Амбассадор Хаоса

Глава 9

Я вскочил, схватил огнетушитель, сломал предохранитель и швырнул в огонь. От тепла система сработала мгновенно, охватывая все нагретые части стены и столика с инструментами, затягивая их в плёнку. Зашипело, засвистело, и огонь погас. Я открыл саркофаг, понимая, что Шанталю страшно там лежать в такой момент. Включилась принудительная вентиляция, пахнуло озоном, запах гари мгновенно исчез.

– Что происходит?! – в лазарет ввалился Арджи.

– Пожар, – хмуро сообщил я, кивнув на затянутую в пластик стену. – И вот чтоб я знал, кто виноват.

– Мне снился огонь… – сообщил Шанталь.

– Мне тоже, но это логично, наши сны всегда отражают изменения реальности.

– Вы в порядке? – вбежала Ззкерра.

– Да, – ответил я за обоих. – Свет только не включай.

– Вири предупреждала, я помню. Что случилось? Замыкание?

– Я выясню.

– Никаких «выясню», – покачал головой Арджи. – Я всё осмотрю, а вы оба ложитесь спать. Я только уложил Вири, она столько часов над вами обоими просидела.

– Спать я не хочу, а полежать полежу, хорошо, – не стал я спорить. – Посмотри, откуда началось возгорание. У меня в мастерской лазерный термометр, он покажет самое горячее место.

Ззкерра осмотрела Шанталя, обработала кожу.

– Неплохо вроде, динамика положительная, – она пробежала глазами скинутую себе с саркофага информацию. – Жить будешь. Рассказывай давай, раз очнулся, как тебя угораздило?

– Надеюсь, на всю жизнь запомнишь, что нельзя тянуть в рот что не попадя, – добавил я. – Зачем жрал ягоды?!

– Да я всего парочку, – смутился Шанталь. – Они же маленькие…

– Ты не погиб только чудом, – сурово сказала ему Ззкерра, – и имя этого чуда, как обычно, Мрак. Если б он не бросился за тобой следом сразу, мы бы не смогли тебя найти – ветром моментально задуло все следы.

– Да я не помню ничего толком… Больно было, холодно, потом жарко.

– Это мы ещё обсудим. А что касается маленьких ягод – в некоторых таких яда хватит на роту. Никогда больше так не делай.

– Не буду… – насупился Шанталь.

– Постарайся вспомнить, когда ты съел ягоды?

– Утром. Проснулся, вы ещё спали. Было скучно, я их разглядывал, понюхал, потом съел.

– Что ты чувствовал?

– Да ничего такого. Ягоды вкусные, сладкие, жестковатые, но больше я решил не есть. Потом почувствовал какую-то неудовлетворённость, чего-то хотелось. Я встал и пошёл… пошёл… потом помню – Вирилада, я ещё удивился, что она откуда-то взялась. Потом пелена. Больно. Холодно. Потом жарко.

– Видимо, этот минерал встраивается в общее поле и собирает всех, кто его употребил, в сферах. Что-то сложнее обычного магнитного. Непонятно, как именно он воздействует, и можно ли сопротивляться.

– Ну Шанталь недалеко от оленя ушёл, а ты, думаю, смог бы, – захихикала Ззкерра, но у Шанталя не было сил даже отвечать ей.

– Не уверен, тут может быть вопрос не в силе воли, я всё же анатомию знаю в виде курса «туда бей, сюда не бей», а строение мозга для меня туманно. В общем, ничего не есть, ничего не пить. Дышать, наверное, можно.

Вернулся Арджи с термометром. Обшарив стену с обеих сторон, он уверенно показал мне место, где началось возгорание.

– Что за чёрт… Там проводки нет, труб нет, просто голый металл. Но температура соответствует, не поспоришь. И очень странно то, что мне снился сон, который, видимо, не сон… – я умолк, глядя на недоумевающие лица друзей. – Вы же знаете, до встречи с вами я уже был на Альфе, но напрочь забыл весь полёт. И сегодня мне снился странный сон, крайне похожий на воспоминание, но одновременно совершенно дикое. Если это не игры моего разума, то мы в большой опасности.

Я пересказал им подробно, как вытаскивал Розу, про странные сферы из магмы.

– Так может это смена сезона? – спросил Шанталь. – Зима здесь вот такая, потом весна, а лето ещё более дикое. И если б не сферы, местные животные просто бы погибли.

– Вот это главный вопрос, – согласился я, – то ли это смена времени года, то ли это разные защитные реакции против чужаков.

– Так давай сравним по датам, – загорелась Ззкерра. – И разберёмся, что у нас выходит.

– Попробуй, – не стал я спорить. – Может чего и вычислишь. Но мне кажется, двух точек мало будет.

Внезапно у нас загорелся экран, да так ярко, что мы с Шанталем дружно зашипели, прикрывая глаза. У меня от света потекли слёзы.

Какой-то тип появился на экране, явно в записи. Словно мы приняли какую-то бродячую волну.

