Джунгли. Том 2

Глава 8

Шли вторые сутки, как куда-то пропала мой личный «защитник», «любовник», а также Дамоклов меч — медоед по имени Рабнир. Исчезновение её сказалось на моём окружении. Потеряв страх, на меня косились все и каждый. При этом, пока прошла только одна ночь Агохлу и Оноха; они, запертые со мной в лагере, пока что себя сдерживали. В дальнейшем, отдыхая в этом заполненном горячими головами лагере, мы могли столкнуться с тем же, что и в Столице. Долгое нахождение рядом со мной «вредит» боеспособности подразделений, и даже приказы Олай со стариком не всегда могут остудить разгорячённый, молодой и влюблённый ум.

Вдали от главной деревни, от яслей, грядок и курятника, в котором мог и чувствовал себя полезным — здесь, в этом месте, с виду напоминавшем одну большую казарму, я был дорогим и совершенно бесполезным пленником. Лишь изредка, буквально на час-другой, старик давал добро, чтобы меня как собаку выгуляли, дали походить по лагерю, и под печальные вздохи служивых опять завели в шатёр. Так было вчера, так прошло моё сегодня, и наступило завтра. Красные кресты империи, с нашего позволения, продолжали укрепляться на берегу, при этом совсем не торопясь идти на переговоры. Это напрягало меня и очень нервировало Добрыню, перед коим я в груди бился, уверяя, что всё пройдёт как надо.

На третье утро, дыша свежим воздухом, наблюдая за утренними спарингами хвостатых красоток, ощутил привычное, гнетущее давление за спиной. Сегодня погулять дали даже меньше, чем вчера… Обернувшись, столкнулся с взрослой Кетти, на наши лет под тридцать пять, может, даже старше.

— Сколько можно его охранять, куда он вообще денется? — говорит она двум другим, раскинув руки, и пытается их обнять. Оперевшись на их плечи, в тот же миг получает толчок в груди.

— Проваливай, без тебя проблем хватает, — положив руку на трофейные ножны, прятавшие в себе опасную сталь, выдала одна из стражниц.

— Ой-ой, какие грозные! — игриво приподняла руки на уровне груди незнакомка, а затем, выпустив когти, спросила: — давай смахнемся раз на раз, без вот этих твоих, цацак.

— Маяро, не нарывайся!

— Кто… я? На что? С уходом Рабнир мне совсем нечем заняться… Ещё и Гончья-вожак куда-то вместе с ней запропастилась. Вы случайно не знаете, куда? — голос Маяро стал грубее, зеленые глаза приобрели угрожающий хищный прищур и блеск. Охрану такие подозрения оскорбили. Теперь уже обе дамы готовились схватиться с безоружной, явно нарывающейся зазнобой.

— Маяро! — послышался грубый, хрипловатый голос деда. — Опять нарываешься? — старик чуть ли не бежал к нам через весь плац. На лице его читалось легкое недоумение, а с ним неприязнь при встрече с этой женщиной.

— У меня приказ от старейшины, разыскать двух лидеров знатных семей, Гончью и Рабнир, — спокойно отвечает кошка. — В нашем поселении их нет, на разведку по твоему приказу они не выдвигались, и тут их тоже никто не видел.

Лицо деда аж перекосило в недовольстве:

— Как ты смеешь обвинять меня, боевого офицера, в расп…

— А я никого не обвиняла, — перебила старика Маяро. — Сам, понапридумывал себе всякого, — повернувшись к тому задом и дразняще пройдясь кончиком хвоста у носа деда, кошка поглядела на меня, улыбнулась и добавила: — Как и говорила, мне просто нечем заняться.

— Когда нечем заняться, собака яйца лижет… — гневно выдал дед, намекая, что гостья может сделать в свободное от работ время сама с собой.

— Ну, я не против, вот только не твои старые и вонючие, а молодые, рабочие и краси…

Договорить и окончательно вывести из себя Добрыню женщине не дали. С дозорной вышки послышался крик:

— Разведчики идут!

