Бессердечный рыцарь. Книга 2

БОНУС

– Ты с ума сошел, Дами, – прошипела яростно Эви, уворачиваясь от поцелуев.

– Малыш, ну я не нарочно… Сколько раз мне еще извиниться?.. – он обхватил лицо жены руками, жадно целуя в губы. Она ради приличия сопротивлялась минуту, но вскоре сдалась.

Эви до сих пор не могла переварить новость.

– Бога ради, ты, ненасытный…

– Всего четыре раза за день, я голоден, – промурлыкал Дамиан. – Больше нет смысла осторожничать. Ты ведь не можешь забеременеть еще больше, чем сейчас, – ухмыльнулся мужчина, нежно поглаживая ее живот своей большой ладонью.

Он был плоским, но они оба уже все выяснили пять дней назад.

Конечно, для Дамиана и Эви это стало полным шоком.

Ее муж был одновременно горд, счастлив но, как и всегда, безумно волновался за нее. Только убедившись, что здоровью Эви абсолютно ничего не угрожает, он вдохнул полной грудью.

Девушка была уже на шестнадцатой неделе беременности. И, как с прошлыми детьми в свое время, это не было внешне заметно.

«Зато сразу с шестого месяца мой живот раздувается, как воздушный шар, ей-Богу!»

– Что мы детям-то скажем?!

– А с хрена ли это касается их? – Дами обхватил тонкую талию руками, прижимая к своему телу вплотную.

Фигура Эви совсем не изменилось за эти годы.

– Это только наше с тобой дело. Еще чего отчитываться перед ними, – выдал мужчина невозмутимо.

– Но мы слишком…

– Слишком что? – тут же подначил Дами.

У мужчины за эти годы прибавилось лишь несколько новых татуировок – он представлял собой ту же непробиваемую стену из мышц, на его подтянутом животе красовались все восемь кубиков пресса, а волосы оставались такого же каштанового оттенка, как во время их первой встречи.

«Да он с годами только горячее, у меня не было шансов устоять…» – Эви мысленно раздела его.

– Уже трахаешь меня глазами. Пойдем в лес, Огонек? Я нам новое укромное место присмотрел.

– Вот твой лес и довел нас до… этого!

Озорная улыбка на лице выдавала то, что гаденыш ни о чем совершенно не сожалел.

Дамиан бессовестно сверкнул ямочками на щеках.

– Ты стала еще красивее, – татуированная ладонь легла на грудь девушки, слегка сжимая, оценивая вес. – Они стали больше? Блядь, так горячо…

– Если бы ты не пропадал во время каждой моей беременности, то заметил бы это раньше, – съязвила Эви.

– Теперь я не пропущу ничего, – мужчина провел языком по ее шее, прежде чем укусить, оставляя красный след на бледной коже. – Я не буду тебя щадить, малыш. Ты нарвалась, весь вчерашний день меня изводила. Какого хера ты улыбалась тому ублюдку?

– Это мой деловой партнер, Дами, – отозвалась девушка, подставляя горло его губам.

– Улыбнешься снова, и я отрублю ему голову.

– Прекрати быть дикарем!

– Тогда не флиртуй с ними. Я же знаю, ты меня наказываешь.

– Да. Твоя новая секретарша действует мне на нервы, – стиснула Эви зубы. Ревность мелькнула в голубых глазах.

– И чего раньше не сказала? Я бы ее прогнал.

– Проверяла твои умственные способности, дорогой.

Он прищурился, оставляя очередной след на ее шее и удовлетворенно разглядывая результат своей работы.

– Блядь, и ребенка тебе заделал, и фамилию отдал, и пометил, и кольцо в двадцать карат подарил, и оттрахал, но все равно с ума схожу. Недостаточно, – Дамиан провел большим пальцем по ее пухлым губам, грубо лаская. – Ты перестанешь меня провоцировать когда-нибудь, жена?

