Этот день Победы. Ветераны Челябгипромеза в Великой Отечественной войне

Родился в семье крестьянина Кировоградской области Украины. Отец Ивана умер, когда мальчику было всего лишь двенадцать лет. Материальное положение семьи было тяжёлым. Иван Фёдорович окончил ФЗУ, приобрёл рабочую специальность токаря-металлиста и поступил на рудник им. К. Либкнехта (г. Кривой Рог).

Отслужив в 1938—1940 гг. в Красной армии, он вернулся на прежнее место жительства и работы, где его избрали секретарем комсомольской организации шахты.

Когда г. Кривой Рог был оккупирован, Иван Фёдорович стал подпольщиком, о чём он рассказывает в своих воспоминаниях.

После войны в 1948 году он окончил Днепропетровский строительный техникум и был направлен на работу в Челябинск в трест Челябметаллургстрой. Работая на строительстве, Иван Фёдорович учился на вечернем отделении Челябинского политехнического института.

Перейдя на Челябинский металлургический завод, работал вальцовщиком на стане 780, а позднее — на станах 300 и 350 мастером, начальником смены прокатного цеха № 1.

В Челябгипромезе начал свою трудовую деятельность с должности инженера-конструктора, а с июля 1968 года был назначен руководителем группы прокатного отдела института.

Сочетание производственного опыта и полученного высшего образования позволило Ивану Фёдоровичу стать хорошим проектировщиком.

Он очень скромен, отзывчив и прост в обращении, внимателен к подчиненным. Эти черты характера Ивана Феёдоровича были просто подкупающими.

За участие в подпольной борьбе И. Ф. Шаповал награждён орденом Отечественной войны II степени и медалями.

Великая Отечественная война застала меня на Украине в г. Кривом Роге. В то время я работал секретарём комитета комсомола рудника имени К. Либкнехта. Гитлеровские оккупанты наступали по всему фронту и быстро приближались к Кривому Рогу.

На руднике и во всём Криворожском бассейне начался демонтаж шахтного оборудования и эвакуация в восточные районы страны.

Часть взрослого населения и школьники старших классов были направлены на строительство инженерных военных сооружений в район вероятного вторжения гитлеровских войск. Комсомольцы и молодёжь были выделены в отдельный строительный отряд, руководство которым было поручено мне.

Работали весь световой день при любой погоде. Все работы выполняли вручную с помощью кирок, ломов, лопат, вёдер и тачек.

Фронт приблизился к городу в начале августа 1941 года. Все предприятия были остановлены, а шахты взорваны.

Работы по сооружению укреплений продолжались до дня внезапного вступления (13 августа) немцев в город.

Оккупация началась с установления новой власти. Появились полицаи, управы под командой головы, десятники и сотники.

На видных местах были расклеены приказы о сдаче оружия, радиоприёмников, о взятии на учёт коммунистов и комсомольцев. Запрещалась устная к письменная агитация, направленная против немецкой власти и др. За невыполнение приказов и постановлений каждому, кто их нарушает или скрывает нарушителей, грозил расстрел без суда.

Всякое движение по улицам с наступлением темноты и до утра запрещалось. Везде были военные патрули на мотоциклах и дежурили полицаи. За населением бдительно следили десятники и сотники, которые были на каждой улице.

Вначале казалось, что немцы всё предусмотрели и что-либо предпринять против них невозможно.

В этих труднейших условиях я и другие патриоты организовали подпольную группу, которая выполняла подрывную работу, направленную против немцев.

Сначала писали от руки листовки и расклеивали их на видных местах, резали скаты на автомобилях, которые останавливались на улицах ночевать, портили шахтное оборудование, когда немцы начали восстанавливать шахты и др. Затем удалось приобрести печатную машинку и приёмник. В листовках печатали сводки Совинформбюро и другие сведения, полученные по радио.

В дальнейшем удалось внедриться на биржу труда и в полицию. С биржи труда выносили чистую бумагу и различные бланки, которые заполняли и выдавали населению, в основном, молодёжи, чтоб не угнали в Германию. С полицейского участка выносили бланки паспортов и ночных пропусков, заполняли и выдавали подпольщикам и населению.

Со склада полицейского участка удалось похитить 18 винтовок, 5 ящиков патронов и 2 ящика гранат. Кроме того, часть винтовок снимали с румынских подвод, останавливающихся ночевать на глухих улицах.

В конце 1943 года наши войска вели успешные наступления по всему фронту и приближались к городу Кривой Рог. В городе скапливалось много немецких войск. Свирепствовали гестапо и полевая жандармерия. Повсеместно были частые облавы, усиливалась ночная патрульная служба, часто менялись ночные пропуска. Нам стало ещё трудней, но мы не прекращали работу даже в этих сложных и трудных условиях.

