Тайновидец. Том 10: Беглец

Глава 11

— А что это они там делают? — удивился я, увидев возле ограды парка Владимира Гораздова и Кузьму Петровича. Артефакторы, деловито переговариваясь, колдовали над чугунными прутьями решетки. Меня сразу охватило любопытство.

— Идемте посмотрим, — кивнул я Зимину, — заодно и познакомитесь.

Мы подошли ближе, и я окликнул мастеров:

— Владимир Кириллович, Кузьма Петрович, доброе утро. Чем это вы так заняты?

— Охранную систему вам монтируем, господин Тайновидец, — проворчал Кузьма Петрович, нехотя отрываясь от работы. — Где это видано — Императорская академия и без охраны! Заходи, кто хочешь, твори, что хочешь. Нет уж, так дело не пойдет. Сейчас охрану наладим, даже уличная кошка не проскочит, не то что какой-нибудь шпион.

— Спасибо, — растерянно поблагодарил я. — Это очень своевременно.

— Конечно, своевременно, — решительно тряхнул седой бородой Кузьма Петрович. — Слышал я, каких людей вы разозлили, господин Тайновидец. А только знаете, что я вам скажу? Так им и надо. Они-то надеялись, что у вас с порталом ничего не выйдет, а вы их всех обошли.

— Знакомьтесь, — с улыбкой сказал я профессору, — Кузьма Петрович Ползунов, старший артефактор князя Пожарского, и Владимир Кириллович Гораздов, еще один талантливый артефактор. Он изобрел артефакт усиления магического дара, и к тому же согласился преподавать в академии. А это профессор физики Сергей Николаевич Зимин.

— Настоящие артефакторы? — изумился профессор. — Я о таком только в книгах читал. Приятно познакомится, господа!

Он осторожно пожал мастерам руки, как будто опасался, что они окажутся привидениями и растают в воздухе.

— Между прочим, могли бы и меня позвать в преподаватели, — обиженно буркнул Кузьма Петрович. — Мне тоже есть, что молодежи порассказать.

— Я просто постеснялся вас беспокоить, — вежливо ответил я.

— А вы в другой раз не стесняйтесь, ваше сиятельство. Сразу присылайте зов.

Тем временем Владимир Гораздов, близоруко щурясь, внимательно разглядывал профессора.

— Любопытно, — покачал головой Гораздов. — А что случилось с вашим магическим даром?

— Сергей Николаевич прибыл к нам из другого мира, — объяснил я. — Это вышло случайно, а в его мире магия практически отсутствует.

— И как он сюда попал? — тут же, спросил Кузьма Петрович.

— Это долгая история, — уклончиво ответил я, — расскажите лучше про вашу охранную систему.

— А чего про неё рассказывать? — пожал плечами Кузьма Петрович. — Своих пропустит, посторонних завернёт, вот и вся работа.

— А как же она отличает своих от посторонних? — удивился я.

— С этим проблем не будет, Александр Васильевич, — вмешался Гораздов. — Мы сделаем для всех учеников и преподавателей именные артефакты, чтобы система их узнавала. Посторонний человек таким артефактом воспользоваться не сможет.

— Отличная идея, — признал я, — а как попадут в Академию случайные посетители? Вдруг кому-то понадобится увидеть меня или кого-то из учеников по срочному делу.

— А подождут у ворот, — буркнул Кузьма Петрович, — нечего тут со всякой ерундой шастать.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, — вежливо сказал Зимин. — В моем мире для таких случаев существует связь на расстоянии. У вас, случайно, нет чего-нибудь подобного?

— Ну, можно зов послать, — почесав в затылке, ответил Кузьма Петрович. — Правда, только знакомому. А вот с незнакомым человеком никак не поговоришь. Это разве что господин Тайновидец может, он и не такие чудеса вытворяет.

— Подождите, — вспомнил я, — помните охранные маски, которые Сева-Пожарский делал для какого-то барона? С их помощью можно было переговариваться на расстоянии.

Я еще использовал эти маски, чтобы поймать Юрия Горчакова.