– Никогда, муж, – Эви слегка облизнула его палец, зная, что это сорвет контроль мужчины.

Дамиан тихо застонал, набрасываясь на ее губы, целуя с таким голодом, словно хотел поглотить целиком.

– Ты моя, Огонек. Только моя. Прекрати играть. Не испытывай мое терпение. Не выводи на ревность. Я и так на грани.

Она хитро ухмыльнулась, хватая его за галстук и притягивая к себе.

– Так накажите меня, мистер Йохансен. Желательно, в вашей маске. Прямо на этом столе.

Он намеревался заставить провокаторшу ответить сполна, как раздался звонок мобильного.

– Ответь, дорогой.

– Нет, – недовольно отозвался Дами. – Подождут.

– Вдруг это Кай? – пробормотала Эви между поцелуями.

Мужчина простонал, роняя голову на ее плечо.

– Черт.

Дамиан очень неохотно оторвался от своей драгоценной ноши.

На экране высветилось знакомое имя.

Не Кая.

Николай.

– Нико! – Эви взволнованно ахнула. – Он не выходил на связь почти полгода! Поставь на громкую!

– Конечно, – Дамиан поднял трубку. – Сынок, здравствуй.

– Привет, папа, – голос Николая смягчился. Даже на расстоянии Дамиан был уверен, что его мальчик улыбается. – Как вы? Мама рядом?

– Да, сыночек, – тут же отозвалась Эви. – Как ты?

– Хорошо, мамуль. Как твое здоровье?

Дамиан многозначительно, слишком самодовольно ухмыльнулся.

Эви ударила его по плечу, пряча улыбку.

– Отлично.

– Рад слышать.

Тишина.

Дамиан сдерживал вопрос, который мучал их с женой последние полтора года, с тех самых пор, как Ник уехал в Россию.

«Когда ты вернешься домой?»

– Я почти закончил… тут. Скоро вернусь. Поэтому звоню. Предупредить.

Сердце Эви заколотилось в груди.

– Правда? – сдержанно спросил Дамиан, хотя внутри него все перевернулось.

– Да, пап. Я очень по вам соскучился. И теперь… теперь можешь меня поздравить. Я смог завоевать отобранный престол и вернуть свое наследство.

Дамиан резко выдохнул.

Он подозревал, каким путем добился своей цели Николай. И от этого ему было не по себе.

Эви погладила мужа по ладони, покачав головой. Она словно знала, что его терзает. И смогла утешить, отвлечь.

Безмолвно дав понять – это не твоя вина. А выбор Николая.

– Поздравляю, – выдавил из себя мужчина.

– Пап… – голос Николая дрогнул. – У меня не было другого пути.

– Путь есть всегда, Ник. Я учил тебя этому всю твою жизнь. Ты совершил выбор. Выбрал себя. Я тебя за это не осуждаю.

– Но и не одобряешь.

– Ты уехал, даже не попрощавшись. Твои друзья, брат и сестра… Они места себе не находили от беспокойства. Как и мы с мамой.

Молчание. А потом…

– Я понимаю… – Николай виновато притих. – Знаю, что сделал вам всем больно. А… Нильде? Она хотя бы иногда обо мне спрашивает? – с надеждой спросил он.

– Больше нет, – честно ответил Дамиан, за что получил очередной толчок под ребра от сердитой жены.

– Ник, малыш, папа просто злится, что ты не звонил нам долго. Нильде по тебе, конечно, очень скучает.

– Не скучает, – пробормотал мужчина. – Пусть не тешит себя этими мыслями.

– Дами! – прошипела Эви. – Не будь ребенком.

– Делать моей дочери нечего, сидеть скучать по непутевому брату, который уехал невесть куда… – проворчал мужчина.

– Ты тоже уезжал! Напомнить тебе?! Ты бросил меня на пять лет!

