Тайновидец. Том 10: Беглец

Глава 14

— Почему от тебя пахнет костром? — с любопытством спросила Лиза. — И откуда ты взялся дома? Когда я засыпала, тебя не было.

Она лежала, подперев голову рукой, и с улыбкой смотрела на меня. А я залюбовался золотистыми искорками в ее серых глазах.

— Когда я засыпал, меня тоже здесь не было, — признался я. — Вчера вечером я был в Сосновском лесу, уговаривал тамошних обитателей преподавать в магической академии.

— И как? — заинтересовалась Лиза. — Уговорил?

— Ты ещё спрашиваешь! — гордо ответил я. — Конечно, уговорил! Теперь у меня столько преподавателей, что бедным студентам придется учиться и днём, и ночью. И, разумеется, никаких каникул. Вот так я им сегодня и скажу: у чудес не бывает каникул, господа! Они предпочитают происходить не по расписанию.

Я представил огорченные лица студентов и весело рассмеялся.

— Между прочим, в лесу сейчас очень хорошо. Жаль, что я не смог взять тебя с собой. Очень уж неожиданно всё произошло. Пётр Брусницын прислал мне зов, и я сразу же отправился туда. Мигом уговорил Ягу и Брусницына преподавать в Академии. А затем появился Акинфий Петрович со своей знаменитой настойкой на сосновых иглах. Мне хватило всего одного глотка, чтобы заснуть там, а проснуться здесь. Представляешь, как я вымотался? Но зато теперь в штате Академии есть целитель, менталист, некромант и даже магический кулинар.

Глаза Лизы вспыхнули любопытством.

— А кулинар откуда взялся?

— Мне удалось убедить господина Иевлина, что молодые маги не смогут жить долго и счастливо без знания кулинарии. Бывший императорский повар согласился с моими доводами и теперь будет их обучать.

— Вот это да! — рассмеялась Лиза. — Ты смог переубедить господина Иевлина. Вот это настоящая магия.

— Это просто обычный подвиг, — скромно уточнил я.

— А я тоже побывала в Сосновском лесу, только во сне. Мне снилось, что мы с тобой гуляем по берегу озера, и мне так хорошо и спокойно. А потом я почувствовала, что кто-то смотрит на меня из темноты. Обычно от таких взглядов по коже бегут ледяные мурашки, но в этот раз я не испугалась.

— Думаю, это был мой взгляд, — смущенно признался я. — Когда я заснул в Сосновском лесу, ко мне пришла Хранительница Снов. Мы с ней тоже прогулялись по берегу озера и случайно забрели на границу твоего сна. Но Хранительница Снов сказала, что во сне опасно встречаться с самим собой, и поэтому нам пришлось уйти.

Лиза смотрела на меня изумлённо и даже с испугом.

— Каждый день я заново убеждаюсь, что ты настоящий маг, — тихо сказала она. — С тобой происходят такие чудеса, которые не происходят больше ни с кем другим. И я иногда боюсь…

Она запнулась, подбирая слова.

— Я иногда боюсь, что ты окончательно заблудишься в этих чудесах и уже не вернёшься.

— Ни в коем случае! — ободряюще улыбнулся я. — Никуда я не исчезну. Я слишком люблю тебя, этот старый дом, ворчание Игната и восхитительную стряпню Прасковьи Ивановны. Между прочим, это не я выдумал, это мнение эксперта. Хранительница Снов сказала, что неуёмное любопытство и тяга к чудесам идеально уживаются во мне с любовью к привычному уюту и близким людям. Поэтому куда бы меня ни занесло, я обязательно вернусь домой.

— Поверю тебе на слово, — улыбнулась Лиза. — А что ещё мне остаётся? Ты сейчас снова поедешь в академию?

— Да, и, скорее всего, надолго, — кивнул я. — Все новые преподаватели с утра заявятся туда, и мне нужно будет как-то поделить между ними студентов. Надеюсь, обойдётся без драки.

— Ты помнишь, что сегодня вечером у нас репетиция в Старом Театре? — напомнила Лиза. — Господин Кастеллано дважды присылал мне зов.

— Репетиция — это важно, — улыбнулся я. — Меня обещали научить магии иллюзий. Значит, с остальными скучными делами придется разобраться побыстрее. Ну что, встаём?

Прасковья Ивановна подала на завтрак пшенную кашу.

