Душа саламандры

Глава 11

— Я буду делать так каждый раз, если ты продолжишь называть меня этим странным сокращением, — во взгляде мага по-прежнему светились всполохи, а дыхание сбилось так же, как и моё собственное.

— Спасибо, что предупредил! — я вырвалась из его рук и забилась в своё кресло, с настороженностью наблюдая за Вилааром, но тот остался неподвижен. — Почему ты ко мне прикасаешься? Зачем это тебе?

— Затем, моя маленькая ящерка, — расплылся в хитрющей улыбке скарис, наклоняясь в мою сторону. — Что без моего запаха на тебе, никто не поверит в нашу милую легенду. Да и от меня должно пахнуть тобой. Кстати, аромат фиалок мне очень нравится.

— Фиалок? — недоумённо спросила я, передёрнув плечами.

— Ты пахнешь фиалками, — усмехнулся мужчина.

Осторожно обнюхав свои руки, я ничего не ощутила.

— Люди не чувствуют уникального для каждого живого существа запаха, — Вилаар снова попытался перетащить меня к себе, но в этот раз я была готова и вцепилась в подлокотники, не желая расставаться со своим уютным убежищем. — А мы чувствуем и стараемся избегать лишних контактов, чтобы не пострадать, уличёнными в каких-либо нежелательных отношениях.

— Но от тебя будет пахнуть человеком, — ехидно поинтересовалась у мага. — Разве это не нежелательный контакт?

— От многих пахнет людьми, — пожал плечами лан, занимая расслабленную позу и не сводя с меня изучающего взгляда. — Есть те, кто брезгует подобными отношениями, есть те, кто держат официальных наложниц. Это не возбраняется и не порицается.

— И чем же меня защитит твой запах?

— Филис, мой запах — гарантия, что наши отношения не по договорённости. Он подтверждает, что ты принадлежишь мне, как женщина и, если кто-то решит покуситься на твоё тело, я узнаю сразу, потому что ты станешь пахнуть иначе. Во время поцелуя запахи закрепляются сильнее, идеально было бы, конечно, пойти дальше, но я обещал тебя не обижать. Поторопился, пожалуй.

— Ты наглый, самоуверенный… Маг!

— Тише, Филис, ещё немного и я сочту, что ты используешь мой статус как ругательство.

— Что ты задумал?

— Расскажу, когда буду уверен в том, что ты выполнишь свою часть плана.

— Какого плана, Вилаар? — заинтересованная, я потеряла бдительность, подавшись вперёд и тут же оказалась в плену его объятий. — Отпусти сейчас же!

— Не ёрзай, а то я своего обещания не сдержу, — сухо отозвался маг, заставив меня бедром ощутить весь масштаб его угрозы. — План в том, что завтра Кинаар запустит любопытную новость о том, что в доме лана Ретаара жила саламандра с душой и сейчас она на свободе. Не совсем, конечно, на свободе, но определённый круг людей знает её местонахождение. Я среди них.

И вот этого расчётливого типа Ниара называет хорошим и добрым? Холодный и неотвратимый ужас сжал горло, запирая дыхание в лёгких. Возможно, Вилаар, что-то прочёл в моих глазах, потянувшись ладонью к щеке, и ласково её погладил кончиками пальцев.

— Бояться не нужно, Филис, — хищно улыбнулся маг, двигаясь мне навстречу, и осторожно коснулся губами шеи совсем рядом с повисшим на бархатке камушком.

— Тогда почему я себя чувствую угодившей в хитро расставленную ловушку? — просипела севшим от панического страха голосом.

Они меня будут искать. Они появятся здесь. Кто бы не убил Ретаара — придёт за мной. А если это будет не он, а просто кто-то возжелавший себе личную саламандру с душой? Об этом маг подумал?

— Возможно, потому, что ты в неё и угодила? — хмыкнул мне в шею мужчина. — Тот, кто убил Ретаара мастерски умеет заметать следы и опережает нас на несколько шагов. Продавший твой камин антикварный магазин сгорел в пожаре. И вот что удивительно: в самом центре столицы с густой застройкой никто не видел как разгоралось пламя и охватывало этаж за этажом, а когда заметили — потушить не смогли.

— Алхимия? — судорожно сглотнув, я замерла в плену ласкающих сквозь тунику рук.

— Догадливая, — Вилаар выпрямился и взглянул мне в глаза. — Сколько лет Ретаар практиковал в своём подземелье?

Воздействие Приказа теперь было другим, я больше не ящерица и новый ошейник, как выяснилось, обладает совсем другими свойствами. Боли не было, не было паники или ощущения, что меня сейчас погребёт под огромной массой чистой силы.

