Глава 4

— Боже мой, да это настоящий рай! — воскликнула Тэра, когда Меррик Рассел притормозил на вершине скалы, венчавшей каньон Пало-Дуро, давая возможность окинуть взглядом долину.

Дорога вилась в опасной близости от широкой и глубокой трещины, начинавшейся прямо посреди равнины. Это был единственный каньон на всем протяжении Пен-хендл, и его плодородное дно простиралось вдаль на глубине примерно тысячи футов. Обрывистые стены, иззубренные трещинами, переливались всевозможными красками мягких пастельных тонов, местами на них чудом лепились кедры, добавляя ярко-зеленые пятна своих крон к общей гамме. Где-то за скалой, на вершине которой стояло ландо, низвергался водопад, дававший начало реке, извилистое русло которой отмечали пирамидальные тополя. Сочная трава мягко колыхалась под ветром и сверху напоминала волнующееся серо-зеленое море. Даль таяла в опаловой дымке, но можно было различить, что речка там разделяется на несколько рукавов, напоминая руку с раскрытыми веером голубыми пальцами.

У Тэры захватило дух от этого зрелища. Красота природы всегда глубоко трогала ее, и теперь она чувствовала, что не может отвести взгляда. Это была самая чудесная картина, которую ей только приходилось видеть.

Порыв ветра принес с собой звуки водопада. Девушка наклонилась и увидела каскад летящей воды. Меррик ворчливо объяснил, что это рукав полноводной Ред-Ривер, называемый рекой Дикой Собаки, и что именно благодаря ему каньон так плодороден. Тэре пришло в голову, что она заглядывает в райские кущи, чудесным образом перенесшиеся в глубь земли.

— Эта маленькая речка — просто восьмое чудо света! — добавила Джулия. — Кристально чистая, хотя и неглубокая, максимум футов десять. Правда, в сезон дождей начинается настоящий потоп.

Зоркие глаза Тэры продолжали странствовать по дну ущелья, вдоль поймы реки, пока не наткнулись на пасущееся стадо. Она подумала, что животные, должно быть, тоже считают ущелье раем. Она повернулась к Меррику Расселу, чтобы задать какой-то вопрос, но заметила, что взгляд его прикован к долине внизу, словно он видел ее впервые.

— Похоже, вы любите здешние места, мистер Рассел, — заметила она мягко. — И это неудивительно. Подобная красой встречается не так уж часто.

— Тем более счастлив тот, кому она принадлежит, не так ли? — усмехнулся Рассел, выходя из транса. — Все это мое, мое и Джулии.

— Только представь себе, каньон обнаружил человек по фамилии Гуднайт. Мистер Доброй Ночи, вот смех-то! Тем не менее он выгнал из ущелья индейцев и построил ранчо. Папа последовал за ним. — Джулия засмеялась и простерла руки, как бы обнимая окружающую красоту. — Ручаюсь, Тэра, милочка, тебе придется по нраву наш скромный дом и ты не пожалеешь, что решила в нем пожить… ну хотя бы месяц, для начала.

Тэра заранее согласилась с ней, она была в восторге. Подумать только, в Сент-Луисе ей уже пришлось бы готовиться к свадьбе с Рутерфордом! Теперь же, если до этого и дойдет, по крайней мере будет что вспомнить, слоняясь по светским гостиным. Жаль, конечно, что не все складывалось удачно… несчастный дон Мигель и те выстрелы в ночи…

«Скромный дом» семейства Расселов оказался таким роскошным особняком, что у Тэры приоткрылся рот. Это было здание в викторианском стиле, сложенное из того же песчаника, что и стены каньона. Джулия продолжала щебетать, сообщая подробности его постройки: гвозди, доски для полов и оконные стекла везли фургоном из Додж-Сити. Меррик Рассел вознамерился, как он заявлял всем и каждому, придать немного элегантности простецкой архитектуре Дикого Запада и не жалел для этого усилий.

Окна украшали стрельчатые готические арки, лестница была выложена мрамором. Особняк включал в себя хозяйские апартаменты, пять комнат для гостей, просторную гостиную, банкетный зал, столовую, внушительных размеров кухню и подвал во всю длину здания, где можно было заласти провизию на долгое время. Окна обрамляли занавеси с ручной вышивкой шелком, мебель, по словам Джулии, проделала путь от самой Новой Англии. Тэре и в голову не приходило, что где-то среди бескрайних равнин Техаса может скрываться подобное великолепие, и ей невольно представилось, как широко раскрыла бы глаза ее мать, любительница изысканной роскоши, доведись ей побывать на ранчо «Даймонд».

