Душа саламандры

Глава 4

Стоило только устроиться в камине мордой к возможной угрозе со стороны входа в комнату и хоть немного расслабиться, чувствуя струящийся по венам огненный жар, как меня отвлёк стук в дверь и затем голоса в холле.

— Вы можете подождать здесь, Кинаар, — спокойным и учтивым голосом произнёс смотритель Тиэр, уступая дорогу помощнику хозяина и указывая на кресло возле окна рядом с моим убежищем.

В ожидании новостей, я моментально потянулась к внутренней силе, скрывая своё местоположение и сливаясь с потрескивающими в камине поленьями. Питание от этого огня не так сильно, как от магического камина, и усваивается медленнее, но хоть что-то для восстановления резерва.

Человек скрылся из виду, а скарис невозмутимо уселся в предложенное кресло, не выказывая ни малейших признаков нетерпения или досады от вынужденного ожидания. Лан Вилаар появился лишь минут двадцать спустя, а его подчинённый даже не пошевелился до появления начальства.

Ещё мокрые волосы, лёгкими волнами рассыпавшиеся по плечам и домашняя белая туника с шароварами под цвет глаз делали скариса неуловимо другим. Вроде и вот она колючесть его характера, притаилась в уголках глаз и упрямо поджатых губах, но что-то неуловимо новое перечёркивало все его попытки казаться равнодушным и незаинтересованным в происходящем.

— Утро доброе, лан Вилаар, — тут же подскочил с кресла Кинаар, вытягиваясь "в струнку". — Прошу простить за столь ранний визит, но я только что от осязателей, они работали всю ночь. Удалось выяснить, что камин был приобретён ланом Ретааром в одном из антикварных магазинов в столице. Ошшин отправился туда для выяснения обстоятельств.

— Хорошо, — кивнул хозяин. — Позавтракать успел?

В ответ на вопрос старшего ищейки, его помощник залился краской и принялся что-то вяло бормотать.

— Понятно, — скарис указал рукой на освобождённое подчинённым кресло и повернулся в сторону выхода из комнаты, окликнув застывшего в ожидании указаний слугу. — Тиэр, распорядись насчёт завтрака для меня и гостя. Ящерицу уже кормили?

— Сию минуту, мой лан, — склонился смотритель. — Саламандру я видел минут десять назад на лестнице, но она быстро куда-то сбежала и я не успел позвать на кухню.

— Тогда пусть Ниара запечёт для неё пару яблок. Можешь принести их сюда, — лан Вилаар жестом отпустил Тиэра и вместе с помощником обернулся на грохот из камина.

Но это всего лишь одна шокированная ящерица свалилась со своего бревна с сучком, которое никак не желало прогорать до конца. Будет отчего, я пять лет не ела фруктов! Из тех книг, что выискала у лана Ретаара о саламандрах, знала, что являюсь весьма всеядным существом. И порой на кухне удавалось умыкнуть пару булочек, за что потом доставалось. Каким образом узнавал об этом бывший хозяин, до сих пор оставалось для меня загадкой: считали на кухне, что ли, эти булочки?

— Филис, не слишком ли много времени ты провела вне стихии? — растянул в ироничной улыбке губы Вилаар. — Лапы уже и не держат совсем.

— Это нижнее бревно подгорело не вовремя, — приняв самый невозмутимый вид на какой только была способна, выбралась из камина и, уцепившись за штанину, забралась к хозяину на плечо.

— Мыться перед завтраком не пробовала? — хмуро оглядел свои заляпанные сажей шаровары скарис. — Ты вся в золе.

— Я тебе больше скажу, — заговорщицки прошептала ему прямо в ухо. — Я ещё и в смоле, но боюсь, что это не отмывается.

Под широко открытым от удивления взглядом Кинаара, меня с таким же невозмутимым видом сняли с плеча и усадили на край стола. Вилаар же, сохраняя всё ту же невозмутимость, достал из кармана чистый носовой платок и стёр с меня золу. Совершенно чёрная после его манипуляций тряпица полетела в камин и была весело подхвачена огнём.

— Действительно, смола не отмывается, но и не пачкает, в отличие от сажи, — задумчиво обронил скарис в ответ уже на две пары изумлённых глаз. — Ни в одной книге, что я прочёл о саламандрах, об этом ни слова. Только то, что смолу вырабатывают специальные железы на коже и она воспламеняется по твоему желанию. Надо будет попросить, чтобы внесли уточнения в программу обучения кастующих.

— Кролика подопытного нашёл? — хмуро поинтересовалась у хозяина, справившись с растерянностью от его действий.

