Академия Правителей – 2

Глава 19 Этика, народы и пришелец

8 сентября (среда)

Антон Цепелин

Стоило закрыть телефон, как перед глазами высветилось очередное сообщение от Системы. Из-за встречи с Ведьмой я практически забыл об одном грандиозном событии.

[Инициализация 25 %.]

Прошла уже четверть срока, отмеренного Системой до начала Бури Перемен. Осталось ещё семь с половиной суток. За это время мне надо усилить себя и питомцев. Запастись эфиром, экипировкой, улучшить трансформу и, если получится, подняться до С-ранга [3]. Шаг за шагом, как говорится.

Стоило направиться на выход из опустевшей аудитории, как в дверях появился охранник Академии.

— Да вы издеваетесь, — хмуро смотрю на мужика. — Я опаздываю на следующую лекцию.

— Директор сказал передать вам лично в руки.

Протянув мне небольшой конверт, охранник сразу же ушёл. Направляясь к следующей аудитории, я заглянул внутрь. Там нашлась короткая записка и номер телефона.

«Мне надо о чём-то волноваться? Гостьи больше нет?»

Набрав номер на телефоне, я продолжил идти к аудитории. Джаред поднял трубку после двух гудков.

— О, Цепелин? Смотрю, ты нетерпелив.

— Жизнь не шахматы. Побеждает тот, кто сразу действует, а не просчитывает всё на десять ходов вперёд, — поднимаюсь по лестнице на третий этаж Академии. — Гостья ночью улетела. С ней не будет никаких проблем. Мы поговорили и мирно разошлись.

— Вот так просто? — Джаред усмехнулся. — Мы ведь говорим о живой легенде. Ты мог получить за её голову пару миллиардов.

— Легенда, бла-бла-бла… Джаред, она, в первую очередь, человек. Розалия дала слово, что не будет буянить на территории России… Если на неё кто-то по дурости не нападёт.

— А как ты её…

— Секрет фирмы, — смотрю на нужную мне аудиторию. — Мне на лекцию пора. Сами знаете, господин директор. Двери в аудиторию закрывают сразу после звонка.

Ноколос тихо, но довольно хмыкнул.

— Зверь, поговори с Дроздовым. Мы тебя прикрыли, не сказав, где именно видели… С «подругой».

— Понял. С меня причитается… Ну всё. Мне пора.

Положив трубку, я зашёл в аудиторию. В коридоре сразу же прозвенел звонок, и преподаватель Телекинезом потянулся к двери.

— Я помогу.

Развернувшись, сам закрываю замок и, чуть пройдя по кабинету, занимаю место рядом с Павлом Либе. Рыжий хмурится, смотря то на свой телефон, то на меня.

— Всё в силе, — киваю другу.

— Ладно… И спасибо. Мама уже написала, что ждёт нас вечером.

Стоящий у доски преподаватель оказался мне совершенно незнаком. Возраст чуть больше тридцати, аура аэроманта C-ранга [3]. Деловой костюм в клеточку, с торчащими из кармана часами на цепочке. Весь его стиль, включая кожаные туфли, кричал о британской моде.

— Меня зовут Андрэ Томпсон, — произнёс он громко, с улыбкой глядя на аудиторию. — Или Андрей Томпсон. Если кто-то спросит, из клана ли я тех самых мафиози Томпсон? Ответ будет «да». С этого года я стану вести в Академии курс занятий по этикету. Вы, как первый курс «правителей», будете обучаться основам «Международного Этикета»…

Взяв маркер, Томпсон стал быстро писать на доске, попутно объясняя.

— … Этикет, производная от культуры и народа. Культура в последние годы меняется быстрее, чем мы успеваем замечать. Поэтому многие знания из прошлого стремительно устаревают. Моя задача на сегодняшнем занятии…

Томпсон закончил писать на доске. На её поверхности появилась надпись «Народы».

— … Объяснить, почему вам важно знать «Международный этикет». И почему меня, несмотря на необычное происхождение, всё равно взяли преподавателем в Академию Правителей. Начнём с первой парты. Студент Цепелин? Слышал, вы не против открытых конфликтов с преподавателями?

— Это вызов на дуэль? — удивлённо смотрю на мафиози. — Можно я схожу за свинцовой перчаткой? Такую в лицо бросать всё же приятней, чем кусок ткани.

Студенты в аудитории тихо посмеялись.

