Дикая

Глава 29

Дни шли, один за другим, стремительно и незаметно. Днем я работала вместе с Эмилией, иногда она оставляла меня одну. Меня в такие мгновения обуревала паника, но, как оказалось, было даже полезно все делать самой, а не полагаться только на напарницу. Я справлялась уже со многими обязанностями вполне сносно. От этого и потихоньку, крупица за крупицей, во мне росла уверенность, что я не так уж плоха и необразованна. Я быстро схватывала на лету, и меня тянуло к новым знаниям.

— Да успокойся, — порой отбивалась от меня Эмилия, устало откидываясь на спинку кресла. — Ты меня просто закидала вопросами. Полегче, ты не в аппарат президента устроилась. Тут все просто, а руководство лояльно.

— Да я на всякий случай… Чтобы знать заранее.

— Расслабься и, если что-то не знаешь — просто улыбайся. Да и вообще, тебя-то отсюда точно никто не выгонит, даже за огромную оплошность. Удобно жить у босса.

И криво улыбнулась. Глаза ее горели недобрым огнем.

Из моей головы тот разговор никуда не делся, поэтому я была начеку, переживая, что Эмилия или ее подруга Кира устроят подлянку. Я десять раз перепроверяла за собой все письма, что отправляла, документы. Почему-то думала, что они могут напакостить в этом, и тогда Кириллу ничего не останется, как согласиться с тем, что у меня не получается. А ведь у меня получалось!

Дуняша, с которой я созванивалась вечерами, меня всячески поддерживала. Как же мне ее раньше не хватало! Разговоров по душам, родные теплые объятия, ее вера в меня. Дуняша была хорошей сестрой. И Анфиса была хорошей, но Дуня сильнее характером. И она все равно мне ближе.

Один раз мы встретились в кафе, я уже даже научилась вполне сносно передвигаться по городу. Кирилл, конечно, постоянно настаивал меня подвезти, ему не нравилось, что я бродила по городу одна, но мне иногда так хотелось самой всему научиться. Я так ему и сказала:

— Как же я приспособлюсь к новому месту, если ты все за меня решаешь?

Недовольное лицо нахмурилось еще сильнее, и я запоздало подумала, что, наверное, невежливо постоянно отмахиваться от его помощи.

— Если я заблужусь, или у меня что-то не получится, я всегда знаю, как набрать тебя по телефону, — примирительно улыбнулась я.

Дуняша возбужденно хлопала в ладоши, когда я ей рассказала о его безрадостной реакции.

— Он просто ревнует, глупенькая! Будь его воля, он бы тебя в квартире своей запер. И наслаждался бы твоим обществом один.

— Да ну что ты говоришь…

— Ох, и наивна ты, Стешка. Просто Кирилл успел изучить тебя, и понимает, что любое давление с его стороны — и ты дашь деру, как дала из Ильчина. Своего ты натерпелась, и теперь тебе все хочется делать по-своему. Перемещаться по городу без него, самой покупать себе одежду, самой быть хозяйкой своей жизни. Потерпи, и все обязательно будет. Но его точно не отталкивай, дурында. Я же вижу, как твои глаза светятся, едва разговор о нем заходит.

— Дуня, я же не думала, что так сильно влюблюсь… Мне теперь влюбленность в его младшего брата кажется детской глупостью, — честно призналась я.

Это было правдой. Я вспоминала поцелуи с Никитой, наши объятия и… не чувствовала ровным счетом ничего. Как будто я не страдала, и не плакала от его предательства. Как будто не предавала его сама. Как будто между нами вообще ничего не было.

При мысли о нем сердце не стучало в неровном ритме, не сбивалось дыхание, болезненно застревая где-то в грудной клетке.

Все это было просто приятным эпизодом детства. Наша с ним дружба, то, что он меня принял такой, какая я есть. Он многому меня научил, и я ему благодарна. Но не более того.

— Ну и радуйся, живи настоящим. Он от тебя тоже без ума.

— А вдруг нет? — я обозначила свой страх, который терзал меня уже давно. — Вдруг для него я просто временное увлечение? Я слышала о нем всякого… Он бабник, Дуняш. Что, если, как только я устроюсь в этом городе, он без сожаления распрощается со мной?

— Не верю в это, — сестра скептически двинула бровями. — Но тебе вполне может быть виднее. Не думай о плохом, не расстраивайся раньше времени. Твоя задача была уехать и избежать мерзкой свадьбы. У тебя получилось. Как все устаканится, взвесишь и решишь. Он тебя не гонит, и я, наоборот, по твоим разговорам поняла, что пытается всячески к себе привязать. Ну зачем ему было давать тебе работу у себя под боком? Сложность в том, что этот персонаж — весьма закрытая книга. От него и клещами признания не вытянуть.

— Да уж, — приуныла я. Она была права.

— А про этих кошелок с работы не забывай, будь внимательнее. Ох, и хитрые ведь сучки, патлы бы им повыдирать. Смирись, Стеша, но тебе всегда будет завидовать масса женщин, от мала до велика. Ты была рождена, чтобы покорять этот мир, — высокопарно утвердила она.

Я недоверчиво фыркнула.

— Скажешь тоже.