– Ой, ну крайне сомневаюсь, что Николая заперли в ванне крови с отрубленной головой отца, как меня! Он уехал из-за амбиций и жажды власти. А я – потому что был глубоко травмирован. Короче, даже не сравнивай меня и…

– Я вас, вообще-то, прекрасно слышу! – рассмеялся в трубку Николай, не обидевшись. – Вы как обычно. Ничего не меняется, я погляжу.

Эви хихикнула в ответ.

Дамиан не сдержался, улыбнувшись.

– Ник, мама права. Я просто злюсь, потому что скучаю по тебе. И когда вернешься, не сомневайся, устрою тебе трепку. Так просто не отделаешься.

– Ты не будешь бить нашего сына! – возмутилась Эви.

– Когда дети шкодят, как он, их нужно воспитывать.

– Пап, ну ты меня еще в угол поставь, – фыркнул Николай. – Я вообще-то лидер мафии.

– И что? Я тоже, – Дамиан прищурился. – Надо будет – поставлю, – отрезал строго.

– Ну пап, – рассмеялся снова Николай. – Я обещаю, что вернусь в этом году.

Дамиан искренне улыбнулся.

– Тебе предстоит долгий путь. Придется снова завоевывать доверие своих друзей, брата и сестры. Но мы с мамой поможем. Обещаю.

– Подозрительно добрый ты. Что-то не сходится.

– Я урезал все твои акции, – невзначай добавил Дамиан.

– Эй!

– А нехрен уезжать было.

– Папа, верни!

– Ой, связь пропала, какая жалость, – притворно протянул Дамиан. – Пока, сын.

– Ты плохой, – фыркнула от смеха Эви. – Воруешь приемчики у Гринберга?

– Передаю новому поколению. Так на чем мы остановились?.. – Дамиан толкнул жену на стол, отключив телефон, чтобы никто больше не отвлек. – Жди здесь. Не двигайся.

Спустя минуту он вернулся в маске призрачного лица.

Дыхание Эви прервалось.

Сколько раз муж ни надевал ее, эффект оставался тем же.

– Ну и куда ты собралась? – Дами склонился над девушкой, отрезая пути побега. – Я с тобой еще не закончил, Огонек…

***

– Дами, – Эви нежно погладила мужчину по щеке.

Он лежал рядом с ней в постели, зеленые глаза смягчились, наполняясь лаской и теплотой.

– Да, Огонек?

– Я хочу вернуться.

– Куда? – слегка нахмурился Дамиан.

– Домой. К нам домой. К океану, – прошептала она. – Я хочу обратно. И мне грустно, что это невозможно осуществить.

Из-за внезапно обострившегося у Эви страха, связанного с водой, они переехали в другой особняк, другой город, Тармонд, где прожили больше десяти лет, растя детей. Казалось, их старый дом остался в далеком прошлом…

«Словно в другой жизни».

На его щеке появилась очаровательная ямочка.

– Почему невозможно? Я не продал его.

Эви моргнула в замешательстве.

– Как такое возможно? Мне ты сказал, что продал.

– Это чтобы тебе спокойнее было. Я не смог. Наш дом хранит слишком много ценных воспоминаний. Рука не поднялась.

Эви уткнулась своему мужчине в шею.

– Спасибо, зайчонок.

– Так что хоть завтра можем вернуться.

– И я хочу тебя попросить… – она поцеловала его в уголок губ. – Давай просто сбежим и побудем вдвоем. Не будем пока никому рассказывать о том, что я в положении. Хочу провести беременность с тобой там. Хочу не стирать прошлое, не убегать от него, а принять и строить новые воспоминания. Счастливые. Мой психолог согласен с моим решением, она говорит, что избегание лишь усугубляет проблемы.

– Все будет, как скажет моя прекрасная жена, – Дамиан нежно поцеловал ее в висок. – Как тебе комфортнее, так и сделаю, родная.

