Все не случайно

Глава 33

Глава 33

Вот уже три месяца я любуюсь своим обручальным кольцом, но еще больше, во всех смыслах этого слова, я тащусь от того, что на пальце у Максима красуется точно такое же. Я готова пищать от восторга, что он его не снимает. Сколько нужно времени, чтобы осознать, что он мой муж? Год, два или больше? А может я осознаю это только, когда рожу ребенка? А если я не смогу забеременеть и родить? Черт, ну откуда эти мысли с утра пораньше. Рожу, а если не получится, Максим и не говорил, что хочет детей, мы вообще это больше не обсуждали. Хотя здравый смысл говорит мне о том, что захочет. Позже, но обязательно захочет. Мужчины они такие. А вот если я все же не забеременею? Ну зачем я снова накручиваю себя раньше времени?

Нехотя встаю с кровати и иду выгуливать Боню. Какая же мерзкая погода на улице, жуть как не хочется наматывать круги под дождем, но после того, как собака разочек не выдержала дома, я встаю раньше, дабы не бесить Максима, иначе он отдаст ее еще куда подальше. Не знаю, как так получилось, за своими раздумьями я, видимо, пропустила момент, когда из-за громкого звука Боня со всей силы дернула поводок, потянув меня за собой. Я не удержала поводок и упала на асфальт, сильно ударившись коленями. Хорошо, что вовремя успела выставить руку, иначе так бы и шмякнулась лицом об асфальт. Когда поднялась, Бони рядом уже не было. Из-за дождя и тумана видимость никакая. Сколько ни звала, результат нулевой. Не знаю, как долго так ходила, ни часы, ни телефон с собой не взяла. Ноющая рука, боль в коленях и холод все же заставили вернуться домой. Что теперь делать, ума не приложу. Боня трусливая и к чужим не подойдет. Открываю дверь, меня тут же встречает Максим.

— Что случилось?! — смотрит на меня с недоумением.

— Боня дернулась и сбежала, и я не смогла ее найти, там ничего не видно. Максим, поищи ее, пожалуйста. Может она еще недалеко убежала.

— Я не понял, а что с рукой и коленями? — опускаю взгляд на ноги и только сейчас понимаю, что порвала джинсы.

— Я упала, когда она потянула меня, — смотрю на Максима и понимаю, что он очень зол. Почему, когда что-то касается собаки он готов с цепи сорваться? Ведь любит же ее, я знаю.

— Сколько раз я просил тебя брать с собой телефон?! Зачем вообще ты пошла с собакой в такую погоду? Не спалось? Иди сюда, — берет меня за здоровую руку и стягивает куртку.

— Максим, я сама. Пожалуйста, иди ее поищи, умоляю тебя, — если бы я его не знала, сказала бы, что меня сейчас прихлопнут, но нет, вместо этого Максим молча одевается и выходит из дома, бросив напоследок «переоденься и прими душ».

На удивление самой себе, я сделала ровно так, как сказал Максим, просто я очень замерзла, и теплая вода поможет мне поскорее согреться. Пока стояла под теплыми струями воды представляла себе картины одну хуже другой. Но одна лидировала — Боню сбила машина. Выключаю воду в душевой, быстро вытираюсь и выхожу из ванной. Только натянула на себя домашнее платье, как услышала звук закрывающейся двери. А потом увидела Максима с собакой на руках.

— Что с ней?

— Ничего. Грязная. Поди сбежала, чтобы от души в грязи поваляться. Не думаешь же ты, что я пущу ее по квартире. Открой душевую, — сказать, что я испытала облегчение — ничего не сказать. Пока Максим отмывал нашу грязнулю, я стояла и наблюдала за ними. Пришла в себя только, когда Боня как ошпаренная вылетела из ванной.

— Ну чего ты стоишь?

— Точно, надо же Боню покормить.

— Вообще-то я имел в виду не это. Ноги, руку чем-нибудь помазала?

— Нет, я же только помылась.

— Пошли уже, болезная.

Иногда мне кажется, что я какая-то развалина. Вот и сейчас вместо того, чтобы покормить собаку и собственно нас с Максимом, я смотрю на то, как Боня уже ест консерву, а мне обрабатывают коленки. И все это сделал мой муж. Нет, конечно, это здорово, но я-то на что?

— Все. Скоро будешь как новенькая, — убирает ватный диск и лепит мне на руку пластырь. — Последний раз говорю — бери с собой телефон.

