Бывшая сына. Запретная страсть

11

Я почти механически запираю магазин на ночь. На улице уже темно, прохладный ветер пробирает до костей, но я едва это замечаю. В голове крутятся слова Сергея: “Ты для него средство… Он просто хочет отомстить”.

Путь до дома кажется бесконечным. Егор обещал забрать меня с работы, но я попросила его не приезжать. Я солгала, что у меня много дел и я хочу еще заскочить кое-куда. Он, конечно, удивился, но не стал настаивать.

Когда я захожу в квартиру, тишина бьет по ушам. Я кидаю сумку на диван, разуваюсь и медленно прохожу в кухню. В голове все еще звенит голос Сергея.

“Он бросит тебя, как только поймет, что мне все равно”.

Может ли это быть правдой? Мог ли Егор так легко использовать меня? А вдруг все, что между нами — это просто способ доказать своему сыну, что он сильнее, выше, важнее?

Я беру стакан воды и подношу к губам, но не могу заставить себя выпить. Все внутри сжимается от тревоги.

Телефон вибрирует на столе. Это Егор. Я долго смотрю на телефон, прежде чем ответить.

— Привет, — мой голос звучит глухо.

— Привет, — отвечает он, и в его голосе слышится привычная мягкость. — Почему ты такая тихая?

— Просто устала, — отвечаю я, пытаясь скрыть свои эмоции.

— Ты уверена? — его голос становится серьезным. — Ты звучишь так, будто что-то случилось.

— Все в порядке, — быстро говорю я, отворачиваясь от телефона, будто он может увидеть мои глаза через экран.

На другом конце линии воцаряется пауза, а потом он спокойно говорит:

— Вика, что случилось?

Я ненавижу, что он так хорошо меня чувствует. Ему не нужно меня видеть, чтобы понять, что что-то не так.

— Ничего, Егор, правда. Просто тяжелый день, — пытаюсь заверить его.

— Хорошо, — наконец говорит он, но я чувствую, что он не верит. — Я заеду позже.

— Нет, — отвечаю я слишком резко, чем сама себя удивляю.

— Почему? — в его голосе звучит удивление.

— Я просто… хочу побыть одна, — говорю я, и пауза на другом конце становится еще дольше.

— Ладно, — наконец отвечает он. — Если тебе что-то понадобится, просто позвони.

— Спасибо, — шепчу я и заканчиваю разговор.

Я сижу на диване, уткнувшись в подушку. Тишина снова давит, но теперь она кажется еще тяжелее. Почему я не могу просто спросить Егора обо всем? Почему слова Сергея так глубоко застряли в моей голове?

Внутри меня идет борьба. Одна часть хочет верить, что все это ложь, что Егор действительно чувствует ко мне то же, что и я к нему. Но другая… другая напугана до дрожи.

Я хватаю телефон и, не задумываясь, набираю номер Кати. Она отвечает почти сразу.

— Привет, Вик, — отвечает она.

— Привет. Кать, мне нужно с кем-то поговорить, — выпаливаю я. — Ты не занята?

— Что случилось? Я думала, ты сегодня с Егором. Ты дома?

— Да. И я одна. Попросила Егора не приезжать.

— Уже еду, — говорит она, не давая мне возможности возразить.

И это то, что я в ней люблю больше всего. Она всегда готова приехать и поддержать, хотя мы вполне могли бы поговорить по телефону.

Через полчаса Катя уже сидит напротив меня с чашкой чая. Ее взгляд изучающий, но терпеливый.

— Так, рассказывай, — говорит она, отставляя чашку в сторону.

Я начинаю рассказывать все, начиная с визита Сергея в магазин. Я рассказываю о его словах, о Жанне, о его утверждениях, что я всего лишь инструмент в планах Егора.

— И ты веришь этому мерзавцу? — спрашивает Катя, когда я заканчиваю.

— Я не знаю, — честно признаюсь я, утирая глаза ладонями.

— Вика, подумай сама. Ты же знаешь Сергея. Он лгун и манипулятор. Он видит, что ты счастлива, и это его бесит. Конечно, он будет делать все, чтобы разрушить это.

— Но… а если он прав? — я опускаю глаза, чувствуя, как внутри все сжимается.

— А если нет? — Катя берет мою руку. — Ты боишься спросить Егора?

— Я боюсь, что не смогу поверить его ответу, — шепчу я, и Катя качает головой. — Мне сложно доверять мужчинам после того, как Сергей поступил со мной. Я всегда ищу подвох, ничего не могу с собой поделать.

— Ты просто должна поговорить с ним, Вика, — настаивает она. — Это единственный способ узнать правду.

Я киваю, но внутри все еще остается страх. Смогу ли я справиться с этим? Смогу ли я поверить Егору, если он скажет, что все это ложь? И что мне делать, если слова Сергея — правда?

С момента, как Вика положила трубку, я не нахожу себе места. Ее голос… что-то в нем было не так. Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять: она пыталась что-то скрыть. Она устала? Возможно. Но в этом была не просто усталость. Это было что-то другое, что-то, что она не хотела мне говорить.

Я долго ворочался в кровати, гадая, что могло случиться. Неужели она сомневается в нас? Или это что-то из ее прошлого снова подняло голову?

