Академия Правителей – 2

Глава 5 Хозяин кабинета

00:00, 6 сентября, понедельник

Антон Цепелин

Сообщение от Системы не удивило. Чего-то такого давно стоило ожидать в Тейлуре. Если мир давно находится в стабильном состоянии, общество адептов начинает закисать. У одних адептов-девиантов появляются идеи о мировом господстве. Другие придумывают оружие массового поражения. Причём оно обязательно рассчитано против людей, а не монстров.

Как-то раз в Арго один бог-путешественник перед дуэлью рассказал мне притчу:

'Представь себе мировой океан в виде поверхности воды в ведре. На нём плавают листочки с дерева. Дубовые, кленовые, вытянутые травинки и хрен пойми как оказавшийся там кактус. На всех сидят одинаковые муравьи.

Если ничего не делать, насекомые станут сами грести на листочках до соседей и начнут глобальную Войну Ведра. Кактус заявит о своём нейтралитете. Другие подумают, что он потом добьёт выживших. Дубовые вместо войны с Кленовыми заключат союз и нападут сначала на Кактус. Под раздачу попадут все мелкие листочки.

Однако есть тот, кто смотрит на водную гладь сверху. Если видны признаки грядущего самоуничтожения цивилизации, Наблюдатель пускает волны по поверхности воды. Начинается Буря Перемен.

Боясь быть смытыми в потоках событий, муравьи начинают крепче держаться за листочки. Кленовые возводят на границе баррикады от волны. Дубовые создают единую сцепку из всех муравьёв на своём листе. Кактус возвращается к истокам, выращивая корень, способный достичь дна ведра.

Суть в том, что Буря Перемен появляется не без причины. Каждый сильный игрок мира — будь то страна или коалиция адептов — ищет СВОЙ способ пережить волну перемен'.

В дуэли с богом-путешественником за свободный мир я одержал безоговорочную победу. На той планете поселились приручённые мной монстры.

Дело было во время расцвета моего Пути Коллекционера [12]. В Арго меня так и звали «Коллекционер» Карлайн. Тогда казалось, что, пройдя через череду сражений, я получу Озарение о том, как стать Великим Дао [13], а потом и Божественным Предком [14].

[Как же нелепы оказались мои надежды!]

Собственно, тогда Надежда [?] и вышла со мной на контакт. Объяснила, что Путь Коллекционера — это попытка собрать в одну стаю кучу разных существ-единорогов. Каждый дьявольски силён, прекрасен и опасен… Но они все одиночки!

Великий Дао [13] — это образ, на который равняются другие. Паства, завистники, питомцы, солдаты, поднимающие герб с твоим знаменем. В свете Дао рождаются целые цивилизации. С его именем на устах они уходят в мир иной. Дао дают другим ответ о смысле жизни.

Божественный Предок — хех… Рано говорить о нём.

Надежда указала на ошибку в развитии, и я отказался от Пути Коллекционера. На вопрос, что делать дальше, одна из величайших сил Вселенной ответила довольно лаконично:

«Наблюдай».

Падение по рангам вышло таким, что весь Арго трясло от потока новостей. Мои «единороги» вырвались на свободу. Один метил в полубоги [10]. Оскалив зубы, второй замахнулся на ранг Ложного Божества [11]. Третий посчитал, что может занять место главы стаи… Началось то, что в Арго потом назвали «Войной Своры». Все против всех!

Я наблюдал.

Сначала год.

Затем незаметно прошло три года.

В какой-то момент я почувствовал себя императором в изгнании, наблюдающим из башни за тем, как его империя… ТРУД всей жизни… Разрушается изнутри. Как падают колонны, удерживающие мирное небо. Как жадность съедает одних, а других гордыня загоняет в вырытые ими же могилы.

[Падение.]

Я увидел собственными глазами, что путь, указанный Надеждой, абсолютно верен. Нельзя стать Великим Дао [13], если стая не может ужиться сама с собой. Те, кто следует за Великим Дао, должны ставить общее «благо стаи» выше личных амбиций.

[Я наблюдал Войну Своры до самого конца. Надежда не просто так указала мне на допущенные ошибки. Их надо учесть и не повторять в будущем.]