— Перчатка нам ни к чему, — улыбнувшись, Анрэ покачал головой. — Дуэли не будет. Они, вообще-то запрещены, в России. Вы хороший пример человека, выросшего в условиях другой культуры. Видимо, то окружение поощряло открытое выражение своих мыслей. Культура порождает этикет, которого вы придерживаетесь.

— Согласен, — повнимательней приглядываюсь к мафиози. — С такого ракурса я и впрямь хороший пример.

— Вот! — Анрэ указал на меня, обращаясь к аудитории. — Студент Цепелин всегда прямо говорит о том, что думает. Окажись он в Соединённых Штатах, его бы начало коробить от их показных улыбок и вопросов «Как твои дела?». В Китае у человека, который тебе небезразличен, принято узнавать «Что ты кушал?». Понимаете? У разных народов разные способы выражения своих мыслей и намерений.

Взгляд Томпсона сместился на Кан Джин-Хо — сына Охотника S-ранга.

— Например, в корейском языке, — продолжил Анрэ, — есть три уровня вежливости разговора и куча разных суффиксов. Последние указывают на то, как спикер обращается к собеседнику. Друг, незнакомец, почтенный господин и так далее…

Томпсон перевёл взгляд с Кан Джин-Хо на других студентов.

— Как говорят в кругах криминала, «Общайся с итальянцами на итальянском, а с русскими на русско-матерном». Суть поговорки в том, что, ведя бизнес с представителями другой культуры, вы должны понимать их этикет. У китайцев самый важный Лао Бай входит последним в зал для переговоров. Если на улице Пекина вы видите человека, нуждающегося в помощи, и сами предлагаете её… ОН вам откажет…

Хитро улыбнувшись, Томпсон прошёлся глазами по задним рядам.

— … А вы! Именно вы, дорогие студенты… Должны будете по лицу китайца понять, что на самом деле значит его «нет». Быть может, надо настоять, и тогда он примет помощь? Или, наоборот, вас просят оставить в покое человека… Да-да! Именно вы должны понять ЭТУ особенность китайской культуры, оказывая кому-то помощь. Описанный мной пример не шутка. Так китайцы оценивают ВАШ эмоциональный интеллект. Если с ним всё плохо, с вами не станут делать бизнес.

Андрэ перевёл взгляд на нахмурившуюся Риет.

— Знаю, вы из Франции, госпожа Склодовская-Крякря. Приведу в пример другую страну. Германия! Там коллега или сосед по дому может настучать на вас. Вы получите штраф или выговор, а эмм… «Доброжелатель» потом будет удивляться тому, что вы на него злитесь. Во Франции такой особенности нет.

Шагая вдоль первого ряда, Томпсон снова обратился к аудитории.

— У разных народов разные нормы этикета. Если вы хотите вести с ними дела, вам придётся изучить их культуру для правильного ведения переговоров. Именно этому я и буду обучать вас на курсе лекций по «Международному Этикету».

Лекция от мафиози оказалась интересной. Томпсон ловко завязал на себе внимание студентов, рассказывая необычные случаи из своей жизни. В криминальном мире тоже куча тонкостей.

Есть люди, которые берут деньги в долг и не отдают их… То есть кидают коллегу, чтобы тот продолжал с ними вести бизнес в надежде однажды вернуть долг. Такой вот необычный «гарант».

Чем больше студенты слушали, тем чаще у них отпадали челюсти. Как насчёт доверительных отношений, выстроенных на крови? То есть обе стороны запачкались в ней по самые брови! Один сплёвывает потрохами убитой вместе жертвы. Второй выкидывает испачканный топор. Если интерпол докопается до правды, утонут оба. Поэтому у таких мафиози «бизнес на доверии».

Фирмы, работающие с тендерами, и обязательный откат? Взятка плюс полученный компромат — равно доверие к партнёру.

Как насчёт обязательных любовниц у членов совета директоров? Причём их жёны всё-всё знают, но заняты сохранением фамильного капитала.

Когда Томпсон стал рассказывать об этикете и карьерной лестнице в корпорациях… Раскрасневшиеся девушки не выдержали и попросили его остановиться.

[Какой там «самка богомола, откусывающая голову самцу»⁈ Я сейчас ТАКОЕ услышал, что язык повторить не повернётся. Мрак, мрак, мрак!]

Наконец, прозвенел звонок, отмечающий конец урока. Томпсон благожелательно кивнул студентам.

— Благодарю за то, что стали слушателями моей вводной лекции. Увидимся через неделю.

— Лучше через две, — я тряхнул головой, сбрасывая наваждение. — Или три. Описанная вами «международная этика» больше походит на сериал про каннибалов. Вопрос лишь в том, кто кого успеет первым незаметно съесть.

