Дикая

Глава 37

Пользоваться Дуняшиной добротой я больше не могла, поэтому на следующий день из кучи объявлений, я нашла то, что нужно: сняла комнату в трешке вместе еще с двумя девушками и съехала.

Дуня помогла мне, хоть вещей у меня особо и не было. Беспрестанно извиняясь, она то и дело заглядывала в мое лицо, не пойми что высматривая. После того вечера, по ее убеждению, я совсем раскисла.

— Дунь, да брось. Вам с Костиком нужно налаживать отношения, если ты решила дать ему шанс. Хотя, давай будем честными, он этого шанса совсем не заслуживает. Сколько раз он клялся тебе, что бросит пить? И разве это произошло?

— Да знаю, сестренка… Обещаю, это в последний раз…

Это обещание мне было совсем не нужно, я переживала за нее, и она это знала.

— Разбирайтесь сами, — махнула рукой. — Я в любом случае поддержу тебя.

Дуня улыбнулась и обняла меня за плечи, потряхивая.

— Как же ты выросла, Стешка. Совсем стала взрослая.

— Жизнь потихоньку всему научит, — буркнула я.

Я пыталась восстать из пепла, если можно так выразиться. Мне было больно, и пока что время совершенно не лечило. Кирилл взял не только тело, но и душу. Пробрался в самое нутро. Может, он и не хотел этого делать, я не знаю. Но мне от этого не легче, и хочется свалить вину на кого-то. Не на себя.

Ведь я сама говорила, что между нами ничего быть не может. Крутила те гребаные педали на велосипеде, чтобы просто избавиться от девственности и вообще познать ласку и страсть. Познала на свою голову.

С другой стороны, если бы я не поехала к нему, если бы не пошла на этот сумасбродный шаг, где бы я сейчас была? Я бы по глупости вышла замуж за Колчина, того изверга. Что бы сейчас со мной было?

Так же, как и Никиту, я не могла обвинять Кирилла во всех грехах. Мне нужно было отпустить его, и начать все сначала.

В груди тоскливо заныло, когда я осталась одна. Заварила себе чай на кухне, но забрала кружку и ушла в комнату. Спряталась словно в конуре.

У меня было совсем аскетично: из мебели только кровать и круглый столик со стулом. И все. Мои немногочисленные вещи так и остались лежать в небольшом пакете.

Присев на стул я уронила руки на хлопковую скатерть и следом положила на них голову. Чай пить не хотелось.

Ничего не хотелось, я просто старалась чем-то отвлечься. Потому что, оставшись наедине с собой, снова и снова прокручивала в голове все, что произошло между мной и Кириллом. Каждую прожитую вместе минуту. Все, начиная от момента, когда он содрал с нас мотоцикл, и заканчивая тем, как смотрел на меня в баре.

Я нравилась ему, я это чувствовала. Но беда в том, что ему нравилась не только я. Есть такой тип мужчин, не зациклен на одной женщине. Бабник, проще говоря.

А я наивно верила в свою любовь.

Чай остыл на столе, нетронутый. Кусая губы, я смотрела на размытый потолок. Все в заблюренных мерцающих пятнах. Не сразу поняла, что просто снова плачу.

А утром, когда я встала, разбитая и невыспавшаяся, мне позвонил Никита.

— Стешка, прости что сразу не позвонил. Честно говоря, не думал, что это хорошая идея…

Его дрожащий голос посеял во мне тревогу.

— Что случилось?

— Я… Я правда думал, что тебе лучше забыть его и так далее. — Виноватый вздох раздался в трубке. — В общем, в тот вечер, когда ты убежала, случилась неприятность — Кирилл попал под машину.

— Что? — Я почувствовала, как все вокруг заплясало, мне поплохело. Упала обессиленно на кровать.

— Он побежал за тобой. Не нужно было его останавливать, я теперь знаю всю правду. А тогда мне хотелось лишь защитить тебя…

— Он… — Я запнулась, испугавшись продолжать предложение.

Но Никита, поняв, о чем речь, успокоил.

— Жив. И даже без переломов. Так, пара ушибов и синяков. Заживет быстро. Сегодня из больницы отпускают, положили так, чисто проверить на внутренние повреждения и сотрясение. Слава Богу, обошлось.

Всхлипнув, я выдохнула.

— Господи… Почему ты сразу не сказал?!

— Да говорю же — идиот. Думал, начнешь жалеть его, простишь. Считал, что тебе забыть его нужно.

— Что изменилось?

— Он сказал мне кое-что, — признался Никита. — Думаю, ты поторопилась с выводами насчет измены.

Нахмурившись, я вцепилась побелевшими пальцами в трубку. И как я не старалась успокоить дыхание, а в груди уже отчаянно билась надежда.

— О чем ты?

— Пусть лучше он сам расскажет. Встреться с ним, не сбрасывай вызовы.

— Он не звонил мне… — потухшим голосом ответила Нику.

— Странно. Может, позже позвонит? По его виду я понял, что он настроен решительно. Отказную от дальнейшей госпитализации написал по своей инициативе.

Вдруг в мою дверь постучали.

— Подожди, Никит, соседка стучится, — я открыла дверь.

Алла, одна и соседок многозначительно улыбалась.

