Девушка без сердца

Глава тридцать восьмая

Мы переглянулись. Руперт и Стивен были удивлены не меньше меня. Мэдди на всякий случай прилипла к стенке.

— Джилл, — позвала я, — ты точно в порядке? Может, несуществующее сумасшествие Томаса заразно?

— Шутки у вас, криминалистов, — фыркнула Джилл, обошла свой стол и принялась что-то быстро набирать на клавиатуре. — А вообще — не стоит уподобляться известному Шеймусу Майкрофту. Что он там говорил — наплевать, что планета круглая, потому что это никак не поможет в расследовании?

Она удовлетворенно щелкнула по клавиатуре в последний раз, развернула к нам монитор, и пораженная я увидела наше место преступления, только в несколько другом антураже. Стены, завешанные расшитыми золотом зелеными тряпками, какие-то желтые и белые разметки на всем, кресло похоже на трон, но потеки крови — я быстро оживила планшет — потеки крови были точно такими же.

— Что это такое? — выпалила я. Текст сайта был на фанданском, но название «Битва Государств» я опознала. — Откуда это взялось там?

— Кажется, стоит спросить, откуда это взялось здесь, — задумчиво произнес Руперт. — У меня есть логичная версия.

Стивен кивнул. Только я никак не могла сообразить.

— Это вырезанные сцены, — объяснила Джилл. — Их среди отснятых тьма. В книге все описано довольно подробно, но — ах, ну да, ты же не в курсе — сериал снимали с учетом многих поправок, например, возраста персонажей… вот эта сцена самоубийства… неважно, тебе все равно имя ничего не скажет, ее тоже вырезали в итоге, потому что могли нарушить законы в ряде стран.

Самоубийства.

Как там сказал Гордон?

— Чтобы ему провалиться, — проговорила я, имея в виду Томаса, и пояснила: — Гордон взял данные из медицинской карты Таллии и обработал в программе. Это, наверное, есть уже в базе. — Руперт кивнул. — А не для заключения он мне сказал, что картина пятен крови ему напоминает именно самоубийство…

— Гордон так сказал? — переспросил Стивен.

— Да. Он выразился — хоть убей, но пятна похожи на те, которые должны были остаться от крови, натекшей из разрезанных вен.

Мы опять обменялись взглядами. Джилл олицетворяла живейший интерес к происходящему, а вот Мэдди была жутко бледная. Я даже подумала на мгновение, что стоит перевести ее куда-нибудь в менее кровавое место. Толковая девочка, она всему научится, но для лаборатории слишком впечатлительная.

— Томас видел это на этом же сайте или в другом месте? — веско заметил Руперт. — Как думаете, он интересовался «Битвой государств»?

— Здесь еще есть такие фото? — я повернулась к Джилл.

— Нет. Только одно. Хорошо хоть это есть, киношники не очень любят признаваться, что вырезали сцены...

— Значит, в другом месте, — заключила я. — И это место — ноутбук Таллии.

Я начала кое-что понимать. Очень смутно. Но это тоже была только догадка.

— Может, он сначала хотел имитировать самоубийство? — предположила я. — Но в процессе понял, что вряд ли получится. И следы от удушения, и вообще. В книге и фильме это эффектнее сделать на троне, — я мотнула головой в сторону монитора Джилл, — а в реальной жизни…

— Думаю, это уже не столь важно, — Руперт очень тепло улыбнулся Джилл. — Ты понимаешь, какую помощь ты нам оказала? Ты дала невероятно важную улику, даже не будучи следователем.

Джилл небрежно пожала плечами и царственно уселась в рабочее кресло. С ее губ не сходила довольная улыбка.

— Пригласите меня на ужин, мальчики, и обязательно скиньтесь, иначе я вас разорю.

Мы рассмеялись. Казалось бы, находка была незначительной — на первый взгляд, на самом же деле она выдала ректора Томаса с головой.

Не спонтанное решение разделаться с женой, а спланированное убийство. Осуществленное, и вполне успешно, раз срок пребывания под стражей ректора Томаса уже подходил к концу.

Я вытащила из кармана смартфон и набрала номер дрожащими руками. Такими дрожащими, что это заметили все, и Руперт, сразу поняв, кому я звоню, забрал у меня смартфон. Я благодарно кивнула и вытерла о брюки влажные ладони.

