RPG: Все еще десятник. Том 7

Глава 15

Мы шли вперёд. Шли и уничтожали. Шли и сражались. По правую руку систематически загорались всё новые и новые корабли противника, а наши плыли дальше, и теперь противник терпел обстрелы из осадных орудий, и не только камнями. Врагу было тяжело позавидовать, но и зависти сейчас не было, только ярость и злость на тех, кто вероломно похитил наше командование. И я даже не сомневался, что это они.

Сначала за десятки минут, даже сложно сказать, сколько именно десятков прошло, мы достигли исходных рубежей всем строем, где враг накинулся на передовые отряды. А потом ещё через несколько часов смогли достигнуть расширения, где заканчивались горы, и мы могли выйти на простор. Это стоило и нам, и противнику большой крови. Сотни и сотни погибших, причём очень многие сгинули в морской пучине, во славу Посейдона.

А дальше… враг буквально посыпался. У них не была готова толком оборона, только первые рубежи. Они явно готовились к наступлению, они явно рассчитывали на то, что похищение командования сыграет с нами злую шутку. Не сыграло. Разозлило ещё больше. Ибо мы — Спартанцы. И да… слух расползся очень быстро, и все понимали, что наших отцов-командиров жизненно необходимо возвращать. И каждый сражался с такой самоотдачей, что даже сам Арес бы им завидовал.

Поэтому мы и вышли за пределы гор, полностью вошли на территорию Аттики, были готовы к дальнейшему продвижению… но нам пришлось останавливаться и немного откатываться назад, готовить оборону. Тысячники, которые сейчас стали высшим командованием, не хотели оказаться в том же положении, что и противник. Для того чтобы успешно наступать, нужно иметь подготовленные к обороне тылы. Иначе можно сточить все силы и потом откатиться до самой столицы. А это… куда опаснее.

В любом случае первый рывок, с помощью которого мы отогнали противника, закончился за пределами Элевсина, вот только в сам полис мы не зашли во время преследования противника, обогнули его. И это тоже был опасный момент. По данным разведчиков, там всё ещё находился гарнизон противника, который мог ударить нас во фланг, отрезать передовые тысячи или Легионы от отстающих, а потом разбить часть сил двойным ударом.

Поэтому откат был как раз до этого города, который мы взяли в осаду и блокаду. Нам нужно было подготовиться, быть уверенными в том, что мы сможем нормально захватить этот столь важный для всех греков полис, не причинив ему особого ущерба. Этого не хотели и оставшиеся там афиняне, и их командиры.

— И они предлагают переговоры? — уточнил я, когда вечером всех «старших» созвали на совещание.

— Вообще да, — кивнул мой старый знакомый. — Они хотят выйти в направлении Афин, чтобы мы им не мешали. Но в тот момент, скорее всего, будет нанесён удар и по нам. По крайней мере так говорят разведчики.

— Они участвовали в атаке на нас, — ударил кулаком по деревянному столу незнакомый мне тысячник. — Там те войска противника, которые отступали из-под гор. Мои бойцы их согнали туда, когда их перенесли гарпии.

— А почему ваших бойцов? — нахмурился я, смотря на этого воина.

— Второй десантный Легион, — ударил он кулаком по груди. — Готовили к наступлению, тренировались. Вот только всё пошло прахом. И да, я Легионер. Благо, меня не было в палатке на момент… похищения.

— Герк, успокойся, ты буквально кипишь, — вздохнул Мелл. — И нам нужно сберечь силы, и противнику хочется этого же.

— Но у нас выигрышное положение! — возмутился уже другой тысячник.

— Но они хотят уничтожить практически весь город, чтобы нам не достался храм Деметры! — также возмущённо и ещё громче проговорил Мелл. — И я только не понимаю, почему они хотят разгневать богов, лишь бы нам не достался этот город.

Я примерную причину понимал, но пожал плечами. Убежище… слишком трепетный секрет, чтобы легко о нём говорить даже среди «высшего» командования нашей страны. В любом случае город нам нужен был. Но ни мы, ни они не хотели гневить богов. Это данность.

