Душа саламандры

Глава 8

Буравящие взгляды скарисов заставляли меня чувствовать себя ещё более голой, чем была. Да и какое прикрытие от отреза холщового вида ткани и открывающего мои ноги от середины икр до ступней плаща? Чувство полнейшей беззащитности заковало в свой кокон посильнее слов Вилаара и временной неконтролируемости мышц. Была бы ящерицей — уже бы сбежала куда подальше, а вместо это вынуждена краем глаза следить за стерегущими меня мужчинами. Средней силы маги воздуха с серо-голубой кожей и не пытались скрывать своего интереса и поблёскивающих нехорошими идеями взглядов, но долго испытывать их на себе не пришлось — вернулся охристый, позволяя перевести дыхание.

— Дана Филис…

— Какая она тебе дана, Кинаар? — перебил младшего ищейку более сильный, судя по оттенку кожи, маг. — Обыкновенная человечка, чего церемонишься?

— Она под охраной лана Вилаара, лан Миррн, — встал на мою защиту маг земли. — Если он проявил к ней интерес и прикасался не стесняясь нас, то…

— Она человечка, младший, — ухмыльнулся названный Миррном, блеснув серыми как кипящая сталь глазами. — И не будет против, если к ней будет прикасаться кто угодно. Сходил бы ты погулял, можешь отвлечь лана, а мы пока немного поиграем с этой испуганной птичкой. Он не узнает и ты в накладе не останешься.

Вот мне сразу их взгляды не понравились! И Вилаар, как назло, отлучился. Страх леденящей лапой сжал сердце, всё же в теле ящерицы были свои плюсы, а я ведь с ней даже не попрощалась!

— Лан Миррн…

— Иди, младший, иди, — присоединился к другу второй скарис — Фаалн.

— Вы не имеете права! — Кинаар нахохлился и, отбросив в сторону принесённые вещи, встал в боевую позу, заведомо понимая, что слабый маг земли против пары более сильных магов воздуха — камикадзе.

— С каких пор скарисы защищают людей? — жёстко сощурившись, принялся наступать на охристого Фаалн. — Они — рабы и мы вправе делать с ними, что хотим. Лан Вилаар слишком заигрался в свою привязанность к этим убогим, если ему помогли выжить люди — это их обязанность и благодарить тут не за что.

Тяжёлая рука более крупного и старшего скариса схватила Кинаара за шиворот, а во мне вдруг поднялась пьянящая волна злости. Столько лет терпела и, вдруг получив новое тело и свободу, снова забиться в скорлупу, позволяя другим решать мою судьбу? Ненавижу! Не позволю!

— Отпустите его, — голос прозвучал с лёгкой долей паники, что всё равно билась в груди. — Лан Кинаар вам ничего не сделал и лишь исполняет указания своего старшего, как и вы должны!

— Мы тебе ничего не должны, человечка, — направился в мою сторону Миррн, с нехорошей улыбкой разглядывая бесформенную одежду, в которой оказалось спрятано моё тело. — А вот ты можешь оказать себе честь и развлечь нас.

— А ещё чего я вам должна? — умом я понимала, что лезу на рожон, но остановиться уже не могла: злость закипала внутри и огнём струилась по венам, напрочь выжигая страх и чувство самосохранения.

— Ты должна молчать и делать вид, что тебе всё нравится, — хищно оскалился скарис со сталью во взгляде и остановился напротив. — Хоть слово пикнешь Вилаару — умрёшь, поняла меня?

— Не смейте её трогать! — ужом извивался в стальных объятьях второго мага Кинаар, пытаясь кидать под ноги Фаална каменную пыль — на большее его магии в условиях стресса не хватало. — Вы пож… Ммммм!

Я успела увидеть как серая ладонь скариса накрыла рот младшего помощника, заставляя замолчать и не поднимать лишний шум. Кинаар, скорчив возмущённую мину, изо всех сил бился с более сильным не только по уровню магии, но и по физическим данным, скарисом. Но весь вид закрыл Миррн, наклоняясь ко мне и одним резким движением закидывая на плечо.

— Здесь есть тихая комнатка, — с затаённым злорадством засмеялся маг. — Идём Фаалн, лан Вилаар не скоро покинет пещеры, там много возникло вопросов.