Казалось бы, что в этом удивительного? Но если эту кашу сварили на топленом молоке, добавили сливочного масла, а затем оставили томиться в духовке, пока каждая крупинка не разбухла, то оторваться от тарелки просто невозможно.

К каше полагались отварные яйца и поджаренные до хрустящей корочки хлебцы. Яйца были сварены идеально — белок твёрдый, а желток яркий и густой.

— Что у нас новенького, Прасковья Ивановна? — спросил я, наливая себе кофе.

— А вы не слышали, Александр Васильевич? — всплеснула руками кухарка. — Вчера вечером на Сдобном рынке двое бандитов напали на булочника. Требовали у него денег и угрожали побить дубинками. Хорошо, что булочник раньше служил в Имперской гвардии. Он задержал этих разбойников и вызвал городовых, так что голубчиков мигом доставили в участок.

— А я их видел, — вклинился в разговор Фома. — Один высокий, в кожаной куртке, и челюсть как у лошади. А второй — коротышка со зверской мордой. Одежда у него смешная, на пижаму похожа. Набросились на булочника, витрину ему расколотили, кричали. Но булочник живо их усмирил. Только взмахнул рукой вот так — раз! — и бандиты уже на земле, и пошевелиться не могут. А тут городовой подбежал, а за ним полицейский мобиль с мигалками. Надели им кандалы и увезли.

— А что ты делал на рынке? — строго спросил я.

— Так как же, ваше сиятельство, — честными глазами уставился на меня Фома. — Присматривал что-нибудь полезное для дома. Я ведь домовой, значит, должен об уюте заботиться.

Тут я вспомнил, что Сдобный рынок находится на соседней улице с Императорским магическим лицеем.

— В какое время задержали этих бандитов? — спросил я.

— Сразу после полудня, — ответила кухарка, убирая со стола пустые тарелки.

— Насколько я помню, сразу после полудня в лицее идут занятия, — заметил я, задумчиво глядя на Фому.

— Это в обед было, ваше сиятельство, — заспорил домовой. — Я быстренько пообедал и выбежал в город, и на занятия не опоздал. Хоть у кого спросите.

— Ладно, — усмехнулся я.

И повторил слова Лизы:

— Поверю тебе на слово.

— Совсем в Столице житья не стало, — проворчал Игнат. — Понаедут неизвестно откуда и бросаются на людей среди белого дня.

— А почему ты решил, что они приезжие? — заинтересовался я.

— Так сами же слышали. Одеты так, как в Столице никто не одевается. Да ещё и на булочника Никишина набросились. Нашли, к кому прицепиться. На Сдобном рынке каждый бродяга знает, что булочник раньше в гвардии служил. А этим хоть бы что. Но теперь посидят в камере, подумают. В другой раз в столицу не поедут.

— Не очень ты жалуешь приезжих, — улыбнулся я.

— Это почему же, ваше сиятельство? — обиделся Игнат. — Я ко всем хорошо отношусь. Но если ты приехал, так веди себя, как полагается. И живи здесь так, как люди живут, а не своим манером.

— Мне пора, — забеспокоился Фома. — Скоро занятия в лицее начнутся, нельзя опаздывать.

— Подожди минуту, неугомонный, — остановила его Прасковья Ивановна. — Я тебе пирожков заверну. Сам поешь и товарищей угостишь.

— Фома, ты как-то говорил, что дом тебя охраняет, — вспомнил я. — И ты можешь в любой момент вернуться сюда из любого места?

— Так и есть, ваше сиятельство, — кивнул Домовой.

— А как эта магия работает? — заинтересовался я.

— Обыкновенно, — задумался Фома. — Если я домовой, то свой дом я откуда хочешь почувствую. Это называется инстинкт, ваше сиятельство. Как у перелетных птиц. Нам на уроках объясняли.

— Интересно, — задумчиво кивнул я. — Но непонятно. Пожалуй, нужно будет поговорить об этом с домовым Семеном. Может быть, он больше знает об этой магии.

Магический кот Уголек в это время доел паштет, который заботливо положила в его миску проскоруя Ивановна, и мягко вспрыгнул мне на колени.

— Ты в самом деле уговорил Ягу и Кащея преподавать в академии, Тайновидец? — беззвучно промурлыкал кот.

— Да, — улыбнулся я. — Надеюсь, и Лешего уговорить. Уверен, студентам будет полезно научиться открывать проходы в магических пространствах.

Уголек лениво потянулся.