— Госпожа Лидия? Это полковник Мартин Руперт из Королевской Магической Полиции Территорий. В «Битве Государств» была вырезанная сцена с самоубийством, кто делал для нее декорации?

В приемной, кроме нас, торчали только два эксперта, работавшие над другим делом, но это не значило, что они не были в курсе нашего расследования, вся лаборатория все знала, и Руперт включил громкую связь и положил смартфон на стол.

— В «Битве Государств» были две сцены самоубийства, которые не вошли в сериал. — Голос Лидии звучал удивленно, возможно, она действительно недоумевала, что никто из нас не знаком ни с книгой, ни с сериалом. — Какая именно вас интересует?

Джилл рискнула, легла на стол и проговорила в трубку с придыханием:

— Госпожа Лидия, я, наверное, лучше объясню. Я Джилл Энни, референт лаборатории, и я в восторге от сериала! Это удивительная работа, особенно декорации и…

Руперт многозначительно кашлянул.

— Простите. Мы имеем в виду сцену самоубийства королевы Джозефины. Та, в которой она вскрыла себе вены, — смутилась Джилл. — Трон, залитая кровью комната...

— Ах, эта. Ее делали наши специалисты. Это же графика, но графика очень точная.

Я закусила губу. Это практически все объясняло, и вот…

— А могла эта сцена попасть к Таллии? Или так: когда эти кадры оказались в магнете? — спросил Руперт.

— В магнет официально все выложили… дайте припомнить, уже когда заканчивался последний сезон. А у Таллии, конечно, была эта сцена, она ведь работала над деталями. — Лидия секунду помолчала. — Кажется, вам не очень понятно, я объясню, хотя и не понимаю, зачем… но неважно. Видите ли, сериал — это затрачиваемое… затратное производство, некоторые вещи проще снимать натурой, по старинке, но, к сожалению, в таком случае это ограничит возможность показа в разных странах. Поэтому мы в конце концов были вынуждены убрать все сцены самоубийств. Сами декорации остались, там еще снимали сцену, когда королева-аббатиса Джоанна оплакивала преступную и распутную дочь — попробуйте отобрать у такой звезды, как Анна Рикарда, подобный эпизод, это же вершина ее карьеры. Так вот, из-за законодательства многих стран мы не можем сажать, как это делали раньше, актера, накладывать грим, разливать краску, мы используем компьютерные технологии для общего плана, а декораторы уже работают над деталями. Таллия делала все живые декорации, даже нашу покойную Джозефину. Да, конечно, у нее были планы этой сцены. Жаль, что вырезали, это великолепная работа.

Эльвира Лидия была многословна, но никто из нас не осмелился ее перебить. Я и Руперт знали о ее болезни, Стивену уже успел все рассказать Руперт, а Джилл и Мэдди никогда не стали бы вмешиваться.

Я подумала, что Лидии не так уж часто выпадает возможность рассказать о своей работе. Много ли зрителей обращает внимание на титанический труд, который проделывают художники и декораторы? Единицы. И Майкл говорил точно так же — кому надо…

Было что-то общее с нашей работой экспертов.

Мы узнали: у Таллии были эти кадры, а значит, их вполне мог увидеть и детально рассмотреть Томас.

Но в рассказе Лидии была одна странность.

— То есть вся эта картинка, которая лежит на сайте в магнете, она нарисована на компьютере? — еще раз уточнила я. — А что тогда делала Таллия? Мелкие детали? Для крупных планов? — щегольнула я термином из мира кино.

— Таллия делала королеву, — терпеливо объяснила Лидия. — Мы не можем снимать актера — сериал запретят к показу во многих странах. Поэтому вместо суток работы от установки декораций до съемок мы тратим недели на отрисовку и шарнирную куклу. Таллия работала с этой куклой. Если быть совсем точной, с руками, остальное тело делали гримеры.

С руками? Я почувствовала, как мои глаза от удивления полезли на лоб, и судя по лицу Стивена, я не ошиблась: он еле удержался от совершенно неуместного сейчас смешка, а Руперт серьезно кивнул.

