Выбирай своих врагов

Примечание редактора:

Я считаю, что здесь необходим небольшой поясняющий отрывок из иного источника, без которого рассказ Каина покажется совершенно невероятным.

Выдержка из: «Эльдары: история их присутствия в сегментуме Ультима и некоторые размышления о возможных средствах их искоренения» Бальтазара Тромпа, 997.М41.

Оглядываясь назад, мы можем лишь гадать о том, что за непостижимые причины заставили эльдаров пойти на этот последний, отчаянный шаг. Но они пошли на него, тем самым обеспечив себе позорное поражение, неизбежное для каждого, что дерзнёт пойти против могущества Императора и его несокрушимых воинов.

Без предупреждения вся эльдарская эскадра покинула свои позиции и устремилась к Небосклону-17. Охваченные ужасом защитники не стреляли, хотя перед ними было множество целей.

Никем не остановленные ксенозахватчики начали штурм, ударив в самое сердце имперской власти на орбите — по резиденции губернатора.

Глава 28

— Вот это больше похоже на тебя. — Проговорила Эмели, чей мелодичный смех был полон чистого очарования; уверен, что если бы Юрген не оставался так близко, защищая меня от её демонической ауры, я бы уже поддался на эти чары. Я знал, что подчиниться — значит потерять душу, но желание покориться всё равно было так подавляюще, что сдерживал его лишь инстинкт самосохранения. — Ты никогда не хотел делать всё по-хорошему.

— Ты никогда не предлагала. — Немного невежливо парировал я и взмахнул мечом, целясь в идеальной формы икру, покрытую сверкающей чешуёй — колено Эмели было примерно на уровне моего лица. Клинок врезался в украденную плоть, не оставляя за собой никакого следа — разорванная кожа и мясо мгновенно стягивались вслед за гудящими зубьями, и я невольно сделал шаг назад — нерастраченный импульс вывел меня из равновесия. Снова вспыхнула мельта — Юрген сделал второй выстрел, на этот раз почти в упор, и на коже демоницы осталась маленькая подпалина, мгновение спустя пропавшая без следа.

Эмели снова засмеялась — в смехе слышались нотки мстительной радости.

— Видишь? Больше ты не можешь меня ранить.

— Я бы не был так уверен. — Ответил я, но то была лишь бравада. Когда Эмели в последний раз воплощалась в мире, мы смогли загнать её под действие гасящей Варп ауры Юргена и повредить её тело достаточно, чтобы изгнать в Имматериум, но сейчас, казалось, что присутствие «пустого» никак не действует на демоницу.

В мой мозг начала прокрадываться настойчивая мыслишка. Если всё и правда обстоит так, если Юрген больше не представляет для неё угрозы, то почему она требовала от Фульхера убить его? Должна быть причина…

— А я буду. — Ответила демоница с таким запредельным самодовольством, что должно было приводить в бешенство, но которое выглядело удивительно милым, благодаря её чарам. — А когда я поглощу их совсем, то стану непобедимой. — Я с опаской бросил взгляд на груду камней души, что лежала у неё за спиной. По ним расползалась тьма — многие уже были поглощены больше чем наполовину, а несколько стали почти полностью чёрными — лишь в самых потаённых их уголках проскальзывали неверные искры. Голос Эмели стал низкими и соблазнительным — её тон ласкал сами мои кости. — Ты знаешь, ещё не поздно. Мы можем подружиться. Пусть прошлое останется в прошлом. Приходи и поиграй со мной. Я знаю, что ты хочешь этого. — И часть меня этого хотела, должен признаться — она была очарована её обольстительным голосом.

Но это была не большая часть. Мне приходилось видеть, что случается со смертными, что оказались настолько глупы, что поверили словам демона — например, из таких вот глупцов Эмели только что слепила себе тело.