С возвращением группы, наблюдавшей за берегом, я наконец-то смог вздохнуть спокойно. Хотел было к бате обратиться, да тот, после визита этой Маяро, стал как грозовая туча. Он так долго ждал этого момента, не верил в меня, в мой дар убеждения, и вот, когда самое время извиниться или хотя бы похвалить, просто прошёл мимо меня. Будто мы теперь чужие или, чего хуже, враги.

— Да что с ним такое? — когда старый, прошагав мимо, отправился к своим бойцам, узнать, кто именно к нам должен заявиться, спросил я у охраны. Те промолчали. Но вот явившаяся женщина всё-таки поделилась информацией и очень сильно удивила.

— В руках Республики, с беглецами и трусами, предавшими нас, оказались трое небесных детей. Один из них — здоровенный самец, одна могучая и мощная ведьма, способная словом дурманить разум и делать тело прочным, как камень. О третьей мы ещё знаем очень мало, но именно её ядовитые слова стали причиной, по которой разбили один из отрядов Добрыни. Их появление стало неожиданностью, а действия с нашими врагами вызвали в совете серьезные споры. Сейчас к нам за помощью приходят со всех уголков джунглей десятки новых вождей, узнав, что есть и другие «рухнувшие с небес», старики пытаются понять, почему они служат нашему врагу. К твоему отцу всё больше вопросов: Агтулх Кацепт Каутль, и я не верю, что он твой отец, как и не верю что вы боги, сейчас просто так надо. Это положение… одно твоё появление слишком удобно, чтобы разрушить этот миф.

Вот это новости. Когда эти Кетти стали настолько умными или же они всегда были такими и лишь притворялись? Совет, помимо Олай, там есть много очень хитрых и мерзких существ.

— Мы просто хотим мира, — сказал за всех я. — Сдаться республике — ровно что самому себя в цепи заковать. С империей может произойти то же самое, поэтому сейчас я сделаю всё, чтобы мы смогли обзавестись не только оружием, но и союзником, способным одним своим вмешательством завершить войну на полуострове.

Кошка пристально глядела мне в глаза. Будто пытаясь понять, вру я или нет:

— Совету известно, что старик просил порох и оружие.

— И с этим я попросил ещё мастеров, технологии, а также налаживание торговли. Продавая лес, мех, птицу и мясо, мы получим деньги, золото, серебро, одним словом — монеты. А за монеты мы, как Федерация, сможем купить не только порох с оружием, но и живых людей, тех, кто придёт сюда воевать за наши деньги, за эти самые монеты, которые многие ценят выше собственных жизней. Понимаете, к чему я клоню? Когда торговля наладится, меньше наших с вами соплеменниц будет гибнуть на этой войне. С деньгами мы станем сильнее, в то время как враг с каждым новым днём и месяцем продолжит слабеть.

Моя пылкая речь, произнесённая с позиции учителя, объясняющего непутёвому ученику истину, произвела впечатление как на гостью, так и на стражу.

— Жизнь за какие-то монеты? Вздор. Что может быть ценнее жизни? — очухалась стражница.

— На монеты можно купить заморского самца, — говорю я.

— А ну так бы сразу и сказал! Тогда да, тогда монеты — это штука прям ух!.. — тут же дала заднюю стражница.

Некоторое время наша загадочная гостья, под спор моей охраны, размечтавшейся о том, что могли бы и за сколько продать Имперцам, тупо пялилась на меня. Я потихоньку вспоминал, пару раз видел её рядом со старейшинами, точно видел на раздаче еды. Только таких вот, с виду неприметных личностей, в разрастающейся Федерации будет несколько тысяч. И каждая может быть в чём-то важной, от чего-то прячущейся или за чем-то тайно для семьи присматривающей. Маяро — этакая тайная полиция или инспекция, следящая за действиями старика и, возможно, за мной лично. От её выводов, той информации, что она донесёт Олай и совету Федерации, зависело многое, в том числе и отношение местных к нашему Главнокомандующему. Сейчас, за исключением нескольких отдельных групп и племён, Добрыня контролировал всю нашу армию, и, разумеется, «Большие мамочки» хотели знать, куда и против кого её собираются использовать.

— Агтулх? — позвала меня Маяро.

— Хочешь меня? — отодвинула набедренную повязку, женщина ноготком коснулась выбритой промежности. На длинном чёрном когте от щелочки потянулась тоненькая паутинка. — Я-то тебя очень как хочу. Слухи оказались правдой.