— Элевсинские мистерии из-за осады отложили, — зачем-то проговорил командир первого десантного Легиона, одежда которого была вся в крови, что разительно выделялось на фоне остальных командиров. — И да, Герк, почему я тебя не видел с твоими людьми?

— Ногу сломал во время приземления, — грустно усмехнулся он. — Если бы не прелестная жена нашего Советника, так бы и лежал сейчас среди бойцов.

И снова я пожал плечами. Раненых было много, когда мы с Никой в очередной раз на ноги поднимали бойцов, то просто не обращали внимания на то, кого лечили. Иногда даже в палатки не заходили, просто проходили рядом с ними, применяя магию. Но след на его ноге, который не пропал из-за одноразового использования самоисцеления на нём, подтверждал его слова. И магическое зрение показывало в нём остаточные следы магии. Так что его слова были правдивы.

— Не врёт, — положил я руку на плечо командира первого десантного. — Так что смени свой гнев на милость. А лучше вообще его направь на то, как уничтожить противника с малой кровью. Ибо большая кровь сегодня уже пролилась. Сколько твоих бойцов в итоге полегло?

— Спасибо Аресу и Нике, всего три с небольшим сотни убитых, остальные, благодаря вашему дару от Асклепия, уже вновь в строю, — ударил он кулаком по груди. — Но даже так… это был болезненный удар. Плюс потеря гарпий, которые нам помогали.

— Они, к слову, в следующей операции участвовать не будут, так как им нужно восстановиться, — посмотрел я на остальных. — И, скорее всего, ближайшие пару месяцев в принципе участвовать в войне не смогут по причине больших потерь.

Дальше пошли подобные доклады по потерям. У нас не было единого командира, так что совещание, а точнее, предоставляемая информация на нём была какой-то спонтанной. Но со временем необходимая база для планирования примерно через час была создана. Были понятны примерные потери, точные в данный момент подсчитывались, были понятны места, где ещё оставался противник, а где его ещё нет. Было уточнено местоположение всех Легионов и тысяч, которые входили в тот или иной Легион. Пришлось уже во время совещания отдавать первые приказы на перемещение, ибо часть тысяч, иногда сотен, была в отрыве от своих Легионов, а это… плохо, команды могли по пути к ним просто потеряться.

После того как стал понятен баланс сил, мы начали думать, что можно сделать с засевшим в городе гарнизоном. Месяцами торчать — не наш вариант. В Афинах, я был уверен, что именно там находятся наши союзники, которым требуется помощь, которых просто необходимо спасти. Когда мир узнает о том, что у нас похищен царь… вот тогда будет настоящая задница. Государство без царя — как тело без головы, ну или её части. Так что… нужен был дерзкий план нападения, но такой, чтобы враг просто не опомнился и не смог уничтожить храм Деметры. Это будет сильный удар как по самой богине, так и по всем верующим.

Но пока мы отложили этот момент, так как сейчас нужно было думать о другом — о защите. Противник в любой момент мог начать штурмовать нас, организовать контрудар. Он мог, мы не сомневались вообще. Поэтому разделили обязанности.

Легионы с первого по пятый занимали оборону «внешнего края», на подступах к Аспропиргосу. Враг там засел более чем основательно. Но самое противное, что между этим городом и Элевсином было не более трёх километров. Благо, все знали, что значит это.

— … поэтому между этими городами нужно создать устойчивую полосу обороны, — заканчивал по этому моменту Мелл. — Осадные орудия с той стороны располагать опасно, а вот различные укрепления — необходимо. Обстрелы и набеги будут систематическими. Возле Аспропиргоса больше наблюдательных пунктов, а внутри лагерей больше укрытий от обстрела. Возможно размещение скорпионов, чтобы уничтожать осадные орудия противников прицельным огнём. Астер… твои бойцы, скорее всего, понадобятся именно там.

— Ну, если будем нужны там, будем, значит, там, — пожал я плечами. — У нас два малых отряда, учти это. Можем разделиться сразу на две точки. Кстати, чья зона?