Осенью 1943 года немцы пригнали около 300 человек наших военнопленных и остановили их на ночь в коровнике в совхозе № 25, который являлся подсобным хозяйством рудника им. К. Либкнехта.

Военнопленные были оборванные, босые, голодные. Многие были больные и их вели под руки. Мы приняли решение освободить их. На эту операцию было отобрано 8 человек. Операция по освобождению пленных намечалась на час ночи. Эта ночь оказалась лунная и местность вокруг помещения хорошо просматривалась. Но лучшего момента не было, так как утром следующего дня военнопленных должны были угнать дальше на Запад.

Мы были вооружены винтовками, обрезами и гранатами. Два наших товарища, одетые в полицейскую форму, были вооружены пистолетами. В назначенное время скрытно заняли свои предварительно намеченные места, а подпольщики, одетые в полицейскую форму, подошли к немецким часовым, охранявшим военнопленных, чтобы их отвлечь, и начали вести с ними весёлый разговор.

В этой время с противоположной стороны два подпольщика открывали закрученную проволокой дверь.

Военнопленные выходили и убегали в огороды и кукурузные поля. Но в это время один подпольщик, лежавший в оцеплении, случайно был обнаружен полицаем. Раздался выстрел, полицай был смертельно ранен. Поднялась тревога, охрана военнопленных усилилась. С большим трудом нам удалось скрыться.

В этой операции было освобождена часть военнопленных. На следующий день тем, кого удалось найти, были выданы соответствующие документы.

В связи с приближением Красной армии немцы установили свои орудия вдоль речки и вели огонь по нашим войскам. Наблюдательный пункт для корректирования огня они организовали на водонапорной башне.

Мы решили нарушить телефонную связь между батареей и наблюдательным пунктом. Все подпольщики были собраны в помещение вентиляционной шахты. Выходы из этого помещения были возможны только по вентканалам, что способствовало нам скрытно выходить на задания.

Условия для нашей работы были очень сложные. Так как это помещение располагалось в прифронтовой зоне, в которой любое движение запрещалось.

При обнаружении в этой зоне посторонних немцы расстреливали их на месте. Вся местность вокруг хорошо просматривалась с наблюдательного пункта и, маскируясь, мы вынуждены были часами изучать обстановку, чтобы и днём и ночью успешно выполнять диверсионные работы, а также поддерживать связь с нашими фронтовыми разведчиками. При наступлении на город наших войск мы должны были в тылу немцев вызвать панику и дезорганизовать их оборону, для чего нами были подготовлены соответствующие огневые точки с запасом боеприпасов.

Но наши войска вынуждены были отступить, и это мероприятие не осуществилось. При отступлении наших войск часть солдат (около 50 человек) и политрук не смогли соединиться со своими войсками. Мы маленькими группами переправляли их в карьер и выдали им соответствующие документы.

В дальнейшем они организовали свою подпольную группу и действовали самостоятельно. А при повторном наступлении наших войск (в феврале 1944 года) они соединились с частями действующей армии.

Осенью 1943 года после отступления наших войск гестапо и жандармерия производили ежедневные облавы и аресты. С помощью сыщиков им удалось раскрыть и нашу группу.

В декабре 1943 года ночью были арестованы пять подпольщиков, включая командира группы. В эту же ночь мать одного из арестованных подпольщиков сообщила об этом мне, и я успел скрыться. Но на следующее утро была арестована моя младшая сестра, которую подвергли допросам и жестоким пыткам. В течение двух недель возле дома и в моей квартире была установлена засада.

Арестованных подпольщиков на грузовой машине ночью перевозили в полицейский участок. В пути подпольщикам удалось расстрелять конвой из трёх человек и ранить шофёра, а самим скрыться. Но через несколько недель полевой жандармерии удалось арестовать их вновь.

Все арестованные подверглись жестоким пыткам и были расстреляны. После этих событий производились ежесуточные аресты и облавы. Все вынуждены были скрываться до дня освобождения города (22 февраля 1944 года).

В настоящих воспоминаниях упомянута только часть диверсионной работы, выполняемой нашими подпольщиками. В воспоминаниях опущены повседневные сложности подпольной работы. В условиях жесткого фашистского режима оккупации любая работа, направленная против немецкой власти, была связана с большим риском не только для нас, но и для наших родителей. Поэтому, прежде чем её выполнять приходилось (независимо от погоды) часами, а то и сутками изучать обстановку, бдительность охраны, определить время минимальной её активности и др. Кроме того, наши действия нужно было скрывать не только от немцев и полицаев, но и от предателей, которые находились среди населения.

После освобождения г. Кривого Рога наша подпольная группа была утверждена днепропетровским обкомом компартии Украины и штабом партизанского движения Украины (г. Киев).

1989 г.