Хоть мне такое и часто говорят, но реакцией дамы я был польщён.

— И какие же обо мне ходят слухи?

— Как и говорила, самые правдивые и настоящие. — Убрав ноготок, вновь прикрыв повязкой свой вареник, кошка недовольно поиграла губками. Толком ничего более не сказав и пребывая на своей волне, она решает уйти так же неожиданно, как и появилась. С визитом её, в голове моей возросло число вопросов, главный из которых: где Рабнир и Гончья? И что это за такие загадочные, очень мощные и сильные ребятки, появившиеся в лагере Республики? Всегда, когда дело доходило до обсуждения навыков и уровней, у нас начиналась полная неразбериха. Наравне с полезными навыками, очень редкими, такими как у Марии, шагали бесполезные, в виде моего, или же как у тёти Веры. Хотя, как по мне, её сила, способная сохранять продукты и делать еду вкуснее, гораздо полезнее моей. Я ведь по-прежнему в золотой клетке, мне нужно развиваться, подминая под себя девочек, но как это делать, когда мне запретили к ним даже прикоснуться?

Эврика!

Старик возвращается, на лице его всё та же нейтральная мина.

— Лёха, у нас получилось! Капитан собственной персоны с небольшим отрядом синих идёт прямо к нам в лагерь. Бегом в шатёр, переоденься, может, чего пооткровенней надень, и это… кольцо, про кольцо не забудь! Вперёд-вперёд, — подталкивая меня в спину, говорит он. — А вы чё встали⁈ На позиции! Они не враги, но и не друзья, защитите Агтух Кацепт Каутль и всю Федерацию! — кричал дед, замотивировав всех присутствующих. Взгляды женщин тотчас стали серьёзными, в действиях чувствовалась отработанность и слаженность. Последнее, что я вижу перед тем, как вернуться в осточертевший шатёр, — это как по насыпи поднимается добрая сотня стрелков. В руках у них луки, на спинах колчаны, настоящие индейцы. Вот только рядом с каждой такой, снизу, вооружённая холодным оружием пара с длинным свёртком, из которого торчит два-три дула. Батя время не терял, и наверняка на любой вражеский фокус сможет показать два-три своих.

Одеваться как проститутка по просьбе старика не стал. Я считаю вульгарности и наготы хватает у нашей голозадой армии. В этом всем хаосе и бардаке хоть кто-то должен быть в пиджаке, выглядеть солидным. Мы ведь на переговорах, а не в борделе. Из всех вольностей позволил себе лишь не застегивать пару пуговок, что сдавливали горло. За шатром послышались церемониальные приветствия. Старшие отрядов Кетти приветствовали Имперцев, те в свою очередь кидались в кошек льстительными словами, благодарив за возможность остаться на нашем берегу. Я также время зря не терял, навёл порядок на столе, ощупывая карманы, полные всякого дешёвого китайского дерьма, коим, благодаря посредничеству Кати, со мной поделились девочки. Поражаюсь я нашим бабам: пусть хоть конец света или крушение самолёта — не важно. Они всегда найдут и время, и силы, чтобы насобирать, а после в заполненных шкафах хранить кучу разного бесполезного мусора. Хотя, можно ли назвать бижутерию мусором, особенно сейчас, когда за кусок пластмассы из нашего мира можно было купить чуть ли не корабль с командой?

Шторка приоткрывается, глазам моим, наконец-то, предстаёт та, кто доставила нам столько неудобств и проблем.

Зелёные глаза, чёрные волосы, кошачий хвост. Сперва мне показалось, что это какая-то шутка. Розыгрыш переодетой в форму Империи девушки Кетти, но так лишь показалось. Хвосты местных и той, кто прибыл, совершенно отличались. Наши имели пышные, чёрные как смоль, длинные хвосты, а этот был слишком короткошерстным и слишком светлым. Почти такой же, как и у пантер.

— Капитан Стелла Марис! — стукнув пятками сапог друг о друга, с командирской осанкой и таким же голосом, представилась гостья.