— Хорошо.

— Случай с Боней мне только подтвердил мое решение. В общем, как ты помнишь, завтра я уезжаю на несколько дней, а потом будет сюрприз.

— Хороший сюрприз? Если такой как на Кубе, то я согласна.

— Сюрпризы бывают разные. Ты плохо себя ведешь, я бы сказал сродни непослушному ребенку. Разбитые колени, выйти в дождь без зонта и телефона. Я бы назвал тебя другим словом, но не буду. А может приковать тебя наручниками к кровати и сделать все, что хочу?

— Я за. Это же будет приятное наказание? — тянусь к Максиму и обнимаю его.

— Для меня да, а для тебя не знаю. Буду тебя плеткой бить и как-нибудь еще извращаться. В любом случае, сейчас это не получится. Я и так халтурю в последнее время, скоро Олег уже взорвется от злости. Мне бы, конечно, хотелось посмотреть на сметаемые границы его контроля, но моя совесть вопит, что так или иначе на сделку должен ехать я, — Максим чмокает меня в нос, подходит к холодильнику, берет яйца и начинает их взбивать. Сейчас меня еще и омлетом накормят. Все-таки жизнь хоть и с разными полосами, но все же удалась.

— А можно я поеду с тобой?

— Нет. Я напоминаю, что у нас есть собака, на которой настояла ты. Теоретически, можно снова попросить Вику, но я против. С какой целью тогда ты заводила собаку?

— Хорошо, я остаюсь здесь.

Как бы я ни пыталась что-то придумать, Максим прав. Вообще, в последнее время он во всем прав и это меня немного бесит. А еще меня дико пугает то, что я умалчиваю правду о том, что это папа отжал его проект. Боюсь себе только представить, что будет. Но еще больше я боюсь того момента, когда Максим узнает правду о Вике с Олегом. В принципе ничего страшного в этом нет, подумаешь, взрослые люди встречаются друг с другом, только если он узнает, что об этом знала я, он не простит. Черт, какая-то невеселая картинка тайн вырисовывается.

— Хватит летать в облаках. Омлет подан.

— Спасибо.

***

Двадцать три года. Вроде не ребенок, а все туда же. Может на лбу написать записку? Стоило только уехать на несколько дней, как телефон снова дома, а хозяйки нет. Никогда не думал, что такие простые вещи могут так злить. Приехал называется на день пораньше. Господи, дай мне сил и терпения побольше. Сажусь на диван, откидываюсь на спинку и ко мне тут же прыгает Боня. Я бы, конечно, поговорил с собакой, где носит ее хозяйку, но, к сожалению, та мне не ответит. Наконец, к обеду явилась Наташа.

— Опять приехал раньше и не предупредил?

— Конечно, мне же надо увидеть твоего любовника. Я сколько раз просил брать с собой трубку? Ты понимаешь, что это ненормально? — ничего не отвечает, молча вешает плащ и скидывает туфли.

— Меня уволили два дня назад.

— Почему?

— Не знаю. Официально у них переизбыток сотрудников. Что я теперь буду делать, мне так нравилась моя работа, — подходит ко мне и тянет ко мне руки. — Обними меня.

— Вот ты дурашка, — тяну ее на себя. — Подумаешь, уволили, ты же переводчик, на хер их послала и новую работу нашла. А пока можешь варить мне борщи, жарить говядину и прочее. Ты только подумай сколько у тебя открывается возможностей с отсутствием работы. Полдня бездельничать, представляешь?

— Почему полдня? — поднимает на меня голову.

— Остальные полдня ты должна меня ублажать. Что ж еще?

— Дурак, — бьет кулаком меня по плечу. — Давай закажем что-нибудь вкусненькое?

— Нет. Давай сначала я покажу тебе сюрприз, а потом закажем ужин. Кстати, почему в квартире повсюду кошачья шерсть?

— Это Пуша, Темина кошка. Он окончательно переехал в Питер, и она пару дней жила тут.

— Ясно. Видимо, пушистая засранка. Все, поехали.

Почти всю дорогу Наташа допрашивала меня о сюрпризе, и только лишь, когда мы повернули к намеченной цели изменилась в лице.

— Мы что, едем к Олегу?

— Это же сюрприз, скоро узнаем, — Наташа тут же засуетилась и начала искать в сумке телефон. — Ты собралась ему звонить?