В предназначенной для нее комнате она не успела даже оглядеться, так как Джулия немедленно увлекла ее на экскурсию по дому. Это был совсем иной мир, отличный от скромного домика отца, от его редакции, где они вдвоем набирали гранки и печатали газету. Стены каньона служили естественным обрамлением особняку, как бархат драгоценному камню, за что тот и был назван «Алмазом». Тэра подумала, что в подобной изоляции от мира Меррик Рассел вправе называть себя властелином маленькой империи.

В некотором отдалении находилось простое здание — общая столовая для работников ранчо. Далее шла маслобойня, где запасов молока и масла хватило бы на целую армию, за ней следовали птичий двор и кузница, в которой всегда можно перековать лошадь или подбить обод у колеса фургона. При виде всего этого невольно приходило на ум, какое же количество рабочих рук требуется, чтобы содержать все в порядке.

Очевидно, у Тэры был несколько ошеломленный вид, потому что Джулия приподняла светлую бровь и усмехнулась, собираясь сделать насмешливое замечание. Однако слова замерли у нее на языке. Тэра с любопытством проследила за ее взглядом. Оказывается, по направлению к ним со стороны столовой двигался молодой человек. Джулия вцепилась в руку Тэры и буквально потащила ее за собой, явно намереваясь представить. Лицо ее вспыхнуло, глаза засверкали, и было видно, что встреча имеет для нее особенное значение.

— Стоун! Как хорошо, что ты еще здесь! Я хочу тебя кое с кем познакомить.

До этой минуты молодой человек казался полностью погруженным в свои мысли, но тут вскинул голову. Тэра нашла его внешность привлекательной и с интересом слушала торопливый рассказ подруги о том, что в один прекрасный день красивый незнакомец появился на ранчо с несколькими отменно выученными лошадьми, которых предложил на продажу. Ее отец оценил его способности и нанял на работу. Он даже согласился на все условия, которые выставил Стоун Прескотт, так как нуждался в таком человеке.

Когда Стоун сообразил, кого именно ему собираются представить, это явилось для него немалым сюрпризом. Он впервые видел Тэру Уинслоу при свете дня и нашел ее элегантной и полной достоинства. Однако его немало позабавила мысль о том, что ему отчасти известны прелести, сокрытые под изящным нарядом. Взгляд сам собой прошелся по фигуре девушки, как бы в отместку за те ночи, бессонные часы которых были отданы на откуп воображению. Прошло две недели, но Стоун все еще прекрасно помнил ощущение от прикосновения к шелковистой коже.

Напомнив себе, что он всего лишь один из ранчеро, Стоун приблизился к девушкам.

— Я хочу тебе представить мою лучшую подругу, которая совсем недавно приехала из Сент-Луиса, — сказала Джулия, хотя на самом деле затеяла процедуру знакомства только для того, чтобы немного побыть рядом с красивым объездчиком, по которому втайне вздыхала. — Тэра Уинслоу. Стоун Прескотт.

Тэра бросила на нее удивленный взгляд, не вполне понимая, почему поднялась такая суматоха из-за простого работника, и только потом повернулась. На нее смотрели серо-синие глаза, и взгляд их был лениво-небрежным, чересчур самоуверенным. Прескотт откровенно оглядел ее с ног до головы. Один уголок его рта приподнялся в улыбке, столь же лениво-небрежной. Тэра впервые столкнулась с тем, что ее оглаживают взглядом, не выходя при этом из рамок благопристойности. Это волновало, но она сочла за лучшее оскорбиться, потому что какое право имел простой объездчик так вести себя с леди? Разумеется, уточнила она мысленно, такого права не имел никто, но уж тем более этот загорелый красавец с копной темных волос, на которых широкополая шляпа сидела возмутительно залихватски. Это был настоящий ковбой — с широкими плечами и сильными ногами, привычными к крутым лошадиным бокам. Тэра находила странной кожаную броню, скрывающую нижнюю часть тела ковбоев, но все-таки не могла не признать, что та идет к их облику.