— Агтулх Кацепт Каутль, вождь Федерации вольных племён. — Встал с места и слегка склонил голову я. — Рад столь долгожданной встрече, прошу, проходите, присаживайтесь.

Едва я проговорил это, шторки в шатёр задернулись, и мы с гостьей остались один на один. Гостья, оценивающим взглядом, обвела меня по контуру, вгляделась в моё лицо, затем, лишь на миг, глаза её скользнули в область паха.

— Благодарю. — Гостья села напротив, проверяя на прочность мои нервы, продолжает сверлить взглядом. — Моя помощница высоко оценила вашу с ней личную встречу, собственно, как и вас.

— Правда, и какую же я получил оценку? — В этот раз вино стояло на столе, я хотел повторить прошлый фокус, заставить капитана смутиться, но был переигран. Её рука коснулась бутыли раньше моей.

— Наивысшую! — улыбнулась капитан. Она думала, что перехватила ведущую роль в этой игре, как бы не так.

Я кладу свою руку поверх её длинных пальцев; она в замешательстве. В это же время я уже приподнялся и попросил:

— Долг хозяина заботиться о своих гостях. И раз уж вы у меня гость, позвольте мне за вами поухаживать. — Второй рукой беру бутылку. Женщина отступает, хватка её длинных пальцев ослабевает. Не спеша, она вновь занимает позу порядочного, старательного школьника на уроке. — Благодарю, — в ответ на покорность заполняю сосуды лишь на половину. — Признаться честно, лишь увидев вас, я был ошарашен столь дивной красотой…

На лоб капитана сваливается прядь длинных чёрных волос.

— Что? — глаза Стеллы округлились.

— Говорю, был удивлён тем, на сколько вы схожи с нашими Кетти и Пантерами, что у вас потрясающие чёрные волосы и отлично сложенная фигура.

— А-а-а-а… спасибо. — Бокал в руках капитана отрывается от стола, по напитку, ряби, видна лёгкая дрожь. Сделав быстрый глоток, гостья тут же ставит посуду, поправляет причёску, после прячет руки под столом. — Корни нашей династии произрастают из этих мест. Думаю, поэтому вы нашли мой мех красивым. — Говоря это, лицо женщины слегка перекосило. Она чувствовала себя неловко; мой первый комплимент зажал её в угол, сбил с толку.

— Империя сделала правильный выбор, отправляя вас сюда. Думаю, с кем-то, кто наших кровей и так похож на нас, мы точно найдём общий язык, а дальше… ха-ха-ха, кто знает. — От слов моих женщина также расплылась в улыбке, и лёгкий румянец появился под зелёными глазками. — Приступим к делу?

Переговоры со Стеллой Марис мало чем отличались от тех, что я вёл с её старпомом. Мы поговорили о рабстве и торговле пленными республиканцами, продаже Имперцам всех знатных, захваченных на острове аристократов и магов. Дальше была стандартная переброска тем, что нужно нам и чего бы хотели они; после — разговор о форте и крепости, которую Империя хотела бы построить на берегу для обеспечения безопасной торговли. И в конце мы наконец-то добрались до тех самых загадочных украшений. В этот раз кольцо я доставал не просто из кармана, а из коробочки, чьей-то косметички (на хер она тут кому-то нужна была?). Как и старпом, капитан берёт кольцо через платочек, внимательно рассматривает, после чего кладёт на место и также пристально берётся рассматривать косметичку. Женщина в восторге от всего: цвета, узоры, тонкая работа кузнецов и ремесленников, сделавших механизмы и так тщательно нанёсших краску. Капитан явно увидела то, что хотела.

Закончив осмотр, гостья вновь губами касается бокала; после, словно её осенило, отодвигает от себя прозрачную посуду и рассматривает её.

— С первого раза даже значения не придала этому, — говорит она. — Какая тонкая работа, какое чистое стекло. Вы сами изготавливаете такое? Сможете продать нам партию?

— Эта посуда для особых гостей и случаев, — отвечаю я. — К сожалению, технологии её производства канули в лету, как и те техники, которыми изготовлено кольцо.

Капитан задумчиво кивнула.