— Ящерицу, — мило обнажив небольшие клыки, отозвался тот и, потеряв ко мне всякий интерес, вернулся к незнающему куда себя деть подчинённому. — Что с трупом? Удалось обнаружить отголоски воздействия и определить использованные заклинания?

— Да, лан Вилаар, — ступив на привычную почву, принялся отчитываться ищейка, вновь поднимаясь с кресла, куда только успел опуститься. — Удалось определить часть заклинаний и на что они были направлены: пострадала нервная система погибшего, была разорвана связь с внутренним резервом. Несколько заклинаний из запрещённых.

— Даже так? — хозяин устроился в кресле, предлагая жестом Кинаару последовать его примеру. — Почему только часть? Использовали сокрытие? Какой стихии принадлежат запрещённые заклинания?

— Стихийную принадлежность определить не удалось, — спрятал глаза от жёсткого взгляда начальника скарис.

— С вами оставался Саарт, — в голосе хозяина послышались отголоски грозы и я непроизвольно съёжилась, наблюдая за ним. — Осязатель высшей категории и он не определил кем был напавший?

— Прошу прощения, лан Вилаар, — съёжившись не хуже меня, пролепетал скарис, а охристый цвет его кожи приобрёл пепельный оттенок. — Были использованы отводящие внимание алхимические смеси, они выветрятся не раньше чем через месяц, а к тому времени все следы магии исчезнут. Саарт ощущал воздействие сразу всех стихий одновременно и ближайшую неделю не сможет ничем помочь.

— Почему? — алые зрачки потемнели, почти равняясь в цвете с кожей скариса, и я сочла за лучшее сбежать под шумок, но не успела — багряного цвета ладонь сомкнулась вокруг моего тела. — Филис, я тебя не отпускал.

Ну вот и всё. Допрыгалась. Сейчас Кинаар уйдёт, а на мне опять будут упражняться. Огненная магия вреда не причинит никакого, по сравнению с ледяной, но по самомнению бьёт изрядно и по надежде на перемены тоже. Проводив тоскливым взглядом появившегося в комнате смотрителя с подносом, расставившим немудрёный завтрак из яичницы с поджаренным хлебом, и покинувшим помещение, уставилась на поставленные отдельно ароматные сочные яблоки, покрытые карамельной корочкой — не видать мне их теперь. Аромат печёной мякоти отозвался в желудке знатной руладой.

— Его сила вышла из под контроля и в разы уменьшилась, — отвлёк от нерадостных мыслей голос Кинаара. — Есть вероятность, что одна из смесей была направлена на то, чтобы дестабилизировать осязателя.

— Зачем столько усилий? — нахмурился Вилаар. — Я вижу только один вариант: они не получили то, за чем приходили и замели все следы, чтобы затем повторить попытку.

— Или получили и не хотят, чтобы их нашли, — буркнула я, прощаясь мысленно с завтраком, под странным взглядом старшего ищейки.

— Возможно, — задумчиво кивнул лан и наконец разжал ладонь, устраивая меня рядом с тарелкой нарезанных на аппетитные дольки яблок. — Твой завтрак.

Подозрительно скосившись на пристально наблюдающего за моими действиями скариса, осторожно тронула яблочную дольку. Я пыталась себя пересилить, но всё внутри просто орало о том, что это специально и вот-вот полечу кубарем со стола, а после ещё и нарвусь на что-нибудь огненное и неприятное. Но Вилаар не сдвинулся с места, только продолжал смотреть и под этим взглядом не то, что кусок в горло не лез, а хотелось скрыться в ближайшей щели и месяц оттуда не высовываться.

— После полудня я присоединюсь к вам в доме Ретаара, — подвёл черту в разговоре хозяин и приступил к своей порции, мне и охристому осталось только присоединиться.

Завтрак прошёл в молчании. Кинаар быстро проглотил свою порцию и, получив указания от старшего ищейки, ретировался из дома с невообразимым выражением облегчения на лице.

— Филис, — голос лана не предвещал ничего хорошего и последний кусочек вкуснейшего яблока некрасиво выпал у меня из рта.

Ну вот, дождалась.

— Ты сказала, что Ретаар издевался над своими магическими зверями, — гроза в голосе Вилаара превратилась в бушующий шторм в глубине потемневших глаз. — Так?

— Так, — осторожно ответила на его вопрос, чувствуя как мышцы парализует от ужаса и паники.

— Сколько раз он издевался над тобой? — прорычал маг, оскалив торчащие из-под верхней губы клыки.

Я честно пыталась совладать с собой, но выработанные годами рефлексы от постоянного ожидания наказания брали верх и всё тело буквально сотрясала крупная дрожь. С Ретааром я знала как себя вести и умела вовремя скрыться, но иногда не получалось и отмороженный хвост был не худшим из последствий.

