Тайновидец. Том 10: Беглец

Глава 15

— Вы считаете, что эти бандиты явились в наш мир через теневой портал? — изумился я. — Вслед за профессором Зиминым?

— А откуда же еще, Александр Васильевич? — устало усмехнулся Зотов. — Для того, чтобы в этом убедиться, достаточно взглянуть на их одежду. Магического дара у них нет, так же, как и у вашего профессора. А их манера говорить сразу выдает, что в империю они попали впервые в жизни.

— Что вы имеете в виду? — заинтересовался я.

— Дурацкие жаргонные словечки, — поморщился Зотов. — Когда я сообщил им, что они нарушили законы Империи, вид у них был такой, как будто я их разыгрываю. Кстати, вы не спрашивали Зимина, как в его мире устроено государство?

— Не спрашивал, — признался я. — Они могут просто прикидываться безумными?

— Эту версию я тоже проверил, — кивнул Зотов. — Подумал, что на них может висеть какое-нибудь серьезное преступление, и таким оригинальным способом эта парочка хочет отвести от себя подозрение. Но у полицейского управления на них ничего нет. По моему ведомству они тоже не проходили. Я запросил таможню, но и там их никто не опознал. Я почти не сомневаюсь, что они пробрались к нам через этот проклятый теневой портал. Тем более, сами задержанные подтверждают эту версию.

— А что они говорят? — заинтересовался я.

— Говорят они много и бессвязно, так что временами это похоже на бред, — жестко усмехнулся Никита Михайлович. — Утверждают, что попали сюда из другого мира, здешних законов не знают, и поэтому требуют отпустить их обратно. Ха! Как будто я поверю, что в других мирах можно нападать на булочников и громить их лавки.

Никита Михайлович пренебрежительно дернул плечом.

— Во время допроса одному из бандитов стало плохо, и я вызвал целителя. Целитель осмотрел их. Они оба находятся под воздействием какого-то вещества, похожего на наши ядовитые зелья. Целитель говорит, что их сознание наполовину разрушено. Они с трудом могут рассуждать, живут скорее инстинктами. Отсюда и внезапные вспышки ярости. Возможно, их удастся вылечить, но я в этом не уверен.

Зотов качнулся с пяток на носки и сцепил руки за спиной.

— Честно говоря, мне бы очень хотелось устроить им допрос у менталиста. Но целитель предупредил, что это опасно для них. После такого допроса они могут свихнуться окончательно.

— Вы хотите, чтобы я поехал в управление и поговорил с этими бандитами? — прямо спросил я.

— Ну разумеется, — резко кивнул Зотов. — Я отлично знаю ваши магические способности. Вы мгновенно чувствуете малейшую ложь, и никто лучше вас не разберется в той ерунде, которую они несут.

Я оглянулся на притихшее здание Магической академии. Вспомнил, сколько неотложных дел нетерпеливо дожидаются, пока я займусь.

И решительно кивнул:

— Конечно, я поговорю с вашими подозреваемыми. Едем, Никита Михайлович.

Мой мобиль снова остался возле здания академии. Не везет ему в последнее время.

Слишком непоседливый у него хозяин, то есть я. Обычные скорости меня решительно не устраивают. Для экономии времени я предпочитаю перемещаться мгновенно.

Но сейчас мы отправились в управление Тайной службы на мобиле Никиты Михайловича. Зотов захотел по дороге расспросить меня.

Я заметил, что Никита Михайлович водит мобиль в точном соответствии со своим характером. Он ехал быстро, мастерски лавируя в оживленном потоке.

— Вы успели побывать в Незримой библиотеке? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги. — Узнали, как можно закрыть портал?

— Тут мне, к сожалению, нечем вас порадовать, — признался я. — Ни в одной из книг не говорится о том, как закрывать магический портал. Такое впечатление, что древние маги вовсе не озадачивались этой проблемой.

— Черт! — поморщился Зотов. — Это мое упущение. Вам простительно, вы вприпрыжку бежите за магией, не слишком задумываясь о том, куда она вас приведет. Но я-то должен был подумать о безопасности. Это магические накопители сбили меня с толку. Я был уверен, что достаточно их отключить, и портал закроется. И даже не мог предположить, что где-то появится портал, который берет энергию из окружающего магического фона.

— Ну, отчаиваться пока не стоит, — успокоил я Никиту Михайловича. — Сегодня ночью у меня была любопытная встреча. Я разговаривал с Хранительницей Снов, и она сказала, что портал привязывается к тому человеку, который первым прошел через него. По словам хранительницы, этот человек существует одновременно в двух мирах. Чтобы закрыть портал, нужно оборвать его привязку к одному из миров, вот и все.

