Дракон в отпуске (СИ)

Глава 14. Письма с фронта

Форпост был воплощением холода и тоски. Гранитные стены, намертво вмерзшие в ледник, пронизывающий ветер, завывающий в бойницах, и вечное серое небо. Здесь не пахло ничем, кроме снега, железа и слабого дыма очагов.

Гриф, вернувшись в свою драконью форму, мгновенно влился в командную работу. Совещания, разведданные, распределение сил. Ледяной Шип оказался талантливым тактиком. Тролли не лезли в лобовые атаки, а устраивали лавины, ледяные ловушки, вылазки малыми группами. Это была изматывающая война на истощение.

Единственным оазисом тепла для Грифа была его небольшая пещера-казарма в глубине форта. Там, на каменной полке, рядом с картами и отчетами, стоял его кактус. За две недели пути и жизни в холоде он не только не погиб, но выпустил новый, ярко-зеленый росток. Гриф поливал его экономно, талой водой, и иногда, когда никто не видел, разговаривал с ним. Немного. «Держись там», – говорил он. И кактус, казалось, держался.

Первое письмо от Лизы пришло с караваном снабжения. Небольшой сверток, пахнущий лавандой. Гриф развернул его в уединении. Там был листок, исписанный ее аккуратным почерком, и засушенная фиалка. Он читал о магнолии, о котенке, о проделках дяди. И он смеялся. Тихим, хриплым смехом, которого не слышал сам от себя уже много лет. Он положил фиалку между страниц полевого журнала.

Он не был мастером слов. Его ответ занял три строчки: «Кактус жив. Холодно. Шалфей помогает. Гриф». Он отправил письмо с возвращающимся караваном.

Потом пришло второе. Третье. Каждое, как глоток теплого воздуха. Он начал собирать их в ту же сумку, где хранил мешочек с цветами. Иногда, перед тяжелой вылазкой, он прикасался к лепесткам шалфея или вдыхал запах лаванды с бумаги. Это действовало лучше любого боевого зелья.

Его сослуживцы, конечно, заметили перемены. Вилл, которого перебросили на форпост через неделю, однажды ухмыльнулся, увидев, как Гриф прячет очередной засушенный цветок.

– Что, дракон, в ботаники записался? – прохрипел он.

– Это талисман, – отрезал Гриф.

– Сильный талисман, – кивнул Вилл неожиданно серьезно. – Видел я, как ты в последней стычке пятерых за раз уложил. Раньше так не дрался. С остервенением. А теперь… с расчетом. И с холодной яростью. Как будто есть ради чего беречься. Это она, да?

Гриф не ответил. Но Вилл и так все понял.

– Молодец, – буркнул кабан. – А то совсем унылым стал.