Дышать счастьем

Глава 25

Ноябрь радовал хорошей погодой и ярким солнцем. Столбик термометра днем показывал +15, но по утрам приходилось надевать утепленную куртку. Я снова бегала, вдоль тротуара до парка и обратно, в семь утра. Сонные американцы провожали меня глазами, стоя в пробке на светофорах. Бегала я медленно, часто останавливалась, чтобы перевести дух, но все равно преодолевала намеченный мною маршрут. Самодисциплина, понимаете ли. Болезнь пока меня не беспокоила, и я о ней вспоминала все реже и реже. Сценарий к сериалу для NBO был написан на ¾, и я могла позволить себе немного расслабиться.

Один замечательный день мы с Артемом и Зоей посвятили посещению развлекательного парка Диснейленд. Он расположен в городе Анахайме штата Калифорния.

Диснейленд — это иллюзия и воображаемый мир, но какой же он потрясающий! Заходя в парк, мы сразу окунулись в атмосферу ожившей сказки и праздника. Повсюду мультяшные герои, причудливой формы здания и радужные краски. На головах многих посетителей Диснейленда надеты ушки-ободки Микки и Минни. Мы с Зоей тоже приобрели себе этот забавный аксессуар — ведь ничто девчачье нам не чуждо, а Артем откровенно над нами посмеивался.

Фотографируемся на фоне знаменитого диснеевского замка рядом с монументом его основателя Уолта Диснея и идем на аттракционы. Конечно же, первым делом мы отправились в тематическую зону, которая оформлена в стиле Дикого Запада. Она полностью копирует те славные времена Золотой лихорадки: ковбои и ковбойские шоу, индейцы, музыка кантри, салуны, горная железная дорога и почтовый дилижанс.

После чудовищного розыгрыша я дулась на Артема и Зою пару дней. Тот стресс и страх, что я испытала — не передать словами. Я всерьез подумала, что проклята, и все мои мужчины обречены умирать от пули. Но потом мы поговорили по душам, и я смягчилась.

Дальше в Дисней-парке мы посетили «Главную улицу США» с ее магазинами, ресторанами, кафе и даже пожарным депо. «Мир приключений» — путешествие по Азии, Африке и Южной Америке. И напоследок «Новый Орлеан», где расположен знаменитый аттракцион «Пираты Карибского моря». Проплывая через подземные пещеры, мы стали свидетелями приключений Джека Воробья и его отвязной команды.

Наше странное трио привлекало внимание других посетителей парка. Впав в ребячество, мы с Зоей держали Артема за руки по обе стороны. Часто он наклонялся ко мне и нежно целовал в губы. Зойка притворно обижалась и подставляла моему парню щеку для дружеского поцелуя. На один из аттракционов они отправились вдвоем, и вышли оттуда чересчур смущенные и напуганные.

У меня иногда проскакивала мысль, что «химия» между ними все еще существует. Вон, какими блестящими глазами моя дорогая подружка смотрит на него. И Артем тоже не оставлял Зою без внимания, все время отпускал в ее сторону безобидные шуточки «ниже пояса». Иногда мне казалось, что я занимаю Зойкино место.

Время в Диснейленде проходит незаметно, и с наступлением темноты парк преобразился, засветится множеством огней. Даю себе обещание, что обязательно вернусь сюда с Темкой и Никиткой. Постоянно думаю об этих мальчиках, они должны увидеть своими глазами, что в мире есть столько всего прекрасного.

А через неделю после чудесного путешествия, я застала Артема в Зоиной постели. Все получилось до тошноты прозаично. Я уехала в киностудию на чтение готового сценария, но по пути мне позвонили и сообщили об отмене мероприятия. Пришлось возвращаться назад.

Я немного побродила по эко-маркету, купила продукты и отправилась домой. Первое, что услышала, когда вошла в прихожую — это громкие стоны. Сначала хотела взять сумку и тихо уйти, — судя по всему у нашей Зоиньки гость. Но потом разобрала в потоке какофонии голос Артема, который кричал, что ему безумно хорошо. Не знаю, откуда у меня взялось столько мужества и отваги, но я поднялась, зашла в Зоину спальню и молча села в кресло. Зоя оседлала моего, то есть НАШЕГО мужчину и ритмично двигалась на нем, царапая его плечи в кровь. Он сжимал ее ягодицы и ласкал ртом грудь. Отворачиваюсь к окну, едва сдерживая тошноту — как же противно!