— Нет, просто…

— Дай сюда сумку, — выхватываю ее из рук и кидаю на заднее сиденье. — Мой сюрприз не связан с Самарским или ты хочешь к нему в гости?

— Не хочу.

— Хотя может и зайдем.

Паркую машину около большого двухэтажного дома и пытаюсь скрыть улыбку. Сам пенял на Наташу, а я тот же ребенок. Выхожу из машины и открываю Наташе дверь.

— Пойдем, — беру ее за руку, и мы проходим к дому. Открываю входную дверь, пропускаю Наташу вперед. — Мебели нет, это все решим и обустроим вместе. Штучки дрючки бабские все тоже будут на тебе. Я бы мог выбрать дом вместе с тобой, но, увы, женщины устроены так, чтобы было красиво. О слове практичность и надежность вы забываете, а это главное. Ну скажи уже хоть что-нибудь.

— Ты купил нам дом?

— Да. Осталось несколько штрихов, и он наш. Квартиру скоро освободим, покупатель уже нашелся. Еще можно передумать, если ты категорически против уезжать загород. Просто, когда потерялась Боня, я окончательно понял, что выгуливать собаку около своего участка лучше. А когда совсем лень идти в дождь на улицу, можно спокойно открыть ей дверь и пока мы будем валяться в кровати, она уже сделает свои дела. Эгоистично, но мне нравится. К тому же, я всегда мечтал о собственном доме, а не квартире. Ты как?

— Ты еще спрашиваешь как?! Я, конечно, могла бы разозлиться, что ты решил это сам, но мамочки, это ж прелесть просто! Ничего себе гостиная, — проходит вперед и начинает осматривать дом. Я уже не успеваю ходить за ней, а просто присаживаюсь на единственный стул, имеющийся в доме. — Там бассейн внизу! Класс, даже у родителей такого нет. Я теперь смогу по утрам делать гимнастику в бассейне и никогда не превращусь в жирную бочку!

— Ты меня уже достала со своим несуществующим лишним весом.

— Ой, все, не начинай. Это же просто супер! А какие окна! Когда мы сюда переедем?

— В доме из мебели только стул, так что как только все выберем, через пару недель можем въезжать.

— Я говорила тебе что ты подозрительно хороший муж?

— Да.

— Ну ладно, еще раз повторюсь. А может ты накосячил в поездке и это способ извиниться? Учти — измену не прощу.

— Не беси меня, иначе оставлю жить здесь без мебели.

— Ладно, верю, — Наташа скидывает плащ и садится ко мне на колени. Вот это было серьезной ошибкой, табуретка двадцатилетней давности дала о себе знать. Через считанные секунды под хруст той самой табуретки мы оказались на полу. Вместо того, чтобы злиться или пыхтеть, Наташа смеется. — Ты смягчил мое падение.

— Я рад. Пойдем посмотрим задний двор. Или ты хочешь опробовать пол гостиной?

— Нет, тут слишком твердо, ковра-то нет.

— Тогда встаем.

***

— И все-таки жаль, что здесь нет хотя бы дивана, остались бы здесь, заказали еду. Я жуть как голодна.

— А это мы сейчас быстро исправим. Боюсь, что Боне придется сделать сегодня свои дела на пеленке.

— В смысле?

— В прямом. Заедем к Самарскому, выпьем, поедим. У него как раз отпуск, значит точно тут.

— Нет, давай лучше домой, — этого еще не хватало!

— Слушай, мы в пяти минутах ходьбы от него, глупо как-то, давай в машину, — нехотя сажусь, и мы отправляемся к Олегу. А если они там вдвоем, это же полный крах. Тянусь за сумкой, может хотя бы написать сообщение. — Зачем ты опять тянешься к телефону? Не надо ему звонить.

— Я и не собиралась.

Максим паркует машину у ворот и выходит на улицу. Октябрь выдался хоть и дождливым, но на редкость теплым. Видимо, сейчас решит устроить пикник.

— Может сейчас шашлычок сварганим, погода вроде ничего так, — ну кто бы сомневался. Главное, чтобы шашлычок оказался не из человеческого Олежьего мяса. Ладно, чего я паникую, может он здесь один.

— Может мы не вовремя?

— Прекрати нести чушь, пойдем, — берет меня за руку и ведет к дому. — Вот запомни, чтобы у нас калитка всегда была закрыта, а не как тут.

