Вторжение. Том 1

Глава 36

Каменная стена приближалась. И чем ближе мы подходили, тем я сильнее ощущал напряжение солдат. Но не оборачивался, не стоило показывать и своё волнение. А оно, несомненно, было. Я понимал, что совсем скоро встречусь с тем, с чем ещё не доводилось сражаться. Оборотни, колдуны, бандиты, да те же мору были слишком простыми противниками. Здесь же сконцентрировалась гнетущая атмосфера. Зло казалось осязаемым, чёрной дымкой, витавшей в воздухе и видную только нам с Саратэ.

Дорога вела к высоким деревянным воротам. И стоило нам приблизиться к ним на десяток дзё, как послышался громоподобный щелчок, будто некто по ту сторону открыл огромный замок. А следом за этим ворота медленно разошлись.

Нас встретила вонь. Не такая сильная, как в прошлой деревушке, но бьющая в нос и режущая глаза. А от увиденного по рядам воинов пронёсся испуганный шёпот:

— Ёкай…

— Ёкай…

Слишком простое слово, которое раньше могло обозначать любое сверхъестественное существо. Но в данном случае я был согласен с воинами. За стенами бродили мертвецы. Ваны, чьи тела разлагались на ходу. Серая кожа, покрытая струпьями, грязная рваная одежда и невидящий стеклянный взгляд, направленный на нас.

— Боги, — прошептала Саратэ, чуть прижавшись ко мне плечом.

— Нет, не они.

Мертвецов оказалось достаточно много. Пара десятков точно. Они медленно бродили по вымощенной камнем площади, в центре которой возвышалась пагода. Но не представляли серьёзной угрозы для нашего отряда. Думаю, солдаты Ватанабэ смогут снести голову волочащему ногу мертвецу.

Однако никто и не собирался на нас нападать. Стоило воротам распахнуться, как ожившие трупы расступились, образовав небольшой коридор, пропуская нас к пагоде. Нас определённо ждали. Но что делать? Отступать?

— Держитесь за мной, — тихо произнёс я, повернувшись к Сэнго и достав меч. Парень кивнул и обнажил клинок.

Мы двинулись вперёд, опасливо косясь на мертвецов. Где-то должны скрываться и остальные монстры. Те же крылатые ицумадэн. Но я не заметил их ни на крыше, ни на стенах. Где-то спрятались? Может, за обратной стороной пагоды?

За спиной протяжно заскрипели петли. Десяток мертвецов навалились на ворота, закрывая их. Наши воины снова испуганно зашептались, но строгий взгляд Сэнго заставил их заткнуться.

Чёрт возьми, мы привели их в ловушку. Я и Саратэ ещё можем спастись, но зачем они последовали за нами? Честь клана? Это вызывает восхищение, но в то же время я понимал, насколько глупа идея. Боятся, что их заклеймят позором? Но они сохранят жизни. Хотя… это выбор каждого из воинов. Я несколько раз предлагал им остаться. Что ж, теперь пути назад нет, остаётся уповать на милость… богини милосердия.

«Я помогла им не сойти с ума, Тсукико, — в голове раздался женский голос. — Заставить их сражаться не могу. Всё зависит от тебя. Сможешь ли поднять боевой дух своего отряда?»

Вот и вся помощь. М-да, спасибо, Канон. Впрочем, на другое я и не рассчитывал, она и так помогла. Так что не время злиться на богов.

Мы подошли к ступеням пагоды, когда широкие двери дрогнули и разъехались в стороны. Оттуда вышел высокий ван в длинном серо-зелёном кимоно и с ехидной улыбкой на лице. Смоляные волосы собраны в тугой хвост за спиной. А большие чёрные глаза, без всякого намёка на белок, источали первозданную Тьму. Наверное, именно о ней и говорила Саратэ.

Увидев его, мы на мгновение оторопели. Даже я пришёл в замешательство. Что уже говорить о простых ванах? И первым в себя пришёл Сэнго. Он с ошарашенным видом сделал шаг вперёд и тихо спросил, не сводя взгляда с Хозяина:

— Отец?