— Легендарный мастер-кузнец и ювелир Алиэкспрессо из древней, уничтоженной империи Маркетплейса… Признаться, до того как я увидела это драгоценное творение, я считала подобное бредом, нарочным введением в заблуждение моего помощника. Теперь же я отчетливо вижу гений великого Алиэкспрессо. Позволите мне рассказать о нём и империи Маркетплейса при дворе? У нас самая древняя и огромная библиотека, а также дворец Императрицы — это один огромный кладезь для реликвий всех времён и народов. Возможно, там нам удастся найти нечто подобное, создать хронологию, найти концы с последними его учениками, а быть может, с теми, кто передал вам эти сокровища!

Женщина говорила страстно и рьяно. Разумеется, она и без моего разрешения расскажет об этом… Али… боже, едва сдержавшись, чтобы не разразиться смехом, старательно маскирую своё веселье под одобрительную улыбку.

— Более того, я буду вам благодарен, если вы найдёте хоть что-то!..

— Обязательно найдём! — воодушевлённо произнесла женщина, и вновь с её лица спадает злополучная прядь. У меня было кое-что дешевое, кое-что, лишь малым отличавшееся от простой железки, украшенной парочкой самых дешёвых разноцветных стразов. Просто так отдавать её — величайшая растрата, с другой стороны, в отличие от прошлой гости, эту я точно ещё не завоевал — дилемма. Заметив, как я таращусь на эти чёрные волосы, что вновь частично перекрыли левый глаз, девушка спешно поправляет прическу и извиняется. В ответ на это я, встав с места, подхожу к сидящей на стуле и прицеливаюсь. У меня большая семья, много сестёр, я даже кое-какие прически делать могу, не говоря уже о том, как правильно разместить эту штучку, облегчив человеку жизнь.

— Что вы…

— Не шевелитесь. — Железки проходят сквозь пряди, собирают их; после раздаётся щелчок. — С делами мы уже всё равно закончили.

Сделав шаг назад, гляжу на эти зелёные, смущённые, мечущиеся из стороны в сторону глаза, потом на заколку, что так удачно пришлась к месту.

— Вам очень идёт, — отвешиваю очередной комплимент, и собеседница наконец-то начала таять. Мы уже обсудили, чем загрузим их судно для первой торговой сделки. Более того, капитан даже сделает первый авансовый платеж из своих личных запасов. Сейчас, по факту, более не осталось причин дальше о чём-то говорить, и мне требовалось активнее брать её в оборот, пока не убежала, как её зам.

— Благодарю, сколько я вам должна? — Отличный момент, нужно придать её вопросу значимость, хм… придумал!

— Стелла Марис, вы говорили, ваши предки происходили из здешних мест.

— Именно так. — Едва дело зашло о семье, она тут же навострила уши и стала серьёзней.

— Мне не известно, по какой причине ваши предки покинули родной дом. Но я очень надеюсь, нет!.. Я верю, что вы не падёте до той же низости, до которой опустилась Республика, что вы не станете грабить, убивать, загонять в рабство тех, кто некогда душа в душу жил с вашими уважаемыми предками. Когда вы только зашли, когда только я впервые увидел ваши глаза, я понял: вы наша надежда. Эта заколка досталась мне от матери, это всё, что у меня есть. Пусть в ней нет большого числа драгоценных камней, пусть она проста и без изысков, но она самое дорогое, что у меня есть, она моя надежда, и я вверяю её, вверяю будущее всех этих земель в ваши сильные руки, Стелла. Без помощи Империи, без вашей помощи, Стелла Марис, рано или поздно Рагозия и её коварные спонсоры-союзники захватят эти земли, и тогда… Тогда мне и другим мужчинам, детям, не останется ничего, кроме как умереть за нашу землю с оружием в руках.

Капитан, слушая мои слова и опустив голову, внезапно подрывается с места. На зелёных глазах её слёзы, нижняя губа трясётся.

— Продержитесь ещё немного, Агтулх Кацепт Каутль! — прихватив меня за плечо, с слезами, ручьём бегущими по щекам, говорит она. — Помощь непременно придёт, клянусь фамилией Марис, я вас не брошу. — Обернувшись, быстрым, уверенным шагом направилась к выходу капитан, и, лишь на миг задержавшись у выхода, звучно и уверенно крикнула:

— Империя вас не бросит!