Услышав мои слова, Никита Михайлович резко затормозил и повернулся ко мне:

— Вы хотите сказать, что теневой портал привязан к профессору Зимину?

— Да, — кивнул я. — В том случае, если профессор действительно прошел через него первым.

— Значит, для того чтобы закрыть портал, нам достаточно выставить профессора из нашего мира, вот и все? — обрадовался Зотов. — Он не сможет самостоятельно вернуться обратно, и проблема будет решена. Конечно, я не утверждаю, что это нужно сделать немедленно. Но хорошо, что у нас есть способ на крайний случай.

Как всегда, найдя решение, Никита Михайлович повеселел. Мне очень не хотелось портить ему настроение, но и промолчать я не мог. Слишком многое стояло на кону.

— Не думаю, что все так просто, Никита Михайлович. Я почти уверен, что портал неспроста открылся рядом с профессором Зиминым. Даже если портал привязан к профессору, то эта привязка выражается не физически. Вспомните, профессор всю свою жизнь страстно мечтал попасть в другой мир. Что если именно эти мечты каким-то образом притянули портал к нему? Тогда, отправив профессора обратно, мы с вами ничего не решим, наоборот, портал будет постоянно открываться рядом с ним, давая ему возможность вернуться.

— Ну, на самый крайний случай у нас есть и другое решение, более радикальное, — серьезно сказал Зотов.

Я понял, о чем он говорит, и удивленно посмотрел на Никиту Михайловича. Шутит он или нет?

Начальник тайной службы серьезно кивнул:

— Это крайняя мера, но я использую ее, если окажется, что другого выхода нет. Так что ищите другой способ, Александр Васильевич.

Он свернул с Главного проспекта и остановил мобиль возле управления Тайной службы.

Старый дуб, который рос возле входа в управление, полностью пожелтел, чувствуя близкие холода. Зато кофейня напротив приветливо блестела чисто вымытыми стеклами витрины.

— Возьму кофе, — сказал я Зотову, — с ним допрос пойдет легче.

Кофе достался мне абсолютно бесплатно. Хозяин кофейни был без памяти благодарен мне за то, что я познакомил его с Прасковьей Ивановной. Благодаря ее выпечке в кофейне теперь не было отбоя от посетителей.

Я с большим трудом отказался от свежих горячих пирожков и вернулся к управлению Тайной службы, неся в руках подставку, на которой отлично уместились четыре стаканчика с кофе.

— Посмотрите, чем были вооружены эти молодчики, — сказал Никита Михайлович, закрывая за нами дверь своего кабинета.

Он выложил на стол короткую деревянную дубинку. Дубинка была выточена безукоризненно, да еще и покрыта блестящим глянцевым лаком. На одной стороне я заметил красочное клеймо.

— Сделано явно не вручную, — кивнул я.

— А у второго была вот эта штука.

Никита Михайлович достал из ящика тяжелый свинцовый кастет и бросил его на стол.

Кастет глухо завякнул.

— А вот это уже похоже на самоделку. Ясно, что они заранее готовились к нападению, — поморщился Зотов. — Вряд ли предполагаемой жертвой был этот булочник. Но кого-то они искали, и отнюдь не с добрыми намерениями.

— Вы предполагаете, что они могли преследовать профессора Зимина? — понял я.

— Это было первое, о чем я их спросил, — кивнул Зотов. — Но они ни в чем не признаются. Утверждают, что слышат фамилию профессора впервые в жизни.

Он прикрыл глаза, и через секунду в дверь тихо, но уверенно постучали.

— Войдите, — сказал Никита Михайлович.

На пороге кабинета появился целитель Тайной службы.

— Что там с задержанными? — спросил Зотов. — Я могу их допросить?

Целитель устало покачал головой:

— Задали вы мне с ними работу, Никита Михайлович. Это вещество, которое они себе ввели, почти полностью разрушило их внутренние органы, включая и мозг, разумеется. Удивительно цепкая дрянь — встраивается в химический обмен организма, и вытравить ее без последствий практически невозможно.

— Все это очень интересно, — нетерпеливо кивнул Никита Михайлович, — но меня интересует, могу ли я с ними поговорить?

— Одному совсем плохо, — покачал головой целитель, — я поддерживаю его только ментальной магией. Второй чувствует себя получше. Если хотите, можете его допросить.

— Так я и собираюсь сделать, — кивнул Зотов.

