Галлия под властью франкских королей (511–561)

Королевство Теодобальда (548–555)

После смерти Теодеберта ему наследовал его сын от Деотерии — Теодобальд, который на тот момент был юношей и находился под попечением своего учителя. Причем все историки согласны с тем, что Теодобальд был неприятным человеком. Григорий называет его злым и говорит, что он иногда вызывал у подданных страх и ненависть, к тому же «он был сильно болен и из-за боли в нижней части спины не мог выпрямиться»[139]. Вследствие этих телесных недугов он был совершенно не воинственным и даже трусливым, чем немало расстроил как послов готов, так и императора. Но, несмотря на все это, он, по-видимому, не имел проблем со вступлением на престол, какие имел его отец. Ни Хильдеберт, ни Хлотарь на этот раз не посягали на наследство Теодеберта, хотя есть предположения, что они все-таки отобрали некоторые владения у Теодобальда. Эти предположения основываются на составе участников Собора, созванного Теодобальдом в 549 г.

Из приведенной выше таблицы видно, что в этом Соборе, помимо епископов из королевства Теодобальда, присутствовало несколько епископов из других королевств, такие как епископы митрополий Вьенны, Буржа и Оз. На этом основании А. Лоньон предположил, что в 549 г. и Оз, и Вьенна принадлежали Теодобальду, что, на наш взгляд, не соответствует истине[140]. По этой логике, мы должны прибавить к владениям Теодобальда и Бурж, который сам А. Лоньон считал переходившим из рук в руки и окончательно отвоеванным Хильдебертом в 531–534 гг. (это противоречит Житию Дезидерата епископа Буржа)[141]. Кроме того, принадлежность Оза в 533 г. и 551 г. королевствам Хильдеберта и Хлотаря подтверждается текстом Соборов, созванных с их согласия[142]. Таким образом, если следовать логике А. Лоньона, то получается, что города постоянно переходили из рук в руки, чему у нас нет никаких подтверждений. Можно найти много причин, по которым после V Орлеанского собора (549 г.) несколько епископов, глав крупных диоцезов, посетили II Овернский собор. На наш взгляд, присутствие на II Овернском соборе (549 г.) архиепископов Вьенского и Буржского говорит лишь о том, что часть диоцеза митрополии находилась под властью Теодобальда и они наряду с другими епископами решили засвидетельствовать ему свое почтение, посетив в этом же году Клермон. Епископ же Озский мог присутствовать на Соборе в Оверни, просто возвращаясь по дороге в свою епархию, и не имел ничего против, чтобы подкрепить своим авторитетом решения Собора, которые на самом деле лишь повторяли решения V Орлеанского собора. Тем более что между Хильдебертом и Теодобальдом, судя по источникам, не было вражды, а практика таких посещений Соборов в другом королевстве была вполне уже устоявшейся и имела место между франкскими королевствами при отце Теодобальда. Например, на IV Орлеанском соборе в 541 г. присутствовало не менее десятка епископов из королевства Теодеберта. Таким образом, обосновывать фактом присутствия епископа Оза на Соборе, созванном Теодобальдом, столь серьезные выводы, на наш взгляд, не стоит. Тем более, опираясь только на этот факт, невозможно утверждать, что Хильдеберт и Хлотарь отняли у Теодобальда часть владений, а так как других подтверждений этого мы не имеем, то следует заключить, что переход власти от Теодеберта к его сыну Теодобальду прошел мирно, без посягательств со стороны внучатых дядей. И в дальнейшем конфликтов между ними не зафиксировано, а города Бурж, Вьенна и Оз никогда не принадлежали Австразийскому королевству.

Судя по сообщениям Григория, Теодобальд в силу своего возраста и здоровья был слабым королем, решения за которого принимал некий совет приближенных[143]. Понятно, что в состав этих «вельмож и первых лиц королевства» входили все те же, кто занимал высокое положение и при его отце. Однако Теодобальд не смог предотвратить падение одного из ключевых советников своего отца — Парфения, чья партия со смертью могущественного покровителя, коим, несомненно, был Теодеберт, была проиграна. В результате интриг при дворе и из-за непопулярных решений, которые были приняты при Теодеберте с подачи Парфения, он вынужден был скрываться от многих желающих ему смерти и уже не мог рассчитывать на поддержку короля, который был слаб и не имел того же авторитета, что и его отец. Поэтому в итоге совет при короле не досчитался патриция Парфения, который завершил свою жизнь в Трире, где он был убит[144]. Естественно, в связи с этим произошли какие-то внутренние пертурбации в составе приближенных. Так, можно отметить, что Конда стал при Теодобальде его доместиком, отвечавшим за управление дворцом и королевской недвижимостью, Фортунат посвятил ему одно из своих стихотворений[145]. Несмотря на юный возраст и болезнь, Теодобальд, несомненно, по наущению своих приближенных, женился на Вульдетраде, которая приходилась второй дочерью Вахона, короля лангобардов, и младшей сестрой Визигарды, бывшей жены Теодеберта. Этот брак указывает на непрекращающийся интерес Австразийского королевства к союзу с лангобардами, занимавшими в то время Паннонию.