— Пятый легион, — приподнял руку Диадарх, командир второй тысячи, ибо командир первой тысячи погиб во время последней битвы. Он был вместе со своей тысячей во время битвы, из-за чего не смог прибыть на сбор заместителей… и погиб от случайной стрелы.

— Так, ясно, — кивнул я. — От гор до берега стоят с первого по пятый. А кто прикрывает дорогу, ведущую в Центральную Грецию?

И вот тут словно камень преткновения, просветление… и вновь начали менять планы. Количество Легионов в сторону Афин не поменяли, но у всех остальных легионов отняли по тысяче и направили на северные рубежи будущего фронта. Сами Полисы там были условно нейтральными, но посылали наёмников со своей земли на помощь Афинам. Ну и предоставляли в найм свои флотилии. И это… сказалось на нашем успехе в первые дни.

И вновь посыпались приказы, вновь начались перемещения. Но, благо, вроде как финальные. За трое суток мы должны были полностью подготовиться к возможным действиям со стороны противника и при возможности всё же захватить любыми способами Аспропиргос. Город важен, с его стороны противник может пробить коридор в Элевсин и сломать нам все планы.

Я по большей части задавал лишь уточняющие вопросы, думали те, кому положено было думать — временно исполняющие обязанности Легатов. Вот они уже через два часа после начала совещания выглядели как выжатые лимоны — уставшие, понурые. Усталость копилась, но не только они работали, это и помогало им стоять на ногах.

В конечном итоге я покинул совещание раньше времени, особенно когда началось уточнение различных аспектов по типу дежурств и так далее. Обязанности тысячников с них никто не снимал, так что такая головная боль у них оставалась. А мне же нужно было обрадовать своих да переместиться в сторону дорог между Аспропиргосом и Элевсином. Всего-то пешком пройти примерно километров семь. Пешочком при особом желании можно и за час управиться.

Мои подчинённые сидели буквально на мешках с вещами. Успели в какой-то момент сбегать до нашего прошлого жилища, видимо бегом, а потом вернуться сюда. Я на самом деле удивился их прыти и скорости, но потом вспомнил, что они такие же, как и я… поэтому удивляться, в принципе, было нечему. Ну сбегали и сбегали.

— Куда? — поднял усталый взгляд Палиас, который сегодня израсходовал очень много магической энергии, из-за чего устало и его тело.

— В сторону Аспропиргоса, — ответил спокойно я. — На самый опасный участок. Решили, что будет так же две группы: одна — со стороны внешней линии фронта, а другая — со стороны Элевсина.

— Дерьмо! — пнул клочок земли Алкид. — Вообще отдохнуть не дадут. Плох тот воин, что не может держать меч в своих руках.

— Полностью с тобой согласен, брат мой, — положил я руку на его плечо, подойдя к нему, — но когда у нас такая задница происходит… не до отдыха. Думаю, вы в курсе последних не самых радостных слухов.

— И это бесит ещё больше, — кивнул сын Ареса.

— Так что, ноги в руки и вперёд, — схватил я свою поклажу, после чего медленным шагом обозначил направление.

Спустя буквально минуту рядом со мной тихо и мерно вышагивали остальные. На лицах каждого не было, как бы это сумбурно и глупо ни звучало, лица. Тяжёлые думы поглотили каждого из нас, в груди засело переживание, а ведь нам нужна была твёрдая рука.

И, словно чувствуя это… девушки, не сговариваясь либо сговариваясь мысленно, запели. Какая-то простенькая песня про воина, который ушёл на войну и вернулся победителем. Простенькая, но с грустным мотивом. Ибо вернулся он в дом… пустующий. Его семья была уничтожена противником, которого он уже победил.

И, по сути, смысл её был в том, что мы должны сражаться ещё усерднее, чтобы вот такого не допускать. Чтобы Легионы не отступали, а шли вперёд, не забывали, для кого и ради кого они сражаются. Не за царя. Не за клочок земли. А именно за родных и близких. Ибо именно они в первую очередь погибнут. Поэтому нужно возвращаться или со щитом, или на щите. Победителем либо умершим, защищая свой дом до последнего, с честью и достоинством.

