Блатной фольклор

По небу плыли хмуро облака.

Я в путь последней друга провожал.

Само собою вырвалось: «Пока!»

В ответ венок бумажный зашуршал…

А-ну, земляк, давай стакан на круг,

Хоть слово я давал себе — не пить.

Ушел еще один хороший друг,

Его не возвратить, не заменить.

И землекоп, старательно кряхтя,

Свой раскладной стаканчик предложил:

«Да будет пухом мерзлая земля

Тому, кто в этой жизни не дожил…»

За нашу жизнь — жизнь отдали отцы,

Их схоронили, умных, молодых,

А в жизни процветают подлецы,

И кровососы рядятся в святых.

Ну почему, морали вопреки,

Неколебима истина во зле?

Что лучшие на смерть обречены

А идиоты ходят по земле?

Мой кампаньон, немного захмлев, —

Ему чужое горе — в пять кубов —

Сказал, что «все мы — гости на земле,

Живем во власти праведных Богов…»

«Прибрал Господь!» — Я слышу там и здесь.

И зло берет за мертвых на живых!

Что, если Бог на свете все же есть,

То почему он так несправедлив?

На нас глядит Всевышний свысока

И выбирает лучшего раба,

На небеси там тоже, видно, план

И, как у нас, за качество борьба!

Вот почему, морали вопреки,

Неколебима истина во зле,

Что лучшие на смерть обречены

А идиоты ходят по земле.

И там в цене людская доброта,

И простота душевная в цене.

На простака же как на дурака

Потом глядят Всевышние Небес.