– …всё это время нам всем врали, мы помрём на этой чёртовой планете! Меня зовут Андрей Яблоков, я участник исследовательской экспедиции, основанной десять лет назад, когда стало известно о феномене этой планеты. Мы назвали её Безысходность. Здесь извержения лавы сменяются чудовищными морозами, затопления – землетрясениями. Мы долго изучали её издалека, и только потом, решив, что знаем всё, приземлились. Но никто здесь не в состоянии выжить, если он не принадлежит этой чёртовой планете. Нас осталось всего несколько человек, мы пытаемся спастись, прячась в сферах, но не знаю, сколько протянем. Наш корабль вместе с большей частью экипажа провалился под землю на третий день после приземления. Поверьте, прятаться в сферах – это единственная возможность выжить! Но у нас есть всего несколько недель до того, как температура упадёт критически, и мы погибнем. Просто доберитесь до нас. Очень прошу, вы – наш единственный шанс спастись!

По экрану пробежали координаты, и он погас. Мы ошарашенно молчали.

– Арджи, – скомандовал я, – проверь координаты! Запись сохранилась на нашем сервере?

– Да, разумеется, – кивнул телохранитель. – Минутку.

– А дата там была? – мне больно было смотреть, поэтому я видел лишь силуэт.

– Нет, но есть скрытые данные, сейчас… – мы молча ждали, боясь помешать. – Так, есть. По общегалактической дате видео записано около двух недель назад.

– Но морозы грянули вчера, прошло больше суток. Если они не попали в сферу, то наверняка уже замёрзли насмерть, – сказала встревоженно Ззкерра.

– Откуда они вообще могли взяться? Что за экспедиция, если император ни сном, ни духом, что о планете известно ещё кому-то?!

– Мало ли, – подал голос Шанталь. – Никто не обязан отчитываться перед империей о существовании новой планеты, если не собираешься заявлять на неё права. А права – это налоги и куча всяких трат. А они, в свою очередь, ничего не знают о секретном проекте, потому что информация засекречена. Вот такой забавный парадокс. Не, ну вот если б мы прилетели, а тут чужой корабль, мы могли б потребовать от них убраться. Но сейчас уже делать нечего.

– Может и не замёрзли, – вдруг сообразил я. – У них могли быть скафандры.

– Они наверняка разрядились, без корабля им ни баллоны, ни аккумуляторы не перезарядить, – возразила Ззкерра.

– Если они пережили землетрясения, и потом тут было зелено и спокойно, то они могли снять скафандры и надеть их снова вчера.

– Брр, – поёжился Шанталь. – Это какой-то безнадёжный страшный момент. Не хотел бы я оказаться на их месте.

– Но они могли добраться до сферы и снова их снять, – воодушевился я. – Ягоды тянут в сферу, но сами по себе они явно съедобные, раз тебя даже не пропоносило. Животные и растения тоже в избытке. Если я правильно всё себе представляю, то сферы на одних и тех же местах каждый раз образуются. Тогда можно даже не уходить, сидеть на безопасной точке и ждать. Еда придёт сама.

– Слушайте, – Ззкерра вдруг встрепенулась. – А снаружи минус двадцать три и, по-моему, теплеет. Может всё, бешеная зима кончилась?

– Сомневаюсь, – хором сказали мы все трое.

Ззкерра недовольно фыркнула.

– Вот это место, откуда было отправлено видео, – показал Арджи на карте. – Километров семьсот от нас.

– Достаточно близко, – приятно удивился я. – Хотя особой разницы нет. Предлагаю выйти в космос и переприземлиться поближе.

– Но затраты топлива Вирилада не одобрит. Нам негде будет заправиться, если что.

– У нас достаточный запас, один перелёт мы без проблем можем себе позволить. Или шаттл. Но тогда кто-то должен остаться здесь.

– Вы с Шанталем и останетесь, – сказал Арджи. – Вири не позволит вам выйти.

Я прикинул за и против и покачал головой.

– Нет. Вас одних я тоже не могу отпустить. А если что-то случится с шаттлом? Он у нас один.

– Тогда придётся ждать, пока ты оклемаешься. Оставим Шанталя и Ззкерру. Днём больше, днём меньше – для них уже не сыграет роли.

– А если сыграет? – спросила Ззкерра, но я полностью согласился с Арджи и покачал головой:

– Мы им посочувствуем. Но иначе это может сыграть против нас. Починить быстро шаттл смогу только я. Ты хороша здесь, на корабле, среди всех пушек и управляя Ричиком. Но в семистах километрах ты будешь не особо полезна. А Шанталь не скоро оклемается. Я же хуже всех умею управлять «Духом». В любом случае, проснётся Вири – обсудим с ней.

На этом собрание закончилось. Я всё же встал и осмотрел обгоревшую стену. Совершенно невозможно было даже предположить, что могло там загореться. Никаких коммуникаций. Краска? Но краска не вспыхивает на пустом месте. Ей нужен нагрев, причём точечный и мощный. Здесь же нет окна, чтоб предположить солнечный свет и линзу. Нет источников огня. Загадка.

Улёгшись обратно, я начал перебирать варианты, но всё разбивалось о физику. С другой стороны, на этой планете точно законы физики – те, к которым мы привыкли на терраформированных планетах – дополнены. То, что я пока видел, не противоречит моим знаниям, но есть новые элементы. И я не могу их учесть, пока они не изучены в достаточной степени.