Укреплённый лагерь уже активно строился, когда мы прибыли к точке. Это, несомненно, радовало, но всё равно нужно было быть осторожными. По дороге, сколько мы ни встречали дозорных Спарты, всё равно попадались диверсанты из Афин. Они не переставали нам гадить, даже находясь в плачевном положении. Правда, с ними разобраться не было проблем вообще… но это время, а если и обычные бойцы, то и боевая мощь наших войск. Даже один воин порою важен, это понимали многие.

Для нас выделили небольшую палатку, разделённую на две части. Все понимали особенность нашего отряда, так что никто не задавал лишних вопросов. Вообще, к девушкам в войсках всегда было немного особое внимание, для них всегда всё было отдельным, по крайней мере того добился Александр, когда воссоздал амазонок.

Коек не было — циновки с перинами из ткани и шерсти. Как говорится, жить можно, и то хорошо. Но был небольшой столик, на котором нас ждал небольшой котелок с едой. Это радовало. Причём очень радовало. Нам по большей части было плевать, что есть, главное, чтобы это было съедобным. А с учётом местности, Ника на всякий случай активировала свой навык, который был ориентирован на яды… и он сожрал всю энергию.

— Опа… не падать! — поймал я её, ибо моментальное опустошение внутреннего моря, особенно когда этого не ожидаешь, всегда подкашивало. — Значит, нас убить хотели.

— Д… да, — кивнула она, когда я смог влить в неё немного магии, передав с потерями примерно половину от своего резерва. — Причём яд довольно сильный. Я от него не избавилась… вообще. Не хватает силы способности. Что очень и очень странно.

Пришлось сначала искать бойцов, которые ставили палатки, чтобы потом они сказали, кто заносил мебель, чтобы они потом указали нам на тех, кто принёс еду. Последние же сказали, что им просто вручили котелок и приказали отнести в палатку. Всё.

— И кто приказывал? — еле сдерживая нервозность и злость, спрашивал я у них, чувствуя в них настоящий страх.

— Десятник! — тут же доложил один из них.

— И где ваш десятник? — склонил я голову набок, улыбнувшись, вот только в улыбке явно ничего хорошего не было.

— В палатке, отдыхает после караула! — доложил уже другой.

— Ведите.

Ударив кулаками по груди, они развернулись на пятках и буквально полетели сквозь лагерь в сторону своей палатки. Правда, то, что я там увидел, было вполне ожидаемо. Их десятнику кто-то от уха до уха сделал новый разрез, правда, ниже рта… и не совсем совместимый с жизнью. Это удручало. А также навевало на мысль, что его прикончили, с помощью свитка скопировали внешность, а потом подмешали яд в еду, после чего быстро свалили.

— Как давно вы занесли котелок к нам? — развернулся я к ним, чтобы уточнить хронологию произошедших событий.

— Да вот не успели отойти от палатки, как вы нас нашли, — не смыкая глаз, ответил первый боец, продолжая всё смотреть на своего мёртвого командира.

— Значит, подстава произошла вот только, — вздохнул я. — Чёрт! Куда потом ушёл ваш командир?

— Ушёл… он в кухонной палатке… был… — раскрыв от ужаса глаза, ответил второй, после чего развернулся и рванул в ту сторону.

Я рванул за ним, благо бежать тут было не так далеко. Естественно, тут «командира» уже не было, а всё указывало на то, что он отравил вообще всю еду. По крайней мере ужин был полностью сорван. По моему приказу всё было выброшено. Ну а сам этот урод попытался бежать, вот только его быстро скрутили. Бежал он, конечно, в сторону внешней линии фронта. Догнала его стрела Палиаса. Жив остался, вот только ненадолго.

Ну а у нас появился отличный «язык», который мог поведать нам много интересной информации. А меня интересовало столь многое, что он будет в ужасе, сколько ему придётся испытать.

Ну и как же нам повезло, что он не успел сбежать!