Черный Маг Императора 23

Глава 17

По правде говоря, я раньше не особо верил в то, что Серебрякова оставит меня в покое после нашего с ней разговора в поезде. Однако, своим рассказом Градовский меня приятно удивил. Видимо наша встреча все-таки произвела на Алену должное впечатление, если она решила оставить артефакт мне.

Я от нее этого не ожидал и до последнего был уверен, что она все же попытается вернуть свою цацку. Пусть не своими руками, а при помощи Огибалова с Юрасовым, но обязательно будет пробовать это сделать.

Именно так оно и вышло, она все же собиралась привлечь этих двоих к реализации своих планов. Собственно говоря, почему бы ей этого не делать, если они ненавидят меня до такой степени, что сами рвутся в бой? Только полная дура на ее месте не стала бы использовать в своих интересах их рвение.

Вот только она оказалась немного хитрее… Предпочла оставить историю с артефактом в покое, выждать время и лишь потом попытаться мне нагадить. Причем выбрала для этого очень удачный момент — магический турнир.

Разве может быть что-то лучше, чем попытаться одним махом отомстить за все свои обиды, да еще на глазах самого Романова? К тому же, сама она в этом как бы участвовать не будет. Отличный план, как по мне. А артефакт, это такое дело. С отцом она договорится.

Придумает небылицу какую-нибудь и скажет, что у нее не было другого выхода. Я не знаю, что именно, но Серебрякова может выдумать что угодно, в этом я был абсолютно уверен. Хитрая, стерва…

Однако, несмотря на все это, я действительно считал принесенные Градовским новости хорошими для себя. Во всяком случае, мне не нужно было все время беспокоиться о планах этой компашки и пытаться выведать, что они против меня затевают.

Дальше будет видно. До турнира времени много, и кто знает, что еще случится за это время? Вполне может быть, что я десять раз узнаю об их планах задолго до турнира. Есть же у меня личный помощник, в конце концов, который за последнее время превратился в первоклассного шпиона.

Если же нет… В моем распоряжении всегда оставался самый крайний вариант, который можно было использовать. При желании я мог сделать так, чтобы никто из этой троицы вообще не поехал ни на какой турнир. Возможно, именно так и следовало сделать на всякий случай. Нужно подумать.

Получив от меня очередную благодарность, Градовский был абсолютно счастлив, отчего языки его пламени приобрели максимально яркий зеленый свет. Тем более, что я пообещал по пути в Белозерск выслушать его рассказ до конца. Призраку не терпелось поведать мне про все варианты мести, которые придумали для меня Огибалов с Юрасовым.

Собственно говоря, именно этим он и занимался, пока я пытался не заснуть под его обстоятельный рассказ. Честно говоря, слушать его было скучновато. Петр Карлович старался не упустить ни одной детали, а я жалел о том, что еду в Белозерск один и не могу скоротать время за приятной беседой. С Нарышкиным оно как-то веселее.

По причине предстоящего экзамена у своего наставника, Лешка попросил его не беспокоить и сказал, что как только сможет — наберет сам. Так что я даже звонить ему не стал, хотя меня так и распирало от желания узнать, справился он или нет.

— Справится, куда он денется? — усмехнулся Дориан. — Нашел, о чем беспокоиться. Твой друг парень упертый. Он же не просто так с ним занимается, а ради собственного усиления Лешка и бетонную стену прогрызет.

Правда в словах Мора была, что говорить. Пусть я не был согласен с ним по форме, но по сути его слов, дело обстояло именно так. Если княжичу нужно, он может прыгнуть выше головы.

Единственная причина, по которой в этот раз я немного волновался насчет него — это тревога самого Нарышкина, с которой он ждал этого экзамена. Даже с учетом того, что он всегда волнуется перед ответственными экзаменами, на этот раз было иначе. Давненько я не видел его таким раздраженным. Что же, будем ждать… Другого выхода все равно не остается.

За то время, пока меня не было, дед полностью восстановил ущерб, который нанес нашему дому демон. О том, что на прошлой неделе во дворе происходила жестокая схватка, напоминала лишь новая плитка. Она была немного светлее старой. Поэтому теперь, глядя на наш двор, создавалось ощущение, что он приболел какой-то редкой дворовой болезнью, от которой пошел светлыми пятнами.