Джиро сидел в мягком кресле рядом с окном, подставив старческое лицо лучам солнца. Он давно не ощущал такого приятного тепла, и не мог им насытиться. Старейший член клана Ито чувствовал приближение неминуемого. Болезнь высасывала последние силы. Пятна расползлись по груди и появлялись по всему телу. Каждый день он терпел адскую боль, когда Акайо выжигал очередной мазью то или иное пятно. Но остановить болезнь было невозможно.

И всё же Джиро не собирался сдаваться. Не сейчас. Слишком многое стоит на кону, а известие, что у клана наконец-то появится прямой наследник заставила бороться с надвигающейся смертью в два раза активнее.

В дверь постучали, и старик развернулся в кресле.

— Войдите.

В кабинет робко прошёл Макото. Учитель в их школе. Ван с голубым окрасом шерсти и точно такой же ориентацией. Джиро знал об этом, но никогда не противился. В конце концов Макото Дзюбай был одним из приличных ванов и никогда не проявлял своего увлечения на школьников. За это можно было лишиться головы. Да и потом, он являлся магом. Не таким сильным, как сам старик, но намного сильнее прочих самоучек.

— Вы звали меня, Ито-сан? — низко поклонился гость.

— Да, — Джиро вздохнул и улыбнулся. — Ты ведь знаешь, зачем я тебя пригласил. Нам пора собираться.

— Думаете, вторжение скоро начнётся?

И, словно в подтверждение слов главы Ито, дрогнула земля. Пол в кабинет пошёл волной, а на столе задребезжали письменные принадлежности. Но всё прошло так же внезапно, как и началось.

— Толчки всё сильнее, — устало произнёс Джиро. — Пять лет назад мору забрали у меня мою супругу Ясу. Их волна была сильна. Впервые за долгое время монстрам удалось прорваться за стену. Мне кажется, что новый их приход будет ещё мощнее.

— Тогда следует увести ванов подальше от стены, — заметил Макото. — На запад к границам с Кобаяси.

— Да, я поручил уже заняться этим. Первые караваны двинулись в ту сторону. Но мы не можем разместить всех ванов на маленьком клочке земли. Придётся сражаться. И теперь с удвоенной силой.

— О чём вы говорите?

— Я говорю о Тсукико. Его божественная сила растёт с каждым днём. Он поможет нам сразиться с тварями, ведь уже однажды встречался с ними.

— Согласен, Ито-сан, — вновь поклонился Макото. — Но когда он вернётся? Не проще ли попросить помощи у Императора? Не думаю, что ваш брат…

— Нет! — крик вырвался из груди Джиро сам собой, но старик быстро справился с подкатившей волной гнева. — Нет, Макото, — уже более мягко продолжил он, — у нас был уговор с Императором, и я не собираюсь нарушать данное мною слово.

— Но господин…

— Не стоит, — глава клана взмахнул рукой. — Довольно пустых разговоров. Я позвал тебя не для этого.

— Чего же вы желаете?

— Ты должен возглавить отряд магов на стене.

— Я? — удивлённо распахнул глаза ван.

— Да, Макото, ты, — улыбнулся Джиро. — Как видишь, я не в той форме, чтобы метать пламя в противников. А нам нужен сильный маг.

— Но Ито-сан…

— Это приказ!

Макото вздрогнул и снова низко опустил голову.

— Как скажете, господин. Я сделаю всё, что в моих силах.

— Ну, здравствуй, сын, — усмехнулся призрак, потому что иначе я его назвать не мог.

— Отец?! — Сэнго быстро пришёл в себя и сменил удивление на гнев. — Что всё это значит?!

— Что именно тебя интересует? — с язвительной усмешкой переспросил тот. — Хочешь ли знать, почему я жив? Или почему затеял то, на что ты бы никогда не решился?

