Девочка Беркута

Часть 12

***

Домой я ехала в каком-то раздрае. Столько всего произошло: странного, волнующего, нового. Ночевка эта и потом сцена в одном полотенце… Слишком много впечатлений для одного дня.

В любой другой день уезжать оттуда, из этой большой и красивой квартиры, в свою каморку, я бы точно не хотела. Но только не сегодня. Сегодня я хотела попасть туда, где мое место. Чтобы даже не единой глупой фантазии!

Он – твой работодатель, все!

Вместо этого я принялась думать, в каком районе города лучше снять квартиру. Поближе к дому Беркута? Да, это логично, меньше времени добираться. Но его район непростой, и цены там наверняка космические.

Может, где-то в соседнем?

Сто тысяч – деньги огромные, но все равно тратить их нужно с умом.

Набирая одним пальцем в строчке поисковика адрес сайта с объявлениями, я поднялась на свой этаж и сразу же попала в "гущу событий" – шум стоял неимоверный. То, что веселье происходит в нашем крыле сомневаться не приходилось.

"Опять бухают!" – проворчала я, раздраженно заходя в коридор.

Играла блатная музыка, сигаретный дым стоял столбом, куча непонятного народа теснилась на крошечной общей кухне. Судя по витавшему в воздухе амбре – веселье с вечера плавно перетекло в утро.

Они тут всю ночь пили, что ли?

Я привычно пошарила глазами, отыскивая Киру, но девочки нигде не было видно.

– А это у нас кто такой? – выпустив дым, пьяно обнажил "золотые" зубы один из почетных гостей вечеринки. – Иди сюда, красивая, угостим.

Пьяная в доску Нина, клюя носом, что-то недовольно проворчала, но в силу состояния даже сама не поняла, что именно.

Господи, каждый день одно и то же! Ну сколько уже можно!

Мысль съехать отсюда как можно скорее никогда еще не была настолько навязчивой.

Мазнув беглым взглядом по накрытой на заляпанном столе "поляне", я немало удивилась: колбасная нарезка, смятые упаковки от шашлыка на вынос на полу, уже пустые бутылки из-под коньяка с пятью звездами на этикетке.

То есть на дочь у нее денег нет, в как свору свою угощать, так сразу нашлись?

Как жаль, что нельзя забрать с собой Киру! Хотя я понимала, что если я бы это сделала, горе-мамаша даже и не поняла бы сразу, куда пропал ее ребенок, а возможно, даже обрадовалась, что не нужно теперь отвлекаться от важных пьянок на дочь.

Вот возьму и заберу! Но для начала сама выберусь из этой клоаки.

Психанув, я достала из кармана ключ и поднесла к замочной скважине своей двери, и только потом увидела, что она уже открыта…

Вдоль позвоночника словно куском льда прошлись.

Деньги!

Я все сразу поняла и дальнейшие действия были по сути бесполезны, но я все равно забежала в комнату, отодвинула уже и так отодвинутое кресло и увидела, что кусок плинтуса просто валяется на полу, а мой тайник пуст.

Из глаз брызнули горячие слезы обиды.

Опустившись прямо на пол, я вытерла их тыльной стороной ладони, но они все равно лились и лились.

Украли, сволочи! Просто взяли и утащили не свое. Все мои сбережения были там, мне снова не на что жить.

Я понимала, что можно было пойти и потребовать все вернуть, устроить скандал, вызвать участкового, но разве это хоть что-то даст? Мне никто ничего не вернет и доказательств, что у меня вообще эти деньги были – нет. Только вопросы появятся, откуда у меня, детдомовской девчонки, вообще такая сумма.

Скрипнула дверь, и я подняла зареванные глаза: в проеме стояла лохматая Кира. Увидев меня, лицо девочки скривилось в преддверии слез.

