Благословленная

Глава 13

ГЛАВА 13

Пробуждение искусника мы с Ясиной ожидали, находясь чуть ли не на грани нервного срыва. Вернее я-то уже отойти успела от потрясения и сейчас находилась в каком-то подвешенном состоянии, когда эмоции вроде и есть, но они словно затаились в ожидании большого взрыва. А вот сестра искусника никак не могла найти себе место. Сначала странный шум в моей комнате, дверь в которую никак не получалось выбить. Потом им пришлось практически целый час уговаривать моего стража подпустить ко мне лекаря, потому что Дерек наотрез отказывался отходить от меня и рычал на любого, стоило тому только приблизиться на расстояние пяти шагов. Он даже на Иулиана грозил кинуться. Тут уж Ясина замялась и не стала рассказывать, как именно её брату удалось уговорить моего стража подпустить ко мне лекаря. Зато когда она случайно обмолвилась, что в себя я не приходила более пяти часов и за это время к нам успел наведаться его величество, которого совсем не величественно выгнали за дверь, я сначала долго смеялась, а после вцепилась в подругу хваткой бультерьера, пока та не согласилась поделиться подробностями самой первой встречи с Генрихом и событиями сегодняшнего дня.

— Понимаешь, — Ясина тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. — Охрану к тебе всё-таки приставили.

Но судя по тому, что губы женщины превратились в тоненькую линию, охрану ко мне приставили не самую лучшую. Вот тебе и приманка, на которую собираются ловить тёмных фанатиков.

— И где она? — Я выразительно обвела глазами помещение, в котором кроме нас и крепко спящего искусника никого не было, и нахмурилась.

— На улице. Следят за домом. — Вздохнула она, и прежде чем я открыла рот, поспешила добавить, словно на защиту встала. — Генрих он неплохой... мужчина. Правда.

Зато длинная пауза, что проскользнула в её фразе, прямо говорила о том, что мужчина он может и неплохой, но вот правитель из него вышел никудышный.

— Всем заправляет его сын? — Задала напрашивающийся вопрос.

— Официально власть находится в руках его величества. После него стоит совет, который в большинстве случаев и нашёптывает Генриху, как поступить. Витомир же получит право голоса только после того, как будет проведена коронация. — Озвучила она официальную версию и, сложив руки на груди, торопливо заговорила. — Не всегда новый правитель садится на трон после смерти своего предшественника. В нашем королевстве разрешена добровольная передача трона наследнику крови или лицу, обладающему необходимыми магическими качествами и знаниями. Сначала проводится магический обряд, который проверяет уровень искры, потом совет устраивает экзамен, на котором проверяют знания будущего правителя и только после этого даётся официальное разрешение на коронацию. Если прошедший испытание маг будет не королевской крови, то его принимают в род ритуалом, заменяя кровь. Пусть сложно, но возможно. Единожды такое уже происходило. Так вот... Насколько я знаю, Витомир должен был пройти через обряд пару лет тому назад, но совет... — Ясина запнулась, показывая, что о таком вслух не говорят.

Я усмехнулась и невинно вопросила.

— Наследник оказался магически слабым?

— Кто знает, — Ясина же наигранно развела руками в стороны. — Пока что он просто до прохождения обряда не дорос.

Я прикинула в уме то, о чём тактично умолчалось и сделала вывод, что Генриху просто заняться не чем в собственном королевстве, если фактически совет управляет государством, тактично дёргая его главу за ниточки. Вот ему и приходится то на прогулки шастать, то с внеплановой «инспекцией» в дом Иулиана наведывается. Теперь хотя бы понятно, почему всегда спокойный и не выражающий свою неприязнь бог мёртвых с таким пренебрежением общался с нынешним правителем Вестиславского королевства. А вот совет здесь оказывается не так-то прост, раз провернул то, из-за чего Витомир так и остался всего лишь наследником. Надеюсь на то, что это временно. Хоть у нас и не совсем дружеские отношения с его высочеством, но мне-то в этом мире жить и лучше уж знакомый правитель, чем незнакомый совет.