— Я? — парень запутался, не зная, что именно хочет услышать. — Не понимаю…

Но договорить ему не дал усатый капитан. Мужчина выскочил вперёд, выхватив меч, и закричал. Но… радостным голосом:

— Мой господин! — упал на колени, склонив голову. — Всё сделано, как вы и велели!

От такого заявления наш отряд попятился, с ненавистью глядя на капитана.

Мерзость! Я так и знал, что усатая рожа выглядит слишком подозрительно.

— Молодец Идзиму, — похвал того Изао-демон, но без особого энтузиазма. — А теперь закончи начатое.

— Да, мой господин!

Ван выпрямился, вскинул меч и вонзил себе в живот. На его лице отразилась боль, но она быстро сменилась фанатичной радостью. Он перевёл взгляд на меня и тихо засмеялся.

— Вот и всё, Тсукико, — изо рта скользнула струйка крови. — Теперь даже ты Её не остановишь.

Он зашёлся в жутком смехе, перешедшем в кровавый кашель, и завалился набок.

Ещё один член отряда мёртв. А нас осталось совсем ничего.

Я посмотрел на Изао и двинулся к нему. По мечу пробежали голубые молнии, но противник лишь усмехнулся.

— Не спеши, Тсукико, — произнёс оживший труп, и путь к нему закрыло сразу несколько ходячих ёкай. — Разве ты не хочешь узнать, во что ввязался?

— Я достаточно наслушался, — прорычал от злости, клокотавшей в груди. — Сколько раз мне ещё придётся убить тебя?

— Ну, — усмехнулся тот и дотронулся до окровавленного кимоно, там, куда его пронзил меч. — Технически ты меня не убивал. Это сделал мой сын.

— Ты мне больше не отец! — гневно воскликнул Сэнго.

— Да, это тоже правда. Я умер, значит, ничто земное меня больше не волнует. Не ты, не Акихико.

— Не смей говорить о матери, ублюдок, — прошипел парень, чем вызвал очередную ухмылку на дьявольском лице Изао.

— Как хочешь, — тот пожал плечами и вновь посмотрел на меня. — А ты, Тсукико, можешь убить моих подопечных. Но со мной вряд ли справишься. Теперь Она на моей стороне.

— Кто?

Мою руку сжала Саратэ, прошептавшая испуганным голосом:

— Я чувствую чьё-то присутствие. Она не здесь, но видит нас. Не знаю, с чем мы столкнулись, но Она и правда сильна. Безумно сильна.

— Ладно, — выдохнул я, лихорадочно соображая, как нам выкрутиться из западни и остаться в живых. — И с кем ты собираешься нас познакомить?

— Знакомить? — злорадно рассмеялся Изао. — Нет, даже не думал. Сомневаюсь, что Госпожа захочет с вами общаться. Вы слишком мелкие сошки для этого.

— Да неужели? — теперь пришла моя очередь усмехнуться.

Я направил лезвие меча на противника, отчего тот чуть попятился. Впервые на его лице появилась новая эмоция помимо ядовитого смеха и презрения. Изао испугался.

По мечу вновь заскользили молнии, концентрируясь на кончике лезвия, из-за чего вокруг меня задрожал воздух.

— Это меч Фуцунуси, — начал я. — Но ты и сам знаешь. Бог-оружейник дарует подобное лишь избранным. Людям, которые с рождения обладают мощью. Так скажи мне, «бесстрашный» Изао, справится ли божественное оружие с гниющею плотью ещё одного призрака?

На мгновение тот замер, не отводя от меня испуганного взгляда. Но уже через секунду недоверчиво прищурился.

— Ты не дурак, Тсукико. И не будешь убивать того, кто может рассказать о наших планах. Ведь разобраться тебе не помогла даже Канон.

А вот это меня удивило.

— Откуда ты о ней знаешь?

— О, — оскалился тот, — мне многое известно. План, который Она составляла несколько столетий, включал в себя даже божественные дрязги. И ты всего лишь часть этого плана.