– Прости меня, Рит, это я во всем виновата! Но я не хотела рассказывать мамке твою тайну, я случайно! Просто когда она снова меня наругала, даже ремня дала, я сказала ей, что ты меня к себе заберешь, что теперь я буду жить с тобой. Она сказала, что меня тебе никто не отдаст, что ты нищая и у тебя денег нет, что тебе нечем меня даже кормить. Ну я и сказала, что деньги у тебя есть, что я сама их видела! Тогда дядя Володя твой замок расковыря-ял… – и разрыдалась.

Конечно, едва увидев взломанный замок я сразу все поняла, но разве это ее вина? Она ребенок, и это я должна была быть осторожнее. Только я одна…

– Не плачь, ну ты чего, – и протянула ей руки. – Иди сюда.

Она села рядом со мной прямо на пол и обняла за шею тощими ручками. Так мы и сидели, размазывая слезы, каждый свои: она – вины, я – злости.

Злости не на Киру, конечно – на саму себя. На Нину эту, чтобы ей пусто было. На такую свою жизнь… Злости на того урода, что лишил меня родителей.

Точка отсчета началась именно оттуда, с той самой зимы, когда кто-то оставил моих маму и папу лежать на дороге. Именно с того дня все пошло наперекосяк.

– Вот, я немного стащила, – всхлипнула Кира и вытащила из кармана спортивных штанов две смятые тысячи. – Мамка выронила, а я незаметно подняла. На, возьми.

Я забрала скомканные бумажки и, прижав к себе Киру, разрыдалась ещё сильнее.

***

Вечером я приехала к Беркуту в соответствующем настроении – зареванная, с опухшими веками и больной головой. Очарование утра сошло на нет, место его заняла жестокая реальность.

Замечталась, дура, что сможешь из грязи в князи. Квартиру снять нормальную, маникюр. Конечно!

И то, что деньги украли – поделом. Однажды украла ты, теперь у тебя – бумеранг.

Конечно, о том, чтобы рассказать Беркуту о своей потере и речи не шло, не его головная боль, что у его наемной работницы соседи конченые алкоголики. И в моей невнимательности его вины нет. Показала деньги и кому? Ребенку! Конечно, она рано или поздно бы все разболтала. Не со зла, а просто потому что бесхитростная шестилетка.

На что жить ближайший месяц я просто не представляла, а жить на что-то нужно. Еще новый год впереди…

Не сказать, чтобы я любила этот праздник, ведь именно после новогоднего корпоратива родителей та трагедия и произошла. В первый праздник без семьи я вообще категорически отказывалась спускаться в спортивный зал к злосчастной ёлке, а потом мне приснился сон, где мама в красивом платье с блестками, том самом, котором пошла на тот корпоратив, наряжала пахучую сосну в зале нашей старой квартиры. Она звала меня помочь, а я отказывалась подходить даже близко, тогда она обиделась, сказав, что ёлка не виновата в том, что произошло. И что праздник не виноват. Что нужно жить дальше, веселиться и быть благодарной за каждый прожитый день. С тех пор я старалась абстрагироваться и жить как все, не проводя никакие параллели, правда, веселиться в этот день все равно не получалось.

Не получится и в этот раз. Оливье, и тот не на что приготовить.

Пока добиралась на автобусе до района Беркута, полистала объявления о работе. В принципе, если использовать промежуток между прогулками с Элвисом и вечернее время, то несколько часов выкроить удастся. Листовки раздавать или развозить горячие обеды…

Стоило только вспомнить злосчастный короб за спиной, как настроение испортилось еще сильнее. Хотя казалось бы куда уж больше.

Ладно, чего уж – прорвемся. Не впервой.

– Чего кислая такая? – поприветствовал меня Валера, но я лишь махнула рукой. – Неудачный день?

– Неудачная жизнь, – хмуро пошутила я, шагая к лифту.

А может, еще один аванс попросить? Четверть аванса… Хотя нет, это слишком нагло: работаю без году три дня, а уже забрала заранее полную зарплату за еще не отработанный месяц. И просить еще? Ну уж нет.

Поднявшись на нужный этаж, я закинула в рот таблетку от аллергии и открыла дверь. И сразу же увидела их – изящные сапоги на тонкой шпильке…