К ее удивлению, Стоун Прескотт не только не приподнял широкополую шляпу, как подобало в момент знакомства, но даже не коснулся ее полей. «Что за невежа», — подумала Тэра, нахмурившись. Объездчик вызывающе встретил неодобрительный взгляд и снова оглядел ее с головы до ног. Это уж было слишком! Тэра ощетинилась, как рассерженный еж. Во взгляде нового знакомого было нечто, говорившее, что он прекрасно знает, как она выглядит без одежды. В жизни она не встречала такого наглеца. Но куда больше девушку возмутило то, что подобные манеры не только не оттолкнули, а скорее даже привлекали ее. Пораженная своей нелепой реакцией, Тэра решила, что терпеть не может Стоуна Прескотта.

— Очарован, мэм, — между тем соизволил обронить нахал.

Речь его была плавной, почти тягучей, как это свойственно южанам, но в данном случае Тэра сочла эту ленивую томность нарочитой, призванной раздражать, и задалась вопросом, как это Меррик Рассел терпит такое поведение. Она приняла особенно надменный вид. Это не произвело на объездчика ни малейшего впечатления. С таким же успехом она могла дружески улыбнуться ему. Тэре пришло в голову, что дело не в ней, что это всего лишь обычная манера поведения ковбоя. В конце концов, о них ходила слава покорителей женских сердец. Ну, ее-то сердце будет Стоуну Прескотту не по зубам, насмешливо подумала она.

— Как поживаете, мистер Прескотт? — спросила она, постаравшись вложить в тон все безразличие, на которое была способна.

Этот человек мог упражняться в наглости сколько угодно, лишь бы подальше от нее. Ранчо достаточно велико, чтобы неделями не сталкиваться с теми из его обитателей, от кого хочется держаться подальше. Тэра собиралась уйти, но Джулия только крепче стиснула ее руку. Она явно затевала светскую болтовню!

— Как успехи папиного призового жеребца? Джулия бессознательно приподнялась на цыпочки, страстно желая общения. Тэра не могла не отмстить, что кое-кому не мешало бы научиться скрывать свои чувства. Объездчик пожал плечами, а вернее одним плечом, лениво его приподняв и снова уронив. Его странствующий взгляд возвратился к Тэре.

— С ним полно хлопот, — протянул он, понизив голос, словно баюкал ее, нашептывая что-то волнующее, интимное. — Когда его назвали Вулканом, то ничуть не ошиблись. Ничего, и не с такими справлялись. Его все еще приводит в неистовство любое прикосновение… — Тут взгляд стал многозначительным, будто Стоун и Тэра разделяли некий не вполне благопристойный секрет. — Случается, что прилагаешь дьявольские усилия, но если ДЕЛО ТОГО СТОИТ…

Явно приняв эти странные намеки на свой счет, Джулия так и загорелась. Она даже подалась к Стоуну всем телом, совершенно смутив Тэру.

— Боюсь, леди, мне придется вас покинуть. Меррик Рассел платит мне кучу денег не за то, чтобы я развлекал вас болтовней. Пора дать Вулкану еще один урок хороших манер.

«Кто бы говорил», — возмущенно подумала Тэра. Однако следила за Прескоттом до тех пор, пока тот не скрылся ? загоне для лошадей. Походка его была на этот раз более вызывающей, он чувствовал ее взгляд.

Тэра нашла весьма двойственным впечатление, оставленное новым знакомым. Хотя она и убеждала себя, что он ей не понравился, однако следовало признать, что в нем есть нечто притягательное. Тэра сочла за лучшее поставить это в вину Прескотту, хотя винить следовало сотрясение мозга. До него ее мнения о людях всегда были четкими.

Джулия потрепала ее по руке и заставила вернуться к действительности. Девушка тоже не сводила взгляда с ворот загона.

— Боже мой, — воскликнула она, печально вздохнув, — это самый красивый и самый бесчувственный мужчина во всем Техасе! Я из кожи вон лезу, чтобы он наконец заметил если не мои чувства, то хотя бы то, что я вообще существую, a oн только и бредит, что своими дурацкими лошадьми!

И слава Богу, почему-то подумалось Тэре. Она едва не поежилась, живо представив себе бессовестный раздевающий взгляд. Зачем, интересно, вести себя таким образом, если бредишь только лошадьми? Или Прескотт хотел показать, насколько он о ней невысокого мнения? Но почему? В ответ на ее холодность? Вовсе нет, он первый начал!