Через несколько минут, когда у них все закончилось, на меня уставились две пары глаз: безумные Артема и торжествующие Зои.

— Это тебе за Марка, — объявила она, даже не подумав прикрыть оголенную грудь.

Я кивнула — ответ принят.

— Когда-нибудь тебе дадут «Оскар» за лучшую женскую роль. Ты очень умело притворялась моей подругой, — сказала я.

— Ну, а ты что скажешь? — перевожу взгляд на Артема.

— Прости я… Чтобы я сейчас ни сказал, будет звучать глупо, — он с досадой отводит глаза, не в силах выдержать мой проникновенный взгляд. Зоя утешает его поглаживанием по татуированной руке.

Я еще раз посмотрела в глаза теперь уже бывшей подруги и молча удалилась. Не собираюсь устраивать скандал, рыдать, бить посуду, таскать Зою за волосы (да и вряд ли она позволит) и отвешивать пощечины неверному мужчине. Хотя, знаете ли, очень хотелось!

И Марку хотелось сообщить, что он был чертовски прав насчет этих двоих, но сдержалась. Я знала, что он позовет себя мне к себе в Грецию, чтобы предложить свою помощь и утешение, а я этого не хотела. Сама как-нибудь справлюсь. Пришло время завершить эту историю, которая начиналась, как четырехугольник. Потом нас стало трое. И наконец, оставлю их вдвоем — так будет правильно.

Собираю вещи, надеваю куртку и вызываю такси до Санта-Моники. Пусть мне придется заплатить круглую сумму денег, но не желаю больше ни минуты находиться в этом доме.

Апартаменты Марка Оксанена в Санта-Монике пришлись мне по вкусу. Неожиданно уютная маленькая квартира-студия на втором этаже. Здесь была всего одна комната — спальня совмещена с кухней, а туалет с душем. Никакой роскоши, все более чем скромно — в самый раз для меня. Ведь я здесь не задержусь! Как только мой сценарий одобрят и примут в киностудии, уеду отсюда без сожаления. Фактически я осталась без поддержки в чужой стране. Что мне тут делать одной?

Устраиваюсь на широкой постели и обнимаю подушку. Теперь можно безопасно поплакать, здесь никто не увидит моей слабости. Как же горько, черт побери!

Мое теперешнее состояние напоминает неприятные моменты из детства, когда в рот капали живую вакцину от полиомиелита. Эти горькие и противные капли застревали в горле, вызывая тошноту.

До последнего верила ему, и как оказалось, зря! Видимо, их узы настолько сильны, что никому и никогда не удастся их разрубить. Если бы я знала… То собственно что? Я в Америке только благодаря Марку, Зое и Артему — прекрасно отдаю себе в этом отчет. Без них я бы сейчас прозябала в Москве. Что ни говори, а эти известные люди многое для меня сделали. Но и не скажу, что я переполнена чувством глубокой благодарности к ним. Словно, все идет так, как должно быть.

Я не первая, кому изменили, и не последняя. Измену можно пережить, но простить — никогда! Это не тот случай, когда «бес попутал», здесь все было тщательно спланировано. Обидно, больно, неприятно, но не смертельно. Жизнь продолжается! Хотя я снова чувствую себя Никем, наверное, потому что в очередной раз об меня вытерли ноги. Гадкое чувство. Но я-то переживу.

Сама себе напоминаю сейчас отбившуюся от стада овцу, которая несколько лет скиталась по горам и обросла такой толстой шкурой, что волки не смогли прокусить ее и попросту выгнали эту овцу с гор.

Через несколько дней состоялась первое чтение моего сценария к сериалу «Знаменитая четверка». Я выступала в аудитории перед небольшой группой лиц, которые при помощи мимики одобряли почти каждое произнесенное мной слово.