И вдруг я осознал, что Шанталь пронёс сквозь шлюз ягоды. Минерал и прихваченная мной зачем-то шишка с самого начала были в контейнерах, а вот ягоды он притащил без защиты, а потом с ними приходила Вирилада, и… что она с ними сделала? Я прикрыл глаза, вспоминая. Положила в лоток для испачканных инструментов.

Я вскочил.

Пусто.

Твою мать. Твою мать. Только не это!!!

Всё мгновенно встало на свои места. Ягоды, программирующие живых. Звучит как полный бред, да? Но минерал, с которым это связано, прекрасно заменил графен – основу всей наноэлектроники.

– Шанталь, не спи, – я ввёл код на тревожном пульте, заставив весь корабль зайтись в вое сирены. Мгновенно должны были закрыться все отсеки, в машинном отделе включиться дополнительная защита, а управлять кораблём теперь можно только через индивидуальные коды.

– В чём дело? – услышал я через динамик встревоженный и хриплый спросонья голос Вирилады.

– Прости, что не дал выспаться, – ответил я, отключая сирену. – У нас проблема – ягоды не ягоды, а микророботы.

Позади меня стошнило Шанталя.

– Успокойся, – хмыкнул я. – Одна из функций саркофага – ликвидировать подобное. Так что тут тебе повезло. Так вот, Вири, минимум один из них пытался убить нас, устроив пожар, пока мы спали. Но сколько их ещё здесь ползает? Ты помнишь сколько ягод оставалось?

– Ммм… Семь? Восемь? Я не уверена, Мрак.

– Бери сканер и обшаривай рубку. Из рубки ни ногой, кто-то должен там быть постоянно. Пришли мне Арджи, нужно осмотреть точно так же машинное отделение. Ззкерра пусть начинает осмотр всех остальных помещений. Осмотрела – заперла. И только так.

– Если найдём – что делать?

– Там на сканере есть кнопка «fry», нажимаешь, и он прожаривается. Но не в рубке, там только отлавливать в контейнер. Заготовьте все огнетушители, я не знаю, что эти твари умеют, но поджигать – точно.

– Я осмотрю всё здесь, – Шанталь с трудом перевалился через бортик саркофага, так что мне пришлось ловить его. Он скривился от боли.

– Ладно, – я не стал его отговаривать. Чувствует вину? Пусть отработает. – Держи сканер. Они могли скинуть маскировку и выглядеть как угодно, так что обшарить нужно каждый сантиметр. Тебе, с твоим зрением сейчас – трижды. Но сканер должен справиться. Начнёт выть – всматривайся.

Подошёл Арджи.

– Идём, – кивнул ему я. – Рубка и машинное отделение – самое ценное. Нужно убедиться, что там всё хорошо.

К счастью, я держал всё в идеальном порядке, в сраче, который был на «Духе» с предыдущим инженером, можно было бы не микророботов, а целую сферу потерять.

– Проверяй за мной следом, я всё ещё не особо хорошо вижу, – попросил я.

За таким увлекательным занятием мы провели несколько бесплодных часов, пока не включился микрофон:

– Я нашла троих! – донёсся до нас торжествующий голос Ззкерры. – Поймала. Но, – торжество сменилось досадой, – один бортовой лазер они нам точно испортили безвозвратно.

– Чёрт! – выругался я. – Почему я сразу не отправил тебя туда?!

– Мрак, ты и так сообразил и принял меры, – вмешалась Вири.

– Да, но нет, – ответил я, недовольный собой. – Арджи, тогда давай к остальным лазерам, проверяйте их оба в первую очередь. Шанталь, ты там живой? – я совсем забыл про него.

– Более менее, – ответил рыжий как-то неуверенно.

– Загляни к нему по дороге, – попросил я Арджи. Тот хмыкнул, скорчив страшную физиономию, которая меня давно уже не пугала, но кивнул. Ну что делать, иногда мы все забываем, что Шанталь совсем молод. А молодость – синоним многих качеств, не очень полезных в нашей деятельности.

Очень тяжело было не дать себе расслабиться и перестать оставаться чрезмерно бдительным. Тянуло забить и сказать себе: «Ну вот тут совершенно пустой угол, ничего нет! Все эти твари портят оружие, что им здесь делать, у них иная задача!» К счастью, я так и не позволил себе схалтурить, но, когда сканер в руке взвыл, я его позорно выронил от неожиданности. К счастью, микророботы, вопреки всем мифам, не настолько шустрые, как любят показывать в фильмах. Так что я спокойно поднял сканер и обнаружил сразу парочку, двигающихся к вентиляции. Сейчас, при полной тревоге, их бы и это не спасло – заслоны на вентиляции опустились в первую очередь, и внутри всё просветило встроенными сканерами, ни человек, ни робот не пролезут.

Запихав их в контейнер, я включил микрофон:

– Поймал двоих.

– И у меня двое, – отозвался Арджи, – ах ты… Есть.

– Итого семь, – подсчитал я. – Значит, может быть ещё один.

– Нет, – отозвалась Вири. – Я нашла видео с камеры в лазарете и только что досмотрела. Семь ягод я бросила в лоток, там видно.

– Что-то я туплю, – я раздражённо потёр лоб. – Я должен был с этого начать.