— Извини. — Сказал я. — Но мне такие игры не интересы. Впрочем, если у тебя найдётся доска для регицида…

Я сделал ещё один бесплодный выпад, целясь ей в ногу — с таким же нулевым результатом. На лице демоницы появилось раздражение, и она, с грацией самой искусной танцовщицы, подняла ногу и топнула, метя туда, где я стоял. Плиты, что образовывали пол, укрытые под метровым слоем земли, прогнулись от удара, образовав небольшой, но изящный кратер. Если бы я в последний миг не бросился в сторону, она раздавила бы меня в лепёшку. Перекатившись и вскочив на ноги, я выпустил в тварь несколько лазразрядов из пистолета. Как и следовало ожидать, это вызвало у Эмели лишь лёгкое раздражение, но больше я ни на что рассчитывать не мог.

— Изыди, во имя Императора! — Крикнул Веккман, отбрасывая болт-пистолет и бросаясь вперед со своим трещащим посохом, которым он махал как клинком. В тот же миг Эмберли, что наконец–то стала действовать заодно со своим коллегой, взмыла в воздух на прыжковом ранце своей брони и опустошила магазин наручного шквалболтера в чудовищно соблазнительную демоницу.

На какой–то миг я посмел надеяться, что их объединённых усилий будет достаточно. Под ударом колдовского оружия Веккмана, нога Эмели лишилась вещественности, обратившись в сладковатый пар, а град взрывающихся снарядов ударил испещрил чудовищу глаза и безупречную щеку. С яростным воплем демоница ударила парящую в воздухе Эмберли одним из своих языков — от удара керамит на нагруднике пошёл трещинами, а сама Эмберли полетела наземь.

На мгновение моё сердце остановилось — но инквизиторы сделаны из более крепкого теста, чем обычные люди, и спустя секунду, что длилась вечность, Эмберли начала подниматься — сервомоторы её доспеха страшно гудели, когда повреждённые сочленения тёрлись друг о друга.

Веккман, всё ещё кричал на высоком готическом что–то, полное шипящих и горловых звуков, и размахивал нуль-жезлом — и когда демоница отшвырнула Эмберли в сторону, он стал для неё единственным врагом, ведь нас с Юргеном она уже не считала угрозой. Удар изящным копытом отправил Веккмана в полёт — уже мёртвого или просто лишившегося сознания — через всю поляну, сверкающий посох вылетел из его руки. Едва инквизитор лишился нуль-жезла, как плоть демоницы восстановились, а все следы ранений пропали.

Я поднял глаза и увидел Эмели, что улыбалась мне с теплотой хищника, заметившего в траве что–то маленькое и пушистое, и понял, что молю Императора о чуде; не то, чтобы я всерьёз ожидал этого, но, учитывая обстоятельства, оно бы точно не повредило.

Но именно чудо и произошло. Стоило мне сжать покрепче цепной меч и принять защитную стойку, встав между демоном и Эмберли, как весь купол потрясли удары, что показались мне слишком похожими за залпы тяжёлых орудий, чтобы быть успокаивающими.

Быстрый взгляд наверх показал, что так всё и есть. Громада эльдарского линкора[189] нависала прямо над нами, а позади неё я смог различить ещё несколько обтекаемых кораблей. Прежде чем я смог что–то понять, меня ослепил залп килевых лэнс-батарей, и весь купол вновь содрогнулся.

На этот раз выстрелы достигли цели, пробив в толстом бронекристалле дыру. С рёвом, достойным бешеного карнозавра, воздух начал улетучиваться, оставляя за собой след ледяных кристалликов, сверкающих в лучах солнца — я бы сказал, что от такого живописного зрелища у меня перехватило дыхание, если бы его и правда не начало перехватывать.

— Нам надо убираться отсюда! — Прокричал я, бросаясь к Эмберли и хватая её за руку в заранее обречённой на неудачу попытке помочь инквизитору, облачённому в тяжеленую и едва работающую силовую броню, встать на ноги. — Мы задохнёмся! — Моя шинель начала хлопать меня по ногам, развеваясь на потоках поднимающегося вверх воздуха.

