Черный Маг Императора 23

Глава 2

На этот раз приготовление эликсиров заняло у меня гораздо меньше времени, чем в первый. В прошлый раз я закончил почти под утро, а этой ночью управился до трех. Учитывая то, что я все делал сам, без помощи со стороны, думаю это был отличный результат. Хотя, справедливости ради нужно сказать, что в некоторых моментах Дориан мне все-таки помогал, напоминая о некоторых важных деталях.

Однако устал я от этого процесса не меньше и в конце готовки работал уже из последних сил. Я ведь этой ночью и без Эликсиров Бодрости обошелся, а в первый раз выдул их сразу два. До сих пор не могу забыть, как сильно у меня от них болела голова на следующий день.

Вообще, я считаю, что мысль о том, что эликсиры нужно варить в Берлоге, была очень правильной. Конечно, я пока еще понятия не имею, улучшились ли от этого свойства самого Эликсира Жизни, но вот то, что пещера своей энергией поддерживала меня — это точно.

Я был абсолютно в этом уверен, иначе хрена с два я справился бы с такой сложной задачей один, да еще за столь короткое время. По-моему, даже в тот момент, когда кровополох насыщался моей кровью, мне было не так больно, как в прошлый раз.

Так что Мора я немного разочаровал. Несмотря на его ожидания, орал не очень громко. Хотя все же должен признать, процесс этот был не самым приятным. Похуже самых болючих уколов, которыми нас иногда снабжал Веригин в медицинском блоке.

Но все ерунда, самое главное, что у меня все получилось. Теперь в моем распоряжении было пять порций прекрасного эликсира, которые я намеревался раздать в самое ближайшее время. Точнее некоторые из них. На этот раз у меня даже образовывался небольшой запас в виде одного эликсира, который я намеревался хранить в Берлоге.

Один пузырек я планировал отдать утром своему деду, второй предназначался для Ивана Нарышкина, и его я собирался отдать Лешке по пути на железнодорожную станцию.

Что касается остальных, то я рассчитывал, что третий пузырек окажется в понедельник в распоряжении Черткова, а четвертый я передам отцу через того же Нарышкина. Я думаю, княжич в любом случае попросит доставить ценный груз Жемчужникова, ну а тот уж точно разберется как сделать так, чтобы Эликсир Жизни попал к моему отцу.

В результате выходило так, что один пузырек будет дожидаться своей очереди. Это как раз тот самый эликсир, который в прошлый раз предназначался для Вороновой, а теперь оказался невостребованным. Однако это не означало, что он был лишним…

Один Эликсир Жизни в запасе никогда не помешает, и я был очень рад тому, что впервые за все время мне удалось это сделать. Кому он понадобится, это уже другой вопрос. Главное, что он был в принципе и это как-то успокаивало.

В общем, ночь оказалось крайне продуктивной, я был очень доволен тем, что ничто не смогло нарушить мои планы, и я справился с этим важным делом. Единственным недовольным оказался Красночереп, которого я снял с себя на время работы. Все-таки для эликсира требовалась моя кровь, а учитывая возможности артефакта-вампира… Кто знает, что придет на ум живому артефакту?

Восстановив свои силы в моем любимом целительном бассейне, я вернулся в свою комнату ровно за четверть часа до того момента, когда должен был прозвонить мой будильник.

Еще вчера вечером я предупредил деда, что сегодня буду рано вставать, так что был абсолютно уверен в том, что он не доверит мой подъем будильнику и подстрахует своим приходом. Будет не очень хорошо, если дед не обнаружит меня утром в постели.

Так оно и случилось. Я как раз закончил с чисткой зубов и оделся, когда в мою дверь осторожно постучали, а затем она сразу же открылась. Видимо дедушка не рассчитывал обнаружить меня бодрым и полным сил, поэтому не стал дожидаться моего ответа.

— Да ладно, неужели сам проснулся? — спросил он, а я уловил аромат жареной яичницы с беконом, который он принес с собой. — Надо же… Видать у вас там с Лешкой и правда какое-то срочное дело. Ладно… Спускайся, там как раз твоя любимая яичница подходит.

Несмотря на то, что наш новый дом нравился мне гораздо больше предыдущего, был один момент, о котором я частенько сожалел. Здесь не было такой же маленькой и уютной кухни, в которой мы частенько любили завтракать с дедом.

Именно за такими вот завтраками было сказано множество главных вещей в моей жизни, о которых я буду часто вспоминать. Да что там… Даже если и не обсуждали ничего, а просто разговаривали, все равно это было как-то по-домашнему тепло и доставляло нам огромное удовольствие.