— Твой брат говорил, что ты испугалась властности его величества и поэтому решила сбежать. — Сдала я подруге имеющуюся информацию.

— Просто в отличие от совета я не умею юлить и дёргать за ниточки так, чтобы Генрих считал, что до всего он додумался сам. Я всего лишь совершила огромную ошибку, когда решила что в состоянии открыть ему глаза на то, что творится за его спиной. А он в ответ разозлился, подумав, что я хочу выйти за него замуж и забрать власть в свои руки, перестал меня навещать. Завёл себе целую кучу любовниц, что удовлетворяли его потребности, а когда я заявила ему что ухожу, он меня запер. Ну, это так... вкратце. Только брату не говори, он многого не знает из того, что было. Мы с Витомиром тогда посовещались и решили не рассказывать ему всего. Наскоро придумали более правдоподобную историю, ведь мало кто знает каков наш правитель на самом деле. Да и я не хочу брата расстраивать, ведь он всё всегда слишком близко принимает к сердцу, а потом пытается добиться никому не нужной справедливости.

Искусник дёрнулся и застонал, а Ясина поспешила захлопнуть рот. Я же... Я, кажется, запуталась во всём, что вокруг происходит. Слишком много непонятностей и недоговорок, случайно брошенных фраз и странных взглядов.

— Но его величество, как я поняла, искал тебя, да и сейчас всё ещё не прочь вернуть. — Тихо произнесла я. Хотя мне его величество представился в таком некрасивом свете, что я его даже за мужчину-то принять не могла.

— Может быть когда-нибудь, — Ясина неопределённо повела плечами, умалчивая напрашивавшееся продолжение. Время прошло, а её чувства никуда не делись и когда-нибудь она попробует ещё раз наладить отношения. Но это будет только после того, как Витомир взойдёт на трон. Ведь тогда между ней и её мужчиной не будет стоять никакое королевство со своим вездесущим советом.

Мы замолчали, думая каждый о своём, и вздрогнули одновременно, когда послышался тихий недовольный голос искусника.

— Нет, я конечно знал, что вы с Витомиром принимаете меня за маленького ребёнка, о котором нужно заботиться, но никогда не думал, что вы со своей заботой скатитесь до банальной лжи. Неужели вы могли подумать, что я, узнав о том, что королевством управляет маг-марионетка, выйду на улицу и буду призывать жителей королевства поднять восстание?!

Даже мне стало стыдно от упрёка, прозвучавшего в его голосе. Хотя я вроде бы тут не причём. А вот судя по тени сомнения промелькнувшей на лице Ясины, она именно так про брата и думала. Да он гений со странностями, но всё же не до такой ведь степени! Но это думала я, а вот его сестра...

— Да когда ты что-то изобретаешь, то становишься даже не маленьким ребёнком, а намного хуже! — Возмутилась она, ни капельки не устыдившись. — А все эти девушки, что флиртовали с тобой лишь бы добраться до наследного принца?! Да тебя одного оставить нельзя ни на минуту. Я только отлучилась, — Ясина на мгновение прикрыла глаза, скрывая промелькнувшую в них грусть, — а ты уже жениться собрался. И главное, на ком!

Захотелось встать и уйти, но быстрое прикосновение к руке и тихое «останься» пригвоздили меня к месту. Хотя может это была и совесть не к месту проснувшаяся. Мне ведь ещё необходимо объясниться и извиниться, раз теперешнее состояние искусника моих рук дело. А вот к Ясине он обратился намного строже и громче.

— Если ты забыла, то я тебе напомню, что старший в нашей непростой семье всё-таки я.

Не знаю, какой именно смысл хранился в этой фразе, но сестра искусника вздрогнула, растеряв весь свой пыл. Прошептала «прости» и скрылась за дверью, оставив меня с недовольным мужчиной. К слову, меня, попавшую в ловушку из-за собственной глупости и нерасторопности, одарили не самым приятным взглядом. Не думала, что придётся испытывать чувство, словно тебя пытаются прочитать насквозь, дважды за день. Всё же не налоговая проверка нечаянно нагрянула! Но, увы, искусник смотрел прямо в глаза и не думал отводить взгляд, а я лишь поёжилась, представляя тяжёлый разговор. Впрочем, сама виновата. Решила пойти более лёгким путём и попросить богиню о помощи, вот и разгребаю теперь последствия. Наверное, только поэтому первой решилась заговорить я.

