Прошло, наверное, два дня. Я все ещё жду момента, когда получу свидетельство о расторжении брака. Хожу на работу. В четверг вечером возвращаясь с неё ещё в лифте нашего дома начала рыться в сумке в поиске ключа. Только вышла на лестничную клетку. Достала его. Вставила в замочную скважину и понимаю, что что-то не так. Нажимаю на кнопку звонка, потому что дверь открыть не получается. Трель раздается на всю квартиру, но мать выходит только через несколько минут. Как раз тогда, когда разъезжаются двери лифта и из него выходит Степнов.
Мама, кутаясь в какой-то шелковый халат в азиатском стиле, прикрывает свое пышное тело. А заодно прикрывает от меня дверь квартиры с гаденьким смешком поворачиваясь от меня к какому-то мужику, который там остался.
— Толясик, подожди минутку.
Поворачивается ко мне уже далеко не с таким «очаровательным» выражением лица порхающей дивы и грубовато требует:
— Дочь! Ты не могла бы ещё два часика где-нибудь погулять?! Ко мне Анатолий Николаевич пришел. И так из-за тебя уже две недели с лишним не виделись!
— Так и больше бы не виделись! Мам, он же женат?! На фиг он тебе нужен?! — полушепотом пытаюсь вдолбить в голову матери, что её пятидесятидвухлетний пузатый плешивый мужик — это такой себе повод для радости. Но она только шикает на меня.
— Цыц! Дура! Будешь ещё мне мать учить! Придёшь через два часа!
Я открыла было рот, чтобы возмутиться. Матери моей сорок восемь, и она пребывает в полной уверенности, что уже не в том возрасте, чтобы как она выражается «харчами перебирать». Я-то считаю, что лучше уж быть одной, чем с таким козлом, которого она выбрала, но мать меня часто затыкает. Дескать яйца курицу не учат как жить. Вот и сейчас она только с громким хлопком закрыла дверь перед моим носом, прежде, чем я сказать что-то успела.
Стою за дверью, пялюсь на нашу потертую обивку. Будто я кот какой-то, выброшенный на улицу и никому не нужный.
И тут слышу за своей спиной тяжелый вздох.
До меня резко доходит, что всю эту некрасивую сцену видел Степнов и от того краска заливает мне лицо, прежде, чем на моё плечо ещё и его ладонь опускается.
— Ну, что соседка? Пойдём в гости?!
Я пробую было протестовать. Даже мои ноги в туфлях на шпильке тормозят и разъезжаются, когда этот бык довольно настойчиво тянет меня к двери своей квартиры.
— Да я прогуляюсь лучше?! — лопочу неуверенно, ошалев от его напора. Только Глеб как-то не сильно спешит интересоваться моим мнением по этому поводу. Подхватил подмышки и внес в свою квартиру.
— Два часа? По моему коридору до кухни лучше прогуляешься. Я тебя вкусным чаем напою, — уже всё решив за меня, ставит перед фактом Степнов. Я опомниться не успеваю, как оказываюсь в его прихожей, а входная дверь его берлоги за мной захлопывается. Да я такое даже в страшном сне увидеть не могла! Чтоб я сюда хоть раз пришла! Стою в панике, не зная что делать. А тут ещё дед Глеба где-то в глубине квартиры вдруг как заорёт.
— Глеб это ты? Небось опять какую-то мандавошку домой приволок?!