Алискина мечта

10

— Здравствуйте, Дина Евгеньевна.

Я прочистила горло, потому что после того, как увидела её выражение лица полное высокомерия и презрения по отношению ко мне, мой голос стал похож на жалкое блеянье.

Моя свекровь же окинула меня таким холодным взглядом, который способен, наверное, даже жаркую пустыню летом заморозить.

— Явилась-таки! И хватило совести!

В этот момент я уже отчетливо поняла, что Игорь постарался на славу, когда пытался выставить себя бедной овечкой и жертвой, а меня бездушной стервой, которая развлекается на стороне. Ну в способностях своего мужа я нисколько не сомневалась. Он ещё за время нашего с ним брака умудрялся меня с его мамашей против друг друга настраивать. То мне расскажет, какую гадость его мать про меня сказала. То ей выскажет, что я сгоряча про неё ляпнула. В общем отношения у меня с моей свекровью сложились далеко не самые лучшие. Так что надо быть дурой чтобы надеяться на то, что эти двое известие о том, что я ребёнка жду воспримут вполне благосклонно. Боже, и на что я только рассчитывала, когда сюда шла? И зачем я сюда пришла? Мало меня унижают что ли в этой жизни? И так же было ясно, что ничем хорошим это не закончится. И Игорь не будет корить себя за свои ошибки. Или от счастья по квартире прыгать от новости, что папочкой станет. Обещать, что во всем помогать будет. Что ребёнку, что мне. Ну, права же моя мать. Дура я. И, ох, какая дура!

Сжала руки в кулаки, так что заточенные словно когти ногти вонзились в ладони. А ещё и свекровь надо мной возвышается и грохочет:

— Нагулялась и приползла обратно?!

Выдержала её взгляд и бросила:

— С чего мне приползать? Я за вещами своими пришла.

Хотелось бы резко, но если сразу буду на рожон лезть, то так и останусь в подъезде.

Да и она поначалу так вход в квартиру загораживала, что я уж думала мне таранить её придется, чтобы на свою бывшую жилплощадь пробраться. Но Дина Евгеньевна меня удивила уже тем, что после моих слов посторонилась и пропустила в прихожую. Видимо просто чтобы ссору прямо на лестничной клетке не затевать. Вдруг ещё соседи увидят.

Я вошла. А она дверь за мной захлопнула со словами:

— Вот и правильно. Забирай свой хлам, и чтобы ноги твоей больше здесь не было! Проститутка!

С моей работой у меня уже иммунитет на оскорбления должен быть, мы хоть и с культурными людьми в основном общаемся, но настроение тоже разное у всех бывает, поэтому молча прохожу к стенке в комнате. По пути замечаю Игоря на кухне, но этот паршивец почему-то не спешит встретиться со мной и поговорить. Зыркнул только, но видимо пока в разговор мой с его мамочкой решил не вмешиваться. Да и я тоже не очень хочу сейчас разговаривать. Знаю же, что если не сдержусь, то разругаемся в итоге. Так что открываю молча дверцы шкафчика и достаю сумку с одной из полок. Моя свекровь уперев руки в бока смотрит на мои телодвижения.

— А что же твой любовник я смотрю не спешит тебя баловать подарками? — с иронией поддевает меня Дина Евгеньевна, пока я в тишине, перебиваемой только звяканьем посуды на кухне, собираю свои зимние вещи. Да, ушла я с одним чемоданом. И зарплата у меня маленькая. Но вот за те несколько лет, что я работаю хотя бы одежды, пусть и не такой дорогой, но скопилось достаточно. Да и ноутбук тот же, что на столе, тоже за мои деньги куплен. А она говорит так будто всё что у меня есть, только благодаря её сыну и появилось. Вот честное слово хотела смолчать. Хотела, но. Пожимаю плечами и почти спокойно отвечаю мамаше Игоря.