Взгляд мужчины наполнился нежностью. Он опустил руку к ее животу, поглаживая.

Дамиан не мог дождаться, когда появится округлость. Уже был одержим этим всем. Ее состоянием. Волшебной, почти искрящейся аурой, исходящей от Эви. Безграничного счастья. Она сияла.

И он был готов мир положить к ее ногам, чтобы глаза Огонька всегда так сверкали.

– Любимая моя, – Дамиан чмокнул ее в кончик носа. – Наконец-то, я смогу о тебе позаботиться. Разделить каждый особенный момент с тобой. Видеть все…

Эви погладила мужа по щеке, и он прильнул к ее ладони, как ласковый кот.

– Кого ты хочешь, сына или дочку? – спросила она, счастливо улыбаясь.

– Кого Бог даст, – отозвался мягко Дамиан. – Я буду любить одинаково нашего малыша, какого бы он ни был пола. Это совершенно не имеет значения. Уже люблю.

– Я тоже, – Эви уткнулась ему в шею.

– А Кристиану ты рассказала? – вдруг поинтересовался с подозрением Дамиан.

Эви ухмыльнулась.

– В свою защиту скажу, что он сам догадался!

– Вечно лезет куда не надо, – недовольно проворчал.

– Не дуйся, малыш, – Эви перебралась на колени мужа, целуя его в шею, задабривая.

– Не дуюсь. Просто было бы славно ему врезать разок. Или еще лучше – убить, чтобы исчез.

– Дами! Он женат, у него ребенок и…

– Вот именно. Семья есть, а вертится все равно вокруг тебя вечно…

– Не будь смешным. Он мой лучший друг.

– Я все еще не забыл ваш первый поцелуй.

Эви хихикнула.

– Боже, миллион лет прошло, а ты никак не угомонишься.

– Я хотел, чтобы ты поцеловала тогда меня.

– Тогда я поцелую тебя сейчас, – она обхватила лицо мужа руками и чмокнула в губы.

– Еще…

***

– Что-что ты хочешь?! – недоверчиво поморщился Дамиан, глядя на жену так, словно у нее выросла вторая голова.

– Консервированную кукурузу с ванильным мороженым, – заявила она капризно. – И морковный сок.

Мужчина осторожно подбирал слова:

– Малыш, мне вовсе не трудно пойти за ними в три ночи в магазин. Больше волнуюсь, что тебя вырвет…

Конечно, Эви разбудила его посреди ночи и, едва не расплакавшись, заявила, что безумно хочет есть. Он не возражал, не злился и наоборот был счастлив выполнить любую прихоть. Только волновался, как бы ей это взрывное сочетание не навредило…

– Не вырвет! И хочу семгу с арахисовой пастой. Захвати тоже, – она потянулась, как кошка.

– Огонек, может, просто взять тебе мороженое?.. – с надеждой поинтересовался Дамиан.

– О, Боже, ты меня не любишь, я так и знала, что ты меня не любишь, – она надулась, а потом, к его ошеломлению, глаза Эви действительно наполнились слезами. – Когда последний раз ты признавался мне в любви, Дами? Ты думаешь, что я толстая?

Он не знал, смеяться ему или плакать от абсурдности происходящего.

«Как это вообще связано?! Если рассмеюсь, она будет в бешенстве. Проходили, знаем…»

Рядом с беременной женой, у которой скакало из-за гормонов настроение от безудержного счастья до беспросветного горя, каждая ночь была для Дамиана судной.

– Огонек, – взмолился он, присаживаясь на край кровати. – Ты меня с ума сведешь…

– Я еще и сумасшедшая?!

– Вовсе нет! Это я дурак, – смиренно признал Дами, взял жену за руку и прижался губами к тыльной стороне ладони. – Во-первых, ты у меня прекрасна. Особенно беременная. Я хочу тебя откормить, в каком месте ты толстая?! – он окинул ее горящим взглядом, едва не выругавшись, когда член мгновенно затвердел.