Это было очень здорово, учитывая то, что начиная с понедельника, деду по хозяйству начнет помогать семейство Шубиных. Я думаю, они бы очень удивились, если бы узнали, что не далее, как на прошлой неделе, к нам по случаю заглядывал демон. Мне почему-то кажется, что после такой новости их желание работать у нас сошло бы на нет.

Сам дед полностью пришел в себя и даже улыбался больше обычного во время ужина, что мне было приятно видеть. За едой я поделился с ним последними новостями. Рассказал про «Берестянку», портальную магию, и показал карту, которую мне подарил Чертков.

В общем, говорили практически обо всем, что произошло в моей жизни. Вот разве что о своей руке я предпочел умолчать. Зачем деду лишний раз расстраиваться, тем более, что с ней уже полный порядок.

Давненько в моей жизни не происходило столько всего нового за одну неделю. Так что засиделись мы с дедом надолго. Часы пробили час ночи, когда он наконец согласился отпустить меня спать. Да и то, только потому, что у меня на завтра были ранние планы.

Я намеревался позвонить Лазаревой прямо с утра, как только проснусь, и поехать к ним в мастерскую к открытию. В какой-то момент я хотел написать ей на Почтовый Свиток, что завтра утром планирую ее набрать, и даже взял его в руки, но в последний момент передумал.

Странно… Раньше я бы мог позвонить ей среди ночи, если бы мне нужно было с ней поговорить, а сейчас… Мне почему-то показалось, что это будет неправильно. Поэтому я отложил Свиток в сторону и завалился спать.

Зато утром я не стал нежничать и набрал ее сразу же как вышел из душа. В это утро я какого-то черта поднялся ни свет ни заря, так что во время моего звонка часы показывали начало восьмого. Самое время, чтобы тебе кто-то позвонил в воскресное утро.

— Максим, что-то случилось? — услышал я взволнованный голос Полины.

Ясное дело, что своим ранним звонком я ее разбудил. Уверен, что вчерашний день не стал исключением, и она, как всегда, торчала в своей мастерской до последнего. Вместе с Гордеевым, скорее всего…

— Конечно случилось! — сказал я и посмотрел в окно. — Сегодня первый день весны, а ты дрыхнешь как сурок. На тебя это не похоже!

— А-а, ты об этом… — сказала она, немного расслабившись. — Ты так давно не звонил, что я уже решила… В общем, неважно. Только не говори, что ты правда решил меня с первым марта поздравить, это не в твоем стиле. Если ничего не случилось, значит тебе что-то нужно. Причем срочно, если ты звонишь… Сколько там… Блин, в семь утра!

— Точно, — не стал спорить я. — Нужно. Ты еще не сделала мне Почтовый Свиток, о котором я тебя просил?

— С кем это тебе так срочно общаться нужно, что ради этого меня засветло с постели поднимаешь? — спросила Лазарева и, судя по интонации, в этот момент она улыбалась. — Познакомился с девчонкой, без которой жить не можешь?

— Почти, — сказал я. — Это я так, к слову. На самом деле мне еще нужен кусок сырого серебра и тубус из какого-нибудь крепкого материала, который в огне не горит и в воде не тонет.

— Сырое серебро значит… Понятно… — зевнула она. — Хорошо, что ничего не случилось.

— Так что скажешь?

— Макс, не знаю с кем тебе нужно вести переговоры, но раньше чем через неделю я тебе Почтовый Свиток отдать не смогу, — голос Полины стал серьезным. — Без обид. Работы, как всегда, завались, а он не так просто делается. Но если тебе прямо срочно-срочно, тогда…

— Неделю потерплю, не страшно, — прервал я ее. — Тубус тоже подождет, если что, а вот сырое серебро желательно срочно. Причем самое лучшее, которое у тебя есть.

— Собрался делать белый философский камень? — усмехнулась она.

— Типа того, — ответил я. — Нашел в одной книжке как из камней золото делать. Буду пробовать. Я уже и подходящую каменную глыбу возле Белого озера присмотрел.

— Ну если так, тогда подъезжай в мастерскую к открытию, — рассмеялась Полина. — Дело и правда срочное получается.