— Действительно. Дурной тон не закрывать калитку. У нас фиг кто войдет.

— Правильно.

Хоть бы ты был тут один, Олег. Будь один, пожалуйста. Максим, не стучась, открывает дверь и заходит внутрь.

— Олег, принимай гостей.

— Вы что тут делаете?! — кажется, я всегда мечтала увидеть эмоции на лице Олега, а не пуленепробиваемую уверенность. Вот лови, Наташенька. Эх, жалко мужика, ведь это Вика дура.

— Были рядом, решили зайти, а ты против? — вполне дружелюбно спрашивает Максим.

— Я готова, смотри! — о, а вот и Вика. Спасибо, что в белье, а не голая.

— Вика?! Ты что здесь делаешь? — мамочки, может упасть в обморок и обратить на себя внимание?

— Ясно. Можете не отвечать. Ну, ты и тварь, Самарский, — не дожидаясь ответа ни Вики, ни своего некогда друга, Максим кидается на Олега. — Сука! Как давно ты трахаешь мою сестру?!

— Максим, не трогай его, пожалуйста, это все я, — сбегая по лестнице, кричит Вика и кидается к Олегу.

— Остынь, Островский. Мы взрослые люди, пойдем поговорим. Вика, иди оденься.

— Да пошел ты на хрен, — замахивается на Олега кулаком. Тот, как ни странно, не уворачивается, хотя, даже я понимаю, что мог бы.

— Полегчало? — сплевывая кровь, с улыбкой на лице интересуется Олег.

— Максим, ты сейчас не лучший собеседник, уйди. Потом поговорим. Тебе надо остыть. Наташа, забери его, пожалуйста, — умоляюще смотрит на меня Вика.

Скорее всего, это самое правильное решение Вики, впервые высказанное за все время нашего знакомства. Максим, как ни странно, сам берет меня за руку и выводит из дома. Всю дорогу мы молчали, мне бы и хотелось что-то сказать и начать разговор, но банально страшно.

Заходим в квартиру, Максим тут же идет в гостиную и наливает себе виски. Присаживаюсь на диван и боюсь на него посмотреть.

— Ты ведь все знала. Не могла не знать. Ты-то что, бл*дь, сейчас молчишь? — сглатываю и слова вымолвить не могу. — Издеваешься? Ладно я олень, не желавший замечать очевидные вещи, но ты! Ты же уже моя жена! Неужели за все время не могла сказать мне об этом? Хотя бы намекнуть! Позвонить она им еще хотела, чтобы предупредить.

— Прости. Просто это не моя тайна. Я сотни раз просила Вику сказать правду, но она ни в какую и запрещала говорить это Олегу. Я просто не могла тебе сказать. Максим, пожалуйста, не злись, — подхожу к нем сзади и обнимаю.

— Как у тебя все просто, сказала прости и все супер? — скидывает мои руки. — Так не делается. Не делается в нормальных семьях. Кто мне втирал что есть «мы», а не каждый сам по себе?! Ну как можно было об этом мне не сказать?! Как?

— Не знаю! Уже ничего не изменить, просто прими это.

— Как давно он ее трахает?

— Он не…

— Как давно?!

— Я точно не знаю, Вика никогда не хотела это обсуждать.

— Может быть, хоть сейчас хватит вешать мне лапшу на уши, я спрашиваю сколько?

— Наверное, как мы, а может больше.

— Охренеть, — хватается за голову. Ну ты и., - ставит бокал на столик и идет к выходу. Наверное, стоило его остановить, только я точно знала, что это еще больше его взбесит.

К десяти вечера, после десятков неотвеченных звонков, я вдруг поняла, что он не простит. Вот так просто не простит. Более того, я его даже понимаю, ведь по сути он прав. Кто как не я должна была об этом сказать? Ну почему, когда все так хорошо, обязательно случается какая-нибудь гадость?

Наконец через полчаса мне на телефон приходит оповещение. Открываю сообщение и застываю. Я могла представить все, что угодно, но только не это. Долго смотрю на экран и почему-то не решаюсь его выключить. Зачем я на нее смотрю? Отбрасываю телефон в сторону и закрываю глаза. Только это нисколечко мне не помогло, сколько бы я ни пыталась, так и не смогла найти внятную причину очередного появления в его жизни Марины. Наверное, стоит признать, это полный крах. Беру телефон, накидываю плащ и выхожу из квартиры.