Впервые Тэра попробовала увидеть себя глазами мужчины и нашла, что она достаточно привлекательна. Чего ради вот так ставить ее на место? Неужели этот человек и впрямь раздевал ее взглядом… в смысле, затем, зачем раздевают?

Тэра вспыхнула. Да он заслуживает пощечины только за то, что ей на ум приходят такие непристойные мысли! Это был не первый раз, когда ей пришлось ощутить на себе откровенный мужской взгляд, но до сих пор она просто стряхивала ощущение как грязное, надменно вздергивала подбородок и уже через пару секунд забывала о нем. Так должно быть и сейчас, только так.

И все же она ответила Джулии искренне, согласившись, что Стоун Прескотт — интересный мужчина. Правда, она оставила при себе целый ряд определений, которые так и просились на язык : стройный, сильный, мускулистый и так далее. Он был весьма уверен в себе, а еще вернее, самоуверен. Такой человек обычно поступает, как ему вздумается, мало заботясь о том, как на это смотрят люди строгих правил. Оставалось загадкой, как может Меррик Рассел, властный хозяин «Даймонда», мириться с тем, что на него работает такой своенравный парень. Если Прескотт выслушивал указания с тем же видом, с каким недавно беседовал с Тэрой и Джулией, между ним и хозяином непременно должны быть трения. Очевидно, это выдающийся объездчик, которого вовсе не хотелось терять.

— Послушай, что я тебе скажу, — взволнованно продолжала Джулия и склонилась к Тэре с заговорщическим видом. — Папа собирается дать бал, и уже обращалась к нему с просьбой, чтобы моим кавалером был мистер Прескотт. Папа как будто не против, но сомневается, что Стоуна интересуют балы. Я никак не могу набраться духу и заговорить с ним об этом!

— Вот это новость так новость! — воскликнула Тэра, ее фиалковые глаза насмешливо блеснули. — Неужели папа находит простого ковбоя достойным кавалером для дочери? Ни за что не поверю. И потом, только представь себе Прескотта на балу… возможно, даже во фраке.

Он всех гостей распугает. Ему еще учиться и учиться тому, как должен вести себя джентльмен, и если уж ты решила взять его в кавалеры, то поскорее найми учителя хороших манер. Уж не знаю, каковы другие ранчо в здешних местах, но на этом, похоже, этикет будет соблюдаться неукоснительно, так что лучше забудь о своем капризе.

Взгляд ее потянулся к ограде загона, поверх которой можно было видеть грациозную шею и высоко вскинутую голову черного как смоль жеребца. Тот бегал кругами, выискивая путь к спасению. Однако постепенно он успокоился, позволил набросить на себя уздечку и последовал за Прескоттом к сараю, стоящему отдельно от конюшни.

— Укрощение строптивого, — заметила Тэра вполголоса и добавила: — Если бы твой Стоун решил укрощать женщин, тебя ожидали бы крупные неприятности.

— Не возражала бы, — проворковала Джулия, едва ли осознавая, что говорит.

Потом она оживилась и склонила голову, окидывая подругу взглядом так и эдак.

— А что до учителя манер, то у меня как раз есть один на примете. Вернее, это учительница. Правда, работа нелегкая, придется преподать целый ряд предметов: как стать настоящим джентльменом, как правильно ухаживать за леди и прочее и прочее. Возможно, после выпускных экзаменов папа окончательно смирится с кандидатурой Стоуна.

— Тогда поспеши заручиться согласием наставницы, — сказала Тэра, источая ехидство. — Она может и отклонить предложение, сочтя задачу непосильной, а если все-таки возьмется за нее, то учти, до бала слишком мало времени, чтобы обтесать такого невежу. Честно говоря, заняться мистером Прескоттом следовало давно.

— Ничего, ты без труда наверстаешь потерянное время! — воскликнула Джулия, приходя в восторг от мысли, что ее каприз может в конечном счете исполниться. — Я сейчас же оставлю вас наедине. Как удачно, что я заранее договорилась о визите к Симпсонам и Пальмерсам! Вообще-то я собиралась взять тебя с собой, но теперь об этом не может быть и речи.

— Что? — страшным голосом вскричала Тэра. — Я? Ни за что на свете! Подумать только, обучать манерам человека, с которым мне и разговаривать-то не нравится!

— Но где же я найду другую наставницу? — возразила Джулия. — Ты же не откажешься помочь подруге, Тэра, милочка! Ну что тебе стоит? Ты настоящий образчик светских манер. Даже если бы я всерьез занялась поисками наставницы для Стоуна, где мне найти другую такую в техасской глуши?