В «Волшебный базар» мы поехали с дедом вместе, сразу после завтрака. Узнав, что я собираюсь укатить из дома на целый день, он тоже решил, что одному ему будет скучно.

Тем более, что погодка сегодня была просто замечательная. Солнце светило так, как будто дело шло к середине марта. Голубое небо, белоснежные облака… Кому захочется сидеть дома в такую прекрасную погоду?

Единственное, что могло немного подпортить это чудесное утро, это присутствие Гордеева в мастерской Полины. Несмотря на произошедший между нами разговор, приятелем он мне после него не стал. Просто теперь при мысли о нем я испытывал не злость, а раздражение.

Не знаю по какой причине, но в тот момент, когда я оказался в мастерской Лазаревых, Емельяна там не было. Может быть, Полина предусмотрительно позаботилась об этом, а возможно его просто не было в Белозерске — неважно. В обоих случаях меня это вполне устраивало.

Я проторчал в мастерской Лазаревых почти полтора часа. Вроде бы ни о чем таком не говорили, а время пролетело незаметно. Правда поначалу разговор шел несколько тяжело, но вскоре напряжение ушло. К тому моменту, когда я покидал «Волшебный базар», мы вновь общались почти как прежде. Однако это самое «почти» все время как будто висело в воздухе между нами, и теперь так будет всегда.

Из готовых вариантов подходящих мне размеров тубуса у Полины не оказалось. Она записала размеры, которые мне нужны, и пообещала, что к концу недели он будет готов. Может быть, даже раньше, и в таком случае она пришлет его мне в «Китеж».

Что касается сырого серебра, то здесь мне, можно сказать, повезло. У девушки нашлась пара небольших кусков, которые она хранила в сейфе в ожидании особых заказов. Один из них она с легкостью отдала, не захотев брать с меня денег.

И вроде бы, что может быть проще, чем достать кусок сырого серебра? С учетом того, что его активно используют в работе и алхимики, и артефакторы, на рынке его должно хватать. Тем более, что добыть его не особо сложно. Несведущим могло показаться, что главная его ценность заключалась в том, что оно должно было использоваться в работе впервые.

Однако так только казалось. На самом деле все было гораздо сложнее. Чистое серебро встречалось крайне редко и, как правило, содержало в себе множество примесей, начиная от золота и заканчивая самым обычным железом.

Количество этих примесей сильно влияло на качество сырого серебра и тех вещей, которые из него можно было сделать. Для того, чтобы получить серебряный кристалл, мне нужно было достать такой кусок, в котором примесей будет как можно меньше, а желательно не будет вообще.

Давным-давно, еще когда я только начинал постигать эту науку и изучал теорию, меня частенько мучил вопрос — если достать сырое серебро, в котором не будет примесей, то оно ведь уже чистое. Зачем же из него делать какой-то серебряный кристалл?

Вроде бы звучит вполне логично, но, как оказалось, разница была и довольно существенная. Серебряный кристалл — это своего рода благородное серебро. Стоит заменить его на обычное серебро, пусть даже самого высокого качества, и эликсиры, для изготовления которых оно применяется, просто перестанут работать.

Чисто теоретически я мог купить серебряный кристалл и не делать его самому. При желании в Мороке можно было бы его раздобыть у торговцев. Да, с одной стороны, это обошлось бы мне в копеечку, но с другой — не нужно было терять время на этот процесс. Тем более, что это было не так уж и просто.

Однако я все же решил сделать это сам. Однажды я уже делал серебряный кристалл по заданию Щекина для одного эликсира, так что второй раз это будет намного проще. Разве может быть что-то лучше, чем сделанное для себя самого? Тем более, что Полина выдала мне довольно приличный кусок сырого серебра отличного качества.

Работать я решил в Берлоге. В принципе, все необходимое оборудование было и в нашей старой лавке, где мне всегда отлично работалось. Однако с некоторых пор в пещере мне стало гораздо комфортнее.

Особая энергия, которой была наполнена Берлога, как будто придавала мне дополнительных сил и облегчала любой процесс, которым бы я в ней не занимался. Да и вообще… С каждым днем она становилась мне все роднее, и я уже считал ее своим вторым домом. Настоящей крепостью, которая готова защитить меня от опасностей и помочь в любом сложном деле.