Так начался путь «Зверя» Карлайна — адепта, на которого равняются идущие за ним питомцы. Вожак для вожаков, великий Альфа, тот, кто указывает путь вверх по рангам.

[В те годы моя личная сила упала до ранга абсолюта [7], а от прежней стаи в живых не осталось никого. Исток маны, сила божественности и даже концептуальность… Пропало всё, что связывало Карлайна с Путём Коллекционера.]

Избавившись от бремени ожиданий стаи, я ощутил практически позабытый вкус свободы. Мой внутренний Зверь выбрался из клетки. Многие «достижения Карлайна» из прошлого теперь смотрелись… По-другому.

Хватало моментов, когда хотелось сказать: «Как, Карл? Как ты до такого додумался⁈» И, наоборот, незначимые поступки стали сами всплывать в памяти.

Спасённая белочка в лесу стала императрицей Беллатрисией «Великолепной». Один кузнечик из роя космической саранчи написал сонату в мою честь. Выхоженный сумеречный волк стал божеством [10], зачем-то «кусающим непослушных деток за бочок».

От Пути Коллекционера осталось всего два наследия. Моё личное Клеймо — метка, связывающая призывателя с питомцем. И личный дар Тягучести — осколок от силы древнего бога, коим я когда-то был.

Когда разум нового «Зверя» Карлайна стал кристально чист, Надежда снова напомнила о себе.

«Всё живое рождается незавершённым. Развитие — это путь становления завершённым. Карлайну надо оставить прошлое в прошлом».

Надежда крайне редко использует в сообщении много слов. Потому порой приходилось довольно долго расшифровывать. В этот раз всё оказалось именно так.

Сначала я думал: мне показалось. Потом понял, что нет. Одна из величайших сил вселенной предложила мне попрощаться с жизнью. Смерть, проще говоря.

Прежде чем эта абсурдная мысль стала в моём сознании кристально чистой, прошла аж целая неделя. Мне, пусть и бывшему, но всё же древнему божеству [12], предлагали добровольно отказаться от всех прежних достижений. Влияние, репутация, до предела развитое тело…

Поняв, что смысл до меня дошёл, одна из величайших сил Вселенной снова подала сигнал.

«Зверь возродится, если станет посланником Надежды. Память сохранится. Уйдёт лишь то, что тянет вниз».

Не могу сказать, что в ТОТ момент мной двигал здравый смысл. Скорее я ощутил веяние перемен и крохотный… Практически неуловимый след Пути Зверя, по которому хочу пройти. Запах осеннего леса и трава, щекочущая ноги. Так моё сознание ощутило подсказку от силы.

Начать всё с чистого листа? С чистой репутацией и послужным списком. Только я и мои личные навыки?

Ответом Надежде стало «Да».

…

Сидя в алхимической лаборатории «Зверинца», я снова и снова читал сообщение от Системы Арго.

«Будущее наступило, но оно распределено неравномерно. Начинается… инициализация „Войны Будущего“. Устраните причины Апокалипсиса».

Что в переводе на человеческий язык звучит так : скоро начнётся Буря Перемен под названием Война Будущего. В ходе этого события или череды событий надо найти некие причины Апокалипсиса.

Сообщение пришло ровно в полночь. Через десять минут после этого ко мне, громыхая по лестнице ботинками, спустился безумный Шанц.

— Слушай, Цепелин? Тебе ведь тоже пришло сообщение? — алхимик глянул на меня с немым вопросом.

— Пришло.

— А сколько слов? — Шанц указал вверх на находящийся над нами этаж лаборатории. — У моих работников текст разный. У одних всего два слова. У двоих сразу три слова «Будущее наступило, но…»

Прикинув в уме варианты, понял, что дело в ранге адептов. Система Арго имеет внутреннюю иерархию по допуску к информации. Чем сильнее одарённый, тем больше данных ему сообщается. Правда, в Тейлуре об этом пока никто не знает. До этой ночи Система себя никак не проявляла, выполняя роль пассивного наблюдателя.

— Будущее наступило, да? — с улыбкой смотрю на Шанца. — Думаю, в утренних новостях мы увидим полный текст сообщения от Системы.