К утру я уже знаю, что не могу просто сидеть и ждать, пока она сама выйдет на связь. Я должен увидеть ее. Должен убедиться, что с ней все в порядке.

Я заезжаю за свежими круассанами, ее любимыми, и кофе. Когда я подъезжаю к ее дому, солнце только начинает подниматься. Утро тихое, спокойное, но внутри меня все клокочет от нетерпения ее увидеть.

Поднявшись на нужный этаж, я стучу в дверь ее квартиры. Через несколько секунд она открывается, и передо мной появляется Вика. Ее глаза слегка опухшие, как будто она не выспалась или плакала, и мне это не нравится.

— Егор? — удивленно смотрит она на меня.

— Доброе утро, — говорю я, заходя внутрь, не дожидаясь приглашения. — Я подумал, что нам стоит поговорить.

Наклонившись, я целую ее в уголок рта и разувшись, иду в сторону кухни.

— Я же сказала, что со мной все в порядке, — отвечает она, идя следом.

— А я тебе не поверил, — отвечаю прямо, ставя пакет с завтраком на кухонный стол.

Вика смотрит на меня, будто не знает, что сказать. Я вижу, как ее руки чуть дрожат, когда она поправляет волосы.

— Ты всегда такой упертый? — спрашивает она, пытаясь звучать спокойно.

— Когда дело касается тебя — да, — отвечаю я, разворачиваясь к ней. — Теперь скажи мне, что случилось.

— Егор, с чего ты взял… — начинает она, но я прерываю ее.

— Не надо, Вика, не лги. Я чувствую, что что-то произошло. Ты была странной вчера вечером, и сегодня не очень рада меня видеть. Что случилось?

Она долго молчит, и я вижу, как она борется сама с собой.

— Сергей приходил ко мне на работу, — наконец говорит она тихо.

Эти слова, как удар в грудь.

— Что? — мой голос становится ниже. — Вчера?

— Да. Он наговорил мне… всякого, — продолжает она, опуская взгляд. — Сказал, что ты со мной только из-за него. Что ты… что это все для того, чтобы отомстить.

Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю, стараясь подавить всплеск ярости.

— И ты ему поверила? — спрашиваю я, глядя на нее.

— Я не знаю, — признается она, ее голос дрожит. — Егор, он говорил такие вещи…

— Например? — я стою, скрестив руки на груди, чувствуя, как мои кулаки сжимаются.

Она смотрит на меня, и в ее глазах я вижу сомнение, страх, что ее слова только разозлят меня.

— Он сказал, что еще недавно у тебя была невеста и ты собирался жениться. И что вы расстались, потому что он… — она запинается, но мне не нужно продолжение.

— Переспал с ней, — заканчиваю я за нее, сжимая челюсть. — Это правда.

Она кивает, не глядя на меня и тяжело сглатывая.

— Он сказал, что ты начал встречаться со мной, чтобы отомстить ему. Что я для тебя… просто средство достижения цели.

Я делаю глубокий вдох, чувствуя, как внутри все закипает. Этот подонок. Этот чертов подонок смеет так играть с ее чувствами?

— Посмотри на меня, Вика, — говорю я твердо, подходя ближе.

Она поднимает голову, и я вижу, как ее глаза наполняются слезами.

— Это ложь, — говорю я четко, глядя ей прямо в глаза. — Да, Жанна была моей невестой. Да, Сергей переспал с ней. Но ты… Ты не имеешь к этому никакого отношения.

Она молчит, и я беру ее лицо в свои руки, заставляя ее сосредоточиться на мне.

— Я не мщу ему через тебя, Вика. Если бы я хотел мстить, я бы сделал это иначе. Ты для меня не средство, понимаешь? Ты — женщина, которую я люблю и которую я пытался забыть уже два года. Ты просто моя сбывшаяся мечта, глупышка. Как ты этого не понимаешь?

— Егор… — ее голос дрожит, но она не отталкивает меня.

— Ты можешь не верить мне, но ты никогда не была частью какой-то игры, — говорю я, мягко, но решительно. — Если бы я хотел, чтобы Сергей страдал, я бы просто уничтожил его карьеру, все, что для него важно. Но он мой сын и несмотря на то, что он тот еще козел, я люблю его и не собираюсь мстить.

Ее слезы начинают катиться по щекам, и я осторожно стираю их пальцами.

— Я не хочу, чтобы ты сомневалась во мне, — говорю я тихо. — Но, если тебе нужно время, чтобы разобраться в себе, я готов ждать.

Она не отвечает, но ее руки мягко обхватывают мои запястья, словно она боится, что я исчезну.

— Прости меня, — шепчет Вика.

— Тебе не за что извиняться, — говорю я, притягивая ее к себе и обнимая. — Просто помни одно: я тебя люблю. Я никогда ни одну женщину не любил, Вика. Ни Жанну, ни маму Сергея, ни других. До тебя. Ты нужна мне, понимаешь?

— Ты тоже мне нужен, — выдыхает она, дрожа.

Мы стоим так несколько минут, ее голова на моем плече, а я глажу ее по спине, чувствуя, как ее дыхание постепенно становится ровнее. Я мысленно клянусь себе, что больше не позволю Сергею или кому-либо еще посеять в ее душе сомнения. И для начала, мне нужно окончательно разобраться с его затянувшимся капризом и упрямством.