— Виииил! — совладав с пронзившим осознанием всей плачевности моего состояния, завопила во всю мощь своих лёгких, но ощутимый удар в живот даже сквозь плотную подкладку плаща выбил весь воздух и растёкся саднящей болью.

— Закрой рот, — рявкнул Миррн. — Кричать будешь позже и по другому поводу.

— Вилаар тебя на тряпки порвёт, — просипела я, пытаясь отдышаться и моля о том, чтобы огненный маг услышал меня, как бы далеко в подземелье он не был.

Но надежды было мало, пещерная система простиралась на пару километров, а толстые базальтовые скалы служили хорошим источником звукоизоляции. Сколько раз мне доставалось там от ледяного мага по чёрной шкурке — не сосчитать, а наверху никто ничего не слышал, или делали вид…

Миррн сбросил меня на пол возле камина в гостевой комнате, мех смягчил удар, но левому плечу всё равно досталось. Не избежать мне синяков. Воздушный маг, пропустив Фаална с по-прежнему рычащим и бьющимся, как раненый зверь, в его хватке Кинааром, прикрыл дверь в комнату, отрезая нас от остального замка.

— Вилаар всё узнает! — зарычала я, пытаясь подняться и хотя бы сесть, но плащ в этом деле сыграл плохую службу, не позволяя мне лишний раз пошевелиться.

— Лан Вилаар не узнает, если ты будешь послушной девочкой, — хмыкнул серый маг и потянул за верхнюю пуговицу, чтобы расстегнуть плащ. — А больше здесь слышать нас некому. Весь род Ретааров в застенках у дознавателей.

Злость, смешиваясь со страхом, кипела внутри и я, извернувшись, вцепилась зубами в ладонь скариса. Не дамся! Это моё новое тело! Я больше не позволю себя обижать!

— Проклятье демонов! — рыкнул скарис и отвесил удар по лицу, от которого голова дёрнулась и я снова опрокинулась навзничь.

Слёзы обиды за то, что всё опять складывается самым неприятным образом опалили щёки, а злость переросла в горячую ярость.

— Ненавижу! — прошипела обидчику, чувствуя как закипает внутри и ластится знакомыми до боли чувствами внутренний огонь.

Я не сразу поняла, что произошло, но Миррн истошно закричал, отскакивая от меня и падая на пол. Скарис катался по ковру с дикими криками, которые и умертвие способны были поднять! Огонь охватил его одежду и тело, жадно вгрызаясь в свою жертву, как спущенный с поводка бешеный пёс. Серая кожа пошла волдырями и комната наполнилась противным запахом гари.

Воспользовавшись заминкой Фаална, Кинаар вырвался и принялся закидывать воздушного мага мелкими болезненными камушками, впивающимися, как иголки в кожу. Не обращая внимания на обидные, но слабые уколы земляной магии, Фаалн пытался воздушными потоками сбить со своего напарника вышедший из под моего контроля пламень. Воздух же лишь ещё больше распалял огонь, не причиняя тому никакого вреда, о чём скарис догадался слишком поздно.

За всем этим безумством я даже не услышала как громыхнула выбитая мощным ударом огненного шара дверь в гостевую комнату, оставляя от неё лишь обугленные щепки.

— Какого демона тут происходит? — полный ярости чуть хрипящий голос отозвался в душе облегчением и радостью.

Довольно свистящий от пресыщения огонь исчез по мановению единственного жеста старшего ищейки. Окинув взглядом скорчившегося возле обгоревшего напарника Фаална, замершего в порванной тунике с всклокоченными волосами Кинаара и остановив внимание на мне, огненный маг едва сдержался. В глубине его глаз плясали те же языки пламени, что ещё совсем недавно пожирали тело Миррна.

— Лан Вилаар, они ничего не хотели слушать! — принялся объяснять охристый, поправляя тунику и развеивая последствия своей магии. — Я пытался их остановить, но они…

— Довольно! — холодно произнёс мужчина и спустил с цепи свой огонь.

Вот теперь я его боюсь! Всего одно слово и от пошедших против его воли напарников остались лишь горсти пепла, а пламя, довольно уркнув, вернулось к хозяину.

— Филис, — полным холода голосом позвал Вилаар. — Что здесь случилось?

— Они напали, — мой голос отказывался слушаться от испуга, что лан расправился со своими подчинёнными прямо у меня на глазах! — Я испугалась, разозлилась и огонь вырвался наружу.