— Стефания, там к тебе интересный гость. Таааакой секси, — понизив голос добавила девушка.

В ее глазах явственно горело любопытство несмотря на то, что мы почти не общались. Я буквально только въехала.

Так страшно было надеяться, но сердечко колотилось, а я уже всем нутром чуяла, что это Он.

— Ник, я перезвоню… — Даже не дослушав его ответ, я сбросила вызов.

Медленно вышла в коридор, где в дверях стоял Кирилл. Мое сердце сжалось от увиденного. Его скула была ободрана, на лбу тоже царапина. Под любимыми зелеными глазами пролегли синяки, словно он очень устал.

Сделав судорожный вдох, я приблизилась.

— Кирилл…

— Не самый презентабельный внешний вид, знаю… — криво усмехнувшись, проговорил он.

— Главное, что ты жив и здоров, — возразила я.

— Так ты в курсе? Братишка уже отзвонился?

Не дождавшись ответа, он бесцеремонно начал разглядывать прихожую. Я невольно скрестила руки на гуди, словно закрываясь от него. Кирилл это заметил. Его кривоватая улыбка погасла.

Мимо нас на кухню прошмыгнулся Катя, третья соседка. Затем опять Алла. На кухне раздались шепотки. Я закатила глаза.

— Можем поговорить? Тут неподалеку есть кафе, — предложил он.

— О чем? — глухо спросила я.

Хотела поступать по-взрослому, не вредничать, но отчего-то все равно все во мне протестовало. Хоть одновременно с этим и тянулось к этому человеку.

— О том, что ты там себе навоображала, — жестко ответил он. — Извини, я правда хотел быть мягче, но сейчас у меня уже сил нет. Так и хочется отшлепать тебя по заднице.

Глаза его гневно сверкнули, а я вся вспыхнула от двусмысленности выражения.

— Эээ, лучше и правда выйти, — пробормотала я себе под нос.

Обувшись и набросив ветровку, хотела прошмыгнуть мимо него, но он ухватил меня за руку и не позволил ее вырвать.

— Нет уж. Теперь ты никуда не денешься.

Мне оставалось только молча глазеть на него, ожидая, что он хочет сказать. Ник говорил, что я совершила ошибку, что все на самом деле не так, как я подумала… Значит ли это…?

Пять минут в напряженной тишине на его машине, и вот мы на месте, в уютном небольшом кафе, где сейчас было довольно безлюдно.

— Есть хочешь?

Я помотала головой. Мне и кусок в горло бы не полез. Но он все равно подзывает официантку. Заказав для нас кофе и десерт, он нетерпеливо отпускает девушку и снова поворачивается ко мне.

— Никита сказал мне кое-что. Уж не знаю, как такое тебе взбрело в голову, но мне хотелось бы еще раз все прояснить. Хочу, чтобы ты сама мне все рассказала.

Поджав губы, я сцепила под столом руки в замок, чтобы они не тряслись. В горле снова накопился комок от обиды. Но я все же смогла вымолвить еле слышно:

— Зачем ты спрашиваешь? Я видела, как ты целовался с Эмилией. Я знаю, что не имею на тебя никаких прав…

— Стоп, — перебил он меня. Выглядел при этом изумленным. — Черт возьми, когда это я целовался с ней?!

— В тот день, когда я ушла с работы, якобы почувствовав себя плохо. В тот день, когда я сбежала к сестре, потому что не могла такого пережить, потому что я…

Я запнулась, испугавшись, что чуть не призналась ему. Вот так запросто чуть не ляпнула! Какое было бы двойное унижение…

— Стеша, дьявол тебя раздери, я не целовался с ней. Как ты могла меня видеть?!

— Вы были у тебя в кабинете, она сидела на столе, и… — сил и воздуха, чтобы продолжать, не было. Я замолчала.

Лицо Кирилла все больше и больше становилось растерянным и хмурым.

— Один хрен не пойму как ты могла меня видеть с ней. Черт… Бред какой-то. Зачем мне это делать с ней, если я с ума по тебе схожу?

Вскинув на него взгляд, я закусила губу. Он это серьезно?

С ума по тебе схожу.

Это же все равно что люблю…

Подожди, Стеша. Сначала выясни все до конца. Не позволяй эмоциям брать верх над разумом!

Черт, и ведь по нему не скажешь, что врет. Какой смысл отпираться, если бы это правда был он?

— Я не видела твоего лица, ты стоял спиной, — Как ни странно, моя уверенность в его измене потихоньку таяла с каждым словом. Я даже говорила уже тоже слегка растерянно. — Но, эмм… твоя одежда… Обувь… Я же не совсем съехавшая с катушек.

— Теперь мне уже кажется, что с катушек съехал я. Иначе чем объяснить, что я все равно не понимаю… Я полдня был на треке, тренировался. Как с утра с тобой приехал на работу, так почти сразу пошел в раздевалку, переоделся и…

Запнувшись на полуслове, он странно как-то на меня посмотрел.

— Говоришь ты не опознала моего лица, но узнала одежду?

— Да, именно так.

Резко встав с места, он достал из кармана купюры и бросил за заказ, который нам даже не принесли.

— Поехали, проверим кое-что прямо сейчас.