Эви была уже на шестом месяце, и ее тело было потрясающим. Она округлилась, и он с ума сходил от новых форм своей жены. Она набрала совсем немного, и он беспокоился, что Огонек слишком хрупкая. Постоянно таскал жену по всем лучшим врачам, пока те не уверили его: Эви совершенно здорова и выдержит.

– Во-вторых, я говорил, что люблю тебя, когда трахал тебя у стены. А потом в душе. И в лесу. Забыла? Это было не год назад, а сегодня утром, жена, – напомнил он, укоризненно улыбаясь.

Либидо у Эви теперь подскочило еще больше. Разумеется, их пару нельзя было назвать сдержанной и раньше – они занимались любовью регулярно, каждый день, но последние месяцы словно с цепи сорвались. Эви набрасывалась на него первой, часто будила ночью, требуя, чтобы он удовлетворил ее потребности – Дамиан был на седьмом небе от счастья.

Он хотел ее постоянно. Безумно. Везде. И то, что Огонек жаждала его с той же силой – это опьяняло.

Девушка надулась:

– Это не считается.

– Еще как считается, – Дамиан провел большим пальцем по ее нижней губе, прежде чем наклониться и укусить пухлую плоть. – Я люблю тебя, миссис Йохансен. Я люблю все в тебе. Каждый изгиб, каждую веснушку, твой запах, твой голос, но больше всего я люблю твое сердце. Твою доброту, твое упрямство, твою силу и смелость, твои шутки, язвительность, то, как ты смело бросаешь мне вызов до сих пор. То, что ты вся моя. Я чертовски сильно люблю тебя, мой Огонек. Ты весь мой мир, смысл моей жизни и моя душа, – Дамиан сопровождал свое признание нежными поцелуями, покрывая ими каждый дюйм ее веснушчатого лица, заставляя Эви жмуриться от удовольствия.

– Я люблю тебя, малыш, – прошептала она, сердце в груди заколотилось от его искренних слов. Спустя годы брака их чувства не просто не угасли – они разгорались с каждым днем все сильнее и сильнее. Она влюблялась в него снова и снова. С каждой новой мелочью. С его заботой. С тем, как Дамиан берег и лелеял ее. И как относился – к равной себе. Его совершенной парой.

– Я влюблена в тебя, мой Дами, – Эви потерлась губами об его губы, прежде чем их вкусить.

Он тихо простонал, с трудом заставляя себя прервать поцелуй.

– Ты жестока, жена, – пожаловался Дами. – Мне теперь ехать в магазин со стояком?

– Вернешься, и я позабочусь о тебе, – пообещала она хитро, откинувшись на подушку. – И о тебе, и о твоем суперчлене.

Он усмехнулся, тяжело вздохнул и поднялся, намереваясь отправиться в магазин и вернуться обратно за рекордные сроки.

– Только не усни.

– Не усну, – заверила она его и тут же зевнула, прикрыв рот рукой.

***

Когда Дамиан вернулся – всего через полчаса, она уже мирно сопела.

«Ну, конечно…»

Он не злился из-за того, что по сути зря поехал в магазин посреди ночи. Что мог безмятежно спать. Что был уставшим после работы.

Нет.

Дамиан с нежной улыбкой убрал ее огненные волосы от лица, ласково погладил по щеке. Девушка сладко спала, положив под щеку руку.

– Моя родная, – он поцеловал Эви в лоб.

«Я счастлив исполнить любой ее каприз. Все, что попросит…»

Дамиан быстро переоделся и лег в постель.

Он никогда не мог бы подумать, что снова станет отцом.

Нильде, Кай и Ник были уже давно взрослыми. Они воспитали замечательных детей.

Ник был чемпионом мира по боксу и уехал почти два года назад в Россию – завоевывать свой «престол» и место в русской мафии, вернуть то, что было его по праву, но отнято после смерти Дмитрия.