— И скажу. Ты в нашей семье единственная такая родилась. Без преувеличения говорю. Стыдно признаться, но я и сама порой смотрю на тебя и завидую. По белому, сестренка, не переживай. Такая ты ладная у нас, красивая, и самое главное — добрая и искренняя. Так если даже я завидую, что говорить о других?

В общем Дуняша всячески подбадривала меня, иногда даже ругала за низкую самооценку. Мне было хорошо, что у меня рядышком был родной человечек, с которым можно было поделиться переживаниями. И я приказала себе не раскисать, верить в свои силы.

На работе пока тоже было все гладко, даже переживания по поводу услышанного разговора во мне немного поутихли. Только одно меня начало напрягать — постоянно торчащий у ресепшена гонщик Макс.

Ему словно не нужно было поторапливаться на тренировку, да и вообще никаких дел не намечалось. То и дело парень трепался ни о чем с Эмилией, параллельно задавал кучу вопросов мне. Он явно уже многое выведал обо мне за моей спиной через мою напарницу, потому что мне порой не удавалось отвертеться от его настойчивости. Его вальяжный и излишне самоуверенный вид мне не нравился, а уж как он то и дело сканировал взглядом мою фигуру, вообще раздражало.

Вскоре он повадился торчать у ресепшена даже когда Эмилии не было. И сколько я не делала усиленный вид что занята, его это совсем не смущало. Стоял, точно приклеенный, нервировал меня.

Вот и сегодня то же самое. Мои мягкие намеки о том, что пора бы ему отправиться по своим делам были полностью проигнорированы. Мне только и оставалось каждый раз отрываться от компьютера и кивать «ага».

Пока упорно пялилась в экран даже не заметила, как Макс поймал мою прядку волос и поигрывал с ней, перебирая пальцами.

— Опять щебечете, как голубки? — вдруг со спины подошла Эмилия, загадочно улыбаясь. Странно довольная. — Чую что-то назревает в вашей атмосфере.

Ничего не успела ответить, потому что в ту же секунду с ужасом увидела, что рядом с ней стоит Кирилл. Лицо его застыло будто непроницаемая маска, от холодного выражения я вся сдулась как воздушный шарик и перестала дышать, и только потом заметила, что Макс весьма интимно касается моих волос. Поспешно дернула головой назад, вынуждая его отпустить прядку. Но, естественно, это не укрылось от покрытых коркой льда зеленых глаз.

— Полегче, Макс, — шутливо хлопнула девушка по широкому плечу. — Стешка так мало про тебя знает.

— Да я не… — слабо пыталась возразить я, но она меня перебила, лукаво на меня поглядывая.

— Но, кажется, совсем не прочь узнать.

Она захихикала, а я глупо хлопала ресницами. Какого вообще?

— Не правда!

— А что? Ты говорила, что девушка свободная, почему бы и нет. Просто Макс у нас тот еще Казанова.

Пока мой мозг усиленно работал, подыскивая правильный ответ, на сердитом лице Максима снова появилась беспечная улыбка.

— Эми, ты приписываешь мне несправедливо много, — пожаловался он. — Покорителем женских сердец у нас является совсем другой человек. Когда вернешься на трек, Кир?

— Когда посчитаю нужным, — отрубил тот.

— Без должных тренировок тебе вряд ли удастся победить меня в этом сезоне, — продолжал усмехаться парень.

— Что-то не заметил, чтобы ты сам усиленно тренировался, — холодно ответил Кирилл. — Может, Эмилии нужен еще один помощник?

Макс коротко хохотнул, обнажив зубы.

— Да ладно, не злись. Уже хожу. До встречи, красавица, — беззаботно подмигнув мне, он, хвала небесам, уходит.

Но облегчения я не испытываю, отчего-то мне кажется, что Кирилл все совсем не так подумал. Я чувствую, как в воздухе назревает целый шторм. Но он ни словом, ни жестом не показывает, что зол.

Даже домой мы ехали в неуютном молчании. Попытавшись завязать разговор, я наткнулась на стену отчуждения. Он молчал, о чем-то рассеянно думая. Я окончательно раскисла и закрылась в своей защитной скорлупке.

Когда подъехали, Кирилл вручил мне ключи.

— Мне нужно кое-куда отъехать, вернусь, скорее всего, поздно. Ужинай без меня.

Спросить о том, куда он собирается, не могло быть и речи.

Дома я прокручивала в голове неловкую сцену снова и снова, от досады и злости (больше на себя и свое невнятное мычание), хотелось в клочья волосы рвать. Ну вот чего я, спрашивается, сидела там как амеба? Не могла и слова вставить в свою защиту. Ведь могла сказать, что мне глубоко плевать на Макса, и вообще…

Эх…

Кирилл же теперь думает, что я флиртую направо и налево прямо на рабочем месте. Или что втрескалась в Макса.

Час от часу не легче.

Неожиданно я услышала шорох в коридоре, в замке начал прокручиваться ключ. Подумав, что Кирилл вернулся раньше, чем планировал, я вышла навстречу, решив объясниться сразу же, не откладывая в долгий ящик. И каково же было мое изумление, когда дверь открылась и в квартире появился совершенно другой человек.

— Никита?!