— Я... хотела извиниться. — Слова выталкивались с таким трудом, что удивительно, как я вообще смогла открыть рот. — Твоё теперешнее состояние моя вина.

Я замялась, не зная как именно преподнести нелицеприятную правду про меня и не сделать ещё хуже, но всё-таки совесть советовавшая сказать исключительно правду победила и, нервно сжимая кулаки, я быстро затараторила.

— Я испугалась твоей реакции после визита его высочества и попросила богиню жизни узнать, почему ты так отреагировал, и... — снова запнулась, когда увидела смешинки в глазах искусника и раздражённо спросила. — Что? Я тут вообще-то извиниться пытаюсь, хотя делаю это настолько редко, что даже не знаю, как начать, а ты надо мной смеёшься!

— Я радуюсь тому, что ты за меня хоть немного, но переживаешь. — Удивил меня ответом искусник. — Хотя особо радоваться мне не чему. Да и вряд ли я с самого начала имел хоть какие-то шансы против бога мёртвых, я же видел, каким взглядом ты на него смотрела.

Иулиан на мгновение замолчал, окончательно меня дезориентировав, и тихо заговорил снова, подбирая слова.

— Я разрешил тебе остаться у меня, потому что ты меня заинтересовала... как девушка. Но я точно был уверен, что мне предстоит жениться на родственнице его величества и не стал делать никаких попыток для сближения. Решил просто помочь тебе, а там будь что будет. Всё же хоть ты ничего и не знаешь о нашем мире, но воспользоваться твоей беспомощностью и сделать тебя своей любовницей я бы не смог. Прости. — Он взлохматил волосы и, отводя от меня взгляд, будничным тоном заговорил. — Витомир знал, что ты мне симпатична и его это несколько тревожило. Отсюда и его настороженное отношение к тебе. Всё же уже не единожды леди, зная, что мы с его высочеством друзья, пытались добраться до него через меня. А когда произошла ситуация с вашей нечестью ты меня удивила, перестав молча терпеть косые взгляды. Да что там молча! Ты откровенно издевалась над ним, и я решил, что ты захотела таким образом обратить его внимание на себя. Так что если кому-то и надо извиняться, то только мне. А Велислава... Наша богиня если и сделала что-то со мной, то ничего непоправимого не произошло. Я всего лишь выразил тебе свои чувства, хоть и слишком поздно, да и резко это всё произошло.

Во время речи искусника я застыла с чуть приоткрытым ртом и не знала, как на это реагировать и что тут вообще произнести можно, а он словно подливая масло в огонь под моими ногами, продолжил.

— Если ты не против, то я хотел бы, чтобы ты и дальше оставалась в моём доме. Место моей помощницы теперь точно свободно, и я гарантирую тебе, что обучу всему, что знаю сам, а взамен я бы хотел заботиться о тебе и быть уверенным в твоей безопасности.

Всё, финиш. Меня можно было смело выносить. Иулиан мог быть тихим и задумчивым, гениальным и даже где-то не от мира сего. Всю его смелость во время последней встречи с богом мёртвых я списала на божественное вмешательство, да и вообще приняла чуть ли не за помутнение рассудка. Но если верить Истиславу, то сейчас с искусником всё в порядке, но он остался всё таким же уверенным в своих словах. Пусть он не пытается до меня докоснуться и как-то применить силу, но снова вернулся тот твёрдый взгляд прямо в глаза, что я видела совсем недавно и от этого мне становится не по себе.

— Я... я... — в горле от волнения пересохло и хотелось деть куда-то вспотевшие ладони.

— Не спеши. — Легко понял меня мужчина. — Сегодня вечером будет прекрасный праздник и как мне успела до всего этого, — он неопределённо взмахнул руками и на его лице расползлась лёгкая улыбка, — донести Ясина, вы собирались отдохнуть. Сходите, развейтесь. Уверен, что тебе понравится. А что касается дальнейшего... Ничего же не меняется в нашей договорённости, просто ты теперь знаешь то, что узнала бы рано или поздно.