И снова прикрыл глаза, посылая кому-то зов.

А я протянул целителю лишний стаканчик с кофе.

— Это вам.

— Спасибо, господин Тайновидец, — благодарно улыбнулся целитель.

Зотов уселся в свое знаменитое кресло, а я устроился на стуле в углу кабинета, чтобы привлекать к себе как можно меньше внимания. Я не обдумывал заранее вопросы, а сперва хотел повнимательнее приглядеться к арестованному.

Через минуту в коридоре послышались тяжелые шаги, и двое охранников ввели задержанного.

Ростом он был пониже меня, но очень широк в плечах, как будто привык заниматься физической работой. Одет странно — в обтягивающий костюм из мягкой шерстяной ткани. Прав был Фома — и в самом деле, похоже на пижаму.

Задержанный глядел себе под ноги, изредка зыркая исподлобья угрюмым и затравленным взглядом.

— Посадите его, — кивнул Зотов охранникам.

Охранники усадили арестанта на стул, и я смог рассмотреть его получше.

Ему было очень плохо. Под глазами набухли темные мешки, а сами глаза блестели как стеклянные шарики. Его запястья плотно обхватили широкие обручи магических кандалов, руки мелко тряслись, и задержанный все время беспокойно шевелил пальцами, как будто хотел освободиться.

— За что меня, начальник? — хрипло спросил он, оказавшись лицом к лицу с Зотовым. — Я ни в чем не виноват. Это все Тощий. Он хотел денег на дозу сдобыть. Я его отговаривал.

Не отвечая, Зотов раскрыл перед собой свой знаменитый черный блокнот, потом поднял строгий взгляд.

— Имя, фамилия?

— Швытько Николай Александрович, — заученно пробубнил задержанный.

Когда он назвал год своего рождения, я удивленно поднял брови. Что-то в хронологии наших миров решительно не сходилось. Вряд ли этот человек умудрился протянуть почти две сотни лет, при его-то здоровье.

Никита Михайлович ничем не выдал своего удивления. Его самопишущее перо невозмутимо бегало по бумаге. Не слышалось ни малейшего скрипа, ровные строчки появлялись в блокноте, как будто сами собой.

— Расскажите, как вы оказались на Сдобном рынке и почему напали на булочника? — предложил Зотов.

— Я уже говорил. Дыра в воздухе появилась, Тощий в нее и полез. Я говорю: куда ты? А он только отмахнулся. Ну и я за ним, а дыра исчезла. И город вокруг, вроде знакомый, но незнакомый. Я думал, глюк приключился.

— Что? — не понял Зотов.

— Ну, глюк, — повторил задержанный.

Желая объяснить, он шевельнул руками, и магические кандалы звякнули.

— Так он называет видения, — объяснил целитель, — что-то вроде иллюзий, галлюцинации. Их вызывает то самое химическое вещество, которое он ввел в себе организм.

— Понятно, — кивнул Зотов и снова обратился к задержанному. — Что было дальше?

— Ну, мы нашли какой-то подъезд, в нем и переночевали. А утром снова пошли в тот парк. Думали, дыра появится, и мы вылезем обратно. А ее все не было. Тощему совсем плохо стало. Он сказал, что нужно достать денег на дозу. И пошел на рынок, а там эта лавка. Я его отговаривал, честно.

— Значит, плохо отговаривал, — поморщился Зотов. — В полицию почему не обратились?

— В полицию?

Задержанный вскинул голову и скривил губы в странной усмешке. Я заметил, что на его низком лбу выступили мелкие капли пота.

— Кто же по своей воле к ним пойдет? Ну, ты скажешь, начальник.

Руки задержанного затряслись сильнее. Он вдруг подался вперед и снова звякнул кандалами.

— Мне бы вмазаться, начальник, — хриплым голосом попросил он, напряженно глядя на Зотова, — иначе сдохну. Тощему уже кранты, а я жить хочу.

— Не сдохнешь, — равнодушно бросил Зотов.

И кивнул целителю.

— Помогите ему.

Швытько крупно затрясся всем телом и прикусил губу.

Я прислушался к его эмоциям и вздрогнул от ужаса. Этого человека буквально грызла изнутри страшная, мерзкая жажда. Она была куда сильнее любого голода.

Целитель быстро подошел к задержанному сзади и положил ладони на его виски. Простейшая успокаивающая магия, но она подействовала. Через минуту задержанного перестало бить дрожь, и он немного расслабился.

Я не разрывал контакт и ощущал все так ясно, как будто это происходило со мной самим. Ощущение было довольно мерзкое, но я понимал, что нужно себя пересилить.