Здесь же такой кухни не было… Та, что была, по сравнению с прошлой казалась просто огромной и абсолютно не предназначенной для того, чтобы в ней можно было есть. Только лишь для готовки. Комната была слишком большой, поэтому ни о каком уюте и речи не шло.

Теперь все наши завтраки происходили в столовой. Возможно, так было правильно, конечно… Да и удовольствие от компании друг друга мы получали не меньше… Вот только это все равно было совсем не то что прежде.

Кстати, Дориан считал, что как раз кухня здесь совершенно ни при чем. Моему другу казалось, что все дело в моем возрасте. Я расту, а вместе с этим меняются и мои ощущения от жизни. В том числе и впечатления от завтраков с дедом. Все может быть, конечно… Но я все равно считал, что во всем виновата кухня, и тех дней уже не вернуть…

На этот раз дед не мучил меня вопросами насчет содержимого пузырька, который я ему отдал, как только вошел на кухню. Лишь с благодарностью обнял меня и сказал, что я его балую такими шикарными подарками и не даю умереть спокойно.

Однако несмотря на его черный юмор и разговоры о том, что он и после приема прошлой порции эликсира чувствует себя превосходно, скрыть своей радости от меня ему не удалось. Как тут скроешь, если его лицо буквально светилось от счастья?

Дед убеждал меня, будто помнит все инструкции, на всякий случай я ему все же напомнил, как нужно применять эликсир. Понятия не имею, насколько серьезен был Кайсаров, когда предупреждал меня о негативных эффектах, но проверять это явно не стоило.

— В первый день двадцать капель, потом по десять, — говорил я деду, не забывая расправляться со своим завтраком. — И не больше одиннадцати дней!

— Да помню я все, не переживай, — сказал он, щедро поливая абрикосовым вареньем бутерброд с маслом, которые делал для меня один за другим. — Может еще один съешь?

Дед положил на мою тарелку только что приготовленный бутерброд и взялся готовить еще один.

— Нет, больше не могу, честно… — сказал я и тяжело вздохнул. — И так уже третий слопал. Да еще и яичницы двойную порцию перед этим.

По правде говоря, я и сам не ожидал, что у меня такой аппетит разыграется. Видимо организм пытался компенсировать потраченную за ночь энергию. Берлога — это само собой, а яичница с беконом совсем другое дело. Совсем же разные виды энергии… А бутерброды с абрикосовым вареньем — вообще отдельная история…

— Вот и хорошо, что двойную порцию, — одобрил дед, который считал, что мой хороший аппетит — это признак хорошего настроения и отличного самочувствия. — Болтаетесь с Нарышкиным целыми днями непонятно где до вечера. Ясное дело на голодный желудок.

Лешка приехал за мной в начале восьмого утра. Давненько я его не видел в таком прекрасном настроении. В отличие от меня, княжич вообще крайне редко предавался размышлениям, которые могли навеять на него уныние. Сегодня же и вовсе прямо светился от счастья.

— Тебе что, Орлов позвонил и сказал, что можешь не являться на летние экзамены, потому что ты гений? — спросил я, когда Лешка энергично рулил по пустому утреннему Белозерску. — Или Кречетникова в очередной раз призналась тебе в любви?

— Ни то, ни другое, — ответил он, затем посмотрел на меня и весело подмигнул. — Просто как представлю удивление Серебряковой, так сразу улыбка на лице появляется. Ничего не могу с этим поделать.

— Да уж… Удивится, это точно, — согласился я с ним и на всякий случай ощупал себя на предмет артефактов, которые взял с собой.

В данном случае я был абсолютно согласен с Дорианом. От этой девицы можно было ожидать любых подлостей, так что приготовился к встрече с ней не хуже, чем к походу в Искажение. Вот разве что магическую броню не надел и сферу ее папаши с собой не взял, а в остальном я был максимально готов, чтобы увидеться с этой милой девушкой.

— Я смотрю ты упаковался по полной, — сказал Лешка, глядя на мою руку, на которой было Кольцо Ветра и Кольцо Магического Взора. — Правильно сделал. Я тоже решил сегодня надеть на себя волшебных вещичек побольше. Даже Золотую Булавку Удачи на пиджак нацепил на всякий случай. С такой сучкой как Серебрякова шутить не стоит.

Мы немного помолчали. Несмотря на хорошее настроение у нас обоих, все-таки было немного волнительно. Правда чувство было не таким, как если бы мы с Лешкой знали, что вскоре полезем в опасную гробницу. Сейчас было даже интереснее. В случае с гробницей, по крайней мере известно где она находится, а здесь все покрыто мраком.