— Такое забудешь! — живо отозвался Кузьма Петрович. — Перепугал он меня тогда этими масками. А вы это здорово придумали, господин Тайновидец. Повесить одну такую маску у ворот, а вторую в приемной вашей секретарше, и пусть посетители с ней переговариваются на здоровье.

— Эти маски все равно пылятся у меня без дела, — кивнул я, — а здесь они как раз пригодятся.

— Молодец, господин профессор, — по-свойски кивнул Кузьма Петрович. — Дельную мысль подсказали.

— Благодарю вас, — улыбнулся Зимин.

Владимир Гораздов тем временем молчал, задумчиво глядя на профессора. Казалось, он пытается что-то вспомнить.

— Может, тигровый глаз? — с сомнением пробормотал он себе под нос.

И тут же покачал головой.

— Нет, не подойдет.

Прищурился еще раз и воскликнул: — Горный хрусталь, ну, конечно! Господин Зимин, я могу сделать для вас артефакт усиления магического дара. За основу возьму горный хрусталь, он вам определенно подходит. И сделаю оправу из золота. Хотите?

— Вы считаете, есть смысл усиливать то, чего нет? — с сомнением спросил профессор.

— Не знаю, — честно ответил Гораздов. — Но на вашем месте я бы непременно попробовал.

— Обязательно нужно попробовать, — поддержал я артефактора.

Впрочем, была у меня еще одна идея, но о ней я предпочел пока никому не говорить.

— Владимир Кириллович, у вас сегодня есть урок? — спросил я Гораздова.

— Да, — кивнул артефактор. — Сейчас с ребятами занимается Аня, а потом мой черед. Покажу им, как делать самопишущее перо. Штука простая, но полезная.

— Вы можете уступить ваше время Сергею Николаевичу? — спросил я. — Он хочет провести пробный урок для студентов академии.

— С удовольствием, — кивнул Гораздов, — а мы с Кузьмой Петровичем пока охранную систему до конца отладим.

— Благодарю вас, — улыбнулся я.

— Надо же, настоящие артефакторы! — восхищенно сказал Сергей Николаевич, когда мы с ним шли к зданию Академии. — Как вы думаете, Александр Васильевич, этот артефакт усиления дара сможет мне помочь?

— Не знаю, — честно ответил я, — но попытаться определенно стоит.

Как раз в этот момент из парка магической академии показались студенты и Анна Владимировна Гораздова. Студенты шли плотной группой и оживлённо о чём-то переговаривались.

Все, кроме Михаила Долгорукова. Он держался в стороне со своим привычным недовольным выражением на лице.

Рядом с Еленой Разумовской плыл в воздухе большой деревянный ящик. Его бока были обтянуты частой металлической сеткой. Ящик летел благодаря магии воздуха, а Разумовская направляла его полет небрежными движениями левой руки.

Когда я разглядел содержимое ящика, у меня похолодело в груди.

Внутри ящика были змеи. Судя по характерному зигзагообразному узору на спине — гадюки.

Они шипели и извивались, разъяренные тем, что их посадили в ящик. То и дело, одна из змей бросалась на сетку, стараясь вцепиться в нее зубами.

Увидев меня и профессора, студенты направились к нам.

— Александр Васильевич, мы переловили всех ядовитых змей в парке, — гордо сказал Данила Изгоев. Анна Владимировна выгоняла их из кустов, а я приманивал магией крови. Теперь по парку можно гулять без опаски.

— А куда вы их несёте? — поинтересовался я.

— Отдадим нашему алхимику, — улыбнулась Гораздова. — Яд гадюки входит в состав многих полезных зелий. Ребятам будет чем заняться на уроках алхимии.

И тут громко, оглушительно хлопнула входная дверь академии. Из нее выскочил человек в огромных очках. Испуганно оглядываясь, он побежал к воротам.

— Это же Алексей Витольдович, наш алхимик! — удивилась Гораздова. — Куда он бежит?

Мне тоже стало любопытно.

— Алексей Витольдович! — окрикнул я алхимика.

Но мои слова заглушил второй хлопок двери. Вслед за алхимиком на улицу выскочил Чахлик.