И меня мягко, но непреклонно вытолкнули за дверь. Уже там, в коридоре я просто сползла по стенке вниз, закрывая глаза. На сегодня с меня уже намного больше, чем просто достаточно. Ни на какой праздник уже идти не хотелось. Этот день вообще когда-нибудь закончится?!

Робкое прикосновение к плечу напугало и заставило вздрогнуть. Я запрокинула голову вверх, наблюдая, как любопытство на лице Ясины сменяется тревогой, и она не смело вопросила.

— И тебя отругал?

Всхлипнула и, вытерев, неизвестно как образовавшиеся солёные дорожки на щеках, так же тихо ответила.

— Нет, всего лишь устала. От всего устала. — Тяжело вздохнула и всё же решилась задать вопрос. — Ты знала, что я твоему брату... симпатична, да?

Теперь уже Ясина сползла по стенке вниз и невесело призналась.

— Догадывалась. Он бы выгнал тебя, будь ты хоть богом лично в руки впихнутая. Дал бы денег, рассказал, где можно остановиться и к кому на работу устроиться и выгнал бы. Брат с людьми плохо сходится. Кто-то пытается подружиться с ним, чтобы узнать профессиональные секреты. Кто-то чтобы познакомиться поближе с правящей семьёй. Кому-то нужен друг-искусник, что будет снабжать магическими вещами по дешёвке, а то и вовсе бесплатно. Иулиан слишком мягкий. Мы давно с Витомиром присматриваем за ним, но всё равно происходили случаи, когда уследить мы не могли. Маги вообще не слишком дружелюбный народ, чтобы ты не думала. Так что, то, что ты сейчас видишь это результат того, как он, обжёгшись, закрылся ото всех. Больше времени проводит в своей мастерской, меньше выходит на балы его величества, практически не посещает уличные праздники. — Ясина тяжело вздохнула и неохотно призналась, — лучше бы я тебя к нему не отправляла. Он же тебе не интересен, так?

Я промолчала, не став как-то комментировать её вопрос. Он мне интересен, но не так, как Иулиану этого бы хотелось. Одно дело оставаться в доме работодателя, с которым у тебя исключительно деловые отношения, и совсем другое дело жить в доме мужчины, который будет провожать тебя грустными взглядами в спину. Ясина правильно поняла моё молчание и наигранно весело предложила.

— Идём собираться?

Бросила взгляд на невозмутимого Дерека, которому мои душевные терзания были до лампочки и безо всякого энтузиазма согласилась. Развеяться не помешает. Наверное.

Если я и посчитала название праздника странным, то стоило нам было выйти вечером на улицу, как все мои сомнения отпали. На звёздном небе взошла вторая луна. Она была не столько алой, сколько кровавой и пугающей. Как и свет что разносился от неё по небу. А вот маги воспринимали это необычное явления радостно и довольно шумно. На площади играла ритмичная музыка, под которую весело отплясывали все желающие. В небе, словно желая слиться воедино с виновницей торжества, хаотично мелькали разноцветные нити. Они вспыхивали при соприкосновении друг с другом и осыпались на голову горожан потухающими искорками. По бокам площади выстроились палатки, в которых предприимчивые господа продавали горячительные напитки. В одну из таких палаток меня и увлекла Ясина, чтобы уже через пару минут вручить мне в руки бумажный стаканчик с чем-то пряно пахнущим и немного бурлящим. Опасливо приняла предложенное и со вздохом, глядя каким отточенным движением сестра искусника опрокидывает напиток, сделала глоток. Хмель ударил в голову резко, отчего я пошатнулась и вцепилась рукой в мягкую шерсть Дерека. Ясина лишь хмыкнула и наконец-то решила рассказать мне, в чём смысл этого гуляния, из-за которого она перебрала весь свой и мой гардероб, пока не остановилась на светлых практически идентичных платьях и целых полчаса издевалась над моими волосами, пытаясь собрать непослушные пряди в косу довольно необычной формы.