Бархатка наложницы воздействовала другим способом, оказавшимся более изощрённым. Я внезапно ощутила страх и тоску, что сейчас он уйдёт и больше никогда не обратит на меня внимания, если не скажу правду. К этому страху примешивалась едва ощутимая жажда, чтобы этот мужчина обладал мною здесь и сейчас. Теперь я поняла о чём рассказывала Иала, когда объясняла, что Ретаара невозможно не желать — ошейник сделает выбор за тебя.

— Когда он призвал меня, лаборатория уже была и занимала несколько пещер, — не мои чувства под заинтересованным взглядом мага заставили устроиться удобнее на его коленях, чтобы быть ближе.

— Как часто он испытывал свои смеси на магических зверях?

— Несколько раз в день, — Вилаар перенёс правую ладонь с моей спины на шею и медленно гладил вдоль позвоночника, разгоняя мурашки довольства по телу. — Если опыт удавался, нам перепадали лакомства, если нет — он был в ярости и спускал пар на первом подвернувшемся существе. У него редко получалось задуманное.

Моему телу было мало и я несмело развернулась лицом к скарису, переместив одну ногу и касаясь своими коленями его бедёр. Маг в ответ на мои движения в поисках более близких прикосновений, прижал меня к своей груди, продолжая гипнотизировать язычками огня во взгляде и не отпуская нити воздействия. Мой страх постепенно всё больше уступал позиции другим эмоциям, заставляющим желать этого мужчину. Умом я понимала, что это всего лишь эффект, оказываемый ошейником, но тело не желало слушать доводы разума, отказываясь сопротивляться Приказу.

— Филис, — хрипло позвал лан, замирая и вглядываясь в моё лицо. — Как часто доставалось тебе?

— Другие существа смертны, — подавив разочарованный вздох от того, что мужчина остановился, робко положила ладони ему на грудь, ощутив как он вздрогнул всем телом от моего простого движения. — Поэтому ему нужна была я. Ретаар говорил, что саламандра — идеальный выбор. Он решил, что пускать в расход других существ слишком расточительно. После того, как избавилась от ошейника, иногда могла спрятаться и тогда доставалось кому-то другому…

— Что было в тот день, когда Ретаар погиб?

— Утром звонил лан Фларр, его заказ доставили с опозданием и он был недоволен, что капитан Эффор не выполнил условия сделки.

— Эффор сделал это нарочно?

— Слуги капитана и его домашние сдержанностью не отличаются, если бы тот получил задаток, то была бы крупная трата и о ней судачили бы в доме.

Воздействие Приказа сводило с ума, если бы лан спросил нормально, я бы и так ответила, но ошейник толкал на странные поступки и чувства, заставлявшие тянуться к Вилаару в ожидании ласки и ещё большей близости.

— Что было в грузе? — маг снова коснулся губами моей шеи, рождая ощущение, что я всё делаю правильно и он доволен.

Проклятый ошейник! Не знаю, что в этот момент ненавидела больше: поступок скариса или это лишающее воли влияние?

— Вил… — на мгновение вернув контроль, я попыталась отстраниться, но наткнулась на насмешливый алый взгляд. — …аар.

— Что было в грузе, Филис? — продолжил мучительно-нежный допрос скарис.

— Драгоценные камни из личных разработок лана и несколько образцов алхимических порошков.

— Что за порошки?

— Те, которые удалось воспроизвести по книге.

— Что за книга? — Вилаар подался вперёд, словно взявший след пёс.

— Чёрная в бархатной обивке, — облизнув пересохшие губы, просипела я, пытаясь справиться с охватившей меня дрожью. — На обложке был серебряный вензель, оплетённый лепестками и бутонами странных цветков. Я таких никогда не видела.

— С тремя лепестками и круглой цветоножкой? — задумчиво протянул лан и, дождавшись кивка от меня, наконец, убрал воздействие.

Судорожно вздохнув, я попыталась унять бешено колотящееся сердце и отдышаться. Удавалось с трудом. Казалось, что кожа объята пламенем и лишь там, где соприкасаются наши тела, становится легче.

— Сними бархатку, — прорычала я ушедшему в свои мысли Вилаару. — Я и так бы тебе всё рассказала!

— Что? — недоумённо уставился на меня маг.

— И ты ещё спрашиваешь? — мои попытки вырваться не возымели никакого результата, а Вилаар словно не понимал почему я бешусь.

— Филис, этот ошейник не причиняет боли, только заставляет говорить правду.

— Ну да, конечно! — ехидно отозвалась на его реплику. — Его назначение не только в этом! Решил воспользоваться ситуацией и моей беспомощностью?