— Стойте! — грозно взревел он, — Немедленно остановитесь!

Алхимик пригнулся и побежал еще быстрее.

Тогда Чахлик, не прекращая погони, резко взмахнул левой рукой. Я уже видел это движение. Именно так Никита Михайлович использовал ударные магические заклинания.

Ноги Алексея Витольдовича подогнулись, и он мягко рухнул на брусчатку двора. Но даже теперь он пытался ползти к воротам, цепляясь за камни.

Чахлик подбежал и остановился над ним, держа руку наготове для нового удара.

— Это магия смерти, — предупредил он алхимика, — Так просто вы от меня не отделаетесь.

— Валериан Андреевич, что происходит? — окликнул я Чахлика.

Маг смерти оглянулся и увидел меня.

— А, вы тоже здесь, Александр Васильевич? Отлично! Этот негодяй пытался сбежать. Заявил, что тоже увольняется, и немедленно. Я пытался его образумить, но, видите ли, он уперся. А между прочим, по имперским законам он обязан отработать в академии как минимум две недели. Когда я пригрозил, что задержу его силой, он попытался сбежать.

— Из-за этого вы шарахнули его заклинанием магии смерти? — изумился я.

— А что мне еще оставалось делать? — нисколько не чувствуя себя виноватым, пожал плечами Чахлик.

— Вы ответите за это! — простонал алхимик, переворачиваясь лицом вверх. — Вы искалечили меня, убили!

— Еще чего! — презрительно бросил Чахлик. — Всего лишь заставил ваши мускулы омертветь. Это снимается одним движением руки.

— Будьте так любезны, снимите заклинание, Валериан Андреевич, — вежливо, но твердо сказал я Кощею. — Нам не нужны сложности с полицией.

— Извольте, — неохотно согласился Валериан Андреевич.

Он повел ладонью над ступнями алхимика и резко кивнул:

— Все, можете вставать, хватит притворяться.

Я помог Алексею Витольдовичу подняться. Алхимик был до смерти напуган. Его руки тряслись, а колени подгибались.

— Мои очки, — бормотал он, бестолково хлопая себя по карманам.

— Вот они.

Я поднял очки, которые отлетели в сторону при падении, и отдал их алхимику. Одно стекло в очках треснуло.

— Жаль, что мы с вами не познакомились раньше, Алексей Витольдович, — сказал я. — Но, может быть, вы хотя бы сейчас объясните, почему решили уволиться? Вас кто-то заставил?

— Никто меня не заставлял, — упрямо покачал головой алхимик. — Я сам так решил. Уволюсь, и все тут.

Он надел очки, затем снова снял их и ощупал битое стекло.

— А вам я крысиного яда в чай подолью, Валериан Андреевич! — внезапно выкрикнул он в лицо Чахлику.

Макс Смерти побледнел от негодования и снова поднял левую руку.

— Успокойтесь, господа, — вежливо попросил я, — скандалом вы ничего не решите.

Студенты во все глаза смотрели на нас.

Изгоев мрачно кивнул — похоже, в этой схватке он был полностью на стороне Чахлика. Елена Разумовская смотрела оценивающе. Кажется, она пыталась просчитать последствия.

А Михаил Долгоруков злорадно усмехался.

— Остальные преподаватели сегодня тоже не явились на службу, — возмущенным тоном сообщил мне Чахлик. — А вот этот, Алексей Витольдович, осмелился заявиться ко мне и в лицо сказать, что он увольняется.

— Ну, хоть у кого-то хватило смелости, — устало улыбнулся я.

— Лучше бы я тоже не приходил, как все остальные, — вдруг сказал Алексей Витольдович.

— А почему вы пришли? — поинтересовался я. — Постеснялись уволиться тайком?

— Вот еще! — дернул плечом алхимик. — У меня в кабинете оборудование. Мое, между прочим.

— Проверим по документам, — кивнул я. — Все, что принадлежит вам, академия вам вернет. А теперь можете идти.

Но тут к воротам академии подъехали сразу три мобиля. Первый попытался въехать в ворота, но магический мотор заглох. Мобиль остановился.