— Ты цела? — тихо спросил маг, не отводя горящего алого взгляда.

Сил отвечать не было и я только кивнула, а Вилаар… молча покинул комнату. Только сейчас до меня дошло, что должно было произойти и что я сделала. Иногда в состоянии аффекта маги творят страшные вещи, что сильно подпитывает этот мир, но чувство раскаяния ещё никто не отменял. Осталась бы ящерицей и ничего бы этого не было! Окончательно обессилев, я упёрлась лбом в деревянный настил пола, боясь смотреть на то, что творится вокруг.

— Дана Филис, — осторожно позвал Кинаар. — Я принесу твою одежду.

Снова кивнула, пряча лицо и бегущие по щекам слёзы. Саламандры не плачут, у них нет слёзных желез. А у меня теперь есть. Я не слышала, как Кинаар покинул комнату, словно вакуум отрезал меня от окружающего мира. Сердце болезненно сжалось от дикого желания взять в руки ящерку столько лет бывшую пристанищем моей души, а я даже не подумала о ней, шокированная поведением Вилаара. Ну и что, что голем, но она спасала мне жизнь пять лет!

— Филис, — осторожно окликнул голос огненного мага.

Вилаар, бросив рядом несколько принесённых вещей, опустился на колени возле меня и помог сесть.

— Они не стоят жалости, Филис, — рыкнул маг с враз потемневшим взглядом, неправильно растолковав мои эмоции.

— А куда дели саламандру? — справившись с истерикой, спросила скариса. — Я про неё забыла, понимаешь? Она мне жизнь спасла, а я её забыла!

— Она исчезнет, когда уничтожат камин. Я привезу её к тебе, — пламя в глазах утихло и Вилаар осторожно принялся расстёгивать на мне пуговицы своего плаща.

И этот туда же! Зашипев, дёрнулась в сторону, пытаясь вырваться, но маг был сильнее и через мгновение я оказалась прижата к его груди.

— Тише, Филис, я только помогу тебе переодеться и не буду смотреть, обещаю.

— Не надо ко мне прикасаться!

Истерика пошла на новый виток и всё отчаяние пережитого напряжения вылилось в нескончаемый поток слёз, которые Вилаар осторожными движениями вытирал с моего лица.

— Ты сама пока ещё не сможешь, — тихо принялся уговаривать скарис, едва ощутимыми движениями расстёгивая пуговицу за пуговицей, пока я не осталась в одной простыне.

— Вилаар, пожалуйста, — прижав освобождёнными руками единственное своё спасение от его взгляда, пыталась увернуться от цепких пальцев мужчины, тянувшими последнюю преграду на себя.

— Хорошо, — сдался маг. — Давай сначала брюки, потом тунику?

Отпустив край ткани, Вилаар развернул свёрток из тёмной материи, подбитой мехом с внутренней стороны и, наклонившись к моим ступням, принялся медленными, бережными движениями надевать на мои ноги женские зимние шаровары. Осторожно приподняв меня за талию, закрепил их на поясе и потянулся за туникой.

— Подними руки.

— Тогда ткань упадёт!

— Филис, я не буду смотреть!

Вилаар расправил бежевую шерстяную тунику, больше похожую на короткое платье с длинными рукавами, и отвернулся. Маг был прав, одеться сама я не смогла бы — даже поднять руки, оказалось ещё тем испытанием, но благодаря помощи скариса, вскоре я избавилась от холстины и оказалась одетой. Не по размеру, даже женщины скарисов были всё-таки крупнее самого сильного человеческого мужчины, но тепло.

— А ты боялась, — криво усмехнулся лан Вилаар, одевая тёплые носки на мои босые ступни. — Кинаар доведёт всё до конца с подземельями, а я отвезу тебя домой, потом вернусь сюда. Договорились?

В ответ на тихое согласие, Вилаар снова нацепил на меня свой плащ и подхватил на руки, укутывая своим цитрусово-мятным ароматом. Поездка до замка запомнилась плохо, я постоянно проваливалась в странное состояние, похожее на беспамятство. И мне было всё равно до того, что думают окружающие о девушке, сидящей в объятьях скариса верхом на его коне.

Последнее, что запомнилось — уютная мягкость, в которой утонуло моё тело и скользящие прикосновения одежды, которую стянул с меня лан, не обращая внимания на вялые и сонные протесты, прежде чем укутать во что-то пушистое и тёплое.