Дракон в отпуске (СИ)

Глава 11. Призыв

Официальный приказ пришел на рассвете. Ледяные тролли не просто чесали зады. Они собрали армию под предводительством нового вождя, Ледяного Шипа, и двинулись на юг, сметая передовые посты. Прорыв. Нужны были все резервы, все опытные командиры. Грифу предписывалось явиться на форпост в течение суток.

Он сидел за столом в своем номере, глядя на пергамент с печатью. Рядом стоял горшок с кактусом. Гриф собрал свои нехитрые пожитки за пять минут. Осталось самое тяжелое.

Прощание.

Лавка еще не открывалась, когда он постучал в дверь, но Лиза впустила его. Она была уже одета, волосы собраны, но под глазами лежали темные тени. Она тоже не спала.

– Пришел, – сказала она, пропуская его.

– Да. Через два часа я вылетаю.

Они стояли посреди лавки, в предрассветной тишине, полной ароматов спящих цветов.

– Я пытался, то есть, я хотел отстраниться, – начал Гриф, слова давались ему с трудом. – Чтобы тебе не было больно. Чтобы не оставлять тебя с надеждой, которая может умереть.

– Ты думал, что если будешь держаться подальше, я меньше буду переживать? – спросила Лиза, и в ее голосе не было обиды, только грусть. – Это не работает, Гриф. Чувства – они как семена. Попадают в землю и прорастают, хочешь ты того или нет. Ты можешь вырвать росток, но корень останется. И будет болеть.

– Я знаю, – прошептал он. – Я тоже это чувствую. И поэтому мне еще страшнее уезжать.

Она подошла к нему вплотную и положила ладони ему на грудь, где под рубахой лежал амулет с бессмертником.

– Тогда не отстраняйся. Обещай, что будешь помнить. Обещай, что будешь беречь себя. Не потому что ты мне нужен, а потому что этот мир, – она обвела рукой лавку, – этот мир хрупких и прекрасных вещей нуждается в таких, как ты. В защитниках, которые знают цену жизни. А не в безрассудных героях, бросающихся на лезвия.

Он закрыл глаза, прижав ее ладони к себе.

– Я обещаю пытаться.

– И я обещаю ждать, – твердо сказала Лиза. – Я буду здесь. Буду растить свои цветы. И буду верить, что ты вернешься. Не давай мне пустых клятв. Просто постарайся вернуться.

Она отошла к рабочему столу и взяла маленький льняной мешочек на шнурке.

– Возьми.

Он открыл мешочек. Внутри лежали засушенные цветы и травы.

– Шалфей – для защиты. Лаванда – для спокойного сна. Чабрец – для храбрости. И… – она достала один сухой, но все еще ярко-красный цветок, – герань. На удачу. И чтобы помнил, с чего все началось.

Гриф взял мешочек и крепко затянул шнурок, присоединив его к амулету с бессмертником. Теперь у него на шее висели два самых ценных талисмана.

– Я буду писать, если будет возможность, – сказал он.

– А я буду отвечать.

Больше не было слов. Они обнялись, и этот объятие было крепче любых клятв. Он чувствовал, как дрожат ее плечи, но она не плакала. Она держалась за него, как за якорь.

Когда первые лучи солнца упали на мостовую, Гриф вышел из лавки. Он не оглядывался. Он знал, что если обернется и увидит ее лицо в дверном проеме, он может не уйти.