Беспощадный целитель. Том 2

Глава 6

Новое жильё было на удивление, нет, не уютным, скорее его можно было назвать удобным. Вот только такие удобства подходят не для сибарита, а для охотника, который готов поставить на кон свою голову. В общем, отличное место, чтобы привыкнуть к этому миру окончательно.

Матрас в углу, пустой холодильник, голые стены. Но всё это мелочи, я видел и хуже. Намного хуже, та же камера смертников в имперской тюрьме. Тут же по крайней мере есть крыша, горячая вода и выход через подвал, о котором никто не знает. А ещё нет надзирателей, которые будят тебя каждые два часа на очередной допрос. Да, есть что вспомнить, и желательно никогда не повторять подобный опыт.

Я сел на подоконник и посмотрел на школьный двор. Ученики расходились по домам, болтая о чём-то своём. Какая идиллия, особенно если не знать, что за тобой наблюдает древний убийца, на чьём счету трупов больше, чем живёт в этом городишке.

Нестерпимо захотелось простой рисовой лапши с обжигающе острым соусом и свежей зелени. Слишком уж пресная еда в этой стране. Но да ладно, чего нет, того нет. Потянувшись, я заметил на своей куртке одинокий фиолетовый волосок, от которого на моих губах тут же появилась улыбка. Женщины метят мужчин, как звери территорию.

Мысли тотчас же вернулись к обеду с Мирой.

«Есть один человек. Он занимается поиском информации.»

Знакомый, который готов помочь всего за тысячу кредитов. Слишком дёшево для такого запроса. Когда я задавал ей этот вопрос, то ожидал, что она поможет мне с официальными путями. А у неё, оказывается, есть специалист по добыче информации. Звучит прямо-таки невероятно, что у простой продавщицы из магазина одежды есть связи с людьми, которые копают в закрытых базах данных. Но будь она чьим-то агентом, то явно бы слила мой запрос. Или же нет?

Небо, как же она хороша. Если она агент, наблюдающий за настоящим Алексом, то точно агент высочайшего класса. Две сотни лет клановых войн и дворцовых интриг, а я всё ещё не понимаю, кто эта девчонка. Впрочем, у каждого свои секреты, и пока я вижу от неё лишь помощь и искреннюю заботу. Мне, конечно, далеко до Зрящей, но такие вещи я вполне могу почуять.

Кстати о ней, уже через час первая полноценная тренировка с Алисой. Всё, что было до этого, — так, глупости.

Тень шевельнулся в татуировке, посылая волну готовности к действиям. Но пока Алисе рановато видеть моё секретное оружие.

— Сегодня отдыхай, — сказал я вслух. — Завтра у тебя будет работа.

И тут же меня накрыла волна искреннего разочарования. Призрачная крыса хотела охотиться. Что ж, скоро у неё будет такая возможность. Но сначала тестирование Алисы.

Путь до малого зала занял десять минут.

Я шёл не торопясь, обдумывая стратегию. Малый зал — место, куда могут зайти другие ученики. А значит, нужно быть осторожным с тем, что я показываю. А ещё лучше подготовить тренировочный полигон на первом этаже флигеля.

Никто не должен видеть в Алисе бойца. Слабая девочка с редким даром. Пусть так и думают. До самого финала.

В моём мире это называлось «путь скрытого клинка». Не показывай врагу своё оружие, пока не будешь готов ударить. Пусть недооценивают. Пусть смеются. А потом они будут умирать с удивлением на лице. Этот путь я прошёл на своей шкуре, прежде чем все поняли, что целитель может быть намного опаснее любого бойца.

Именно элемент неожиданности будет её главным оружием на школьном турнире. Моя задача не просто натаскать Алису как бойца. Любой идиот может научить бить и блокировать. Мне нужно создать систему. Уникальную боевую систему под конкретного человека, где каждый недостаток становится частью тактики, а единственный дар превращается в абсолютное оружие.

В прошлой жизни у меня был подобный опыт. Но в Храме Вечного Неба я был лишь третьим мастером, на становление которым потратил почти десять лет. Они набирали калек, слабаков, людей, от которых отказались все учителя, и превращали их в смертельное оружие. Кто-то считал это глупой тратой ресурсов, но старый Паук Хо лишь улыбался на такие высказывания. Он плёл свои сети из людских судеб и безжалостно жертвовал своими учениками, когда это было выгодно. Преданный ученик, который обязан тебе всем, стоит дороже десятка наёмников. А потому я лично перерезал этому ублюдку горло, пока второй принц со своей гвардией уничтожал это логово последователей демонических культов.