— Филис, сколько? — Приказ хозяина вонзился в тело, странным образом отвлекая от ужаса и заставляя хоть немного прийти в себя.

— Пока не избавилась от ошейника, он практиковал на мне свою магию несколько раз в неделю до полного опустошения резерва, — сопротивляться хозяину невозможно и оставалось только всей душой желать, чтобы он скорее услышал то, что ему нужно и оставил в покое.

— А после? — Вилаар на глазах терял маску самообладания и ярость сквозила в каждой черте лица.

— Раз пять в месяц, если не успевала спрятаться.

— Почему не ушла?

— Куда? — давление Приказа исчезло, а меня словно прорвало. — Люди подчиняются вам беспрекословно и кто-то рано или поздно сообщил бы о разгуливающей на свободе саламандре. Уйти в горы и перевариваться в желудке какого-то хищника? Выбрать хозяина и умереть с ним? Какая разница где жить, если эта жизнь в вечном страхе, который никуда не исчезает?

Маг задумчиво меня разглядывал, склонив голову чуть на бок, а через мгновение протянул руку, заставляя съёжится. Но вместо ожидаемого удара, по телу прошла приятная судорога, которую я не сразу опознала. Кончики пальцев скариса погладили мою кожу! Не знаю, что шокировало меня больше: собственная откровенность под воздействием Приказа или это простое движение мага?

— Саламандра, у которой есть душа, — тихо прошептал Вилаар со становящейся уже привычной хрипотцой в голосе. — Что же мне с тобой делать? И, самое главное, зачем Ретаар тебя вызвал и прятал столько лет? Таких как ты использовали сразу, неужели он не догадывался кого создал?

— У меня спрашиваешь? — нахохлившись, я всё же сцапала оставшийся сиротливо лежать на столе кусочек и быстро заглотила.

— Просто думаю, — откинулся на спинку кресла скарис и сложил руки на груди. — Пока меня не будет, из дома ни ногой. Меня интересуют все версии ритуала вызова саламандры, особенности уничтоженных храмов забытым богам и амулеты призыва в зависимости от стихии кастующего. Книги, в которых может быть информация, оставлю на столе в библиотеке, по корешкам много не прочитаешь — вечером расскажешь, что нашла.

— А как же открытое пространство? — ехидно поинтересовалась у мага, печально разглядывая опустевшую тарелку.

— Задёрну шторы, — ответил Вилаар, поднявшись с кресла и направляясь в холл, но на выходе остановился. — Ты любишь яблоки?

— Кажется, да, — примерившись, я спустилась по спадающему до пола краю скатерти и забралась в камин, надеясь ещё немного погреться.

— Филис, как часто ты питалась нормальной едой? — решил добить меня своими вопросами маг.

— Пару раз булку украла, — спрятавшись среди поленьев, я старалась не смотреть на Вилаара, но рык с его стороны до меня донёсся знатный — даже вздрогнула!

— Теперь понятно почему ты такая маленькая для пятилетней, — послышалось удаляющееся бормотание лана, а затем и шаги по лестнице.

— Маленькая? — крикнула вслед ушедшему магу. — Сам ты маленький! Да я с твою ладонь!

И уже себе под нос:

— Тоже мне, нашёл варана, чтобы большой была.

Хозяин меня уже не слышал и оставалось только прятаться в камине, стараясь избавиться от странной дрожи. С ланом Ретааром было проще, я всегда знала, что меня ждёт: взбучка или её ожидание. Ледяные иглы, впиваясь в тело, истаивали через несколько секунд, а через пару минут раны затягивались. Сопровождающие магию слова били наотмашь и создавали непроницаемый кокон для эмоций. Моя жизнь была предсказуемой, хоть и незавидной.

А здесь? Вилаар отдал мне огонь в обычном камине, забирая который, я забираю часть тепла, что призвано согревать его дом. Он распорядился о фосфитных камнях для меня, которые позволят мне быть сытой и не сходить с ума от магического голода и приказал сделать для меня печёные яблоки на завтрак. Он оставит для меня на столе книги, снимать которые самой мне нужно целый день, ежесекундно вздрагивая от того, что вот сейчас раздастся грохот, на который сбежится полдома и меня снова накажут.

Но он приказывает и на мне ошейник, а в его кармане амулет связывания. Он скарис и рабовладелец, я должна и хочу его ненавидеть, но что-то сломалось внутри.

Через несколько минут хлопнула закрывшаяся за магом входная дверь и с улицы донёсся цокот копыт его коня. Наконец отогревшись, я провалилась в своё странное состояние полусна. Немножко отдохну, соберу свою душу по кусочкам и в библиотеку.