Блатной фольклор

К девчушке три пьяные лба приставали.

Все делали вид — будто не замечали.

Прикидывал каждый: «Пойду на рожон,

А вдруг между делом порежут ножом?!»

И трое, увидев, что струсили люди,

Наглее хватали девчушку за груди,

В лицо перегаром хрипели: «Куда ты!»

«Все будет „О кей“», — ухмылялся кудлатый.

«В обиде не будешь. Пятак на кармане.

Поедем, дуреха, гульнем в ресторане!»

И вдруг из толпы вышел этот прохожий,

Совсем на героя пацан непохожий.

Назвал их по имени: «Хулиганье!

Отстаньте! Не троньте, ханыги, ее!»

Врасплох, как испуг, он всегда непривычен —

Их щупальца враз отпустили добычу.

Она убежала, а трое ожили

И парня смертельным кольцом окружили.

«Ты что ж, самый смелый? — хихикал блондин, —

Пойдем побазарим один на один!»

А парень был зелен и слаб, и смешон,

Но парень не струсил и с ними пошел.

Он думал за правду поцапаться с ним,

Он думал и вправду — один на один!

Но в волчьих законах он был неподкован.

И насмерть бандитами был измордован.

В холодных носилках холодное тело.

Глядела на тело толпа обалдело.

Шептали мужчины, что рядышком были:

«Какая жестокость. Парнишку убили…»

Примчались эксперты за вечной уликой,

Толпой расходилась она многоликой.

Как совесть кричащая чья-то в бреду —

Парнишкина кровь на холодном снегу…