— Существует легенда, что именно в ночь восхода алой луны был рождён первый маг. Когда она восходит на небо, магические нити перестают быть послушными и возносятся вверх, чтобы поприветствовать ночное светило. Гуляние будет длиться до самого утра пока алая луна не уйдёт за горизонт, а на землю не опустятся нити, на несколько мгновений став практически прозрачными. Это восхитительное зрелище! — восторженно закончила она, хватая меня за руку и таща в круг танцующих людей.

Сегодня на площади насколько я успела заметить нет никакого разделения на знать, маги обращаются к друг другу безо всякого почтения и в основном на «ты». Никто не пытается грубить и отстаивать свою позицию. Исчезли с лиц пренебрежительные и высокомерные выражения. Я очень быстро заразилась праздничным настроением, а может это был и хмель, ударивший в голову. Несколько раз, кружась в танце, я видела мелькающий силуэт бога мёртвых и у меня невольно сжималось всё внутри. Ясина отплясывал так, что ей позавидовал бы самый лучший танцор мира. Даже Дерек первое время крутившийся вокруг меня отошёл немного в сторону и блаженно жмурился, вдыхая ночной воздух. Ноги уже гудели, но останавливаться не хотелось. В какой-то момент все находящиеся на площади замерли и устремили свои взгляды в небо, чтобы увидеть, как алая луна медленно, но неизбежно опускается за горизонт. Как магические нити, всё чаще сталкиваясь между собой, осыпаются многочисленными искрами. По земле словно прошлась волна жара, когда светило окончательно покинуло свой небосвод. На одно единое мгновение цветное разнообразие исчезло, став практически невидимым. Я вместе со всеми затаила дыхание, ожидая, когда яркие нити вспыхнут вновь... И содрогнулась от душераздирающего визга прозвучавшего где-то вдалеке и пробравшего до самых костей.

Они появились неожиданно, заключив находящихся людей на площади в кольцо. Маги, чьи лица были скрыты дымчатой маской, а тела укрыты чёрными плащами, стояли, гордо распрямив спины и готовясь к своей последней решающей схватке. За их спинами яркими, ослепительными вспышками пылали камни переноса, которые с кратковременными задержками доставляли на площадь клетки с покорёженными заключёнными. Наступила зловещая тишина. Площадь словно замерла на мгновение, чтобы через пару секунд оживиться новыми паническими визгами, криками о помощи. Кто-то звал стражников, кто-то стремительно пытался убежать, прорвавшись через оцепление. В образовавшейся давке я потеряла Ясину из виду, и лишь грозное рычание Дерека, готовящегося к атаке, вселяло надежду на то, что из этого безумия есть способ выбраться живой. Маги запели на незнакомом для меня языке, и бесцветные нити вспыхнули багряным цветом. На небе появились чёрные пятна, что со следующим куплетом странной песни, стали расползаться, превращаясь прямо на моих глазах в тёмные провалы. Сложилось ощущение, что ткань пространства рассыпается, как истлевшая бумага. Вдалеке мелькнул взбешённый силуэт бога мёртвых, а прямо за моей спиной раздалось сдавленное рычание немного присмиревшего стража. Я резко обернулась, чтобы тут же уткнуться носом в парадный камзол белого цвета, расшитый золотым орнаментом.

— Стража, приставленная к тебе для охраны, отправилась на помощь побережным стражникам. Скоро появиться королевская стража, но на это понадобиться время. Идем.

Витомир резко дёрнул меня на себя и я, не удержавшись на ногах, уткнулась носом ему в грудь, а он и не подумал дать мне времени на восстановление равновесия. Меня потащили за руку, минуя, каким-то видимо магическим образом мельтешащих в панике людей. Мы даже ни разу не за кого не зацепились, но удивило меня не это. Присмиревший Дерек неохотно плёлся следом, держа меня в поле своего зрения, но близко не подходил. И мне бы насторожиться, но потеря подруги в сошедшей с ума толпе пугала сильнее и, пытаясь не сбиться с шага, я нетерпеливо затараторила, глядя в гордо распрямлённую мужскую спину.