Из него неуклюже выбрался грузный человек в дорогом костюме. Пиджак нелепо топорщился, не в силах скрыть солидное брюшко.

— А вот и мой отец, — злорадно объявил Михаил Долгоруков.

Старший Долгоруков уверенно шагнул вперед, но тут же наткнулся на невидимую преграду и замер. Похоже, магическая защита академии отлично работала.

Я заметил, что Владимир Гораздов довольно покачал головой.

Но Михаил Долгоруков пока ничего не понял.

— Отец, эти люди пытаются силой удержать Алексея Витольдовича, — крикнул он, — разберись с ними.

Он повернулся к нам.

— Теперь мой отец — глава рода Долгоруковых, и вам придется с ним считаться.

Два других мобиля тоже остановились. Пассажиры вышли, и я их узнал — граф Шувалов и граф Орлов. Вот, значит, как. Мои неприятели прибыли дружной компанией.

Я неторопливо направился к воротам. Слева от меня шел Валериан Андреевич Чахлик, справа — Кузьма Петрович. Профессор Зимин и Владимир Гораздов приотстали на шаг.

— Что вам угодно, господа? — спросил я, останавливаясь перед Долгоруковым.

— Мы хотим войти, — ответил князь, заносчиво дернув головой.

— Говорите здесь, — предложил я.

— Что за тюрьму вы здесь устроили? — сразу же вскипел Долгоруков. — Что это за магическая защита? Вы не имеете права силой удерживать преподавателя. Это нарушение законов Империи.

— Я не удерживаю Алексея Витольдовича, — спокойно улыбнулся я. — Но как ректор я обязан разъяснить ему последствия его необдуманного решения.

С этими словами я покосился на алхимика.

— Алексей Витольдович, если вы уволитесь, не отработав положенный срок, то потеряете право на компенсацию от Имперского казначейства.

— Ничего, он не будет в обиде, — хохотнул Долгоруков. — Идем, Алексей Витольдович.

— Он сможет выйти? — вполголоса осведомился я у Кузьмы Петровича.

— Да пусть катится, — воинственно тряхнул бородой старый артефактор. — Защита односторонняя. Это сюда никому не пройти, а отсюда любой может выйти.

— Всего хорошего, господин алхимик, — кивнул я.

Алексей Витольдович юркнул за ворота.

А я повернулся к неожиданным гостям и неторопливо обвел их взглядом, считывая эмоции. Пожалуй, я ошибся, когда решил, что они друзья. Скорее временные союзники, но каждый преследует свои интересы.

Долгоруков смотрел на меня с неприкрытой ненавистью. Еще бы, не так давно главу их рода с моей помощью благополучно упекли в Петропавловскую крепость.

Граф Шувалов выглядел сердитым, но его скорее злило то, что в этой компании он находится на вторых ролях.

А вот граф Орлов смотрел на меня с интересом, скрывая хитрую усмешку.

— Итак, господа Орлов, Шувалов и Долгоруков, — медленно произнес я, выдержав паузу. — Хорошо, что вы приехали все вместе. Рад вас видеть.

Я намеренно назвал фамилию Долгорукова последней, и это еще больше разозлило князя.

— Чему вы радуетесь, граф? — фыркнул он. — Вам недолго оставаться ректором. Очень скоро Его Величество вежливо попросит вас с должности. А может, и невежливо, это уж как получится.

— Император не позволит вам развалить академию, — добавил Шувалов, делая шаг, чтобы выйти из-за спины Долгорукого. — А вы остались без преподавателей. Скоро и студенты разбегутся.

И только граф Орлов благоразумно промолчал.

— Я рад вашему приезду, потому что хочу вас поблагодарить, — объяснил я. — Благодаря вашей помощи мне не пришлось увольнять посредственных преподавателей. Ваша затея с новым университетом просто великолепна. Теперь обычным магам будет где учиться.

Я выделил слово «обычным» и подчеркнул его улыбкой.