– Ты ранен, успокойся. Не нужно винить себя во всём. Мы команда, мы справимся со всем вместе.

– Спасибо, Вири. Ладно. Я в лазарет, попробую ещё поспать.

Глаза болели и чесалось, из-за необходимости быть в освещённом помещении, стало хуже.

Я добрёл до лазарета, обнаружил там спящего Шанталя, свернувшегося клубком в саркофаге. Сон – это здоровье, прекрасно. Я б не отказался обнять Вири и вдыхать аромат её кожи, но оставлять Шанталя одного не стоило, а на узкой койке вдвоём особо не отдохнёшь. А мне действительно тоже надо было поспать.

– Тсс, это я, – в приоткрывшуюся дверь скользнула Вири. Нежно поцеловала меня в лоб, увернулась от моей слабой попытки обнять и притянуть, поменяла и мне, и Шанталю компрессы на глазах.

– Спасибо, – шепнул я, отключаясь. Я жутко устал.

***

– Предлагаю просто развлечься, – Роза томно изогнулась на моей кровати. – Мы никому ничего не должны. Я узнавала, ты не женат и не против интрижек.

«Да, но не с тобой!»

– Нет. Выйди, пожалуйста.

– Да почему?! – взвилась Роза. – Чем я плоха?!

– Ничем, – честно ответил я. – Ты прекрасная девушка, красивая, эффектная, сильная. Но я предпочитаю совершенно иной типаж.

– Лжёшь. Ты спал с обеими своими напарницами. А ни одна из них мне и в подмётки не годится, одна корова, у второй сисек нет!

– Боюсь даже спрашивать про источник твоей осведомлённости.

Она снова прогнулась в талии, выпячивая бедро и грудь.

– Не представляешь, как мужчины рады обсудить со мной что угодно. Даже твоих бывших женщин.

– Ни одна из моих бывших не расспрашивала обо мне других, улавливаешь? – я реально рассердился. – И не оскорбляла других моих женщин.

– Вот именно! Мог бы оценить мою настойчивость.

– Роза… – застонал я от бессилия. – Я не сплю со всем, что движется. Мне нужны чувства. Симпатия, интерес, влюблённость. С тобой у меня не искрит, понимаешь? И в такой ситуации твоя настойчивость не возбуждает, а напрягает.

– Импотент! – она всё же встала, прошла мимо, толкнув меня бедром и шарахнула дверью. Я только порадовался, что через каких-то пару дней мы достигнем столицы, и я попрошу императора больше никогда меня не ставить с ней в пару.

Я подошёл к кровати и обнаружил на ней россыпь красных ягодок. Это она зачем приволокла?.. Я взял одну и поднёс к лицу. Из ягодки выпали лапки с крошечным плазмоганом, миниатюрный, но от того не менее смертоносный сгусток плазмы ударил меня в лицо, выжигая глаза…

С колотящимся сердцем я сел на койке. Компресс высох и стал доставлять дискомфорт – отсюда и жутковатая концовка сна.

Но в реальности это всё было, я помнил. Только я был уверен, что сопровождаю Розу из тюрьмы, а не с Альфы. И ягоды – были.

Чёрт подери, Роза реально пронесла ягоды на корабль. Случайно? Специально?

Да, я ей не симпатизировал, но логически рассуждая – она моя ровесница, у неё большой опыт, она выживала в ситуациях, которые Шанталю и не снились. Могла ли опытная оперативница притащить с незнакомой планеты ягодок, нарванных с куста и принести их на свидание?

Ответ мне не нравился, потому что он был однозначным.

По коже табунами побежали мурашки.

Всё было не так.

Нас вели в ловушку, я был практически уверен, что никакого Яблокова не существует. Не просто же так запись появилась после того, как Шанталь принёс ягоды.

Мы вляпались капитально.

***

Утро мы начали с планёрки в лазарете. Девочки принесли нам завтрак, тем более ценный, что про ужин накануне все забыли. Всё же сублимированная еда в сто раз вкуснее еды из концентрата в автомате. В целом именно нормальной еды и кофе, который не отдавал бы пластиком, мне не хватает в полётах. Надеюсь, однажды человечество решит эту проблему.

– Я думаю, вся эта история с просьбой о помощи – ловушка, – сообщил я, дождавшись тишины.

– Почему? – удивилась Ззкерра. – Вроде бы всё звучало вполне стройно.

– Мы поймали якобы бродячую волну тогда, когда Шанталь внёс ягоды на корабль. Вероятно, роботы её и сгенерировали. Но у меня есть ещё одна история. Я прилетал сюда не один, с напарницей, мы не поладили, она была весьма неприятной особой, но профессионалом, этого я не могу не признать. И сегодня во сне я вспомнил, что, когда мы поругались с ней в очередной раз по дороге в столицу, она бросила у меня в комнате целую россыпь этих как бы ягод. Тогда я ничего не понял и не обратил внимания, выкинул их и всё. А теперь я понимаю, что она, профессионал с большим опытом, не могла просто сделать этого случайно. И вот вам ответ, каким образом мы все всё забыли. Роботы расползлись по кораблю, а уж стереть человеку частично память, используя нанотехнологии сложно, но реально.