Больше всего мы с княжичем переживали о том, что вся наша операция может пойти насмарку в самом начале. Вдруг Алена увидит нас из окна или еще что-нибудь в этом роде… Во всяком случае, у меня на этот счет опыт был ого-го. Уж я-то знал, что из-за какой-нибудь маленькой ерунды могут произойти очень большие неприятности.

— Кстати, ты зря с нами вчера в кино не пошел, — отвлек меня от моих мыслей Лешка, когда мы выехали из Белозерска и машина начала набирать скорость. — Отличный был фильм.

— Угу, так я тебе и поверил, — усмехнулся я и взял с заднего сидения свой рюкзак.

— Почти три часа шел, — продолжил тем временем Нарышкин. — Я так хорошо поспал. Если бы еще Аня не будила меня каждые пятнадцать минут, вообще было бы прекрасно.

— Зачем будила? Переживала, что потом фильм обсудить будет не с кем? — спросил я и достал из рюкзака Эликсиры Жизни, предназначавшиеся Ивану и моему отцу.

— Да нет, не за этим, — усмехнулся Лешка. — Говорит, что храплю слишком громко. Мешаю остальным наслаждаться прекрасным и страдать на всю катушку.

— Обесцениваешь зрелище, короче говоря, — сказал я и протянул ему пару пузырьков. — На вот, держи. Один для твоего брата, а второй нужно передать моему отцу.

Княжич бросил быстрый взгляд на эликсиры в моей руке и сразу же стал серьезным.

— Это то что я думаю? — спросил он. — То самое?

— То самое, — кивнул я. — Вторая порция. В данном случае она даже немного усиленная, так что я думаю, теперь у нас шансов больше.

— Их и без усиления будет больше, — уверенно сказал Нарышкин. — Если после первого эликсира с Иваном такие перемены произошли, то после второго вообще все должно быть прекрасно. Батя с матерью обрадуются… Спасибо тебе, дружище!

— Не за что, — ответил я, затем молча положил пузырьки в небольшой отсек рядом с ручкой переключения передач. — Надеюсь так оно и будет, как ты говоришь. Найдешь способ передать один экземпляр моему отцу?

— Само собой, — кивнул Лешка. — Можешь считать, что он уже у него. Ты поэтому вчера со мной ехать отказался?

— И поэтому тоже, — ответил я и вспомнил комнату Елены с ее удивительным Приютом.

— Точно! Ты же вчера еще в гости к Горчаковым ездил, как я мог забыть! — воскликнул он. — Почему молчишь и ничего на рассказываешь? Как съездил? Что там Ленка? Надеюсь, при виде тебя она снова не превратилась в жуткую уродину?

— Хорошо съездил, — ответил я. — Ее отец мне очень понравился. Обрадовался мне… Кстати, ты знал, что мать Горчаковой умерла, когда она была еще совсем маленькой?

— Не-а, — покачал головой Нарышкин. — Единственное, что я про нее знаю, это то, что она одна в семье. Ты же знаешь, обычно меня текущие дела интересуют, а не прошлое. Если, конечно, оно не влияет на настоящее так сильно, что становится интересным.

Так оно и было. В этом смысле мой друг был чрезвычайно практичен и редко забивал себе голову ненужной для себя информацией. Временами у меня и вовсе складывалось впечатление, что у него мозг с рождения настроен каким-то хитрым образом. Он удерживает в голове княжича лишь только то, что как-то может принести ему практическую пользу, а все остальное безжалостно отсеивает.

— А еще у нее нет друзей и подруг, — сказал я. — Возможно, никогда и не было.

— Ну еще бы, с ее-то болячкой… — хмыкнул Нарышкин. — Тем более с таким характером как у нее.

— Нормальный у нее характер, — ответил я на это, припомнив радость на лице девушки, когда она вела меня в свою комнату. — Просто редко общается с людьми, поэтому скрытная немного, и вообще… Дома она совсем другая, поверь. Я думаю, ты это еще увидишь со временем.

— Мне показалось, или она тебе понравилась? — улыбнулся Лешка, осторожно сбавив скорость на опасном затяжном повороте. — В принципе я с тобой согласен, она ничего. Одна коса чего стоит.

— Понравилась, — честно ответил я. — Но не в том смысле, который ты вкладываешь в свои слова. Просто нормальная девчонка. Кстати, она даже смеяться умеет, если что.