Однако, перед тем, как ехать домой, в нашу старую лавку я все-таки наведался. С недавних пор она ведь стала нашим дополнительным складом, где мы хранили запасы, а мне как раз кое-что было нужно для работы. Можно было взять все необходимое и в «Волшебном базаре», но к чему лишние вопросы от деда?

По пути домой я заскочил в магазин, чтобы приобрести обещанных Люфику карандашей, и купил себе пиццу, с которой намеревался разделаться после того, как закончу работу. Дед должен был вернуться лишь к вечеру, а к этому времени я уже справлюсь. Если все пойдет гладко, то мне хватит и часа.

Берлога встретила меня привычной тишиной, однако энергетические прожилки, которыми были покрыты ее стены, заметно потускнели. Такое я видел лишь однажды, когда мне понадобилось экстренно восстановить свои силы, и пещера справилась с этим за несколько минут.

Интересно, что на этот раз привело к такому результату? Неужели исцеление моей руки забрало у нее так много энергии? Вполне возможно. Во всяком случае, мне это казалось вполне правдоподобным. Она же меня не от ангины лечила, в конце концов.

Первым делом я отдал Люфику принесенные для него карандаши и попросил демоненка вести себя потише. Так-то он особо и не шумел, но была у него привычка время от времени храпеть так, что у Берлоги стены дрожали.

В обычное время меня это не особо беспокоило — ну спит себе Люфицер и пусть спит. Однако сегодня был особый случай. Мне нужна была предельная концентрация, а его храп сильно отвлекал.

Обрадовавшись тому, что я не надул его с обещанными карандашами, Люфик пообещал не издавать ни звука и вообще вести себя тише воды. Все-таки хороший у меня демоненок. Правда временами он бесит так, что хочется его хорошенько треснуть, но такое случается не так уж часто.

При всей своей вредности он все-таки понимает, когда не стоит выделываться, а просто сделать так, как я прошу. Договорившись с Люфицером, я отправился в лабораторию, где сразу же принялся за дело.

Первым делом кусок металла нужно было очистить. Делалось это при помощи обычной свечи из пчелиного воска, в который при изготовлении добавлялся корешок шелкового цветня. Такие свечи часто применялись в работе с металлами.

Воздух наполнился характерным запахом, который при горении источали корешки. Примерно так пахнет сыр с благородной плесенью. Не самый приятный аромат. Особенно когда он настолько насыщенный. Хорошо, что не нужно было дожидаться, пока свеча сгорит полностью. Пары минут было вполне достаточно.

Выждав необходимое время, я положил горячий кусок серебра на стол и занялся приготовлением специального раствора, в который его нужно было положить. Чтобы продолжать дальше, серебро следовало выдержать в нем не меньше десяти минут.

По сути, это был второй этап очищения. Именно этот этап покажет мне — годится ли мое серебро для дальнейшей работы или нет. Если в нем будет больше примесей чем нужно, то металл станет черным. Это будет означать, что моя сегодняшняя попытка добыть заветный кристалл провалена, и серебро оказалось не таким уж и хорошим, как показалось нам с Лазаревой.

Будет обидно. Ладно бы только потраченное время и неоправданные ожидания, но для изготовления раствора требовались дорогие компоненты, типа корня мандрагоры и хрусталиков из ивовой ядрицы. Второй раз использовать раствор нельзя, так что придется его просто вылить.

Однако я надеялся, что этого не случится. Во всяком случае, у меня было хорошее предчувствие. Интуиция подсказывала мне, что серебро отличного качества и оно не почернеет, а оживет. Именно это должно будет с ним произойти.

Приготовив раствор, я взял щипцами кусок сырого серебра, осторожно опустил его в стеклянную колбу и стал ждать. В прошлый раз, когда я делал это, я прождал почти четверть часа, чтобы процесс оживления наконец-то пошел. Однако на этот раз все случилось гораздо быстрее.

Буквально через несколько минут раствор забурлил, а на его поверхности появилась маслянистая радужная пленка. Еще через минуту разными цветами начало переливаться серебро в колбе, и я облегченно вздохнул.

Фух… Ожило…

Теперь можно было немного передохнуть. Примерно через пять минут раствор вновь должен стать прозрачным, а металл покроется тонким матовым слоем. Что же, начинается самое сложное…