– Незаконно, категорически запрещено и опасно, – внесла дополнения Вирилада.

– Разумеется, но кого это и когда останавливало? К счастью, эту процедуру всё же может исполнить только очень сложный и тонкий механизм. К несчастью, эти роботы явно на подобное способны.

– Я всё забуду? – занервничал Шанталь.

– Для этого мы с вами и дублируем информацию по сто раз. В той экспедиции такого не было. И я успел создать щит и даже привык его использовать, не задумываясь, откуда вообще у меня взялась подобная технология.

– Нет, не факт, что мы всё забудем, – вмешалась Вири. – Скорее всего, эти роботы ничего не успели с нами сделать, а новую партию в наших силах не допустить на корабль. Вряд ли это быстрый процесс, не нужно думать, что они что-то смогут вот просто на бегу в лесу.

– Я считаю, что нам нужно отправиться по этим координатам, – внесла предложение Ззкерра. – Если это ловушка, то мы будем готовы, зато точно убедимся в этом. А если нет – спасём людей. Это важно.

Мы переглянулись.

– Я против, – немедленно сказал Арджи. – Помощь другим не должна подвергать нас опасности.

– А я за, – влезла Вири. – Вдруг там правда люди? Мы же можем отправить камеру сначала, осмотреть место. Убедимся – и тогда уже вмешаемся.

Все посмотрели на нас с Шанталем.

– Я пас, – вскинул он руки. – Вы мне всё равно не дадите участвовать.

– Мрак? – спросила Ззкерра.

Я немного поколебался.

– Всё же если есть шанс спасти попавших в беду людей – это надо сделать. Но со всеми предосторожностями. Предлагаю не экономить на топливе и не рисковать с шаттлом.

– Шаттл может подобраться незаметно, а корабль – нет, – возразил Арджи.

– Зато на корабле вооружение. И вообще, пробраться внутрь сложно. Мы здесь в безопасности. Шанталь останется в рубке, я буду готова поддержать вас огнём, – конструктивно ответила Ззкерра.

– Не единогласно, но принято, – кивнула Вири. – Мрак, завтра тебе станет лучше, тогда и решим, готов ли ты выдвигаться. Сегодня Мрак и Шанталь отдыхают, а мы ещё раз прочешем корабль со сканерами.

– Осмотрите внимательно скафандры, – попросил я. – Если с ними что-то случится, мы окажемся беспомощны.

Мне вдруг послышался странный свист.

– Вы слышите? – спросил я, нахмурившись. Этот свист мне что-то напомнил, но что?..

– Нет. Что именно? – спросил Арджи, оглядываясь.

– Свист. Тонкий и неприятный.

– Это просто в ухе у тебя звенит, – предположила Вири. – После перенапряжения такого – немудрено. Ложитесь спать оба и отдыхайте.

– Наверное… – я прислушивался, но свист пропал. Вири выгнала Арджи и Ззкерру, и мы с Шанталем остались одни.

– Я не буду спать, – немедленно сказал Шанталь.

– Ты пятилетка что ли, чтоб я тебя укладывал?

– Я на всякий случай.

– Как хочешь, – сказал я и заметил, как загорелся над саркофагом индикатор подачи сонного газа. Вирилада!

– Я не буду… спааать…

Я хмыкнул и занялся своими делами. Записал всё, что было известно, запустил программку по атомной физике и принялся крутить атомы и собирать из них молекулы и изомеры, пытаясь понять, как должны образовываться сферы.

С учётом того, что по остальным параметрам Альфа вписывалась в знакомую нам физику и химию, оставался только один логичный вариант – аллотроп. Вот алмаз и графит – аллотропные соединения, оба состоят только из атомов углерода, но связаны эти атомы различно, в итоге мы имеем два совершенно разных вещества с разными свойствами. Вселенная бесконечно огромна, сейчас известно шестнадцать аллотропных модификаций углерода, почему бы нам не встретиться с семнадцатой, с новыми свойствами?

Что-то набросав, я сохранил свои выкладки и, ощутив подступающую усталость, тоже задремал.

***

На этот раз обошлось без снов-прозрений, что позволило мне нормально выспаться. Я проснулся, когда взревели двигатели «Духа».

– Мы летим?! Уже летим?! – Шанталь продрал сонные глаза.

– Вроде, – пожал я плечами. – Сам только проснулся. Вирилада, видимо, решила, что безопаснее будет совершить перелёт заранее и осмотреться.

Я включил экран и вывел на него вид на планету.

Под нами была белая пустыня, лишь где-то виднелись участки чёрного и бурого.

– Сколько же льда… – Шанталь ошарашенно смотрел вместе со мной.

– Смотри лучше, сколько сфер, – я заметил целое скопление.

– И они разного размера, – Шанталь ткнул пальцем в одну, – взгляни, сюда.

Сфера, на которую он указывал, видимо, оказалась слишком маленькой, высокое дерево не попало внутрь, торчало из сферы, в результате чего сфера вышла кособокая, видимо, лёд нарастал неравномерно, дерево не сломалось до конца, но нагнулось, получилась непонятная и чем-то страшноватая конструкция. Я хотел разглядеть получше, но увеличение уже не помогло, мы поднялись слишком высоко, атмосфера закончилась, гул сменил тембр – Вири поменяла двигатели.