Но как бы то ни было, там я научился очень многому, и теперь Алиса будет моим первым проектом в этом мире.

Она уже ждала в зале.

Чёрные леггинсы, свободная футболка, волосы собраны в тугой хвост. Бледная, с тёмными кругами под глазами, но с горящим уверенностью взглядом. Она нервничала, но пыталась это скрыть. Хороший материал для работы.

— Готова? — спросил я с улыбкой.

— Не знаю. Наверное, да.

— Честный ответ. Это хорошо.

Я бросил сумку у стены и вышел на середину зала. Алиса двинулась следом, неуверенно переступая с ноги на ногу.

— Сегодня никаких ударов, — сказал я. — Только диагностика.

— Диагностика?

— Прежде чем лечить, нужно поставить диагноз. Прежде чем учить — понять, с чем работаешь. — Я указал на центр зала. — Встань туда.

Она послушалась.

— Что именно ты будешь проверять?

— Всё. Твоё тело, твой дар, твои пределы. — Я обошёл её кругом, оценивая. — И только потом мы решим, как превратить тебя в оружие.

Алиса не вздрогнула на слове «оружие». В её глазах мелькнуло что-то новое, но больше всего мне понравилось, что это был не страх. Это хорошо. Значит, я не ошибся в ней.

Вначале проверим, насколько у неё хватит силёнок в руках.

— Отжимания. Сколько сможешь.

Алиса опустилась на пол. Первые пять были сделаны, ну не сказать, что хорошо, но нормально. Следующие три — с трудом. На девятом её руки задрожали, и она упала.

— Восемь, — констатировал я, понимая глубину проблемы. — Теперь приседания.

На пятнадцатом у неё начали подкашиваться ноги. И при таких физических параметрах у неё столь красивые бёдра и ягодицы? Похоже, очень хорошая генетика.

— Достаточно.

Я подошёл ближе и взял её за запястье. Тонкие кости, слабые мышцы. Стоило нажать посильнее, как она тут же поморщилась, но ничего не сказала.

— Захват. Сожми мою руку так сильно, как только можешь.

Она сжала. Я едва почувствовал давление. Хм, а если так.

Приложив пальцы к запястью, я слушал не лихорадочную частоту, а глубину её пульса. Удар под кожей был слабым, но… странно упругим, будто отзвук далёкого колокола. Затем я сместил пальцы на точку на её шее и чуть надавил, пуская маленькую каплю моей отравленной энергии. Алиса чуть вскрикнула, но важно было другое — по её меридианам прошла едва уловимая волна сопротивления. Мои брови чуть приподнялись от такого результата.

— Плохо? — спросила Алиса, читая что-то на моём лице.

— Скорее очень интересно. Сейчас проверим, насколько ты вынослива. — Не стоит пока тебе знать, что твоя истинная жизненная сила подобна бездонному колодцу, который нужно лишь правильно укрепить. Небо, эта Зрящая может стать идеальным убийцей.

— Три круга по залу, не ускоряйся, бежишь в лёгком темпе.

Даже бегала она на удивление плохо, и как ей удавалось получать зачёты по физкультуре и практическим занятиям у учителя, заменяющего Ханта?

У неё было отличное, здоровое сердце, но совершенно нетренированное, как и лёгкие. Минута интенсивного боя — и она не просто выдохнется, она будет валяться пластом. Бой должен быть не просто коротким, а фактически мгновенным. Или она труп.

С чем у неё было хорошо, так это с гибкостью. Все мои задачи она выполняла пусть не идеально, но достаточно хорошо.

— Наклонись вперёд. Достань пальцами до пола.

Достала, совершенно легко. Без малейшего напряжения.

— Теперь сядь, вытяни ноги. Попробуй коснуться лбом коленей.

Почти получилось. Пару сантиметров не хватило. Это мелочи, которые правятся за несколько дней тренировок.

Я проверил суставы, попросив сделать её несколько вращений, а потом растяжек.

Вот это уже интересно. Хорошая природная гибкость. Связки эластичные, суставы подвижные. Она может двигаться так, как не смогут более сильные противники. Они будут скованы собственными мышцами, а она — нет.