— Значит, два слова? — подумав секунду, алхимик кивнул своим мыслям. — Видимо, чем выше ранг, тем больше деталей.

Нащупав новую тему для размышлений, он направился обратно в лабораторию.

После ухода Шанца я снова погрузился в медитацию. Поглощаемый эфир семимильными шагами развивал моё духовное тело, заодно подсвечивая всё новые и новые спутанности в энергоканалах. В какой-то момент пришлось перейти на «Ускорение», чтобы поспевать за ходом изменений.

Через два с половиной часа из медитации меня вышибло из-за ещё одного сообщения от Системы. В верхней части интерфейса появилась новая надпись.

[Инициализация 1 %.]

Глянув на часы, подсчитал, что один процент прошёл за сто сорок четыре минуты. Другими словами, на весь процесс инициализации уйдёт десять суток.

Ну что же. Срок известен. За это время надо как можно сильнее подтянуть своё развитие.

…

Ближе к семи утра мне наконец удалось прорваться на D-ранг [2]. Внутри тела всё гудит от дичайшей перегрузки, но новые обстоятельства требуют таких мер.

[Надо дать организму отдохнуть,] — смотрю на дрожащие руки. — [Как тремор пройдёт, займусь следующим шагом. Пора браться за второй уровень физической трансформы.]

Забрав у Шанца партию Живчика, заехал на такси сначала домой. Всё же понедельник. Пусть Система и чудит, но учёбу в Академии никто не отменял.

Пришлось задержаться в квартире ещё на полчаса, дабы помочь Матроскину и Петру тоже прорваться на D-ранг [2]. Личные имена у них уже есть. Поэтому переход прошёл без каких-либо проблем.

— Мрр! [Я чувствую в себе больше кошачьих сил!]

Смотрю на довольного питомца, а тот на радостях стал когтями царапать плитку на кухне.

— Это как? И хорош пол портить!

— Мрр-мяу! [Я оцениваю свою мощь котами, Великий,] — Матроскин поднял на меня взгляд. — [Вчера было десять слабых котиков, живущих у бабули. А сейчас двадцать пять мартовских котов.]

— Понятно.

Порой забываю, что у питомцев есть свой необычный взгляд на мир. Видимо, у Матроскина цифры связаны ещё и с какими-то качественными характеристиками.

То есть двадцать котиков от бабули и такое же количество мартовских дадут разную выходную мощь.

Пётр глянул на хвостатого коллегу.

— Уру-ру! [Может, будем мерить твою силу в лошадиных силах?]

— Мя. [Зачем лошадиных? Может, лучше в хомячках? Или мышиных силах?]

Оставив питомцев разбираться с новыми силами, я быстро умял завтрак и заодно прихватил с собой контейнер с бутербродами. Уж в чём-чём, а в их приготовлении Пётр определённо мастер. Бриошь с мягким сыром и беконом. Чёрный хлеб с салом и чесноком. Когда, заглянув в ланч-бокс, чуть слюнями не подавился!

Оставив сумки с эфиром дома, направился в Академию.

…

Прямо на выходе из двора меня поджидал Винни Пух… В смысле аэромант, которого я отметелил около Пятна под Ярославлем.

— Не до тебя сейчас! — отмахиваюсь от адепта. — Я на учёбу опаздываю.

— Так я подвезу, — довольно улыбаясь, указал на зелёный четырёхместный спорткар, стоящий рядом с нами. — Сам все штрафы оплачу.

Меня всего аж скрутило от отвращения. Не люблю, когда люди так демонстративно подлизываются. От таких сразу хочется отделаться.

— Чего тебе? — демонстративно смотрю на телефон. — У тебя минута.

Фальшивая улыбка слетела с лица Ивана.

— Хватит тридцати секунд, — аэромант опустил взгляд. — Вам покажется это бредом, но я душой чувствую… Если последую за вами, мастер, смогу стать сильнее. Там под Ярославлем вы меня будто из болота сомнений вытащили. Я же не знал, что делать дальше. За своё обучение я готов платить чем угодно. Деньгами, услугами на чёрном рынке…

— Водить умеешь? — кивком указываю на спорткар. — Если да, то договоримся. Мне надоело с такси возиться. Постоянно что-то странное происходит.