Семьсот километров для космического корабля – расстояние крошечное, но надо сделать приличную петлю, развернуться и снова опуститься. И найти подходящее место для приземления. Вспомнилась почему-то детская сказка, где корабль с героями опускается на гладкую полянку, а это оказывается ловушка, и корабль проваливается вниз. Брр. Нет, с нами такого не случится – мы сканируем землю, чтобы не поставить корабль на трещину, зыбучие пески, торфовые полости, будущие карстовые провалы, воронки и прочие небезопасные места.

Мы с Шанталем снова разглядывали внимательно окрестности, пока спускались. Замёрзший лес, река, сферы, раскиданные то тут, то там. Где сразу несколько штук, где всего одна-две. А вот в одном месте сразу штук пять слиплись, непонятно даже, есть ли там внутренние стенки. Есть и совсем маленькие сферы, в такой человек поместится, разве что сидя. Видимо, там мало минерала, или он слишком глубоко в почве.

Никаких следов людей. Я ещё раз открыл видео этого Яблокова, пересмотрел.

– Интересно, – Шанталь остановил запись, – он говорит, что они изучали планету десять лет, но, зная о ней всё, умудрились прохлопать ушами гибель корабля и боятся не выжить на морозах при наличии сфер. Никакой логики.

– Ну изучать можно сколько угодно, если они учёные, а не оперативники, то и навыка реагировать и бежать, а не хлопать глазами, снимая видео, у них нет. Поэтому в эти моменты я как раз верю. Плюс кто знает, как воздух в сфере подействует на человека. Кстати… – я подошёл к лабораторному столу и подключился к анализатору в исследовательском центре «Духа». – А вот и анализ, который провела Ззкерра. Я был прав! – я довольно хлопнул себя по бедру. – Смотри, в составе бензодиазепин. Это сильное успокоительное со снотворным эффектом. Думаю, эти вещества, – я провёл пальцем по остальному списку, названия в котором мне были не знакомы, – имеют аналогичное действие. Лишение аппетита, вялость. Именно так животные и выживают.

– Ну всё равно, – насупился Шанталь, – «Дух» на незнакомых планетах сканирует землю всё время, при любых изменениях будет подан сигнал. Лучше поднять корабль в воздух и потом вернуться за людьми…

– Шанталь, ты наивен. Это у вас лучший исследовательский корабль в империи, напичканный техникой от и до, оплаченный самим императором. У других такого нет. И грантов, которые выделяют на исследования, не хватит на покупку подобного чуда. Тем более, там, где много других, более важных для учёных, расходов.

– Серьёзно? – искренне удивился рыжик. – Я думал, нам скинули, что стояло на верфи свободное.

– Твой отец вполне искренне беспокоится о тебе, – подтвердил я. – Зря ты на него дуешься.

– Он хотел меня женить, – напомнил Шанталь.

– Нет, он хотел тебе счастья. Девушки при дворе богатые, при титулах. Для их семей это возможность породниться с императором и, кто знает, может их сын-внук-правнук и сядет потом на трон, кровь-то не водица. Для тебя это безопасность, ты перестанешь быть мишенью, будешь защищён и не будешь мотаться по сомнительным местам, как это планета. И при всём при том, он не поставил тебя перед фактом, он позволил тебе снова улететь. Это высшее проявление родительской любви – разрешить чаду набить все свои шишки, хотя риск для жизни в твоей ситуации весьма велик, а я не бог, чтоб гарантированно тебя защитить.

– Да причём тут ты вообще?! – возмутился Шанталь, а я молча открыл перед ним историю своего счёта. Последняя сумма – огромная! – упала сразу после нашего отлёта. Комментарий к ней гласил: «Сделай всё невозможное».

Шанталь сидел молча, синие глаза смотрели сквозь меня. Но я не сомневался, что он придёт к верному выводу.

– Ты ведь всё равно побежал бы за мной, даже если отец ничего б не перевёл, – утвердил он, не спрашивая. – И я бы тоже.

– Я знаю, – кивнул я. – Поэтому и показал. Наверняка кому надо уже в курсе списания со счёта и перевода, а значит, смогут использовать это против тебя.

– Пусть попробуют.

– Они попробуют, не сомневайся. И это может быть очень весело. Вернёмся – поиграем.

Шанталь снова развеселился.

– Ловлю на слове! Особенно в том, что касается «вернёмся».

Я фыркнул и снова запустил видео, стараясь заметить что-то, упущенное ранее.

– Это что, – Шанталь снова остановил запись, указав на смутное отражение в металлических пуговицах на рубашке Яблокова.

– Шанталь, ты умница! – я увеличил изображение. Да, мутное, да, может мы ошибаемся, но, по-моему, там виден силуэт с лазером в руке. – Его заставили записать это видео. Вот чем объясняется нескладность его слов.

– Значит, спасать их всё же придётся.

– Вряд ли. Скорее они давно мертвы. Но разобраться придётся – очевидно, что случайных путников здесь не бывает, значит, ловушка построена персонально под нас. Будет как-то обидно взять и уйти.

– Обидно?!