— Ясина была на площади. Она где-то в толпе и…

И договорить мне не дали. Его высочество резко развернулся, пугая меня одним своим видом так, что коленки затряслись, и появилось ощущение, что сошедшей с ума толпы бояться не стоит, так как меня убьют прямо тут на месте. Но так ничего и не сказав, он перехватил мою руку поудобнее и снова потощал сквозь толпу. Оцепление мы прошли незамеченными, и то ли дело было в магии Витомира, то ли в том, что из чёрных провалов, появившихся на небе, стали появляться жуткие твари. С когтями и зубами, крыльями и горбами, они обрушивались на жителей побережья, раздирая на части или же нанося глубокие раны. Кажется, вызвавшие их тёмные фанатики были уже и сами не рады такому повороту. По крайней мере, то, что они стали стремительно разбегаться было заметно. Видимо что-то пошло не по их плану и сейчас вместо того, чтобы восхвалять воскрешение бога мёртвых они пытались отбиться и от тварей и от подоспевшей королевской стражи. Последней к слову было достаточно много, но их казалось, совершенно не волновало то, что на площадь словно опустилась преисподняя. И я поняла почему, стоило мне ещё раз пробежаться взглядом по площади. В центре когда-то бывшего праздника Второй луны, величественно вскинув руки вверх, стоял самый настоящий бог. Его одежда, покрытая чёрной дымкой, мерцала, а с растопыренных пальцев слетали яркие искры, что поднимаясь в воздух, превращались сначала в нити, а после того, как они касались жутких тварей — в цепи. Я застыла с открытым ртом, впервые наблюдая за мощью бога мёртвых, совершенно позабыв и об опасности и о том, что Витомир пытается увести меня в какое-то безопасное место. И тем неожиданней обрушился на меня мелодичный женский голос.

— Да, брат скоро справится. Нужно поспешить, раз уж мы отошли от него на достаточное расстояние.

Я потрясённо обернулась и не менее потрясённо обнаружила, как силуэт его высочества медленно тает, обнажая истинную внешность богини жизни. Богини, что кажется, решила мне отомстить, приготовив ловушку. Теперь стало очевидно и непонятное поведение приставленного ко мне стажа, и то, как мы быстро, никого не касаясь, миновали толпу на площади. Жаль, что умные мысли приходят исключительно в конце, когда чувствуешь толчок в грудь вроде бы хрупкой женской руки, когда ощущение того, что земля уходит из-под ног становиться реальным. Я успела заметить, как трусивший всё это время Дерек, позабыв о собственном страхе, кидается на богиню жизни. Как она изящным движением руки откидывает его сторону. Как поворачивается ко мне с улыбкой на лице и её губы шевелятся в попытке что-то мне сказать. Только вот воронка, стремительно затягивающая меня, помешала расслышать мне последние слова Велиславы. А после сознание, не выдержавшее нагрузки, просто померкло.

***

Исчезновение Лены Истислав почувствовал сразу. Внутри словно струна натянулась, охватив тревогой всё тело бога. Твари, прорвавшиеся из подземного мира, мешали кинуться на поиски сейчас же, а все сильнее и быстрее разрастающиеся разрывы в пространстве говорили о том, что быстро справиться на этот раз не удастся. Оставалось надеяться на то, что его сестра исполнила просьбу позаботиться о подопечной в точности, и Лену не постигла та же участь, что и некоторых жителей Лироса, ведь стража приставленного для её защиты надолго не хватит. Королевская стража действовала на удивление быстро и чётко под предводительством будущего главы королевства. А уж о том, что Витомир в ближайший месяц взойдёт на трон, Истислав решил позаботиться лично. Ему хватило одного взгляда на группирующихся магов в тёмных одеяниях, чтобы понять, сколько членов королевского совета и высшей знати успела подговорить его сестра для получения собственной выгоды. Только вот всё смахивает на то, что что-то вышло из-под её контроля или же она резко внесла поправки в свой очередной коварный план. Вряд ли жители мира начнут поголовно её восхвалять, когда ему пришлось продемонстрировать своё присутствие на площади. Но эти мысли слишком быстро пронеслись в голове бога, чтобы зацикливать своё внимание на сестре. Тревога в груди всё нарастала и он, уже не сдерживая собственной мощи и не заботясь о безопасности зевак, окруживших его, прикрыл глаза, концентрируясь исключительно на разрывах пространства, и одним единственным выбросом божественной силы залатал разрастающиеся дыры. Пару ударов собственного сердца и Истислав, немного шатаясь, сделал первый шаг, чтобы перенестись туда, где по его ощущениям находилась Велислава.