Посмотрим, что с координацией, без неё будет сложно дать ей ту основу, что вырисовывается в моей голове.

— Встань на одну ногу. Закрой глаза. Стой так, пока я не скажу.

Тридцать секунд — и она покачнулась, но не упала. Для нетренированного человека — отличный результат.

— Теперь поймай.

Я бросил ей мячик из сумки. Она поймала. Бросил второй — поймала. Третий, четвёртый, пятый — быстрее, с разных сторон. Два из пяти пропустила.

Выше среднего. Нетренированное тело слушается разум. Это большая редкость.

Итак, что мы имеем?

Слабая физически. Быстро устаёт. Не умеет бить. Зато гибкая, координированная, и тело подчиняется командам без задержки.

Любой нормальный тренер посмотрел бы на это и сказал: безнадёжно. За месяц из неё не сделать бойца. Но нормальные тренеры — не я. Я сделаю из неё не боевой топор, это будет стилет, замаскированный под заколку для волос. Сколько опытных воинов умерли от того, что не придали значения шпильке в волосах.

— Я безнадёжна? — спросила Алиса, вытирая пот со лба.

— Нет, подруга, но теперь тебе туда. — Я указал на центр зала. — Будем учить тебя дышать.

— Зачем? Я вполне справляюсь с этим. — В её глазах стояло непонимание. Как же я понимаю старого шамана, который ленился объяснять словами и использовал палку, когда ученик задавал слишком много глупых вопросов. Но я не он, а Алиса не я. Так что придётся давать ей базу.

— Дыхание — основа всего.

Алиса смотрела на меня с непониманием. Она ожидала ударов, блоков, может быть, какую-нибудь эффектную технику. А я говорю про дыхание.

— Не сила, не скорость, не техника, — продолжил я. — Дыхание. Контролируешь дыхание — контролируешь тело. Контролируешь тело — контролируешь разум. Контролируешь разум — контролируешь бой.

— Я… никогда об этом не думала.

— Никто здесь не думает. — Я встал напротив неё. — Ты дышишь неправильно. Слишком поверхностно, рвано, теряя энергию с каждым вдохом. Ты должна дышать не грудью. — Хотя даже свободная футболка не особо скрывала её аппетитные формы. Кажется, кто-то давно не ночевал у Миры. — Ты должна дышать животом.

— Разве можно дышать неправильно?

— Можно. И ты это делаешь. — Я положил руку ей на живот. Она вздрогнула, но не отстранилась. — Вдохни.

Она вдохнула. Грудь поднялась, плечи напряглись.

— Видишь? Ты дышишь грудью. Это поверхностное дыхание. Воздух не доходит до нижних отделов лёгких. Ты тратишь больше усилий и получаешь меньше кислорода.

Я убрал руку и показал на своём примере.

— Вдох через нос. Медленно, на четыре счёта. Воздух идёт вниз, живот расширяется. Не грудь — живот.

Глубокий вдох. Мой живот выдвинулся вперёд.

— Задержка. Четыре счёта.

— Выдох через рот. Шесть счётов. Длиннее, чем вдох. Живот втягивается.

Медленный, контролируемый выдох.

— Теперь ты.

Алиса попыталась повторить. Первая попытка была отвратительной. Она по-прежнему дышала грудью, пытаясь при этом надуть живот.

— Не думай о технике. Просто дыши глубже. Представь, что воздух — это вода, и ты наполняешь сосуд снизу вверх.

Вторая попытка была уже хоть чем-то, а третья вышла почти сносно.

— Не торопись со счётом. Чувствуй ритм.

Пять минут мы просто дышали. Вдох-задержка-выдох. Вдох-задержка-выдох. Я наблюдал, как постепенно расслабляются её плечи, как разглаживается лицо.

В моём мире эту технику преподавали детям с трёх лет. Здесь о ней, похоже, вообще не слышали. Ещё одно доказательство того, насколько этот мир отстал в понимании внутренней энергии.

— Странное ощущение, — сказала Алиса после десяти минут практики. — Как будто… голова стала яснее?

— Правильное дыхание насыщает мозг кислородом. — Я кивнул. — Но это только начало. Когда ты дышишь правильно, тело тратит меньше энергии. Разум остаётся ясным даже под давлением. Паника не может тебя захватить.

— И что это значит для боя?