– Ну выразись иначе. Сути это не изменит.

– Изменит. Если все мертвы, можем улетать. Минерал ты набрал.

– Ну а если нет? Если по какой-то прихоти этих людей пленники ещё живы?

– Почему ты любишь выбирать сложное?

– Я хотя бы выбираю, а ты жуёшь, не думая.

– Пф!

Я снова услышал свист. Более резкий, чем в прошлый раз. Я бросил взгляд на Шанталя – нет, он явно ничего не слышит. Что же это такое?! Ну не похоже на шум в ухе, что я, отитами никогда не болел что ли? Но свист пропал так же быстро, как и появился.

– Ребят, на улице опять минус пятьдесят, – услышали мы голос Ззкерры. – Мрак, хочешь погулять?

– Вы что-то заметили?

– Да. Корабль. Отлично замаскированный, но я смогла заметить помехи. Тут недалеко. Так что или нам солгали, или Яблоков этот здесь не один. Предположить, что это прилетели спасатели, конечно, можно, но зачем им тогда скрывать свой корабль?

– Мы пересмотрели видео Яблокова, в отражении на его пуговицах виден силуэт, мне кажется, в руках у человека не камера, а лазер. Мы предполагаем, что там заложники.

– Но логично подстроить нам ловушку у сферы по координатам.

– Вот. Нужно решить, что будем делать.

– Сейчас придём.

Ззкерра запустила на столе карту, и мы все столпились вокруг.

– Вот здесь чужой корабль. Я не лезла со сканированием, чтобы не насторожить их заранее. Но, думаю, это небольшой хорошо вооружённый истребитель, не исследовательский. А вот здесь сфера, к которой мы должны подойти. Она удачно для них расположена – ближе сесть невозможно, а вот из их корабля можно стрелять по прямой.

– Придётся усложнить нашу задачу… – протянул я. – Корабль – это серьёзно, внутрь нам не попасть, если они сами не откроют люк. И вопрос, где заложники. В сфере, чтоб мы точно повелись при сканировании? Или на корабле? Или и там, и там, чтоб подстраховаться?

– Надеюсь, Мрак, не все отличаются твоей параноидальностью, – отозвалась Вири.

– Главный вопрос, любовь моя, кто наш враг. Случайный желающий обогатиться? Преследователь вас с Шанталем? Мой враг из прошлого? Арджи, Ззкерра?

– Нет, – открестились оба.

– У меня нет врагов, я милая и мирная, – отозвалась Ззкерра. Ей можно было бы поверить, если забыть о том, что именно она отвечает за вооружение, и что Вири не пускает её управлять «Духом» одной, потому что она непременно в кого-то выстрелит.

– У меня нет живых врагов, – заверил меня Арджи. Вот ему я верил. Тех, кто оставил на нём шрамы, явно не может быть в живых.

– Мы вытащим из сферы тех, кто там находится. Если есть другие заложники – проникнем на корабль. Всё очень просто, – резюмировала Вирилада.

– И как? – лаконично спросил я.

– А это придумаешь ты, – фыркнула она.

– Я так и понял. Нет, я согласен. К сфере пойдём мы с Арджи. Шанталь, будешь нас направлять так, чтобы мы были вне зоны поражения с корабля. Мы вырежем отверстие в сфере с противоположной от корабля стороны и вытащим людей.

– Минус пятьдесят, – напомнил Шанталь. – И явно температура продолжает опускаться. Они замёрзнут насмерть без скафандров, не успеют дойти.

– Возьмём комбинезоны. Они лёгкие и защитят их некоторое время.

– А что будем делать мы? – спросила Вирилада.

– А вам достанется самое интересное, – усмехнулся я. – Вы возьмёте штурмом корабль, если кто-то высунется.

– Это по мне! – зааплодировала Ззкерра.

– А если не высунется? – уточнила Вири.

– Тогда мы придём к вам и будет план «Б». Начинать предлагаю сейчас, не откладывая. Ночью мы на улице не были, во-первых, может похолодать ещё сильнее, во-вторых, враги ночью будут настороже, а сейчас могут и расслабиться, в-третьих, ночью тут может происходить что-то ещё. Да и просто свет нас выдаст с головой, станем мишенями для снайпера.

– Собираемся, – скомандовала Вирилада.

Шанталь переполз в рубку, натянул шлем. Теперь он – одно целое с кораблём, сможет и стрелять на поражение, и прикрывать нас огнём, и взлететь, если потребуется.

Мы собрались. В наших с Арджи рюкзаках лежало по четыре комбинезона. Вряд ли понадобится больше.

– Не рискуйте зря, девочки, – я поцеловал Вири перед тем как залезть в скафандр.

– Сам такой, – ответила она, улыбаясь. Безбашенная моя.

***

Похолодало настолько явно, что даже в скафандре пробирало, хотя я понимал, что это психологическое, а реально невозможно ощущать холод – скафандры должны выдерживать температуру от плюс двухсот до минус трёхсот градусов. Но вот могут ли пережить заложники в комбинезонах путь до корабля? Нет, вопрос надо ставить иначе. Доживут ли они до нашего прихода внутри ледяных сфер? Пусть там и замкнутая система, но там нет никакого отопления. Снижена ли жизненная активность настолько, что организм способен пережить такой холод?