— Ты очень серьёзно подходишь к делу. Знаешь, я, пожалуй, соглашусь на твое предложение. Я могу научить студентов, как правильно обращаться с магическими животными.

— Отличная новость! — рассмеялся я. — Непременно передам Валериану Андреевичу, чтобы он вставил твои уроки в расписание. А сейчас мне пора.

Я хотел пройти в академию через магическое пространство, так было быстрее.

Но вовремя вспомнил, что на ограде теперь установлена магическая защита, и неизвестно ещё, сумею я пройти через неё или нет.

Экспериментировать я не стал и вызвал извозчика, а он быстро отвёз меня на Правый берег.

У ворот Академии меня встретил артефактор Кузьма Петрович.

— Получите ваш пропуск, господин Тайновидец, — важно сказал он, протягивая мне небольшой округлый камушек на тонкой цепочке. — Без этого пропуска вы на территорию не войдёте.

Когда я дотронулся до камня, он ответил слабым уколом магии. От неожиданности я чуть не выронил талисман.

— Теперь камень настроился на вас и никого другого не пропустит, — объяснил артефактор. — Даже если его у вас украдут, злодеям это не поможет проникнуть в академию.

— Очень предусмотрительно, — кивнул я. — Спасибо, Кузьма Петрович.

Во дворе Магической Академии толпился народ. Студенты с весёлым хохотом следили за тем, как Яга на метле выделывает в воздухе фигуры высшего пилотажа.

Даже я разинул рот от изумления и чуть не столкнулся с Разумовской.

— Александр Васильевич, мы тоже так сможем? — с горящими глазами спросила Елена.

— Лично вы ещё и не так сможете, — улыбнулся я. — Ведь у вас дар к магии воздуха.

Яга заложила петлю вокруг шпиля академии и плавно приземлилась во дворе.

Студенты тут же обступили ее.

Коля Сосновский подошёл ко мне. На его лице сияла весёлая улыбка.

— Слушай, а у тебя здесь так весело! Может быть, ты и меня возьмёшь к себе, преподавателем? Сергей Николаевич обмолвился, что у тебя некому преподавать магическое налогообложение. А я за последнее время хорошо научился в нём разбираться.

— И не скучно тебе? — подначил я друга.

— Вот нисколечко! — возразил Николай. — Все эти ставки, сметы, балансы — это же просто песня! Пойми, Саша, теперь это мой путь.

Я изумлённо покачал головой. Каких только чудес не бывает на свете!

Но, похоже, именно Коля Сосновский сумеет сделать скучные финансовые дисциплины интересными.

— Буду очень рад, если ты согласишься, — кивнул я. — Уверен, Его Величество тоже одобрит эту идею. Скажи Зимину, пусть внесёт тебя в список преподавателей.

Я предполагал начать сегодняшние занятия с урока боевой магии. Но, как ни странно, Никита Михайлович Зотов запаздывал. Это было не похоже на него, но я не стал посылать ему зов.

Если Никита Михайлович не приехал, значит, его задержали важные дела, а мы прекрасно можем начать без него.

Я громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.

— Минуту тишины, господа, прошу вас!

Студенты успокоились, хоть и не сразу, и плотным кольцом окружили меня.

— Думаю, вы и сами видите, что с сегодняшнего дня у нас появились новые преподаватели, — улыбнулся я. — Каждый из них — профессионал в своём деле. И вы сможете узнать от них о магии немало интересного. Уверен, учёба в новой академии вам очень понравится.

Студенты дружно зааплодировали, а я подозвал к себе профессора Зимина.

— Сергей Николаевич, будьте добры, внесите новых преподавателей в расписание и подготовьте на каждого документы для утверждения императором. Надеюсь, что в ближайшее время он удостоит меня аудиенции, и все формальности будут улажены.

— С удовольствием, Александр Васильевич, — добродушно улыбаясь, кивнув Зимин. — Ну и развернули вы дело! Думаю, такое возможно только в магическом мире.

Я весело пожал плечами.

— Не знаю. Немагических миров я пока не видел. Вам нужна помощь с бумагами?

— Я прекрасно справлюсь сам, Александр Васильевич, — покачал головой Зимин. — В крайнем случае, Валериан Андреевич мне поможет.

— Ну и отлично, — кивнул я.

И вдруг почувствовал на себе чей-то внимательный взгляд. Я обернулся и увидел, что возле ограды академии стоит Михаил Долгоруков.