— Нет, не задохнёмся. — Эмберли с удивительной скоростью поняла, что к чему и, к моему облегчению, наконец, встала на ноги. — Купол большой, дыра маленькая, воздух будет выходить вечность.

Мне пробоина казалась совсем не маленькой, но Эмберли была достаточно спокойна, а крики и паника бы плохо отозвались на моей репутации, так что я сделал глубокий вдох и бодро кивнул, будто понимаю, что происходит.

— Эльдары! — Крикнул Юрген, указывая вверх, где появилось несколько приближающихся к нам точек. Он поднял мельту, пытаясь прицелится.

— Оставь. — Скомандовала Эмберли. — Они на нашей стороне.

— На нашей? — Переспросил я с немалым изумлением.

Эмели, если уж на то пошло, была ещё больше сбита с толку. Демоница подняла голову, чтобы рассмотреть пикирующие мотоциклы — на них летели те самые колдуны, которых мы повстречали в шахтах Дречии, ну или одетые в точности как они. В безупречную плоть Эмели начали врезаться лазразряды из эльдарских пистолетов — этим они добились не большего чем мы — а их копья начали кружить вокруг демоницы и колоть её, оставляя открытые раны, что зарастали почти сразу, будто их и не было. Чудовище прыгнуло — казалось, так высоко подскочить невозможно — и её рука скользнула в миллиметре от одного из колдунов, а мгновение спустя демоница с грохотом приземлилась, отчего земля вновь содрогнулась.

— Ты позвала эльдаров на помощь? — Спросил я, вспоминая разговор Эмберли и её техножреца, что начинал обретать смысл.

— Конечно. — Ответила она, излучая терпеливое раздражение, характерное для всех женщин галактики, объясняющих мужчинам что–то очевидное. — Эта тварь питается эльдарскими душами. — Я снова почувствовал, что стою в шаге от некоего озарения, но Эмберли не дала сосредоточиться. — И почему нет?

— Справедливо. — Заключил я, внося свой небольшой вклад в эльдарский шквал лазерных разрядов, ни на что не надеясь и потому не разочаровавшись. Выстрелами я рисковал снова привлечь внимание Эмели, но не хотел терять лицо перед инквизитором; кроме того, раздражённая демоница была слишком занята, пытаясь хватать пикирующих эльдаров, и пока что не замечала меня. — Но они ведь захотят не только расправится с демоном?

— И они это получат. — Ответила Эмберли, не отрывая взгляд от ещё одной точки, что влетела в брешь купола. Она приближалась и становилась больше с каждой секундой. Я ожидал, что сейчас она свернёт или прекратит снижаться, но она неслась точно к нам.

— Он довольно… — Начал я, но оборвал сам себя, увидев, как новый участник боя, не снижая скорости, врезался в демоницу, буквально вбивая её в землю, разрывая плоть и кроша кости твари. Кажется, Эмели не такая непобедимая, как её мнилось. — Что это за херня?

Что бы это ни было, оно оказалось вдвое выше человека, а может и ещё больше. Я привык видеть у эльдаров яркие цвета, а это существо было тускло-серым, состояло из тёмного неполированного металла, и излучало жар, который я почувствовал даже на таком расстоянии. Сперва я подумал, что это нечто вроде дредноута, но это явно было не так.

— Сложно объяснить. — Сказала Эмберли.

— Оно живое? — Спросил я. — Казалось, что эта штука обладает неким злокозненным умом, но её спокойствие было неестественным, будто перед нами была наделённая волей и интеллектом статуя[190].

— В некотором роде. — Такое пояснение не очень помогло, до ещё до того, как я смог уточнить, тело Эмели начало восстанавливаться, плавно возвращаясь к былому обличию. — Они называют это «аватар».