— Однако… однако… разве ты не будешь ревновать?

— К тебе? Чего ради? Ты обручена с чудесным человеком. По правде сказать, это соображение я тоже приняла в расчет. Разумеется, и речи быть не может, чтобы Стоун понял, что мы затеваем. Попроси его дать тебе, несколько уроков верховой езды и при этом незаметно, работай над ним. Постепенно, постепенно…

Голос ее пресекся, поскольку из сарая появился Стоун Прескотт, ведя в поводу взнузданного и оседланною жеребца. Вот он вскочил в седло, и после нескольких попыток бунта горячее животное покорилось.

— Это нелепо! — упрямилась Тэра. — Я прекрасно езжу верхом, это было обязательной частью обучения в пансионе. Мистер Прескотт сразу поймет, что его дурачат, и в ответ сделает из меня посмешище.

— Ну Тэра, ну ради меня! — взмолилась Джулия, округлив глаза. — Другим способом к нему не подобраться. Притворись, что не слишком хорошо ездишь. Ладно, будем считать, что договорились. Мне пора бежать, так что остальное я предоставляю тебе. Я скажу папе, что попросила Стоуна показать тебе ранчо.

Она подтолкнула Тэру к загону и поспешила прочь. Та была так ошеломлена, что в первую минуту просто стояла столбом, ужасаясь тому, как ловко дала заманить себя в ловушку. Будь у нес выбор, она предпочла бы учить хорошим манерам лошадей!

Приблизившись к загону, Тэра взялась за край ограды и бросила поверх нее нерешительный взгляд. Стоун заметил ее давно, но не подал виду и лишь теперь соизволил повернуться, словно терпеть не мог, когда его отвлекают от работы. Он чувствовал, что преуспел с ролью невоспитанного ковбоя и белокурая красавица успела его невзлюбить. Но что оставалось делать? Говоря откровенно, такая роль его устраивала, так как давала возможность дерзко ее рассматривать.

Тэра Уинслоу была чудо как хороша. Бледное золото волос казалось чесаным льном, и так и манило зарыться в него пальцами. Овал ее лица был совершенен, а губы созданы для поцелуев. Странно, но она как будто не понимала, насколько красива.

Стоун позволил взгляду задержаться на груди, потом скользнуть ниже, к складкам юбки. Он надеялся, что в этом взгляде отражается грубое вожделение ковбоя, и усмехнулся про себя, потому что его собственное было не менее откровенным.

Тэра между тем пылала праведным гневом. Как только ей удастся терпеть такую наглость! Как ни странно, в ней вдруг вспыхнула решимость обтесать невежу.

— Мистер Прескотт, разве вас не учили, что разглядывать леди неприлично? — мягко упрекнула она. — Джентльмен должен бросать взгляды искоса, и в них должно сквозить уважение.

— Бедняга он, этот джентльмен, вот что я скажу, — усмехнулся Стоун и легко спешился, на миг заставив Тэру любоваться этим ловким движением. — Кроме того, я не вижу греха в том, чтобы откровенно восхищаться красивой женщиной, даже если это леди.

Он приблизился с таким видом, будто намеревался прижаться к ней всем телом и лишь ограда загона воспрепятствовала этому. Тэре пришлось приложить усилие, чтобы не отступить на пару шагов.

— И что же я должен делать, чтобы сойти за дорогого вашему Стоун, глядя на нее сверху вниз — возможно, намеренно это подчеркивая. — Я слушаю, Тэра.

— Для начала он назвал бы меня мисс Уинслоу, — надменно заверила она и с удивлением осознала, что меряет его взглядом в ответ.

Не Хватало еще, чтобы она переняла его дурные манеры, вместо того чтобы поделиться своими, хорошими! Урок явно не задавался, хотя Стоун Прескотт ни о чем не подозревал. К тому же Тэра не собиралась терпеть его фамильярность.

Тэра ничего не знала о том, что ее собеседник искренне забавляется ситуацией. «Да это настоящая тигрица, если ее раздразнить», — одобрительно думал Стоун. Он решил добавить масла в огонь.

— Таков уж я, мисс Уинслоу, — он подчеркнул последние два слова, — что не могу пройти ни мимо отличной кобылы, ни мимо хорошенькой женщины, чтобы не полюбоваться от души.