На мне деловой костюм темно-синего цвета и туфли на высоченном каблуке, волосы убраны в высокую прическу, на лице очки в золотой оправе. Мне нравилось читать американцам, а американцам нравилось смотреть на меня. Когда я закончила, они дружно зааплодировали, кто-то крикнул: «Amazing!»

Ах, как же мы любим похвалу. Как детки — конфеты. Похвала тешит наши комплексы. Глупо все это…

Итак, мое творение одобрили вышестоящие редакторы, только нужно будет внести несколько пустяковых правок. Работы меньше чем на неделю. И потом: «Goodbye America»! Спасибо тебе за все! Неизвестную россиянку укажут в титрах после сериала — автор сценария Helen Krapivina. Вот и вся слава, хотя на большее я и не рассчитывала в принципе.

Быстрым шагом иду по длинному коридору офиса и понимаю, что заблудилась, пропустила нужный поворот, резко разворачиваюсь на каблуках и плечом к плечу сталкиваюсь с каким-то мужчиной в сливовом пиджаке. Ох, черт, как больно! Врезалась словно в каменную статую, думаю я, потирая плечо. Хорошо, что столкнулись не лбами, иначе бы я уже лежала без сознания.

— Вы в порядке? — спрашивает меня мужчина. — Простите меня.

— Да нет, это Вы извините, я задумалась.

Собеседник показался мне смутно знакомым: высокий, крепко сложенный, голубоглазый. Скорее всего, он актер. Если бы я безбожно не отстала от мира кино, пропуская все новинки, то наверняка узнала бы его. Вот мимо Леонардо ДиКаприо и Бреда Питта ни за что бы не прошла мимо, но, к сожалению, они мне не встретились.

Не останавливаясь, понеслась к лифту, думая о том, что здесь, в киностудии, каждый второй звезда, если не первый. Наверное, мужчина обиделся, что его не признали, не поздоровались, не попросили автограф. Я заметила его отражение в зеркале — он растерянно смотрел мне вслед. Кто же он такой?

Неделя прошла спокойно, но в субботу в мое личное пространство кто-то пытался вторгнуться. Настойчиво тренькал дверной звонок, но я не спешила открывать, раздумывая: кто это мог быть? Сосед пришел за солью? Смешно… Это не Россия, а Америка. Размышляю дальше. Марк в Греции. Артем не знает адреса. Зоя? А вот не впущу! Не могу и не хочу ее видеть. Мы с ней в расчете.

— Ален, открой, это я Артем, — крикнул мужчина, сотрясая мощным кулаком дверь.

Стою рядом с дверью и молчу.

— Пожалуйста, я знаю, что ты дома. У тебя свет горит, с улицы видно. Давай не будем устраивать светопреставление для соседей, а то услышат русскую речь и вызовут полицию.

— Зачем ты пришел? — спрашиваю через дверь.

— Просто поговорить. И… у меня кое-что для тебя есть. Клянусь, что не буду навязываться и умолять меня простить и все такое. Я знаю, что прощения мне нет. Открой… пожалуйста.

Я немного подумала и щелкнула замком. Артем переминался с ноги на ногу, а рядом с ним сидела собака. Нет, большой щенок черно-белого окраса, похожий на плюшевого мишку, который, наклонив голову, смотрел на меня глубоко посаженными маленькими глазками.

— О боже, кто это? — забыв об обиде, я присела на корточки рядом со щенком:

— Привет! Как тебя зовут большой малыш? Не укусишь, если поглажу? — медленно поднесла к нему руку и дотронулась до мягкой шерсти. Щенок смотрел на меня умными глазами, как бы решая для себя: цапнуть за руку или обойдусь. Не укусил…

— Заходите, — оттаиваю я.

Артем вошел, прикрыл за собой дверь и спустил собаку с поводка, но она осталась стоять на месте, демонстрируя свою воспитанность.

— Алена, я знаю, что ты не простишь меня никогда, да и не заслуживаю я твоего прощения. Хочу подарить тебе этого щенка — это американская акита, самые верные и преданные псы. Пусть она станет тебе настоящим верным другом.