— Это значит: ты думаешь, когда другие паникуют. Ты видишь, когда другие слепнут от адреналина. Ты действуешь, когда другие мечутся.

Алиса медленно кивнула. В её глазах появилось понимание — она начинала видеть систему.

— Практикуй каждый день. Утром и вечером, по десять минут. Каждый день увеличивай время ещё на пару минут, и ты не заметишь, как через неделю это станет естественным. Через месяц ты забудешь, как дышала раньше.

— Теперь пора заняться твоей стойкой.

Алиса тут же сгруппировалась, почти как их учили тут. Вот только даже эта стойка была ужасной. Вся напряглась, сжала кулаки и выставила ногу вперёд. Типичная поза человека, который видел бои только в фильмах и на школьных занятиях. Как же хотелось треснуть ей по ноге, чтобы объяснить, что она труп, если будет так стоять.

— Забудь всё, что ты видела на экране. То, что показывает Хант, тоже тебе не подойдёт, — сказал я. — Широкие стойки, мощные удары, красивые развороты — это не для тебя.

— А что для меня?

— Вода.

Она нахмурилась:

— Вода?

— Твоя стойка — для неуловимости. Для того, чтобы тебя невозможно было поймать. Вода не сопротивляется — она обтекает. Не атакует напрямую — просачивается. И в итоге разрушает камень.

Я встал в базовую позицию.

— Смотри. Ноги на ширине плеч. Колени чуть согнуты. Вес на подушечках стоп, не на пятках. Руки свободно вдоль тела.

Алиса попыталась повторить.

— Нет. — Я подошёл и начал поправлять. — Плечи ниже. Ты напрягаешь трапецию — это замедляет движения рук.

Аккуратно коснулся её бёдер, направляя движение. Действительно упругие. Так, а ну-ка лишние мысли вон!

— Таз чуть назад. Так ты опускаешь центр тяжести.

Провёл рукой вдоль её позвоночника:

— Спина прямая, но не жёсткая. Представь, что тебя подвесили за макушку на нитке.

Она скорректировала позу.

— Лучше. Теперь главное — расслабься.

— Я расслаблена.

— Нет. — Я ткнул пальцем в её плечо. Мышца была твёрдой. — Вот это — напряжение. Напряжённые мышцы — медленные мышцы. Ты не можешь двигаться быстро, если твоё тело сковано.

— Но если я расслаблюсь, я же упаду.

— Не упадёшь. Баланс держится не напряжением, а правильным распределением веса. — Я вернулся на свою позицию. — Смотри.

Я полностью расслабил тело. Руки висели плетьми, плечи опущены, лицо спокойное. Со стороны могло показаться, что я вот-вот свалюсь.

А потом я двинулся.

Шаг влево — мгновенный, без подготовки. Шаг вправо. Назад. Вперёд. Каждое движение — из полного покоя в полное движение и обратно.

— Видишь? Расслабленное тело может взорваться в любом направлении. Напряжённое — сначала должно разжаться, а это потеря времени.

Алиса смотрела на меня с новым выражением. Пытаясь понять, как я это делаю.

— Теперь ты. Шаг влево.

Она шагнула. Криво, с задержкой.

— Ты переставляешь ноги. Не переставляй, а скользи. Стопа не отрывается от пола, она смещается.

Новая попытка была чуть лучше, но лишь чуть.

— Шаг вправо. Назад. Вперёд. Представь, что ты река, текущая по поверхности. Тебе не важно где, ты есть суть и форма. Для воды нет препятствий.

Двадцать минут мы отрабатывали лишь базовые перемещения. Влево-вправо, вперёд-назад, по диагонали. Каждый раз возвращаясь в нейтральную стойку. Лучше потратить больше времени на основу, зато потом у тебя будет отличная заготовка, в которую останется лишь вложить нужные умения.

К концу Алиса двигалась уже не так неуклюже. Всё ещё далеко от идеала, но прогресс был заметен.

— Странное ощущение, — сказала она, повторяя свои слова о дыхании. — Как будто я вообще не стою. Как будто… плыву?

— Именно. — Я кивнул. — Когда освоишь это полностью — тебя станет очень сложно ударить. Противник будет бить туда, где ты была. А ты будешь уже в другом месте.

— Ну а теперь пора взяться за самое главное. За твой дар.