Аватар встал в защитную стойку, изящно сменив несколько позиций. В металлических руках у него было древнее на вид копьё, украшенное рунами.

— Это было подло. — Произнесла Эмели, разминая только что восстановившуюся шею и набрасываясь на нового врага с ошеломительной скоростью и силой. Аватар уклонился от её удара — ему помог относительной маленький рост[191] — и сделал выпад своим древним оружием. Лезвие глубоко погрузилось в бедро демоницы, и Эмели взвизгнула скорее от ярости, чем от боли, и ударила в ответ, отчего аватар пошатнулся. Рана у неё вновь начала зарастать, но куда медленнее, чем те, что оставлял мой меч.

— Она слабеет. — Сказал я. Эльдарский конструкт подпрыгнул и нанёс удар врагу в торс. И вновь рана начала зарастать, но теперь ещё медленнее — равно как и те, что оставляли кружащиеся колдовские копья и лазразряды — теперь на гладкой коже демоницы ненадолго оставлялись отметины.

— Камни душ она почти поглотила. — Сказала Эмберли. — Но ещё может вытянуть оттуда достаточно силы, чтобы продержаться. — Она пыталась говорить спокойно, но я знал её достаточно хорошо, чтобы понять, как она беспокоится. — Аватар должен её измотать.

— У нас не так много времени. — Напомнил я. — Воздух всё ещё выходит.

— Верно. — Заметила она и взглянула на своего лежащего на земле коллегу. — Вы с Юргеном, берите Веккмана. Когда мы пройдём через шлюзы, я прикажу оборонительным батареям разнести весь купол.

Я счёл этот план великолепным, о чём немедленно её сообщил. Эмберли покачала головой.

— Даже этого может оказаться мало, чтобы изгнать столь могущественного демона. — Сказала она. — А ещё обстрел накроет эльдаров, из–за чего они могут в гневе разнести всю станцию. — Она пожала плечами. — Но других вариантов у меня нет. Хотя она связана с камня…

Внезапно осознание вспыхнуло у меня в голове, а мысль, что преследовала меня, наконец–то оформилась.

— Юрген может заблокировать эту связь. — Сказал я. — Как он сделал с Ракель. — Я повернулся к моему помощнику. — Нам нужно добраться до этих камней. Сейчас же.

— Очень хорошо, сэр. — Ответил он столь же флегматично, сколь и всегда, и тут же понёсся к камням, не обращая внимания на поединок гигантов.

— Давай за ним! — Крикнула Эмберли, но я уже бежал за своим ординарцем ещё до того, как она договорила — десятилетия опыта подсказывали мне, что в таких переделках, чем ближе к Юргену, тем безопаснее, хотя в этом случае, «безопасность» была очень уж относительным термином. Я уклонился от копья, которым махал аватар, чувствуя, как исходящий от металлической статуи жар обжигает мне волосы на загривке, а потом поднырнул под хвост Эмели[192], что едва не снёс мне голову. Кружащие повсюду эльдары тоже не особо помогали — вокруг нас трещали выпущенные ими лазразряды, хотя промахнуться по такому здоровенному демону было непросто. Ударившись оземь, я увидел странное оружие Веккмана, что едва ли не само закатилось мне в руку, и инстинктивно схватил его, бросив цепной меч. Поднявшись на ноги, я сделал несколько пробных взмахов. Жезл был до странности лёгким для своего размера, но он мог ранить громадную демоницу так, как не могло моё старое оружие, так что я принялся нащупывать руну активации и, не обнаружив таковой, понадеялся, что жезл включается сам, когда нужно.

— Убирайтесь отсюда! — Эмели взмахнула рукой, что у неё была размером с терминатора, пытаясь смахнуть Юргена, но тот в последний миг пригнулся, а распрямляясь умудрился ещё раз жахнуть из мельты. На этот раз обугленный кратер у демоницы на руке не зарос, а из раны потекла какая–то зловонная жижа.