— Вы развязали мне руки, господа, — широко улыбнулся я. — Теперь я могу перестроить Императорскую Магическую академию и превратить ее в уникальное учебное заведение для самых одаренных граждан Империи. В этих стенах они научатся настоящей магии.

Я дружелюбно обратился к Долгорукову, который, тяжело дыша от ярости, смотрел на меня.

— Вы очень предусмотрительны, князь. Сознайтесь, вы ведь не просто так отправили своего сына учиться в Императорскую академию? Уверен, вы что-то предчувствовали. И теперь можете быть довольны. После обучения у новых преподавателей ваш сын станет настоящим магическим существом. Он прославит ваш род, поверьте.

Этого Долгоруков вынести не мог.

— Михаил, ты немедленно едешь со мной, — отрывисто заявил он, — здесь тебе больше делать нечего.

— Жаль, — притворно вздохнул я. — Вы лишаете своего сына прекрасного будущего. Но я не стану осуждать ваше решение. Приятно было с вами пообщаться, господа, а сейчас прошу меня извинить. У меня очень много работы.

— Выключите магическую защиту, — потребовал Долгоруков. — Нам нужно завести мобиль.

— А не получится, — злорадно заявил Кузьма Петрович. — Защита еще не отлажена. А кто вас просил переться в ворота без приглашения? Вот теперь толкайте свой мобиль руками.

Гости растерянно переглянулись.

Но Долгоруков все-таки нашел выход из положения. Он с усилием повел руками.

Я увидел, как на лбу князя от напряжения вздулись жилы. Тяжелый мобиль медленно откатился назад.

— У вас сильный дар, ваше сиятельство, — одобрительно кивнул я. — А теперь прощайте.

Я заметил, что граф Орлов бросил на меня долгий внимательный взгляд перед тем, как сесть в мобиль.

Наконец незваные гости уехали, и я с улыбкой повернулся к Гораздову.

— Магическая защита работает отлично, Владимир Кириллович. Но я прошу вас поскорее выдать всем оставшимся артефакты для прохода через нее.

Студенты громко переговаривались. Всех взбудоражил неожиданный приезд князя Долгорукого с его подручными.

Я поднял руку:

— Прошу внимания, господа. Позвольте представить. Профессор Сергей Николаевич Зимин, ваш новый преподаватель.

— Вы алхимик? — серьезно спросила Разумовская.

Зимин удивленно поднял брови и весело улыбнулся.

— Нет, я не алхимик, хотя опыт в приготовлении зелий у меня есть. Но, к сожалению, он неудачный.

Профессор сказал это таким добродушным тоном, что все студенты облегченно рассмеялись.

— Так уж получилось, что я совсем недавно попал в ваш мир, — просто продолжил Зимин. — И к тому же полностью лишён магического дара. Поэтому предлагаю договориться к общей пользе. Вы расскажете мне о вашем мире, а я расскажу вам о том, как жить без магии. Александр Васильевич уверял меня, что со временем вы станете настоящими магическими существами, и сможете путешествовать куда угодно. Вдруг кого-то из вас занесет в мой прежний мир? Вот тогда-то мои навыки вам и пригодятся.

Он сразу взял дружеский тон и с первых слов сумел заинтересовать студентов.

— Покажите мне здание Академии, — предложил он, — будем прогуливаться по коридорам и разговаривать, как настоящие древние философы.

Он пошел к зданию, и студенты послушно потянулись за ним.

— Где вы отыскали этого профессора, Александр Васильевич? — изумленно спросил меня Чахлик.

— Вы же слышали, он пришел из другого мира, — улыбнулся я. — Это долгая история, но я с удовольствием вам ее расскажу, пока мы с вами будем в тысячный раз переделывать расписание. Нужно вставить в него уроки Сергея Николаевича.

— И уроков артефакторики добавьте, — напомнил Кузьма Петрович. — Мы с Володей будем вести их по очереди. Вырастим из этих ребятишек настоящих мастеров.

— Обязательно добавим, — пообещал я. — Владимир Кириллович, вам не трудно отвезти ящик со змеями к туннелонцам? Надеюсь, им пригодится змеиный яд.