Ответ был «вероятно, да», потому что иначе никаких бы животных на планете не осталось, но могло быть так, что у местных существ была ещё какая-то защита от холода или жара, которой у учёных нет в принципе.

Скафандры поменяли цвет на белый – сегодня нам нужно было оставаться незаметными, а не наоборот, так что, следуя в нескольких метрах позади Арджи, я его едва различал.

«Здесь», – сообщил он, притормаживая. Сферы в округе были мельче, чем там, где мы стояли ранее, но эта конкретная казалась огромной, выше деревьев.

«Шанталь, – позвал я нашего штурмана, – наведи нас».

«Ага, мгновение… Так, верно стоите, ещё метр на северо-восток. Да. Идеально. С корабля вас видно быть не должно, но нет ли там камер?..»

«Вряд ли, – ответил я. – Почему мы не запустили свои – бесполезно, они не рассчитаны на такой мороз».

«Они могли быть готовы лучше нас», – вмешался Арджи.

«Их корабль хуже «Духа». Это не аргумент ли?»

«Нет, лучше быть готовыми к худшему».

«В любом случае, мы уже здесь. Поехали».

Я вытащил резак, вырезал во льду люк. Почти как в сливочном масле горячим ножом.

Вытащив вырезанный кусок, я заглянул внутрь.

«С-7, свет на минимум».

Внутри лежали животные, будто мёртвые, но я заметил, как один раз поднялась и снова опустилась грудная клетка оленя. Вероятно, мы их убьём нарушением микроклимата. Но что делать, человеческая жизнь важнее.

«Я залезу», – я пролез в выпиленный люк. Арджи закрыл его за мной – то ли маскирует, то ли беспокоится о животных. Но в целом решение верное.

Я был готов к чему угодно, но не к тому, что увидел. В центре сферы лежали пять человек – мужчина, тот самый Яблоков, женщина, и трое детей – мальчик-подросток, девочка лет пяти и совсем кроха лет двух-трёх.

От злости и отчаянья я заскрежетал зубами. Как мы донесём их до корабля?!

Так, стоп. Живы ли они?

Я заставил себя дышать ровно и запустил сканер. Живы! Живы, чёрт побери, даже малыш!!!

Скафандр на этот раз я снял ещё быстрее, чем в прошлый – увы, но в скафандре невозможно быстро одеть людей.

Начал я с девочки, закутал её в комбинезон, застегнул его, а длинные рукава и штанины завязал ей вокруг пояса и грудной клетки. Комбинезоны, конечно, умные, но не настолько, чтоб модель на взрослого утянулась на ребёнка.

Одел подростка, потом женщину, последним мужчину. Натянул на всех маски, закрывающие лицо. Дышать им придётся тем, что есть в воздухе, то есть, кислородом выше нормы, но хоть чуточку теплее будет. Малыша я сунул в скафандр к себе, устроив его на животе. Неудобно – да, могут быть и синяки, но зато не минус шестьдесят.

Взяв на руки малышку и подростка, я отнёс их к дверце, потом подтащил родителей.

«Арджи, открывай. Шанталь, готовь лазарет. Девочки вы как?»

«Следим», – последовал ответ Вирилады.

«Здесь пятеро, мы сейчас выходим. Увеличьте бдительность, люди без сознания, быстро мы идти не сможем. Стреляйте в каждого, кто направится к нам. Шанталь, сунутся – открывай огонь по кораблю».

«Так точно».

«Принято».

Арджи, открывший люк, принял из моих рук малышку и художественно перематерился.

«Каким ублюдком надо быть?!..»

«У нас мало времени», – напомнил я.

«А пятый?..»

«Здесь», – я постучал себя по животу, и шокированное молчание Арджи стало выразительнее любого мата.

Я нёс женщину и подростка, Арджи достались отец с малышкой. К счастью, скафандр позволяет поднимать больший вес, чем может сам человек. Мы оба старались двигаться как можно быстрее, понимая, что комбинезоны не панацея.

«На нас напали», – сообщила Вири.

«Уходите!»

«Не выйдет, нас окружили. Предлагают сдаться».

«Сдавайтесь. Рассказывай, что видишь. Сколько их. Ведут на корабль?»

«Десять около нас. Все с лазерами. Да, ведут к кораблю. Ззкерру заставили снять скафандр. С меня сейчас тоже снимут. Шлюз открыли уже. Люблю тебя», – ровным голосом произнесла она.

«Я очень люблю тебя, Вири, я тебя вытащу. Делайте всё, что скажут, не дайте повода убить вас!»

Тишина.

Я не бежал – боялся повредить ребёнку в скафандре.

Наконец мы дошли до «Духа». Шанталь открыл нам люк, но навстречу не вышел – бдил в рубке.

Я положил людей на пол и, расстегнув скафандр, вытащил малыша. Он завозился, подавая явные признаки жизни.

«Арджи, займись ими, им нужно в лазарет всем».

«Я телохранитель Вирилады!»

«Пять жизней. Я справлюсь, клянусь тебе. Я убью всех, кто встанет между мной и ей».

Арджи отступил.

«Шанталь, от тебя требуется следующее…»