— У Таллии дома какое-то время находились руки? — сдавленным голосом спросила я. Все же мне стоит научиться сдерживать свои эмоции. Это в трупах я привыкла обнаруживать разное, но трупы к этому были уже равнодушны, а в беседах со свидетелями все было намного сложней.

— Руки шарнирной куклы, да, — подтвердила Лидия. — Очень дорогая вещь, у нас на студии таких кукол пять штук — их можно комбинировать, создавать из двух-трех кукол разных персонажей. Они обычно изображают покойников, спасибо жесточайшему контролю со стороны цензоров.

— А как они выглядят?

Неужели я сейчас получу одно из важнейших подтверждений в этом деле? Да и все замерли, даже Джилл так и лежала грудью на столе, боясь пошевелиться.

— Я могу вам прислать фотографии, — сказала Лидия. — Вам руки или всю куклу? Но чтобы вы не страдали… не терзались… это анатомически точная копия человеческого тела. Если вы смотрели сериал «Скелеты»…

Джилл восторженно застонала.

— ...Там эти куклы задействованы постоянно, потому что героиня — антрополог и патологоанатом. Сейчас их оцифровали, «Скелеты» не имеют такого бюджета, как «Битва Государств».

— Как долго руки были у Таллии? — почти интимно поинтересовался Руперт. — Примерно — неделю, две?

— Месяц, наверное, — не очень уверенно отозвалась Лидия, — может, больше. Я могу поднять записи. Их привозила специальная машина и увозила тоже, эта кукла стоит как небольшой самолет.

— И хранила их Таллия, выходит, очень осторожно?

Я застыла. Перестала дышать. Руперт задал верный вопрос, и если сейчас выяснится, что Томас к этим рукам не мог прикоснуться…

— Когда части куклы находятся у декораторов, они могут мешать ими карри или чесать себе спину. Главное, что мы получаем их обратно в целости и сохранности.

И совсем здорово, если они могут проверить, что делали с этой куклой, пока никто не видит. Но что-то в интонации Лидии показалось мне странным.

— Что с руками делали? Таллия имитировала на них разрезы? — продолжал Руперт.

Я опять начала дышать. Все равно от моего кислородного голодания ответ Лидии никак не зависел.

— Да, — в тоне Лидии отчетливо звучало недовольство. Я не могла разобрать, чем или кем. — Если бы вы не спросили, я бы не вспомнила. Теперь у меня нехорошее чувство. Уже не исправить, и от этого мне очень больно. Я высказала Таллии претензии за неаккуратное обращение, я была тогда на взводе из-за новых препаратов. Мне показалось, Таллия на меня не обиделась. И все равно я была несправедлива.

— Можно подробнее? — нетерпеливо попросила я. — Что именно было с руками не так?

Лидия немного помялась. Джилл, воспользовавшись паузой, пыхтя, сползла со стола и откинулась на спинку кресла. Руперт положил мне руку на плечо.

— Кожа, которую мы даем, расходный материал, ее не жалко. Но я видела, что Таллия подрабатывала с этими руками еще на каком-то проекте, или — не знаю, как тогда объяснить. Их как будто много раз разрезали, ампутировали кисти и потом собирали обратно. Это несложно, если понять принцип и внимательно прочитать инструкцию. Не то чтобы рукам это навредило, меня сильно задело, что Таллия использовала наш реквизит для кого-то другого. Но, может, и нет, я сейчас понимаю, как было неладно… нет. Нелепо это обвинение, хорошо, что я ограничилась неаккуратностью. Сейчас бы мне было трудно себе это простить.

— Вот и ответ, — в сторону сказал Стивен, а Руперт спросил:

— Где сейчас эти руки?

— Их забрали для съемок «Места происшествия». Новый сезон, и бедных кукол для оцифровки разбирают на атомы. Они вам нужны?

— В таком случае нет. Спасибо вам, госпожа Лидия. Вы нам помогли. Не представляете, как. — И Руперт, покачав головой, успокаивающе добавил: — Таллия ни в чем не виновата, но и вы не ошиблись. Я не могу вам всего сказать, но это правда. Спасибо и до свидания.

Смартфон показал завершение вызова и погас. Мы стояли и смотрели на него, только Мэдди всхлипывала где-то в углу. Руперт опять покачал головой:

— Но если бы вы высказали Таллии все до конца, возможно, вы спасли бы ей жизнь.