас?

— Сказала, что поехала по делам компании. Ведь теперь всё упало на её плечи.

На её плечи?! Так это и было её планом! Довести отца, пока они еще женаты. И если с ним что случится, а развод не оформлен… она получает половину его имущества!

Боже!

Как я сразу не поняла?! Хочется рвать на голове волосы. Не я была её целью, а папа! Жанне не удалось меня устранить. Она взялась за отца.

Но что такое она ему рассказала, чем довела великого Венина аж до инфаркта?

Призналась в измене? Не думаю. Отец бы точно не отреагировал так. Тогда что? Думай, Крис, думай!

Врач уходит, а я полностью поглощена собственными мыслями. Мы все облажались. И если вдруг папа не выкарабкается…

От этой мысли грудь сводит болезненным спазмом.

— Он справится! Это же папа! — шепчу, — он просто не может сдаться. Не сейчас, когда я жду его внука.

Набираю Марка. Поскольку лишь его голос может вернуть мне веру в себя. Зверь долго не отвечает. Затем сбрасывает.

Наверняка еще в самолете.

Блин!

Время словно замирает. Хоть часы и тикают. В голове всё громче звучит писк приборов. Мимо туда-сюда снуют врачи. А я сижу. И понимаю, как сильно люблю отца.

Все мои былые поступки вдруг кажутся детскими, глупыми. Нужно было остаться и поговорить с папой. За этот год он настрадался. А ОНА была рядом. Эта змеюка пила его кровь.

— Какая же я идиотка, — всхлипываю.

— Не плачьте, — врач плюхается рядом, устало массирует виски, — мы сделали, что могли. Теперь ваш отец должен сам захотеть жить.

Кладу руки на живот.

— У него есть причина…

— Тогда всё будет хорошо.

— Я хочу его увидеть.

— Давайте так. Вы поедете домой сейчас, отдохнете и поспите. А потом я наберу, и мы организуем свидание, хорошо?

Этот врач кажется добрым человеком. Хотя папу всю жизнь лечил другой. Но пожилой мужчина скончался и, видимо, отца передали этому вот.

— А зовут вас, — тихо спрашиваю.

— Артур.

— Ладно. Я поехала.

Время близится к обеду, но домой мне не хочется. Я пару раз еще набираю Марка, но теперь абонент не абонент. И тут в голове рождается идея…

— На центральное кладбище, пожалуйста, — говорю таксисту.

Я так давно не навещала её…

На входе покупаю красивые цветы и иду на могилу к матери. Не знаю почему, но именно это кажется мне правильным. Папа борется за жизнь. Марк подвергает себя опасности. А я только и могу, что рыдать.

— Привет, мамуль, — захожу на чистую могилку.

Здесь убрано, приятно. Лежит свежий букет белых роз, её любимых цветов. Видимо, папа всегда находил время приехать.

— Вот и я… твоя непутевая дочурка, — присаживаюсь на скамеечку, гляжу на фотографию красивой женщины.

Папа всегда говорил, что я внешностью пошла в неё. Она такая безмятежная на этой фотографии!

— Прости, что не приезжала так долго. Я, кстати, теперь с Марком и жду малыша. Тебе этот дикарь всегда очень нравился…

Я тихо рассказываю маме обо всем, что случилось. И вопреки печали, мне становится легче. Моей вины нет. Папа справится, я верю! И мы все будем счастливы!

— Спасибо, — кладу ладонь на надгробие, затем выхожу.

И тут звонит врач, сообщив, что отцу стало лучше.

— Андрей Васильевич пришел в себя. Но сейчас он спит. Можете приехать ненадолго.

— Спасибо! — выпаливаю, вызываю такси и несусь в больницу.

Как и утром, бегу к палате, но теперь на душе куда легче. Папа жив! Вбегаю к нему. Вечно суровый бизнесмен Венин весь бледный, осунувшийся. Но живой! Накрываю его руку своей. Грудь отца тихо вздымается.

Тут раздается звонок на телефон.

— Да?

— Милая! — голос Марка встревожен, — где ты?

— У папы… у него случился инфаркт.

— Блядь… уходи оттуда!

— Что?

— БЫСТРО УХОДИ!

Затем слышится возня и звонок прерывается. А следом открывается дверь палаты. Входят три здоровых мужика. Охранники отца.

— Кристина Андреевна?

— Что? — хмурюсь.

— Вы едете с нами.

— Я никуда не поеду! — заявляю, сжав руки в кулаки.

— Жанна Аркадьевна ждет дома, — рычит громила.

— А ты попробуй меня увези! — бросаюсь на него, выхватываю перцовый баллончик, обильно пшикаю в его глазенки.

Остальные бросаются на меня. Один падает на пол, второй сносит кресло.

— Ублюдки! — рычу, — предали отца ради этой вот швабры?

Выбегаю, мужики за мной. Ну честное слово! Как в дурацком боевике. Но инстинкты несут меня вперед. Никогда так быстро не бегала!

У больницы стоит одинокий таксист, влетаю в его машину.

За мной несутся охранники.

— Что такое?! — верещит водитель.

— Быстрее! — бью его по плечу.

— Девушка, — возмущенно тянет, — что вы себе…

— ДА ПОЕХАЛИ!

Он бьет по газам, охранники не успевают меня схватить. Набираю Марка. Руки трясутся. Что это было?

Боже! Папа! Они ему не навредят? Знают ли они, что отец уже очнулся?

Пытаюсь восстановить дыхание. Блин! Марк не берет…

Что же мне делать теперь?

Домой к нему нельзя, туда придут в первую очередь. Дрожащими руками набираю Дану.

— Крис? Привет! — тараторит она, — я слышала о твоем папе. Сочувствую!