Она сидела на кровати в собственных покоях, закинув ногу на ногу, и довольно улыбалась. На её лице светилось предвкушение скорой победы и абсолютно отсутствовало хоть какое-то чувство вины.

— Где она? — Холодно поинтересовался бог мёртвых, сверля взглядом молодую богиню.

— В нашем мире её нет, — счастливо пропела она, из-под опущенных ресниц наблюдая, как проступают жевалки на лице брата. — Но если ты вернёшь к жизни моего возлюбленного, то так и быть я расскажу и даже сделаю так, чтобы с её возвращением проблем не случилось.

— Это месть? — догадался мужчина. — Ты заранее знала, что если я благословлю светлого мага, то его искра изменится и мне придётся постоянно находиться поблизости? Ведь со смешанной магией жители Лироса так и не научились обращаться без нашего вмешательства.

— Стоит признаться, что я даже не рассчитывала, что ты совершишь столь глупую ошибку. Зная тебя, думала, что ты всего лишь немного расшевелишься, благословив какого-нибудь мужчину. Но когда узнала… Ты правда думал, что я не использую такой прекрасный шанс? — Велислава довольно хлопнула в ладоши и, вскочив с кровати, нетерпеливо поинтересовалась. — Ну так что приступим?

Богиня даже не думала о том, что может получить отказ. Когда она узнала об оплошности брата, то с самого начала запланировала свети свести брата со смертной, чтобы он тоже почувствовал, как и она когда-то, что значит любить. Разыграть волнение о дальнейшей судьбе брата, связавшегося со смертной, сложности не представляло. И вот тогда, когда у него появится слабое место, Велислава планировала потребовать оживить того, кто стал для богини дороже воздуха, но, увы, в отличие от неё был смертен.

— Возвращение магов к жизни опасно и... — Монотонно начал говорить Истислав опротивевшую богине фразу, и она не выдержала, перебив.

— Ты лжёшь! Я нашла дневники отца! Он возвращал свою возлюбленную к жизни. Он...

Она запнулась, когда тьма в комнате сгустилась, а Истислав, нависая над сестрой со сжатыми в кулаки руками, очень тихо проговорил.

— Я запретил тебе общаться близко со смертными, но ты нарушила мой запрет и влюбилась. Я запретил тебе приближаться к тайнику отца, но ты все равно попыталась его вскрыть. Я категорически запретил тебе искать способы воскрешения магов, но ты и тут уже успела что-то натворить!

— Я не пыталась, а вскрыла, — гордо ответила Велислава, немного подумав. — Я страдала всё это время, а ты мне врал! Отец он...

— Отец мёртв. — Холодно напомнил несгибаемый старший брат. — И ты за ним не отправишься!

— Я и не собиралась, — фыркнула девушка.

Богиня была совершенно уверена, что нет ничего страшного в том, чтобы вернуть одного человека к жизни. Не нарушится равновесие, не вымрет половина мира, да и отец после возвращения мага к жизни оставался жив, иначе бы он не смог всё это записать. Истислав же наблюдавший за упрямым выражением лица сестры, опустился рядом с ней на кровать и, взлохматив волосы, тихо заговорил.

