Запах шахмат

23. Тренинг. Начало

В ресторане я поискал глазами того официанта, который собирался отдать мне что-то, оставленное Дали. Парня не было – другая смена.

Яблонская опоздала на сорок минут. Она пришла с продюсером и охранником. Продюсер сел за другой столик, а охранник уселся у стойки рядом с Гогеном.

– Мы виделись вчера, – отметила Яблонская, глядя на меня поверх меню.

– Я сожалею, что испугал Вас тогда.

– Не напугал. О чем ты хотел поговорить? О последнем письме твоего брата? О его завещании? Или о музыке, как сказал твой остроумный приятель по имени Роден?

– Если не возражаешь, начнем с письма.

– Покажи его еще раз, пожалуйста.

– Ты вчера видела. Там написано: «Пабло Пикассо».

– Ну и? Чего ты ждешь от меня? Что я переведу это на русский язык?

– Мой брат покончил с собой. Он был близок с тобой и доверял тебе, насколько я знаю. Мне просто нужно понять. Просто понять. И тогда я вернусь в Германию, и после этого ты не увидишь меня и не услышишь больше ни одного вопроса.

– Что ты хочешь понять?

– Я хочу понять, почему он это сделал.

– «Почему он это сделал?» – она пишет эти слова на салфетке, которую кладет передо мной. – Я с радостью постараюсь ответить на твой вопрос, но хочу, чтобы ты мне сначала объяснил его точный смысл, тогда мой ответ получится наиболее полным. Что ты имеешь в виду, когда говоришь: «Почему?» В смысле – «по какой причине»? Или «что послужило поводом»? Или «какие мысли побудили его к этому»?

Она зачеркнула на салфетке слово «почему». Я открыл рот, чтобы возразить, но Яблонская жестом велела мне молчать.

– «Он». Кто «он»? Дали, которого я знала, который умер девять дней назад? Или Сальвадор из твоих детских воспоминаний? Или такой Сальвадор, каким ты его хотел видеть?

Слово «он» зачеркнуто.

– «Это». Этим словом ты называешь самоубийство? Или образ жизни, который привел к самоубийству? Или жизнь Дали вообще?

На салфетке осталось лишь слово «сделал».

Продюсер подошел к певице и что-то тихо ей сказал.

– Извини, Альбрехт, я должна уходить. Но я с удовольствием пообщаюсь с тобой снова.

Продюсер дал мне визитку Яблонской, и они направились к выходу.

«Сделал», – машинально читаю я.

У дверей Татьяна оборачивается и бросает мне поверх заполненных людьми столиков:

– Не изменишь – прошедшее время.