Он почти прижался лицом к чугунным прутьям и, не отрываясь, смотрел на меня. Мобиль Долгорукова был припаркован на другой стороне улицы.

Встретившись со мной взглядом, молодый княжич дёрнулся, как будто его ударило молнией. Затем повернулся и быстро пошел через улицу к своему мобилю.

— Похоже, вас не хотят оставить в покое, — тихо заметил Зимин, проследив мой взгляд.

— Ничего страшного, — улыбнулся я. — Им же хуже. Если эти господа решатся пойти против магии, я им не завидую. Начинайте занятия, Сергей Николаевич.

Профессор Зимин удивительно быстро угомонил студентов, и они дружной гурьбой отправились на занятия.

А я с изумлением понял, что не очень-то здесь и нужен. Работа Магической академии налаживалась на глазах, а я мог спокойно заняться своими делами.

Молодой полицейский скучал у ворот. На его шее висел артефакт-пропуск. Парнишка то и делал, дотрагивался до камня — было видно, что ему нравится причастность к магии.

Заметив полицейского, я вспомнил о Мише Кожемяко и сразу же послал ему зов.

— Наконец-то я выбрал минуту, чтобы поблагодарить тебя, дружище, — сказал я. — Спасибо, что прислал к академии охрану.

— На здоровье! — весело отозвался Миша. — Как там мои ребята? Несут службу?

— Бдительно и неусыпно, — заверил я его. — Кстати, один из них всерьез заинтересовался магией. Возьми его на заметку, из парня может выйти отличный помощник следователя. А теперь скажи, ты слышал о вчерашнем происшествии на Сдобном рынке?

— Двое странных людей напали на булочника? — уточнил Миша. — Конечно, слышал. Этим делом занимался Степан Богданович Прудников.

— А почему ты назвал их странными? — заинтересовался я.

— Степан Богданович рассказывал, что при задержании они несли какую-то околесицу, — ответил Миша. — Кроме того, с их магическими способностями что-то необычное. Честно говоря, я не вникал, у меня и своих дел хватает. Но знаю, что после допроса задержанных Степан Богданович вызвал Тайную службу, а они забрали преступников к себе.

Вот оно что, понял я.

Так вот почему Никита Михайлович Зотов запаздывает.Видимо, с этими преступниками и в самом деле не всё просто.

— Миша, как ты смотришь на то, чтобы пригласить нас с Лизой к себе в гости? — спросил я. — Честно признаться, мне очень нужно поговорить с твоим домовым Семеном. А заодно и повидаемся, проведем приятный вечер с разговорами.

— Приезжайте в любое время, — просто ответил Миша. — Мы с Настей всегда рады вас видеть.

В эту минуту к воротам академии подъехал чёрный мобиль Никиты Михайловича.

Кузьма Петрович отважно бросился ему наперерез.

— Получите пропуск, господин начальник Тайной службы! — заявил он Зотову.

— Ну, надо же, хоть где-то порядок, — удивлённо проворчал Никита Михайлович, вертя в руках магический камень. — Выдайте такой же моему помощнику.

Помощник Зотова, Артем Сергеевич, приехал вместе с ним и приветливо улыбнулся мне, как старому знакомому.

— Доброе утро, Александр Васильевич, — кивнул Зотов. — Вижу, занятия уже начались? Вы просили меня найти для вас преподавателя боевой магии, и я решил, что лучше Артема Сергеевича с этим никто не справится. Покажите ему, куда идти.

— Поднимитесь из холла на второй этаж и отыщите кабинет ректора, — подсказал я Артему Сергеевичу. — А там спросите профессора Зимина. Он внесет ваши занятия в расписание.

— Благодарю вас, — улыбнулся помощник Зотова и быстрым шагом направился к зданию Академии.

— А у нас с вами новая забота, Александр Васильевич, — хмуро сказал Зотов. — Вы уже слышали о том, что произошло вчера на Сдобном рынке?

— Слышал во всех подробностях, — кивнул я.

— Уверен, что не во всех, — возразил Никита Михайлович. — Хорошо, что полицейский следователь заподозрил неладное и сообразил прислать мне зов. Поначалу я ему даже не поверил. Но потом приехал в участок и лично убедился в том, что господин Прудников не ошибся.

Зотов пристально посмотрел на меня.

— Оба задержанных начисто лишены магического дара. Точь в точь, как ваш профессор. Понимаете, что это означает, Александр Васильевич?