— Спасибо. Слушай… у меня тут проблем полный воз, ты мне не поможешь?

— Конечно, приезжай!

Через час она уже отпаивает меня чаем. Подруга ничего не спрашивает, лишь гладит меня по спине. Блин, как круто, что Марк сейчас не в городе. А то вляпался бы вместе со мной.

— Пипец, конечно! — сокрушается Дана, когда я рассказываю ей о том, что произошло в последние дни.

— Не говори… немного напрягает, что Марк не звонит. Не очень хорошо наш звонок оборвался.

— Небось уже летит к тебе на крыльях любви.

— Не знаю… — тяну, — меня терзают смутные сомнения…

— Цитатами заговорила? — смеется она.

Улыбаюсь в ответ.

— Ты так не психуй, в твоём положении это вредно, — недовольно заявляет подруга, — дай своему мужику разобраться, а я пока тебя здесь спрячу. Будем объедаться, сериальчики смотреть. Ты как?

Киваю. Так, наверное, лучше. Мне не только о себе думать нужно.

— Но я беспокоюсь за Марка.

— Через пару часов ему набери и всё. Ответит твой дикарь.

— Спасибо тебе! — в порыве эмоций обнимаю подругу.

— Всё хорошо будет! Кстати, колечко, что надо. Дорогое! Бриллиант прям вах!

— Да, он не поскупился. И домик теперь у нас есть. Хочу стать его женой, — мечтательно мурчу.

— Завидую я тебе.

— О! А где твой Рустам? Ну-ка, показывай!

Подруга вдруг резко краснеет, отводит взгляд. Сзади хлопает дверь.

— Дана Николаевна, всё в порядке? — к нам заходит божество.

Нет, реально! Как бы я Марка не обожала, вынуждена признать, что новый охранник Даны это просто бомба. Высоченный, широкоплечий. Глаза почти черные. Волосы аккуратно уложены. А костюм как сидит!

Но от этого парня веет опасностью. Дана у меня девочка милая, скромная. Можно ли отдать её в лапы этого коршуна?

— Да уж… — нагло его осматриваю.

Встаю, обхожу. Он ухмыляется, при этом не сводя взгляда со своей хозяйки. А она, как мышка, глазки опустила, губки поджала. Между ними так искрит, что я чувствую себя лишней.

— Кхм! — он прокашливается.

— Слушай, Руст, — пищит Данка, — это Кристина Венина.

Он хмурится.

— Да. Пожалуйста, проверь охрану дома. Чтобы без моего ведома никого не впускали через ворота. И если даже ее мачеха, или охрана отца якобы попросит заехать, разворачивай. Всех, кроме Егора Михеева и Марка Венина.

— Хорошо.

— Спасибо.

Когда он уходит, я не могу сдержать ухмылку.

— Он ведь тебя уже трахнул?

Она краснеет. Молчит.

— ДАНА!

— Ну что? Случайно вышло… я на вечеринке вчера увидела Алиева, сосущегося с какой-то тёлкой, напилась. Руст меня забрал, а я была такая пьяная, что сама попросила его лишить меня невинности.

— Опа! И он согласился трахнуть пьяную девственницу?

— Ну… да. Я была очень убедительна, — еще гуще краснеет она, — хотела тебе рассказать, но так стыдно, ужас.

— Между вами пипец химия.

— Правда?

— Да.

Мы до вечера болтаем обо всякой ерунде. Но чем темнее за окном, тем мне тревожнее. Сердце стучит, душа не на месте. Милый, где же ты?!

Кто-то звонит Дане. Она отвечает, слушает. Испуганно смотрит на меня.

— Впустите его!

— Кто там? — спрашиваю, — ДАНА, НЕ ТОМИ!

— Егор приехал.

— Один?

— Да.

Охранник отца влетает в гостиную особняка Данки. Весь растрепанный, напряженный.

— Кристина Андреевна! — бросается ко мне, — вы в порядке?

— ДА! А где он? Где Марк?!

— Ох… беда с ним. И я не смог помочь. Он отправил меня к вам, защитить и сказать, чтобы вы не лезли в это дело.

— ДА ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?

— Включите телевизор. Новости.

Дана включает огромную плазму. Кликает по каналам, находит новостной.

… восемь девушек. Полиция не распространяется, какие методы воздействия применялись к потерпевшим, но на данный момент все они в безопасности. С жертвами работают психологи…

Также подозреваемый обвиняется в покушении на бизнесмена Андрея Венина и изнасиловании его дочери Кристины…

Марк Венин…

ЧТО…

Марк…

— Это ложь! ЭТО ВСЁ КЛЕВЕТА! — кричу, беспомощно наблюдая, как моего любимого, всего в крови и избитого запихивают в полицейскую машину.

— Знаю. Это была ловушка, — шепчет Егор, — всё дело сфабриковали. От и до. Откуда-то взяли видео, как он якобы насилует тебя в клубе, и кучу свидетелей. А еще впаяли похищение девушек «Авроры», якобы он взбесился из-за того, что ты там танцевала.

— Танцевала?! — офигевает Дана.

— Потом расскажу… — на меня накатывает опустошение, — это всё моя вина. Изнасилование… какого черта они говорят, что он это сделал?! Он никогда и пальцем меня не трогал! Какое видео?!

— Видимо, для этого им была нужна камера. Не чтобы следить. Они записывали и на основании полученного смонтировали это «изнасилование», — чеканит Егор, присаживается передо мной на колени, — мы вытащим его. Но сейчас вам нужно…

Громкая мелодия моего мобильного прерывает Егора. Отвечаю.

— Да?

Ледяной и самодовольный голос мачехи подтверждает все мои опасения.

— Ну что, мерзавка, новости смотрела? Теперь готова к диалогу?