— Да ну? — удивился он. — Даже не верится. Ну ладно, если ты так говоришь — я тоже буду считать, что она нормальная. Хотя тараканов у нее в голове хватает, согласись. Разговаривали о чем-нибудь интересном?

Подробностями своего визита к Горчаковым я с Лешкой делиться не стал. Рассказал лишь о том, что немного посидели, познакомились и попили чаю. Чувствует она себя хорошо и доппель ее при мне не захватывал.

Все остальное княжича не касалось. Истинную причину моего визита к Елене ему знать не стоило. Как и того, что девушка показывала мне свою комнату. Если бы это был кто-то другой, а не Горчакова, то из последнего я бы секрета не делал, но в данном случае…

Я решил, что для Елены это было нечто такое… Очень личное, что ли… В общем, не предмет для обсуждения. К тому же, я был уверен, что со временем Лешка тоже изменит отношение к ней, когда узнает ее получше. Если это случится, то и в гостях у Горчаковых вдвоем окажемся. Вот и посмотрит сам ее комнату.

Тем временем за неспешным разговором мы приближались к нужной нам железнодорожной станции. Скорый поезд, на котором ехала Серебрякова, должен был остановиться всего на несколько минут, и за это время мы должны будем оказаться в нем.

Билеты для нас забронировали, так что с тем, как попасть в сам поезд, у нас проблем не было. Проблема была в другом — кроме нас на железнодорожной платформе стояло не больше пары десятков людей, и это означало, что затеряться в толпе никак не удастся. Скорее наоборот… Нас будет трудно не увидеть…

Чтобы получше замаскироваться, Лешка отдал мне свой шарф, которым я укутался до самого носа. Сам же Нарышкин натянул соболью шапку почти до самого носа и поглубже зарылся в меховой воротник пальто. Теперь наружу торчал лишь его красный от холода нос, по которому будет очень сложно определить его личность.

В этом смысле мы с ним были похожи. Моя шапка тоже прикрывала глаза, а роль мехового воротника в моем случае выполнял Лешкин шарф. Со стороны мы с ним выглядели как парочка измученных холодом дворянчиков, которые нахохлившись ждут своего поезда.

По платформе гулял холодный ветер, который несмотря на теплую одежду пробирал до самых костей. Спустя немного времени я уже начал размышлять, что зря мы с княжичем решили здесь подождать. Можно было и в машине посидеть все это время.

Даже не верилось, что еще несколько дней назад мне казалось, что со дня на день должна прийти весна. Нет, по календарю оно именно так и должно было быть, но вот что-то зима никак не хочет сдаваться. Огрызается из последних сил.

Когда мои зубы начали стучать от холода, поезд наконец объявили. Вскоре на горизонте показался и он сам. Едва я увидел длинную темно-зеленую гусеницу железнодорожных вагонов, которая довольно быстро вытягивалась из-за поворота, как чувство холода мгновенно исчезло. От волнения сердце забилось быстрее, а по спине прокатилась горячая волна. Надо же… Я и не думал, что буду так сильно волноваться перед этой встречей.

— Леха, у меня такое чувство, что мы с тобой хотим не с Серебряковой поговорить, а ограбить этот поезд, — поделился я с Нарышкиным своими ощущениями, глядя на быстро приближающийся поезд.

— Та же самая фигня… — усмехнулся он. — Ты не слышал, откуда нумерация вагонов начинается? С головы поезда или с хвоста? У нас с тобой седьмой, а у нее…

В этот момент грохнул накатившийся на платформу поезд и лязг стальных колес заглушил последние Лешкины слова. Но я и так понял, что он хотел сказать. Просто решил напомнить мне о том, что у Алены одиннадцатый вагон. Наклонив голову пониже, чтобы спрятаться от прибывшего вместе с поездом порыва ветра, я ждал, когда он немного замедлится.

— А мне нравится! — услышал я восторженный голос Дориана. — Давненько я на поезде не катался!

Я хотел сказать ему в ответ, что не разделяю его восторга на этот счет, но не успел. Лешка дернул меня за рукав:

— Макс, смотри, наш вагон проехал! — крикнул он, пытаясь перекричать скрежет металла, который поезд издавал при торможении. — Побежали!

Скользя по платформе, мы с ним побежали вперед, а Градовский, следуя моим предварительным инструкциям, яркой зеленой стрелой мелькнул внутрь поезда.

Что же, пока все идет так, как и задумывалось… Если Серебрякова нас не увидит раньше времени, то к тому моменту как мы займем свои места в нашем купе, призрак уже сообщит мне, чем занята сейчас девчонка.

Наш с Лешкой план-капкан переходит в решающую стадию! Начинается самое интересное!