— Ну знаете, мистер Прескотт! Это уж слишком. Я не потерплю, чтобы меня сравнивали с кобылой! Ваши манеры заставляют предположить, что вас нашли на ступеньках и воспитали на задворках!

Она круто повернулась, повторяя про себя, что никакая дружба не выдержит того, чего требовала от нее Джулия, что для перевоспитания человека вроде Стоуна Прескотта нужно столько терпения, сколько не найдется и у монахини. Уйти ей, однако, не удалось, так как сильная рука метнулась в широкую щель между жердями, схватила ее повыше локтя и удержала.

— А вот я предпочитаю, чтобы меня называли по имени, — услышала она и столкнулась взглядом с серо-синими глазами. — Стоун, помните? Знаете, я-то думал, что — настоящую леди ничем не прошибешь, как бы наш брат ни старался. Если так оно и есть, то словечко «леди» больше пойдет кобыле, чем вам, мисс Уинслоу.

Тэра задохнулась от ярости, но попытка вырваться не увенчалась успехом. Хватка усилилась, так что локоть онемел. Не хватало еще биться, как служанке, прижатой за дверями! Тэра заставила себя выпрямиться во весь рост и холодно заглянуть в улыбающееся лицо. За всю жизнь ее не оскорбляли столько, сколько успел этот негодяй за несколько минут!

— Сделайте одолжение, позвольте мне удалиться, — начала она, но ничего не случилось, и она снова вспылила: — Руки прочь, мистер Прескотт! Убирайтесь к дьяволу!

Стоун был в восторге. Выходило, что Теренс Уинслоу не так уж хорошо зная свою дочь. По его словам, это было средоточие безукоризненной вежливости, невозмутимости и самых лучших манер, какие только существуют в подлунном мире. Однако его дочь способна была и чертыхнуться под горячую руку, не говоря уже о темпераменте дикой кошки. Это внушало надежды. Стоуну стоило большого труда не выйти из роли.

— Если мне вдруг взбредет в голову фантазия убраться к дьяволу, я именно так и сделаю, но не раньше и не потому, что какая-то расфранченная пустышка из Сент-Луиса ждет от меня этого. — И он притянул Тэру ближе, так что ей пришлось распластаться по изгороди. — Чтобы помыкать мной, мало быть просто леди.

И вот тут что-то случилось. Впервые Тэра со всей полнотой осознала брошенный вызов и мысленно подняла перчатку. «Ах так. Стоун Прескотт, — подумала она, — тебе же хуже! Если уж Тэра Уинслоу возьмется за дело, хочешь не хочешь, а ты будешь плясать под се дудку! Я преподнесу тебя Джулии Рассел приглаженным и напомаженным, в подарочной коробке с бантом! Посмотрим тогда, кто посмеется последним. Будь ты скроен хоть из седельной кожи, я справлюсь с тобой, не мытьем так катаньем!»

Она вдруг опустила левую руку, которой пыталась отцепить по одному смуглые пальцы, и улыбнулась грубияну. В первое мгновение улыбке недоставало тепла, но уже р. следующее она расцвела, как роза.

— Мы чуть было не повздорили всерьез, мистер Прес… Стоун, а ведь можем быть и друзьями. Должна признаться, ваш упрек справедлив, потому что я совсем забыла, зачем шла. Не научите ли меня ездить верхом? В этом случае мы сможем обменяться тем, что знаем, без взаимных оскорблений.

— А вы в ответ обучите меня свете» ун Прескотт расхохотался, но выпустил получится сделка. Не скажу, что имею ч мне и показалось, что я не пришелся г.;

Он ронял слова медленно, одно :.i . четок выскальзывающих из нетороплива заметно помассировала руку, nonpz? ся жакет-болеро и улыбнулась.

— Мое отношение к вам будете сдержаннее в речах и поступках.

— Хотите начистить мои манеры, как сапоги ваксой, чтоб блестели? — хмыкнул он. — Валяйте! Но для этого, моя принцессочка, вам придется слезть с трона.

Он нарочно злил ее, теперь это было очевидно! Тэра сжала зубы, сдерживаясь. Она протянула руку между жердями.

— Скрепим договор рукопожатием?

— И перейдем на ты?

— Идет! — храбро согласилась она, внутренне содрогаясь.

Ее спасло появление управляющего Лорена Маршалла, считавшего себя соперником Стоуна в борьбе за знаки внимания Джулии Рассел.