Алиса напряглась. Это было видно по тому, как дрогнули её плечи, как сбилось на секунду дыхание.

— Я не контролирую его, — сказала она. — Видения приходят, когда хотят. Иногда за секунду до события, иногда — за минуту. Иногда вообще не приходят.

— Это мы и проверим.

Я достал из сумки теннисные мячики. Пять штук, яркие, хорошо заметные.

— Встань в центр зала. В базовую стойку.

Она послушалась. Вдох-задержка-выдох. Плечи опущены, колени согнуты. Неплохо, она сумела запомнить то, что я ей давал. Вот что значит мотивация. Хотя на долгой дистанции дисциплина всегда выигрывает у мотивации, но на короткой нет ничего лучше правильной мотивации.

— Сейчас я буду бросать. Твоя задача — уклоняться. Не ловить, не отбивать — просто не дать мячику попасть в тебя.

— Хорошо.

Первый бросок был очень медленный, прямо в плечо. Она увидела, качнулась в сторону. Мячик пролетел мимо.

Второй чуть быстрее, в бедро. Надо же, успела.

Третий, четвёртый, пятый. Ускоряю темп. Она начала пропускать, два из пяти попали в цель.

— Ты думаешь, — сказал я. — Я вижу, как ты анализируешь траекторию, просчитываешь, куда уклоняться. Не думай.

— Но как я тогда…

— Закрой глаза.

— Что?

— Закрой глаза. — Я собрал мячики. — Дыши. Не пытайся ничего делать — просто будь. Стань водой, почувствуй пространство вокруг себя и слушай своё внутреннее я.

Она закрыла глаза, но я видел, как напряглось её тело в ожидании удара. По-хорошему её стоило погонять часа три, прежде чем давать ей такое задание, ну да ладно.

— Расслабься. Вдох на четыре. Задержка. Выдох на шесть.

Постепенно она успокоилась, её плечи опустились, а дыхание выровнялось. Всё-таки она большая умница.

Я бросил мячик. Медленно, но без предупреждения.

Алиса качнулась влево. Мячик пролетел мимо её правого плеча.

— Открой глаза.

Она открыла. На её лице застыло удивление.

— Я уклонилась?

— Да.

— Но я не видела…

— Твоё тело знало. Твой дар знал. Ты просто перестала мешать им.

Дальше мы провели серию тестов. С закрытыми глазами она могла уклониться семь раз из десяти, а вот с открытыми — всего четыре.

Интересно. Её сознательный разум блокирует дар. Когда она думает — предвидение ослабевает. Когда доверяет телу — усиливается.

— Теперь кое-что другое.

Я начал двигаться вокруг неё. Медленно, меняя позицию.

— Глаза закрыты. Скажи, где я сейчас.

— Слева. — Правильно.

— А сейчас?

— Сзади. Справа от центра.

— Правильно. Ты слышишь меня или чувствуешь?

На секунду она замолчала, словно обдумывая ответ, а потом ответила:

— Не знаю. Что-то среднее. Как будто… знаю, что ты там. Не слышу, не вижу — просто знаю.

Восприятие намерения. Редкий аспект дара Зрящих. Она чувствует не только будущие действия, но и текущее присутствие. Это можно развить.

Последний тест. Я взял три мячика и бросил их одновременно с разных траекторий.

Она уклонилась от двух. Третий попал в плечо.

— На сегодня достаточно.

Алиса открыла глаза, потирая место удара.

— Ну как?

Я обдумывал, как сообщить ей мои выводы. Её окно предвидения — примерно полсекунды. Она видит одно действие вперёд, но не комбинацию из нескольких. Чувствует намерение, но не детали. С закрытыми глазами работает лучше, чем с открытыми, — слишком сильно мешает сознание.

— Хорошие новости, — сказал я. — Твой дар работает и работает стабильно. Проблема в том, что ты пытаешься его контролировать, вместо того чтобы ему доверять.

— И как это исправить?

— Практика. Много практики. Мы будем тренировать твоё тело реагировать раньше, чем разум успеет вмешаться. И поверь, не факт, что тебе это понравится.

— Я справлюсь. — В её голосе слышалась сталь, а в глазах горел огонь. Она хотела научиться и стать сильнее. Всё будет, подруга, дай мне немного времени.

— Ещё из неприятного.

— Говори. — Алиса выглядела уставшей, но внимательно слушала, закусив губу.