Улыбка на лице Анрэ стала шире.

— Вы верно суть уловили, студент Цепелин. Увидимся на следующем занятии.

…

После занятий я поехал домой к семейству Либе. Администрация Академии выделила отцу Паши, как профессору, отдельную квартиру. Рыжий инопланетян ехал на красном Порше, а я чуток подремал в машине Винни по дороге. Свой водитель — это определённо круто!

Когда мы приехали, отца Паши ещё не было дома — в Академии шла одна из его последних лекций на сегодня.

— Там всё сложно, — Рыжик хмыкнул. — Патрик… В смысле папа… Преподаёт «НеОтредактированную Историю» студентам начиная со второго курса.

— Звучит интересно.

— На самом деле, «не очень», — Павел кисло улыбнулся. — Историю пишет победитель. Поэтому мало кто хочет знать правду о том, как строилась Римская Империя. Или про родственные браки у Романовых. Например, ты знал, почему в Америке долго не хотели признавать отдельную ветвь христианства?

— Почему?

— Рабы, — вздохнув, Рыжик остановился у двери квартиры. — Одно дело брать в рабство язычников и пускать их труд во благо Святого Престола. Другое дело, если речь о чернокожих христианах. Теперь понимаешь, почему об этом не пишут в учебниках? Патрик… В смысле папа, о таких вот нюансах и рассказывает на лекциях. То, что пишут в учебниках о причинах войн, часто далеко от истины. Вот это он на занятиях и освещает.

[Вау! Теперь понятно, почему профессора Патрика Либе пригласили преподавать в Академии Правителей. Такую историю мира я бы и сам с радостью послушал.]

В отличие от прямолинейного сына, его мама Анна Либе начала допрос… То есть беседу с чая и вкусняшек. Она представляла из себя эдакую смесь из комка жизненной энергии и чистого женского любопытства. Секунда! И она на кухне шумит чайником и кружками. Ещё секунда, и нож в её руках разрезает вафельный тортик на кусочки.

— Бу-бу-бу… Кстати, Антон! А что это за Наташа, к которой Паша зачастил?

— Не знаю, — развожу руками. — Тётя Анна! Могли сразу спросить. Я этих девиц один раз в жизни видел. Они в Академии не учатся. К тому же Паша с ними больше не общается. Урок усвоен… Обеими сторонами. К тому же ваш сын домой вернулся и уже две ночи как тут ночует… Или я чего-то не знаю?

Хмуро смотрю на рыжего, а тот, судя по выражению лица, сам не понимает, зачем мама подняла вопрос о девицах.

— Значит, их больше нет, — Анна задумчиво глянула в окно. — Ну-у-у… Может, оно и к лучшему. Рано мне внуков нянчить.

Паша отчего-то густо покраснел. Вроде приличный инопланетянин, а мозгами всё ещё подросток.

— Мам, ну ты чего? Какие ещё внуки. Я с этими девушками всего три дня провёл.

— Целых. Три. Дня! А не просто три дня, — серьёзным тоном Анна поправила сына. — Хорошо хоть друг у тебя надёжный. Сказал, как пользоваться… разными мерами защиты.

Мы с Пашей переглянулись. Судя по тому, что я видел на парковке, Наташа с подругой сами обо всём позаботились. Девицы обучили рыжего той науке, которую обычно папа рассказывает подрастающим сыновьям. У меня в тот день не хватило времени на дружеские лекции. Багратион утащил на карантин.

После тортика атмосфера на кухне сразу же сгустилась. Я, как адепт, сразу ощутил момент, когда Анна Либе решила перейти к главной теме разговора.

— Антон, а у вас, случайно, нет работы для Павла?

— Что?

Мозг отказывался признавать услышанное. Работы? Для рыжего пришельца? У меня?

[Алё! У Павлика древнее божество [12] за спиной болтается, и об этом, кроме меня, никто не в курсе. Куда его пристроить? Курьером на доставку пиццы? Хмм… А почему бы и нет? Он же телепортируется, куда захочет.]

Тряхнув головой, я ответил совсем другое.

— Прямо сейчас не готов дать ответ. Откуда вообще взялась необходимость? У вас вроде всё хорошо. Муж профессор. Жильё от Академии.

Анна опустила взгляд и, помолчав секунду, тихо произнесла:

— Работать надо смолоду. Кто знает, как жизнь сложится. Хочу, чтобы Паша научился зарабатывать и ценить деньги, пока мы ещё можем ему помочь.