Кайден был знаменитым актером, меняя голливудские роли, одну за другой. Забирая награды, словно само собой разумеющееся.

Нильде – их единственная драгоценная дочь – училась в медицинском. Она унаследовала болезнь Дамиана в более тяжелой форме. Когда девочке было одиннадцать, ее сердце остановилось… Ниль пережила клиническую смерть, но все детство провела в больницах. Она не посещала школу, однако родители позаботились об ее образовании на высшем уровне – домашнее обучение и лучшие репетиторы позволили девочке сдать экзамены на высшие отметки, поступив в престижный университет.

Дами и Эви гордились каждым своим ребенком. Любили всех одинаково сильно. Вложив в их воспитание только самое правильное. У них получилось – вырастить Нильде, Кая и Николая хорошими людьми. Им всем предстоял свой личный тернистый путь, но родители всегда были опорой.

Дамиан улыбнулся, обнимая жену. Она прильнула к нему во сне, спрятав лицо на шее своего мужчины.

Ему не терпелось узнать, что нового таило будущее для них.

Прожить каждый день своей жизни рядом с любимой, их детьми и новым малышом, которого уже любил всем сердцем…

***

– Он такой красивый, – Дамиан благоговейно смотрел на трехмесячного ребенка, который лежал на его руках.

Малыш не спал, с огромным любопытством разглядывая своего отца в ответ.

У младенца были чистые зеленые глаза, совсем как у Дамиана.

И рыжие кудрявые волосы, как у матери.

Он отзывчиво улыбнулся Дамиану беззубым ртом, хвастаясь ямочками на щеках.

– Его пора кормить, возвращай на базу, – рассмеялась Эви, протягивая руки.

– Ну нет, Огонек, дай мне еще немного с ним побыть, – простонал Дамиан. – Не хочу отдавать.

– Ты и так целыми днями от ребенка не отходишь!

– Не могу отходить, я его так люблю…

Дамиан был с ней на родах, на этот раз держа жену за руку все время, пока на свет не появился их малыш.

Потом, когда сморщенного крошечного человечка, завернутого в сверток, протянули ему…

Мужчина на миг перестал дышать, ошеломленный.

Это было новое чувство.

Когда только-только зародилась жизнь, когда ты держишь своего ребенка на руках, когда он только пару минут назад сделал свой первый вдох, первый крик…

Перед глазами все расплывалось от слез.

– Тео, папа тебя так сильно любит, – прошептала Эви, поцеловав сына в носик. Тот издал восторженное гуканье. Он обожал голос мамы. Впрочем, точно так же реагируя на Дамиана. – И мама тебя безумно любит. И твои старшие братья, и сестра. Все тебя любят, наш сыночек.

Ребенок хихикнул, а потом залился звонким смехом, касаясь крошечными пальчиками лица папы.

Дамиан перехватил и поцеловал его пухлую ладошку, прежде чем начать щекотать, заставляя Тео извиваться и смеяться громче.

Эви улыбнулась.

«Он похож на тебя, мой Тэйт».

Она была уверена, что ее старший брат приглядывает за ними с небес.

Эви с Дамианом много рассказывали детям о тех, кто ушел.

Про своих отцов, то, какими они были прекрасными людьми, как сильно любили свою семью. Про Тэйта – каким он был отважным и заботливым, примером мужества и настоящего защитника для своей младшей сестры. Про маму Дамиана, в честь которую назвали Нильде…

Они не позволяли памяти угаснуть.

«Ведь пока мы помним, они будут жить вечно», – Эви улыбнулась, обнимая мужа и сына.

Скоро приближалось Рождество, и они собирались его отметить всей большой семьей.

***

КОНЕЦ

***

Следующая книга – Безмолвный мятежник – расскажет вам историю Нильде (дочери Дамиана и Эви) и Ардена (сына мистера Х). До скорых встреч!