— Ты слабая, — сказал я. — Физически слабая. Это факт, и мы не будем притворяться, что это не так.

Она кивнула. После диагностики у неё не осталось иллюзий.

— Это означает: ты не можешь бить как обычный боец. Твои удары не причинят вреда мышцам или костям. У тебя просто не хватит силы, чтобы пробить защиту или нанести серьёзный урон.

— Тогда как мне вообще победить?

— Есть места, где сила не нужна. — Я указал на своё горло. — Лёгкий удар сюда перекрывает дыхание. Противник не может вдохнуть — он не может драться.

Указал на висок:

— Сюда — нокаут. Мозг бьётся о стенку черепа. Если повезёт — противник просто отключится. Если не повезёт ему — умрёт.

Хлопок по солнечному сплетению:

— Диафрагма. Даже слабый удар вызывает спазм. Человек складывается пополам, пытаясь вдохнуть. Главное — бей на вдохе противника.

Колено сбоку:

— Сустав не предназначен для удара под этим углом. Правильный пинок — и противник падает, иногда с очень плохим переломом.

— Это жёсткая техника, — продолжил я. — Жестокая техника. На турнире за такое могут снять баллы или дисквалифицировать, если судьи решат, что ты намеренно калечишь противника.

— Тогда зачем…

— Потому что для тебя это единственный способ победить сильного противника. — Я посмотрел ей в глаза. — Ты не будешь изматывать врага. Не будешь танцевать вокруг него, нанося слабые удары. Ты дождёшься момента, а твой дар покажет его тебе, и ударишь лишь один раз. В правильное место, а потом бой закончится. И лучше, если это будет выглядеть как случайность.

— Это… нечестно, — сказала Алиса после паузы. — Бить в такие места.

— Честность — роскошь для тех, кто может позволить себе проиграть. — Я скрестил руки на груди. — Ты — не можешь. У тебя нет силы, нет выносливости, нет опыта. Единственное, что у тебя есть, — это дар и готовность делать то, на что другие не решатся.

Она молчала, обдумывая мои слова. Я видел борьбу на её лице. Воспитание против прагматизма. Правила против выживания.

Наконец она подняла голову:

— Научи меня.

— Завтра мы продолжим. — Я начал собирать мячики в сумку. — На сегодня достаточно. Иди домой, отдыхай. Практикуй дыхание.

Она кивнула и направилась к своим вещам, а в этот момент дверь зала открылась.

Ледяная королева школы вошла так, словно зал принадлежал ей.

Короткий спортивный топ, подчёркивающий фигуру. Свободные штаны для тренировки. Уверенные движения бойца, который знает себе цену. На запястье тускло блестел полицейский трекер, который она решила не скрывать.

— Привет, Алекс. Так, значит, ты не шутил, когда говорил, что она в команде.

— Как видишь.

Алиса увидела браслет, и её глаза расширились от понимания, что носит Эйра.

— Вижу, ты занят.

— Мы уже заканчиваем.

— Отлично, но хватит ли тебя на двоих? — В её устах эта фраза звучала с двойным подтекстом.

— Поверь, у меня всё хорошо с выносливостью. — Я вернул ей её же шпильку.

Эйра лишь усмехнулась и посмотрела на Алису долгим оценивающим взглядом.

— И как ты оцениваешь её потенциал?

Я не ответил сразу, ободряюще улыбнувшись Алисе, которая ждала моего ответа словно приговор.

— Она войдёт в финал.

Эйра приподняла бровь:

— В финал? Она?

— Я готов поставить на это деньги.

Секунда тишины. Потом Эйра усмехнулась.

— А ведь это хорошая идея…

— Какая?

— Тотализатор на школьных боях. — Её глаза блеснули. — Организовать ставки. Можно неплохо заработать. Особенно если знаешь, на кого ставить.

Вот что значит человек умеет зарабатывать деньги.

Алиса переводила взгляд с одного на другую, пытаясь понять, как разговор о её потенциале превратился в обсуждение заработка на ставках.

— Эм… я ещё здесь, — сказала она.

Эйра улыбнулась:

— Извини. Профессиональная деформация. — Она повернулась ко мне: — Так что, Алекс, потанцуем? Или ты слишком устал после возни с новичком?

Я с усмешкой посмотрел на неё и ответил:

— Дамы приглашают кавалеров…