— Ты до сих пор помнишь боль от смерти Виктора, — его сестра вздрогнула после упоминания имени своей самой большой потери, и брат обнял её, прижимая к себе, — потому что вместе с ним умерла и частичка твоей души. Его вернуть можно, но... после возвращения человека к жизни, срок его жизни сокращается в половину. А потом ещё в половину, стоит ещё раз его оживить. Так поступал наш отец. Он оживлял свою возлюбленную снова и снова, каждый раз теряя часть себя в момент её смерти. В последний раз она умерла, родив тебя. — Бог мёртвых тяжело дышал, открывая тайну, которую хранил с самого рождения своей сестры. — В этот момент его душа полностью разрушилась. Более того, он и сам обезумел, и на совете богов было принято решение об его развоплощении. В тот момент я остался один с новорождённой тобой на руках. Я не могу разрешить повторить тебе путь нашего отца.

— Не правда, — прошептала Велислава побелевшими губами. — Ты снова лжёшь Ты всегда лжёшь! Ты никогда не говорил об этом и сейчас ты всё придумал, чтобы... — она запнулась, и из её глаз покатились слезы.

— Я не хотел, чтобы ты об этом знала и чувствовала вину за собой. Оберегал тебя от этого, ругал, когда ты связалась с Виктором, но наверное, стоило рассказать тебе правду с самого начала.

— Я богиня, полноценная богиня, — начала искать девушка хоть какие-то слова, чтобы убедить себя в том, что услышанное неправда. Ведь если это так, то она не только не вернёт свою любовь, но и подвергла в будущем брата такой же участи.

— Теперь да, но раньше была только наполовину. Ты же помнишь, что у тебя были проблемы с божественной энергией? — Истислав крепче прижал к себе сестру, гладя по волосам, как когда-то в детстве.

— Ты сказал, что это, потому что мне мало поклонялись.

— И ты поверила, не став проверять мои слова. — Бог мёртвых улыбнулся и продолжил, окончательно открывая последние свои секреты. — Сначала все было нормально, но чем взрослее ты становилась, тем сильнее тебе не хватало энергии. Нужен был полноценный прилив сил. Тебе нужно было массовое поклонение, чтобы перейти необходимый для становления богом барьер. И в шутку я предложил тебе попробовать вывести людей на новый уровень.

— Я создала людей с искрой света, — тихо прошептала Велислава, вспоминая, что с её энергией действительно были проблемы, и она в то время была очень слаба. — А ты чтобы сохранить равновесие разбавил их искрой тьмы.

— Поклонения только одних одарённых было мало, и мне пришлось отобрать самых неопасных тварей из подземного мира, а тебе сказать, что случился прорыв. А дальше ты и сама всё знаешь.

— Лирос охватила война с нечистью, и все поголовно стали молиться мне. — Глухо прошептала девушка, наконец-то поняв, через что пришлось пройти её брату. Ей стало стыдно за своё поведение, за то на что она обрекла брата, который столько столетий её оберегал и помогал, и она тихо спросила. — Если ты с самого начала знал, что будет со светлой искрой после твоего вмешательства, то почему не отказался?

— Не знал, что моя любимая сестра приготовила для меня пакость. Думаешь, я не заметил, что не только тёмные маги пытались открыть проход к тварям, но и светлые им активно помогали... с твоей помощью. Только сначала я думал, что ты так пытаешься меня расшевелить, — он усмехнулся, а после ответил на её вопрос. — Рассчитывал, что успею обучить подопечного азам, прежде чем случится непоправимое. Не знал насколько Лена невезучая, — Истислав, вспомнив об этом, тепло улыбнулся. — Да и собирался я с самого начала взять мужчину, но подходящего всё не находилось и...

— И ты взял первую попавшуюся подходящую девушку, потому что искать дальше тебе было лень. — Закончила Велислава, потупившись. — Что теперь делать?

— Я верну её и буду оберегать столько, сколько получится, а там посмотрим. Где она?

— В своём мире, — неохотно призналась богиня жизни и виновато добавила. — Я верну её, чтобы у тебя не было проблем с богом Земли, и…

— И никаких проблем не будет, — облегчённо перебил её Истислав. — Тот мир уже для неё не родной.

— Но… — Велислава запнулась, — ты же не любишь официальное улаживание вопросов, и… Ты бы просто не успел всё уладить!

— Всё меняется, милая. Всё меняется. — Невозмутимо парировал бог, больше не обращая внимания на свою сестру, а перемещаясь к той девушке, к которой больше всего на свете рвалась его душа.