Услышав последнюю фразу, Пух рванул открывать дверь переднего пассажирского сидения. Сам, оббежав машину, сел за руль. Удивило то, что двери автомобиля поднялись вверх, а не вбок.

Едва мы выехали на дорогу, я поднял очевидный вопрос.

— Иван, с каких пор я твой мастер?

— Так… Со вчера, наверное, — аэромант густо покраснел. — Я инсайт поймал. До пика B-ранга [4] ещё далеко, но я понял главное. У меня есть шанс подняться до А-ранга [5]. Когда в уме сложил, что к чему, понял… Не хочу жить как прежде. Хоть посуду меня ставьте мыть…

— Должность занята, — говорю серьёзно.

Винни весь напрягся.

— Ещё английский знаю хорошо.

— Не ты один, — зеваю из-за бессонной ночи. — Уверен, даже мой кот знает этот язык лучше твоего. Водитель B-ранга [4] со своей машиной меня вполне устроит. Пока есть возможность, могу проводить пару уроков в неделю. Быстрее нет смысла.

Если говорить серьёзно, то почему бы и нет? Водитель и впрямь нужен. Мне понятна мотивация Ивана. Это тот факт, который ценнее всех прочих.

О моих похождениях Винни вряд ли кому-то расскажет. У него самого не один скелет в шкафу, а целое кладбище. Лояльный, достаточно сильный адепт, готовый работать водителем. Мечта ведь⁈

[Петру и Матроскину не нужны конкуренты,] — вспоминаю про домашних питомцев. — [Осьминогу хватит ума избавиться от человека, забирающего у него право мыть посуду. Кот, скорее всего, превратит Ивана в личного раба. Потому в нашу берлогу Винни никто не пустит.]

От моего дома до Академии ехать всего пять минут. По дороге я записал телефон Ивана в записную книжку Джонни.

При въезде на территорию Академии машину Винни развернули — номера спорткара не зарегистрированы за студентом. Ещё и мелькавший впереди кортеж из пяти автомобилей намекал на зачем-то принятые повышенные меры предосторожности.

Пришлось выходить из автомобиля и на своих двоих бежать к проходной. Около турникетов дежурила знакомая группа охранников во главе с Багратионом. Заметив меня, последний сразу поднял руку, привлекая к себе внимание.

— Цепелин! Перед первой лекцией зайди в кабинет директора. Господин Ноколос ждёт тебя.

— В смысле «ждёт»? — во мне начала закипать ярость. — Пусть слуг ждёт. Я студент, а не преподаватель или его наёмник.

Багратион растерялся, но быстро взял себя в руки.

— Прошу прощения… Ляпнул, не подумав. Директор ПОПРОСИЛ зайти к нему перед началом лекций. Преподавателя с первого занятия уже предупредили.

До начала лекций осталось меньше двадцати минут. Если потороплюсь, могу успеть. Однако сама ситуация мне не нравится. Я пришёл в Академию, чтобы учиться, а не ради общения с Ноколосом и ему подобными. Пусть плетёт свои политические интриги с теми, кому это интересно.

Уже на подходе к кабинету директора использую технику «Обострение слуха». По ушам сначала затарабанил стук клавиш секретарши по клавиатуре. Затем послышались другие голоса из-за двери.

Ноколоса я узнал сразу. Его собеседник пока оставался неизвестным.

— Ты ведь тоже получил сообщение от Системы, Джаред? Что-то «начинается». Об этом пока знают только Охотники S-ранга [6]. Меня, как Патриарха Петрограда и Всея Руси, из-за него вызвали в Ватикан. Самолёт уже стоит на взлётной полосе. К вечеру Церковь должна выразить своё мнение относительно активации Системы.

— Пять минут! — успокаивающе произнёс Ноколос. — Мне нужна твоя оценка человека. Не более того. Потом с кортежем поедешь по правительственной дороге под Академией прямо в аэропорт.

На этих словах я зашёл в приёмную и отключил «Усиленный слух». Уж больно сильно клац-клац-клац бьёт по ушам. Секретарша молча указала на дверь, ведущую в кабинет директора. При этом её глаз нет-нет да и косился на четвёрку бодигардов А-ранга [5], молча стоящих вдоль стены.