— Ну зачем же? Я подарками даже от мужа не сильно балована была. Не привыкла к такому за свои двадцать пять лет. Зачем сейчас-то вдруг начинать? — Глеб сморозил какую-то глупость. А мне теперь расхлебывать. Даже мать Игоря уверена, что я какая-то загульная. А у меня на самом деле кроме этого козла, её сына, и не было никого. Отчего только обиднее что-то подобное выслушивать. Но лучше бы действительно молча это делала. Чем сказать матери повернутой на своем сыне что-то плохое про этот образец совершенства. Хоть он безвольный. Слабохарактерный. Маменькин сынок. Но всё-таки её сын.

Дина Евгеньевна после моих слов тут же «встала в боевую стойку» и вскипела.

— Ах ты ж тварь! Ты что-то ещё про сына моего смеешь говорить?! Это после того, как мой мальчик чуть лично тебя с любовником не застал?!

Господи, как надоели уже все! Повернулась к ней, отбросив свитер, который успела взять в руки, в сумку.

— Да Вы издеваетесь что ли? С кем он там меня застал? Сосед на лестничной клетке ему какую-то ерунду ляпнул, а он и уши развесил! Не было у меня ничего с Глебом и быть не могло! Может Вашему мальчику жертвой быть конечно удобнее, но это он передо мной виноват. Это я его без штанов на другой бабе застукала! И это при том, что у меня от Вашего мальчика ребёнок будет. А он скоро папашей станет!

На кухне кажется от этой новости тарелка упала, или чашка. И разбилась. А мать Игоря так и застыла с открытым ртом на несколько минут, переваривая полученную информацию. Может я и должна была молча вещи собирать. Тогда бы больше толку было. Но почему я с опущенной головой-то ходить должна? Будто я и в самом деле в чём-то провинилась. Скрывать от них что-то. Глупо. Но зато гордо. Я не смогла. Да и истина мне на данный момент оказалась дороже. Я ведь о будущем ребёнка думать должна, а не о гордости своей по которой они могут бронепоездом проехаться. Что мать, что сын. Правда первой в себя именно свекровь пришла. А Игорь так и остался трусливо на кухне отсиживаться.

— Ну ты мне-то лапшу на уши не вешай! — прогремела эта бабища. — Нагуляла где-то ребёнка, а теперь на сына моего решила повесить?! Не выйдет!

Я едва успела схватить со стола ноутбук вместе с зарядкой к нему, как она грубо впихнула мне в руки мою же сумку с вещами и толкнула в плечо ринувшись ко мне.

— Вон пошла!

Увернулась от её нового тычка и выскочила в коридор. В дверном проёме моей бывшей кухни столкнулась с беспомощным взглядом Игоря. Встревоженным каким-то. Смотрел на меня отгораживаясь этим дурацким столом будто я рвану к нему сейчас. И не знаю, что с ним сделаю. Так трусливо и жалко он выглядел в эту минуту. Просить у него защиты в этот момент было бы последним, что я могла бы сделать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Надо же. Какой слюнтяй, — разочарованно выговорила я. Мог хотя бы выйти. Сказать мне что-нибудь. Накричать. Откреститься от меня и ребёнка. Но он даже этого не сделал. Вернее, сделал это вот так вот молча. Прячась за спину матери. Ведь не пытался её остановить. Или переубедить. Хотя бы сказать, чтобы не вмешивалась в наши с ним дела. Нет. Он ничего этого не сделал. Вместо этого прятался здесь и делал вид, что он ко мне вообще никакого отношения не имеет. Глупо было ждать от него поддержки. Да и как-то разом прошли мои прежние чувства к нему. Даже ради нашего ребёнка я бы его не простила. Но хотя бы могла ещё хоть немного уважать. А теперь же просто смотрю на него и не понимаю. Что я только раньше в нём находила?

Его мать что-то крикнула рядом со мной, и я, вывернувшись от её рук, быстро вышла на лестничную клетку, хлопнув дверью. Как будто все мосты за собой сожгла. Не на кого мне рассчитывать в этой жизни. Просто не на кого! И теперь я это наконец начинаю понимать.

Вернулась домой ближе к восьми. Мать уже была дома, и я приготовилась к новому скандалу.