— Хотите кофе? — предложил я Швыдько.

Он молча кивнул, и я протянул ему бумажный стаканчик.

Задержанный жадно сделал несколько глотков и поморщился:

— Горько.

— Зачем вы с приятелем вошли в магический портал? — снова спросил Зотов. — С какой целью?

Швыдько снова вскинул голову.

— Какой портал, начальник? Ты шутишь, что ли? Говорю же: просто дыра в воздухе. Тощий в нее полез, ну и я за ним. Мы пострадавшие, вообще-то, а ты нас в камере держишь. За что? Там таблички не было, что проход запрещен.

Никита Михайлович покосился на меня, и я понял, что пора брать допрос в свои руки.

— Вы знаете профессора Сергея Николаевича Зимина? — спросил я.

— Не знаю такого, — резко дернул головой Швытько.

Я почувствовал, что он врет.

— Дыра, о которой вы говорите, открылась не на улице, — терпеливо прищурился я. — Портал открылся в одном из помещений Петербургского университета. А вы с вашим другом не похожи ни на студентов, ни на преподавателей. Зачем вы пришли на кафедру физики, если не знаете профессора Зимина?

— Не было такого, — упрямо повторил Швыдько.

Но его эмоции выдали его с головой.

— Этот человек врет, — сказал я Никите Михайловичу. — Они знают профессора Зимина и шли сюда за ним. Возможно, увидели, как профессор входил в портал.

— Что вам было нужно от профессора? — повысив голос, спросил Никита Михайлович.

Швытько снова затрясся.

— Ничего не знаю, — с трудом ответил он.

— Я тебя менталисту отдам, — пригрозил Зотов. — Знаешь, что такое ментальная магия? Маг залезет к тебе в мозги и вывернет их наизнанку, достанет каждую твою поганую мыслишку. Вот только человеком ты после этого уже не станешь.

— Отстаньте от меня! — заорал Швытько и вдруг швырнул недопитый стакан в стену.

Брызги разлетелись по всему кабинету.

Охранники шагнули к задержанному, но он уже обмяк на стуле.

— Я все скажу.

Никита Михайлович брезгливо поморщился и небрежно повел левой рукой. Пролитый кофе бесследно испарился, а бумажный стаканчик сам собой отправился в урну под столом.

— Рассказывай правду, — кивнул Зотов.

— Эта сучка нас наняла, — прохрипел Швыдько. — Красивая сучка. Не знаю, кто она. Только улыбалась все время презрительно, как будто за людей нас не считала. Нам с Тощим она по штуке баксов обещала, если профессору башку проломим. Штука баксов, начальник!

Он снова вскинул голову и уставился на Зотова.

— Что за штука баксов? — непонимающе поморщился Никита Михайлович.

— Ну, бабки, — повторил Швытько, для убедительности кивая головой. — Зелень, не понимаешь, что ли?

— Деньги? — догадался Зотов.

— Ну да, штука баксов. Ты хоть представляешь, сколько это? Сколько дури можно купить? Дай вмазаться, начальник, а? Ну дай! Видишь, плохо мне. Твари! Вы все твари!

Он вдруг заорал и попытался вскочить со стула.

Зотов резко щелкнул пальцами левой руки, и Швытько снова обмяк. В горле у него противно булькало, глаза окончательно остекленели.

— Уведите его в камеру, — приказал Никита Михайлович охранникам.

А затем кивнул целителю:

— Постарайтесь привести его в чувство.

— Сделаю, что смогу, — устало поморщился целитель.

— Кое-что мы все-таки узнали, — сказал я Зотову, когда в кабинете не осталось никого, кроме нас. — Какая-то женщина наняла этих подонков, чтобы они убили профессора Зимина.

— Это было в другом мире, — хмуро напомнил Зотов. — Не понимаю, почему я должен с этим разбираться. Вышвырнуть бы этих негодяев обратно, закрыть портал и дело с концом.

Он решительно дернул головой.

— Знаете, Александр Васильевич, в этой жизни я видел много всякой дряни, но такой безнадеги не видел никогда. Даже наши целители вряд ли сумеют помочь этому человеку.

— Да, я понимаю, почему профессор Зимин так хотел выбраться из своего мира, — согласился я. — Поэтому я и против того, чтобы вы отправляли его обратно.

— Тогда найдите способ закрыть теневой портал, Александр Васильевич!

Зотов решительно хлопнул ладонью по столу.

— Это дело важнее магической академии. Портал нужно закрыть срочно.