— Ну ма-а-а-м! — взмолился рыжий. — Чего ты опять начинаешь? Нормально с вами всё будет. Вы с папой ещё молодые. Выучусь на управленца и пойду работать к какому-нибудь нефтяному магнату. Довольна?

— Нет, — Анна перевела умоляющий взгляд на меня. — Антон, вы уж за ним приглядите. Если будет хоть какая-нибудь подработка для Павлика, можете сразу мне писать.

Поднимаю руки.

— Теперь уже я скажу нет. Телефонами мы точно обмениваться не будем. Тётя Анна, у меня что ни день, то приключение. Насчёт работы для Паши я услышал. Подумаю, что с этим можно сделать. А теперь прошу прощения, но мне пора ехать по своим Охотничьим делам. Одна Графиня ждёт, что я её освобожу.

…

Выйдя из дома Либе, глянул на экран смартфона. Шесть часов вечера. Время есть. Сначала пишу сообщение Дроздову:

[Два кофе латте подойдут как выкуп за Графиню? Могу заехать в «Зверинец» ближе к десяти часам вечера.]

Затем нахожу в телефоне номер той, кому давно обещал позвонить, но руки всё никак не доходили.

[Госпожа Смирнофъ, Цепелин на связи. Всю неделю был сильно занят. Если надо снова Варфоломея усмирить, могу заехать к вам сегодня ненадолго.]

Что удивительно, первой ответила Светлана Смирнофъ, а не Дроздов.

— Цепелин, — прорычала в трубку Бриллиантовая Дама. — Вроде умный парень, а заставляешь так долго леди ждать звонка или сообщения.

— Я о вас не забывал, Светлана. Честное джентльменское слово! Не могу рассказать всех деталей, но правда был сильно занят всю неделю. У меня на вечер после вас назначена встреча с Охотником S-ранга [6]. А завтра Либтон пригласили меня на семейный праздник. И так каждый день что-то да происходит.

— Хмм!

В трубке послышалось девичье сопение… Такое бывает, когда дама вроде и рада звонку, но не хочет прямо это показывать.

— Антон, я прямо сейчас сама в делах в одном из своих магазинов в первом секторе Петрограда. Проверяю качество товара. Поставщик, кажется, смешал шерсть викуньи с другой, намереваясь удешевить производство. А мне такой товар не нужен… Приезжай, если хочешь поболтать. Заодно подберём тебе одежду. А то, ей-богу! Стыдно на тебя было смотреть на церемонии поступления.

Положив трубку, сразу увидел сообщение от Степана.

[Тоха, тут это… Шеф тихо пьёт. Рейд во Врата B-ранга почему-то отменил. Просил привезти что-нибудь покрепче кофе.]

Понятно. Дроздов обиделся и не хочет сам мне отвечать. Ладно! Зайду по дороге в магазин.

[Надеюсь, алхимик из «Зверинца» закончил делать следующую партию эфира. Сделаю Анаболику такой коктейль, что он вмиг все тревоги позабудет.]

…

Поездка в магазин Смирнофъ прошла совсем не так, как я планировал изначально. Светлана едва ли не коршуном летала над коробками с одеждой, ища порченый товар. Взмыленный кладовщик носился туда-сюда, пытаясь не попасть под руки хозяйки довольно серьёзной фирмы.

Видя, что я приехал, Светлана несколько успокоилась.

— Это поставка для Кремлёвского Полка, понимаешь? Наградные парадные кители для «Лучшей Сотни». Мы выиграли этот тендер не столько ради прибыли, сколько ради бренда Смирнофъ. Генералы тоже любят красивую одежду…

— А-а, новый рынок? — киваю с улыбкой. — Теперь понимаю. Сам тендер для вас, это способ дать рекламу.

— Вот именно! — Светлана хмуро глянула на коробки. — Я не могу запороть такой заказ! Поэтому приехала сюда лично и вижу, что кители весят больше, чем должны. Разница минимальна, но если речь о бренде Смирнофъ… Короче, кабаны из штаба командования это сразу же заметят. Меня где-то надули с кителями, а я не могу понять, где и как. Уже все коробки перерыла. Шерсть вроде та же. Состав тот же, но вес отличается. А так быть не должно.

Раз дело в шерсти, то я знаю того, кто может в этом разобраться. Махнув рукой, я призвал Матроскина.

— Мряу, Великий! — кот заозирался в поисках врагов. — Вроде это не поле боя? Я вам понадобился?

Разинув рот, Светлана уставилась на говорящего кота. Ну-с! Эксперт по запахам прибыл.