— Это девочка?

— Да. У нее уже есть кличка — Ника, но если хочешь, можешь назвать ее по-другому. Она привыкнет со временем.

— Нет, пусть остается Никой. Мне нравится. Сколько ей?

— Ей четыре месяца. У нее есть все прививки и проведена начальная дрессировка. Ника тихая и послушная. Только тебе нужно будет сразу дать ей понять, кто из вас двоих главный, акиты очень любят доминировать.

— У меня нет никакого опыта дружбы с собаками. Я в растерянности…

— Пожалуйста, возьми ее к себе. В память обо всем хорошем, что между нами было. Может, ты слышала историю о Хатико? Этот невероятно преданный пес породы японской акита-ину приходил 7 лет к станции, где раньше встречал своего хозяина. Хозяин умер, а пес продолжал ходить туда, сидел и ждал его… Эта история потрясла весь мир, по ней даже сняли фильм с Ричардом Гиром. Ника никогда тебя не предаст…

Историю о Хатико я, конечно, знала. У меня сразу заблестели от слез глаза, когда Артем напомнил мне о ней. Я посмотрела на Нику, наверное, это любовь с первого взгляда. «Малышка» весила уже килограммов 15 навскидку. Как мы поместимся здесь? Хотя она дама компактная и не занимает много места. Как потом ее перевозить в Москву? Полет очень долгий, выдержит ли она? Но и отказаться от этого славного медвежонка с умными глазами я уже не в силах. С ней я не буду чувствовать себя такой одинокой.

— Спасибо тебе за собаку, Артем. Прошу, не приходи больше. Как ты узнал адрес?

— Пришлось перед Оксаненом унижаться, — морщится он, как от зубной боли, вспоминая неприятный разговор с Марком.

— Понятно. Значит, он знает….

— Знает. И пребывает в бешенстве. Твой телефон отключен, никто не может до тебя дозвониться. Финн угрожает прилететь сюда.

— Только этого не хватало! Я с ним поговорю. Обещаю, что ни я, ни Марк больше вас не побеспокоим. Живите спокойно. Я не стану держать на вас зла, но для этого нам нужно расстаться навсегда, понимаешь? Больше никогда не встречаться! Еще раз благодарю за щенка.

Я провела по спинке Ники рукой, а она завиляла белым хвостом, который был завит в два кольца и доставал ей до середины позвоночника. Какая она милая! Порода американская акита — впервые слышу о такой. У нее на морде черная маска, маленькие ушки, крепкая шея и красивые мощные лапы.

— Всего хорошего тебе, Алена. И… знай, ты была по-своему дорога мне. Бог свидетель, я пытался стать лучше, благодаря тебе, но у меня ничего не вышло. Если тебе потребуется какая-то помощь, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Как только я проводила Артема, который почему-то не торопился уходить, а бестолково топтался в прихожей, то сразу ринулась к ноутбуку. В интернете нашла несколько объемных статей про американских акит, и спустя час знала об этих собаках почти все. Мда, теперь мне не будет скучно! На обувной полке осталась лежать родословная моей девочки и сертификат о прививках.

— Ну, иди сюда, подруга! — подозвала щенка к себе. Ника тут же подошла ко мне, важно перебирая лапами, и устроилась рядом с моими ногами.

Я гладила ее мягкую плюшевую шерсть и рассказывала о себе. Ника внимательно слушала, а потом, утомившись, заснула.

Ночью вспоминаю, что так и не написала сообщение Марку. А ну как, правда, прилетит в Лос-Анджелес и устроит разбор полетов? Не хочу во всем этом участвовать. Я устала от этой невыносимой дружбы, и с тоской вспоминала, как приятно и легко было общаться с простоватой Джулией. А здесь сплошные скандалы, интриги, расследования. Звездная жизнь не тривиальна, скажу я вам. У них много денег, возможностей, есть мировая известность, но они все равно несчастны. Почему? Да потому что они такие же люди, как и мы — с такими же нормальными эмоциями, как ревность, зависть, страх, недоверие. Эти чувства частенько подгаживают жизнь человека.