— Проклятье! — выругался Вилаар, в глазах которого отразилось понимание после осмотра моей шеи на предмет какого-либо физического ущерба от ошейника и обнаружения лишь того, что снова сбилось моё дыхание. — Я не пользовался такого рода ошейниками, Филис, и забыл о побочной стороне его свойств.

— Да неужели? Сейчас же отпусти меня!

— Филис…

— Отпусти я сказала!

Вилаар нехотя разжал объятья. Я вырвалась на волю, спотыкаясь и падая на каждом шагу в попытке убежать. Ноги не слушались, а тело жаждало его прикосновений. Маг настиг уже у двери, загораживая выход.

— Филис, я действительно забыл об этом, — скарис осторожно протянул руки, пытаясь меня успокоить, но снова этот фокус со мной уже не пройдёт.

— Сними её, — прохрипела, пальцами оттягивая мягчайшую ткань зачарованного ошейника.

— Филис, это неразумно, — Вилаар сложил руки на груди, с тревогой заглядывая мне в глаза. — Никто не будет искать ящерицу в наложнице. О том, что точно произошло знают только Кинаар, Тиэр, Ниара, Иилан и Аарна, в них я уверен, как в самом себе. Ещё двое не дожили до сегодняшнего дня.

— Должны быть другие выходы, я не хочу быть наживкой, ты сказал, что мне ничего не грозит.

— Филис, я буду рядом, — снова попытался подойти ближе маг, но я увернулась и больно ударилась о край стеллажа, стараясь держаться подальше. — Тебе здесь не угрожает опасность, поверь мне…

— Я тебе уже поверила! — сорвалась на крик. — Ты дал мне другое тело и другую жизнь. Я понадеялась, что всё будет иначе, что хотя бы здесь для кого-то я смогу что-то значить. Не быть просто ящерицей для битья. Вилаар, я бы и так сказала тебе правду! Или тебе, как и всем остальным, нравится быть выше и всё, что ты рассказывал о равности только красивые слова? А на деле — лишь ошейник может указать мне моё место?

— Прости, но своё решение я не изменю, — скрываясь за невозмутимостью, ответил лан. — Тебя будут искать здесь и я встречу того, кто придёт. Ошейник останется, Филис, и тебе придётся терпеть мои прикосновения, если ты хочешь, чтобы в тебе не распознали душу саламандры.

— Ненавижу тебя.

— Это твоё право.

Вилаар быстрым шагом подошёл к столу, забрал учебники по огненной магии и ушёл из библиотеки.

Чуть шершавая поверхность дерева, по которой я сползла спиной, оставила несколько заноз на память, но мне сейчас было всё равно. Все скарисы одинаковые, только с прежним я знала как бороться и куда ступить, могла язвить в ответ и прятаться.

Вилаар сбивал с толку. На какие-то доли мгновений мне захотелось поверить, что я смогу здесь прижиться, но придётся бежать и искать убежище в другом месте. В горах холодно и водятся хищники, но там редко появляются скарисы и люди. Научусь магии и сбегу, чтобы постоять за себя в битве за выживание и обрести желанную свободу от ошейников и Приказов.

Приняв решение, я успокоилась и отправилась в свою новую комнату, дверь в которую оказалась раскрыта настежь, чтобы не прошла мимо, видимо. Поднос с ужином стоял на письменном столе. Кровать на порядок меньше той, что в комнате напротив, застелена чистым бельём и укрыта пушистой накидкой с запахом цитруса и мяты. Отдал свою. Всё равно хочет всё контролировать! Подавив раздражение, поужинала и забралась с ногами на подоконник, обняв колени руками. Отсюда открывался вид на город людей и нависшие над ним скалы. Там на склоне прижался к горе замок Ретаара, теперь опустевший и безжизненный.

Я не слышала как он вошёл в комнату, не ощутила его присутствия, пока на плечи не опустилась тёплая шаль, а меня не окутал его запах. Горячие руки обняли и притянули к груди.

— Филис, — тихо позвал маг.

— Уйди, пожалуйста, — я справилась и голос прозвучал спокойно. — Я не хочу чувствовать твой запах рядом.

Маг вздрогнул и, обхватив ладонями моё лицо, заставил посмотреть на него.

— Что ты сказала?

— Уйди, пожалуйста.

— Нет, про запах, — неподдельная тревога в глазах лана вызвала недоумение.

— От тебя пахнет цитрусом и мятой, я не хочу чувствовать этот запах.

Вилаар осторожно коснулся губами моих губ и снова обнял.

— Кажется, придётся нанести визит Иилан и Аарне, — задумчиво протянул маг и зарылся носом в мои волосы. — У меня к ним есть пара вопросов.