— Хозяин распорядился насчет поездки по соседям. Я его отвезу, а ты на этот раз остаешься на ранчо. Он хочет, чтобы ты показал мисс Уинслоу здешние места.

В тоне Маршалла и даже в его позе чувствовалось удовлетворение от того, какой поворот приняли события. Он сам имел виды на Джулию и скрипел зубами каждый раз, когда та увивалась вокруг Стоуна. Если бы объездчик вдруг выказал интерес к симпатичной гостье. Джулия, конечно, приревновала бы, а уж тогда… Одна мысль о том, какие это сулило возможности, заставляла Лорена трепетать от предвкушения.

— Ладно, раз хозяин гак хочет… — протянул Прескотт и испустил тяжелый вздох. — Обычно я. не люблю надолго отвлекаться от основной работы, тем более что поздно вечером у меня встреча и на ранчо я вернусь только в среду.

Стоун оглядел Тэру с таким видом, словно раскаивался в том, что вообще связался с ней. В ответ ей захотелось стиснуть его загорелую шею повыше небрежно повязанного платка и душить, душить, пока он не испустит дух. Прескотт откровенно испытывал ее терпение! Однако Тэре все-таки удалось сохранить на губах любезную улыбку, и, когда управляющий поспешил прочь, она вопросительно подняла бровь:

таком случае сегодня после обеда займемся делом. Ты станешь учить меня верховой езде, а я постараюсь дать урок хорошего тона. Немного прилежания — и ты будешь вести себя безукоризненно в присутствии любой леди.

— Прямо-таки жду не дождусь, мэм! — ухмыльнулся тот, стащил с головы шляпу и отвесил шутовской поклон.

Намерения Тэры относительно ею немного изменились. Она бы с восторгом оторвала от изгороди одну из жердей и стукнула Стоуна по голове, чтобы он свалился к ее ногам замертво. Однако ей тотчас вспомнилось, что кругом Техас, голова Стоуна вполне могла выдержать удар дубины, а в ответ он мог запросто пристрелить ее. как дорожный грабитель пристрелил дона Мигеля. Тэра благоразумно отложила расплату на потом, чтобы у ближайшего рукава реки столкнуть тренера с лошади в воду и утопить. Почему бы и нет? Как бы крепко он ни держался в седле, на ее стороне будет элемент неожиданности. Что касается Джулии, придется ей поискать себе другого кавалера.

— Только я прошу вас подыскать Nine самую кроткую лошадку, — попросила Тэра, злорадно представляя себе, каким полным болваном предстанет Стоун, когда в конечном счете выяснится, что она ездит верхом не хуже его.

Ничего не подозревая о ее коварном плане, тот оглядел табун, пасшийся на значительно более просторном выгоне, примыкающем к загону для тренировки. Короткий и пронзительный свист чуть не заставил Тэру зажать уши. К ее удивлению, все до единой лошади замерли в неподвижности, хотя их было не меньше сорока Стоун прошел в калитку и двинулся между животными, скользя по ним оценивающим взглядом. Ну и по думаешь, решила Тэра непримиримо. Допустим, он знает, как обращаться с лошадьми, зато понятия не имеет, как вести себя с женщинами. И это к лучшему, потому что, образно выражаясь, ей не составит труда стреножить его. Он будет покорно есть у нее из рук.

Скрывал самоуверенную улыбку, Тэра прикидывала срок, который для этого потребуется. Неделя, не больше. За семь дней этот неотесанный олух преобразится, как расколдованный принц… По правде сказать, больше недели ей не выдержать в его обществе. Она дала себе слово, что будет трудиться, не жалея сил, лишь бы поскорее со всем покончить, и если Джулию не устроит конечный результат, что ж, той придется поискать себе другой предмет для обожания. Впрочем, Джулия, конечно, будет в восторге, потому что со здравым смыслом у нее неважно. Будь она рассудительной, она не затеяла бы такой авантюры. Не может быть, чтобы во всей округе не было партии получше для дочери Меррика Рассела. Глупо расточать богатство своих чувств на человека, который даже не способен их заметить и уж тем более оценить.

Так думала Тэра, не сводя глаз с фигуры новообретенного ученика и ища в ней изъяны. Тщетно, Стоун был превосходно сложен. Это вызвало у нее еще большую досаду, хотя это и казалось невозможным.

Загрузка...