После восшествия Теодобадьда на престол император Юстиниан отправил к нему посла Леонтия, который пытался убедить Теодобальда отказаться от владений в Северной Италии в пользу империи, стараясь объяснить юному королю, что его отец занял эти территории незаконно и вопреки договору с византийцами. Однако Теодобальд и его советники умело парировали все упреки Леонтия, утверждая, что получили эти земли от короля остготов Тотилы, «который владел ими и отдал их без всяких условий». На этом спор был завершен, Леонтия отправили обратно к императору, а вслед за этим Теодобальд отправил посольство к императору для дальнейших переговоров[146].

Стоить отметить, что и византийцы и остготы, воюя на истощение в Италии, всячески пытались склонить Теодобальда на свою сторону, чтобы он помог им одержать победу над соперником. Теодобальд же, судя по источникам, более благоволил в этой войне остготам. Так, он не позволил пройти войску Нарзеса через область венетов, а также даже после окончательного поражения Тотиллы в 552 г. войска Теодобальда из области венетов не позволили византийцам отобрать Верону у остготов. Более того, они решительно воспротивились византийцам, заявив, что вся эта страна принадлежит им[147]. Это немало смутило византийцев, которые стали подозревать, что Теодобальд вознамерился подчинить себе всю Италию и пойти против них. Их опасения подтвердились. Сам Теодобальд вследствие болезни не мог участвовать в походах, поэтому он передал управление войсками в Италии своим военачальникам — Букцелену и Левтарису. Им он предоставил войско из франков и алеманнов, и поначалу братья совершили серию успешных действий против византийцев в 553/554 г., разбив войска византийцев при Парме. Города, занятые остготами, после смерти их последнего короля Тейи переходили к франкам, так как, по словам Агафия, они были приведены к миру с византийцами «скорее устрашенные, чем добровольно, и теперь немедленно переходили к варварам, будучи связаны с ними общностью нравов и быта»[148]. Таким образом, многие города на севере Италии, как, например, Лукка, перешли под власть франков добровольно, и в этих городах франки назначали своих комендантов[149].

Букцелен и Левтарис принялись опустошать Италию, дойдя до Сицилийского пролива, однако болезни и голод значительно подкосили численность их войск и в генеральном сражении с Нарзесом войска франков и алеманнов потерпели сокрушительное поражение, что не позволило франкам закрепиться в Италии. В результате этих походов погибли и полководцы франков Букцелен и Левтарис, а также почти все их войско[150]. Мало того, в 555 г. после долгой и мучительной болезни умирает и сам Теодобальд, не успев оставить после себя наследника. По словам Агафия, между его внучатыми дядьями Хильдебертом и Хлотарем разгорелась борьба за наследство Теодобальда. Хлотарь незамедлительно женился на Вульдетраде, вдове Теодобальда, и заявил свои права на все его королевство. Хильдеберт пытался воспротивиться, но, как отмечает Агафий, он был уже стар, болен и не имел сыновей, чтобы передать им власть, и поэтому он в итоге добровольно уступил младшему брату[151].

Стоит отметить, что О. Лоньон предполагал, что Хильдеберт все-таки получил что-то из владений Теодобальда после его смерти. Доказательством этого у него служит город Юзес на границе с Септиманией, который, по-видимому, был завоеван Теодебертом в 532533 гг. В своем предположении О. Лоньон основывается на Житии Ферреола, епископа Юзеса, в котором говорится, что св. Ферреол был сослан в Париж на 3 года королем Хильдебертом за то, что «ел и пил вместе с евреями и сарацинами, а также дарил им подарки». Этот текст был создан для антииудейской пропаганды в каролингский период, и его автор был совершенно незнаком с историей описываемого им периода[152]. Вряд ли стоит делать далеко идущие выводы на основе столь сомнительного источника. Ошибочным является и предположение О. Лоньона о том, что Хильдеберт мог отбить Юзес у Теодобальда. Это предположение основывается на неправильной датировке епископства Ферреола (553–581), которая была рассчитана ученым на основе того, что в Житии Ферреола говорится о 28 годах его пребывания в сане, а Григорий Турский сообщает, что Ферреол умер в 581 г.[153] Однако его предшественник, епископ Фирмин, присутствовал на II Парижском соборе (555 г.), из чего вытекает, что биограф св. Ферреола совершил очередную ошибку, так как вряд ли стоит сомневаться в сведениях Григория, который был современником тех событий[154]. В связи с этим все доводы О. Лоньона о том, что город Юзес когда-либо принадлежал Хильдеберту, не выдерживают никакой критики. Следовательно, не имеет смысла ставить под сомнение сообщения Григория и Агафия о том, что все королевство Теодобальда после его смерти перешло под власть Хлотаря.