Захожу к Джареду. Блондин сидит на месте хозяина кабинета. Его гость — полноватый мужчина в церковных одеяниях — занял место в кресле напротив.

Меня на секунду вывело из себя то, что в кабинете нет других стульев или кресел. Их будто демонстративно убрали, чтобы второму гостю Джареда пришлось стоять.

Все лишние мысли улетучились, едва мы с гостем Ноколоса пересеклись взглядами. МЕНЯ узнали… Не Цепелина, а Зверя, сидящего внутри.

Как и в случае встречи с Эцио, у меня сердце пропустило удар. Глава Клуба Следопытов, хоть и истинно верующий, но не смог понять, кто перед ним. Что же касается священника, оказавшегося в кабинете Джареда…

— Студент Цепелин, — сдержанно улыбаясь, Ноколос демонстративно не смотрел на гостя. — Я сейчас немного занят. Хотел узнать, что у вас за конфликт с Луи Макроном. Он написал на вас жалобу за неподобающее поведение.

Священник удивлённо таращился на меня, не в силах вымолвить ни слова. В отличие от Эцио, он смог ощутить, насколько сильна моя душа. Его пропитанная святой силой [5] аура A-ранга сейчас жутко фонила, создавая ореол неровного свечения. Типичный признак сильного душевного переживания.

— Пришлёте мне копию, директор? — смотрю на директора без намёка на смущение. — Повешу эту записку в туалете. Каждый раз, когда…

— Цепелин! — Джаред нахмурился. — Аккуратней со словами.

— Хорошо…

[Сам нарвался, белобрысый.]

— … Можете оставить нас ненадолго? — кивком указываю на ошарашенного гостя. — В вашем присутствии он вряд ли сможет говорить о том, что считает важным.

Ещё ни разу Джаред не выглядел настолько потрясённым. Глаза широко раскрыты, лицо вытянулось от изумления.

— Вообще-то, это МОЙ кабинет.

Не сводя с меня взгляда, священник тихо произнёс:

— Джаред, выйди, пожалуйста. Считай, что я прошу. Секретаршу и моих охранников тоже попроси в коридоре подождать.

Удивлённый взгляд Ноколоса заметался между мной и священником.

— Вы что… знакомы?

— Теперь да, — спокойно смотрю на Джареда. — Дай… те нам со священником поговорить хотя бы пять минут. Взамен я дам совет по свитку, который достался вам, ДИРЕКТОР… Трофеем из Врат не так давно.

Выгонять Джареда из кабинета — это верх наглости. Однако обещанная мной подсказка даёт Ноколосу сохранить лицо.

— Два совета, — довольно улыбаясь, Ноколос поднялся из кресла. — А ты как думал, Цепелин? Не ты один можешь менять правила игры. Садись на моё место. Сделаем вид, что на ближайший час ты директор Академии Правителей.

Расхохотавшись, Джаред направился к двери.

— Боги! Какая всё-таки наглость! — продолжал довольно говорить блондин. — Меня выгоняют из собственного кабинета. Катя, ты представляешь…

Часть фразы осталась за закрывшейся дверью. Мы со священником продолжали внимательно рассматривать друг друга. В кресло Джареда я всё же сел. Заодно проверил комнату на прослушку… И заглушил чертой Матроскина пару микрофонов и одну скрытую камеру. Хитрый гад этот Ноколос! Хочет знать всё, а заодно и подсказки получить.

Убедившись, что нас никто не слышит, киваю собеседнику.

— Теперь можно говорить открыто. Все устройства связи в комнате отключены. Нас никто не слышит. Ваше чувство веры и святой силы не ошиблось. Мой реальный ранг намного выше… Чем возможности нынешнего тела.

Патриарх Петрограда и всея Руси с опаской глянул в сторону двери. Открыл рот, но вдруг замялся. На секунду на лице священника промелькнула маска искреннего страха. Повернувшись ко мне, он практически шёпотом спросил:

— Уважаемый… А бог и впрямь существует?

На лице священника отчётливо читалась потаённая надежда.