— Сработало! — Крикнул я, потрясая жезлом павшего инквизитора как цепным мечом, ударил Эмели по ноге и вновь, к моему облегчению, частица её тела растворилась в Варпе, даже если всего на миг.

— Хорошо. — Эмберли подобралась к Веккману и взвалила его на плечо. Юрген же вскарабкался на возвышение, где лежали камни душ. Эта груда доходила ему почти до пояса, и я впервые осознал, как много здесь этих побрякушек — неудивительно, что Эмели набрала такую силу.

— Что делать дальше, сэр? — Спросил Юрген, что было довольно разумно в таких обстоятельствах.

— Попытайся не умереть. — Это была лишь наполовину шутка. Если ниспосланный ему Императором дар будет помогать нам, то Эмели это поймёт и осознает, что убить Юргена — её единственный шанс на спасение. Конечно, сперва ей придётся расправиться со мной, так что, скорее всего, концовки я так и не узнаю. Я взобрался на возвышение сам.

Эмели взвизгнула, когда аватар не дал ей прыгнуть к нам, схватив за хвост. От его кулаков валил дым и пар, демоническая плоть под железными пальцами обугливалась и пузырилась. Эмели резко развернулась и ударила в то, что должно было бы лицом конструкта, от чего тот пошатнулся.

— Что–то происходит. — Прокомментировал Юрген, в чьём голосе появилась озадаченность. Я рискнул бросить взгляд за спину, и почувствовал прилив оптимизма. Камни стали светиться ярче, свет прогонял захватившую их тьму, что начинала угасать. Медленно, но уверенно, даже почерневшие камни снова начинали сиять.

— Она слабеет! — Прокричала Эмберли, в чьём голосе мешались облегчение и неверие. Это была правда. Загадочное, ярко засиявшее оружие аватара прорубилось сквозь плоть и кости демона, а порождение Варпа било в ответ со всё большим отчаянием.

— Довольно! Довольно! — Завыла она. Потом громадная масса плоти рухнула на землю. Казалось, что из этой груды сочатся миазмы небытия, и извиваются как горячий воздух в пустыне — так сущность демона пыталась сбежать из гибнущего тела.

Но аватар оказался быстрее — он ударил бестелесную сущность своим оружием и бессловесный вопль боли и отчаяния пронесся по воздуху вокруг нас. Копьё эльдарского конструкта охватил нимб света, в котором была видна отчаянно борющаяся тень, которую будто бы втягивало внутрь оружия. Потом свет погас, и аватар замер в бдительной неподвижности.

— Это всё? — Спросил Юрген, и я с благодарностью выдохнул, только сейчас поняв, что уже долго не дышал, вознося безмолвные, но от того не менее пылкие благодарности Императору за наше спасение.

— Трон знает. — Сказал я, снова берясь за оружие. Эльдары кружили у нас над голосами — они прекратили стрелять, потому что стрелять больше было не во что, и призвали обратно копья.

— Осталось только прибраться. — Сказала Эмберли, когда рядом с нами опустился один из реактивных мотоциклов, с которого слез Семботен с адресованным нам уже знакомым выражением лёгкого презрения. Она подняла руку и заговорила на эльдарском.

— Говорите на вашем языке, пожалуйста. — Прервал её провидец. — Там будет гораздо проще, и не придётся потом всё объяснять.

— А у нас есть время на объяснения? — Спросил я, снова посмотрев в дыру в крыше и попытавшись сделать этот взгляд небрежным, а не испуганным. — Я как–то пытался дышать в вакууме, но повторять не хочется.

Едва эти слова вырвались у меня изо рта, как ветер улёгся, а брешь в потолке закрыло мерцающее силовое поле.

Семботен улыбнулся в мой манере, что у всех ассоциируется с эльдарами, и которую все ненавидят.

— У нас есть время. — Сказал он, и повернулся к Эмберли. — По крайней мере, на то, чтобы решить вопросы, которые нужно обсудить.